HTM
Мстить или не мстить?
Читайте в романе Ирины Ногиной
«Май, месть, мистерия, мажоры и миноры»

Джон Маверик

Жёлтые бабочки

Обсудить

Рассказ

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 10.12.2010
Иллюстрация. Название: "Breaker daydreams". Автор: Евгений Соловьев. Источник: http://www.photosight.ru/photos/3241873/

 

 

 

Праздник закончился. Гости разошлись, оставив на столе грязные тарелки, стаканы, блюдца, недоеденную половину торта с оплывшими разноцветными свечами и груду ярких коробочек и свертков на тумбочке в углу. Ну, посуда, это мамина забота, а Ростику предстояло самое приятное – распаковать и осмотреть подарки. Он сгреб свертки на диван и с удовольствием захрустел оберточной бумагой. Водяной пистолет, конечно, Женька притащил. Пластиковый, дешевый. Сломается через пару дней, у Ростика уже был такой. Робот-трансформер – это от Костика. Конструктор. Фонарик с ЛД-лампами. Радиоуправляемый пенопластовый самолетик без батареек. Детский фотоаппарат, если верить наклейке, «для подводных съемок». Толстый свитер из светло-голубого махера. Бабуля подсунула. Ей заняться нечем, вот и вяжет всем свитера... Мальчик застенчиво улыбнулся, бабушку он любил. Настольная игра. «Бинго», а Ростик хотел «Монополию». Зря не позвал Алекса Майера, у него родители богатые. Правда, сам Алекс зануда, отличник и ябеда, но ради хорошего подарка можно и потерпеть. Да Бог с ним, с Майером... о чем Ростик по-настоящему жалел, так это о том, что опять не набрался смелости пригласить на день рождения Лизу. То есть, почти набрался, но Лиза, как на беду, заболела. Она часто болела и пропускала школу. Тогда Ростик тосковал. Ему как будто не хватало чего-то неуловимого, как солнечный зайчик, который крошечной радугой дрожит на странице раскрытой тетрадки. Пользы от него никакой, а глазам – тепло. Нет, о любви мальчик не думал, он был для этого слишком маленьким. Просто щурился на Лизины рыжие косички и говорил себе: «Какая хорошая девочка. Вот бы с ней подружиться».

Так... а это что такое? От кого? Подарков оказалось больше, чем гостей, даже если посчитать бабушку с ее свитером. Что-то тяжелое, прямоугольное, холодное на ощупь. Мальчик нетерпеливо надорвал край золотой фольги и выдохнул от разочарования – книга! Скучно-то как... Разве что ужастики про монстров, хотя ему и монстры надоели. Ростик развернул книжку полностью. Нет, не ужастики. По обложке витыми готическими буквами струилась надпись – «Пряничный домик», а под ней красовался дворец с облитой шоколадом крышей и сосульками-леденцами на карнизах. Вроде бы «Пряничный домик» сказка не длинная, так что, наверное, сборник, но Ростик уже окончательно потерял интерес к книге, потому что к тыльной стороне обложки оказался скотчем приклеен диск с компьютерной игрой. Баловаться на компьютере мальчику разрешали, правда, с оговоркой, что перед этим он должен сделать уроки, но сегодня – его праздник, так что уроки подождут.

Ростик прошел в детскую, поворошил учебники на письменном столе. С неудовольствием вспомнил, что назавтра нужно выучить стихотворение и, бормоча себе под нос «невеселая дорога... эй, садись ко мне дружок...», уселся перед раскрытым ноутом. Компьютер заурчал, проглатывая диск, веселенькая заставка на экране – кадр из мультфильма «Шрек» – сменилась картинкой того же самого дворца, что и на обложке сборника сказок.

«Добро пожаловать в игру «Пряничный домик», – пригласил компьютер и осведомился. – Кем ты хочешь быть, Гензелем или Гретель?» Не без труда вспомнив, кто из персонажей мальчик, а кто девочка, Ростик нажал на «Гензель». Зазвучала музыка, двери сказочного дворца приветливо распахнулись, и новоиспеченный Гензель вступил в виртуальный мир.

 

«Пряничный домик» оказался вовсе не домиком, а целым городом, и не только пряничным, но и шоколадно-вафельно-мармеладным. Обочины тротуаров блестели влажным заварным кремом, шоколадные зайцы и белочки резвились на марципановых лужайках, лимонадные фонтаны били прямо в усыпанное яркими сахарными звездочками небо. Сложенные из батончиков «Баунти» скамейки отливали нежно голубым. У Ростика заныло под ложечкой и во рту скопилась слюна. Он сбегал в гостиную и принес себе кусок торта на блюдце, поставил рядом с ноутом и снова углубился в игру. Теперь он мог не только видеть «пряничный город», но и ощущать на вкус.

Ростик бродил по улочкам, передвигая джойстиком свою фигурку, до удивления похожую на него самого – вертлявую и худенькую, с буйными черными вихрами, которые выбивались из-под синей бейсбольной кепочки. Точь в точь такую родители купили ему в начале лета. Игра оказалась онлайновая, населенная не компьютерными симулякрами, а реальными мальчиками и девочками. С ними можно было переговариваться, набирая текст реплики в правом верхнем углу, в специальной рамке, и возле головы фигурки в белом облачке высвечивался ответ. Ростик двигался осторожно, опасаясь наткнуться на какого-нибудь монстра, и с любопытством осматривался по сторонам. Но вдруг... кто это? Рыжие косички, солнечная челка на глаза, от мгновенного чувства узнавания у Ростика отчаянно заколотилось сердце.

– Привет! – он приблизился к девочке и, покраснев от смущения – как хорошо, что она не может увидеть – робко отстучал: – Лиза?

Тут же обругал себя: ну, как можно быть таким глупым. Конечно, это не она, мало ли, кого напоминает компьютерная картинка. Но фигурка на экране остановилась, словно замерла от неожиданности.

– Ростик? – и еще раз, с тремя восклицательными знаками: – Ростик!!!

– Лиза Ларина, из 35-й школы? Третий «б»?!

– Да! Да!!!

– Вот так встреча!

– Ага!

– Классная игра! А что здесь нужно делать?

«Как хорошо!», – ликовал Ростик. Он больше не чувствовал ни робости, ни стеснения, все получилось естественно и просто, как будто они в Лизой остановились поболтать на переменке.

Девочка приветливо поманила его рукой, увлекая вглубь переулка, и через пару шагов они очутились на набережной. Вдоль широкого променада горели леденцовые фонари, а внизу, по узкому вафельному руслу, перекатывался вязкий темно-малиновый поток. Сладко запахло клубничным сиропом. Это на кухне мама варила конфитюр.

– Смотри. Здесь можно зарабатывать таллеры и покупать одежду и мебель. Ты видел свою квартиру?

– Нет, а где? Я пока не разобрался.

– Тут каждому дают квартиру, ты можешь сам выбрать, потом покажу, как. Она пустая, ее надо самому обставить.

– Интересно...

– А еще можно переходить на другой уровень. Сейчас мы на первом, самом низком.

– А сколько их?

– Не знаю. Слышала только про второй – взрослый. У нас здесь в фонтанах мягкое мороженое, фанта и лимонад, а у них – шампанское и коньяк.

– Ой!

Ростик, конечно, знал, что детям нельзя пить алкоголь, но если шампанское виртуальное – то почему бы и нет? И мало ли что там еще, на «взрослом» уровне?

– Для этого надо ловить желтых бабочек, – сказала Лиза. – За каждую бабочку получаешь повышение и сто таллеров впридачу.

– Но где они? – Ростик с недоумением огляделся. – Я до сих пор не видел ни одной.

– Желтые бабочки – очень редкие. Их мало, – прочел он Лизин ответ. – Но если встретишь – смотри, не упусти. Как увидишь, сразу вцепляйся – и не отпускай.

 

Стихотворение Ростик так и не выучил, более того, совсем про него забыл. Не вспомнил и вечером, ложась спать, потому что в мыслях крутилось совсем другое: сказочный городок, пряники и леденцы, обрывки разговора с Лизой и ее тонкие рыжие косички, которыми она так смешно встряхивала. Не в игре, в школе. Каждый раз, выходя к доске, девочка задорно вскидывала голову, словно хотела показать, что ей все нипочем. Косички подпрыгивали на плечах, а пушистая челка просеивала солнечный свет, окропляя золотыми брызгами первые парты... Как Ростик жалел, что сидит в третьем ряду!

Но ведь это та же самая Лиза. В голове у Ростика все смешалось. Мальчик заснул только после полуночи, но и во сне его пальцы продолжали дергаться, словно надавливая на кнопки джойстика.

 

В «пряничном городе» можно было ходить в кафе и магазины, играть, соревноваться, покупать и продавать. Постепенно Ростик научился зарабатывать таллеры: варил мармелад на кондитерской фабрике, строил дом из брусочков пастилы, вскапывал клумбы в городском парке. Он трудился в поте лица, до судорог в среднем и указательном пальцах, уставших от однообразных, точных движений.

Лиза все время была рядом с ним, помогала, объясняла. На первую зарплату Ростик купил ей огромный букет красных марципановых роз.

– Ростик, ты уроки сделал?

– Бабуль, я отдохну немного. Мне только слова переписать в словарик... И природоведение. Я быстро.

– А по математике? – продолжала наседать бабушка. – Ростислав, ты меня слышишь? Математика!

Он не слышал. Слабое чувство вины шевельнулось назойливым червячком и тут же сникло.

«Спасибо! Мои любимые цветы, – поблагодарила девочка и надкусила темно-зеленый стебелек. – Хочешь, Ростик?»

«Это – тебе», – ответил он великодушно и, вслепую пошарив рукой по столу, положил в рот сочный ломтик яблока. Мальчик каждый раз ставил рядом с компьютером тарелку с чем-нибудь вкусным. Впрочем, и без того, стоило на экране появиться знакомой заставке с дворцом, как на языке сама собой растекалась клейкая сладость.

«У меня осталось два таллера, – отстучал он, дивясь собственной смелости. В игре все гораздо проще, чем в жизни. – Давай потанцуем сегодня?»

Тонкая фигурка Лизы застыла с недоеденным букетом в протянутой руке. Ростик нетерпеливо поерзал на стуле и низко склонился к монитору, ожидая ответа. Сделает он уроки. Потом.

«Скоро праздник, – возразила девочка. – На балах и на праздниках можно танцевать бесплатно».

У Ростика загорелись глаза. Праздник в «пряничном городе»! Бал!

Он предвкушал красивое и необычное зрелище, музыку, конфеты и конфетти, медленный танец с Лизой... вдвоем... в полутьме огромного зала, в окружении свечей и зеркал.

«Ух ты! Когда?»

«Через три недели».

Ничего себе – скоро! В виртуале три недели равны целой жизни. Но Ростик не хотел показаться навязчивым, если надо ждать – он будет ждать.

 

Как-то очень быстро в «пряничном домике» наступила зима. Листья из тонкого, прозрачного мармелада пожелтели и хрустящим печеньем осыпались с деревьев на марципановые газоны. Улицы городка укутались разноцветной сахарной ватой, сироп в реке замерз и превратился в клубничное мороженое, тротуары покрылись искристой корочкой карамели. Ростик и Лиза без устали катались на санках и коньках – вниз по горкам, по склонам, по залитой скользкой глазурью набережной. О желтых бабочках мальчик и думать забыл, да и в правду сказать, какие бабочки в мороз? Только иногда сквозь сладкое многоцветье, сквозь сказочную фееричность зимы проступало что-то другое, настоящее, темное, как подтаявший снег. Непредсказуемое и сложное, как будто все уровни разом вдруг становились видны, втиснутые друг в друга, подобно матрешкам.

Ростик купил себе дубленку за сто шестьдесят таллеров, теплую, на кроличьей подпушке, а Лиза связала ему длинный трехполосный шарф, который можно было обмотать три раза вокруг шеи, чтобы холодный ветер не задувал под воротник. В благодарность мальчик подарил ей красные рукавички, которые очень шли к ее мохеровой шапочке и шубке из серебристой чернобурки. Дети гуляли по фантастическому городу, впитывая краски, запахи и звуки: тягучее благоухание карамели, удушливый аромат зефира и халвы, апельсиновый пожар заката, легкое позвякивание каблуков по леденцовым мостовым.

Мир игры разворачивался перед ними – яркий, тревожный и манящий. Его не хотелось покидать, в нем хотелось жить всегда, исследовать, радоваться, созидать.

– Ростик очень много играет на компьютере, – вторгались в гармоничную реальность жесткие, злые голоса. Резкий, визгливый – мамы и кудахчущий – бабушки. – Надо его как-то ограничить... совсем школу запустил.

– Ест плохо, похудел, осунулся... Не дозовешься его... все время думает о чем-то своем...

– Об этой игре дурацкой. Откуда она, вообще, взялась?

– Кто-то из ребят подарил, на день рождения...

– Не в игре дело, – взял слово папа. – Все игры одинаковые, стрелялки, догонялки, они все вредно действуют на психику. У Ростислава компьютерная зависимость. Я поставлю специальную программу...

Ростик нагнулся – мокрая челка, выбившись из-под шапки, упала ему на глаза – зачерпнул в ладонь сахарной ваты и скатал зеленый снежок.

«Мадам, защищайтесь! Вызываю вас на поединок».

«Вот как? Вызов принят! Берегитесь, сэр!»

Не успел он распрямиться, как фиолетовым снежком ему снесло с головы шапку, скулу словно ошпарило кипятком.

«Ой, Ростик! Извини, – девочка подбежала и принялась рукавичкой смахивать с его лица и волос острые кристаллики сахара. – Я не хотела».

«Ерунда. Уже все прошло».

Ростика беспокоили долетавшие из кухни обрывки разговора. Мама, папа, бабушка... они же ничего не понимают. Лезут в его жизнь, все время пытаются что-то запретить. Если их слушать и жить так, как они хотят – помрешь со скуки.

«Слушай, тебе предки тоже запрещают долго играть?»

«Не-а».

«Везет тебе».

«Ростик, догоняй!» – крикнула девочка и пустилась наутек, увязая по щиколотку в снегу. По сугробам, по разноцветным проталинам рассыпался ее серебристый смех...

 

Как ни странно, в школе они почти не разговаривали – им хватало прогулок по «пряничному городу» – только обменивались на уроках многозначительными взглядами. Но Ростик видел, что как только он входил в класс, Лизины глаза теплели, а лицо затуманивалось, окутываясь легким облачком тайны. «Мы знаем кое-что, чего не знают другие», – словно хотела она сказать, и мальчик благодарил ее чуть заметным кивком... и все. Не то, чтобы они что-то скрывали, а как будто копили силы, чтобы прийти домой, зашвырнуть в угол постылые ранцы, быстренько проглотить что-нибудь на кухне, под неодобрительное ворчание бабушек... и снова встретиться, по-настоящему. Болтать, играть в снежки, хохотать и резвиться до темноты, до первых фонарей, а потом брести, взявшись за руки, по уснувшему городу, сквозь печальный хоровод снежинок.

 

Ростик и не заметил, как пронеслись три недели. На покрытом сладким глянцем асфальте стали появляться черные проплешины. Днем с оттаявших деревьев капал кленовый сироп, такой приторный, что челюсти сводило и к горлу подкатывала тошнота. Но Лизе он почему-то нравился. Она останавливалась, запрокидывала голову и, крепко зажмурившись, высовывала язык... Липкая влага собиралась в трещинах и неровностях коры, стекала по веткам и срывалась вниз крупными сверкающими каплями.

«Ростик, ты не забыл про бал? – напомнила Лиза, довольно облизываясь. – Завтра, в шесть, форма одежды – парадная».

«Парадная – это как?»

«Строгий костюм, галстук-бабочка... Будет лучшее общество. У тебя есть таллеры? У меня много, могу одолжить».

При слове «бабочка» Ростик почему-то вздрогнул, словно пестрокрылое насекомое тонким хоботком кольнуло его в сердце.

«Да, есть, – ответил он быстро. – Сделаю, как надо. То есть, хотел сказать... я приду».

 

Бальный зал выглядел, как в его мечтах: витые свечи в серебряных канделябрах, зеркальные полы и высокие зеркала на стенах, глубокие и позеленевшие от времени, вычурные тени танцующих и смутный, как шелест ветра, рокот голосов. Ростик даже подумал, а не угодил ли он на второй уровень, потому что мальчики щеголяли во фраках, а девочки – в вечерних платьях. Красивее всех была Лиза, в чем-то светло-голубом, воздушном, отороченным кружевами и мехом, очень похожая на фею из доброй сказки. Распущенные и перевитые стебельками хмеля волосы густым медом стекали по белым обнаженным плечам. В огромных зрачках томно переливались отблески свечей.

Вот только «Пряничный домик» – сказка не добрая. Или?.. Ростик забыл все сказки на свете. Хотел сделать девочке комплимент, но язык словно присох к гортани, шуршал и трепыхался во рту, как осенний лист. Пальцы онемели.

«Мои друзья, – представила Лиза молодых людей, стоящих с бокалами в руках у задернутого тяжелыми гардинами окна. – Это Хосе, он живет в Уругвае. Пауль, из Германии. А это Джейк из Лондона».

Удивительная все-таки вещь – Интернет. Ростик, вытаращив глаза, уставился на иностранцев.

«Хосе, Пауль, Джейк, это – Ростислав. Мой одноклассник».

Последнюю фразу девочка произнесла громко, и по залу поземкой зашелестело: «Ростислав, ее избранник».

Ерунда какая-то... Она ведь сказала «одноклассник»!

Англичанин церемонно поклонился, а немец отсалютовал Ростику бокалом. Уругваец, тощий, с неряшливой копной курчавых волос и грязными манжетами, никак не отреагировал. Только все качал и качал головой, будто китайский болванчик.

«Давно ли вы знакомы с Хозяйкой? – спросил Пауль, и, прежде чем Ростик успел ответить, прежде чем он успел хотя бы сообразить, о ком речь, добавил: – Вы будете красивой парой. Когда же мы, наконец...»

Лиза схватила Ростика за руку и выволокла на середину зала. Музыка стихла, танцующие пары замерли. Мгновенное замешательство, и публика разразилась шквалом приветствий.

«Ура Хозяйке Пряничного Домика!» – кричали гости.

Хозяйка, значит. Не Гретель, дочка бедного дровосека, отважная и находчивая сестра Гензеля, а сама Хозяйка? От блеска зеркал, шарканья туфель по паркету, переглядывания и перешептывания, и тяжелого аромата дамских духов у мальчика все сильнее кружилась голова.

«Когда мы, наконец, потанцуем на вашей свадьбе?» – закончил вопрос Пауль и хитро подмигнул Ростику.

Свадьба? Какая свадьба? Ах, да, в игре... но все равно, так не годится, это нехорошая игра. Ведь Ростик еще маленький, и Лиза – маленькая. Им надо учиться в школе.

Если только он чего-то не забыл... Ростик, как в полусне, вспоминал последний звонок и первоклашек с маленькими колокольчиками, выпускной бал, и как танцевал с Лизой... Только тогда на ней были розовая плиссированная юбка и кофточка с вышивкой на груди, а волосы девушка собрала на затылке в тугой огненный хвост и завязала узлом.

– Ростик! Ростислав! – встревоженно звал откуда-то мамин голос. Мама... он хотел рвануться навстречу, но ступни как будто вросли в пол и пустили корни. Рука судорожно шарила в воздухе, натыкаясь только на гладкий шелк платья и никак... ну, никак не могла нащупать кнопку «escapе».

– Все, хватит!

Яркий свет ударил ему в глаза. С горохотом захлопнулась крышка ноута.

– Целыми днями играешь, ничего по дому не делаешь, учебу забросил...

Ростик виновато опустил голову.

– Никаких игр, – резко сказала мама. – Больше не будет никаких игр. Отключаю тебе интернет, и пока не возьмешься за ум – за компьютер не сядешь! Когда исправишься, разрешу, но не больше получаса в день.

– Да, – произнес Ростик дрожащим голосом. – Хорошо.

 

Время тянулось, скучное и пресное, как пережеванная жвачка, и нечем было его заполнить. Мальчик уныло приходил домой, слонялся из угла в угол, бросая тоскливые взгляды на мертвый ноут, потом нехотя садился за уроки... но сосредоточиться не мог, ответы в задачках не сходились, стихи не запоминались, мысли блуждали незнамо где.

Прошла неделя. Ростик снова начал гулять, учиться, нахваливать бабушкины обеды. Десять дней. Получил в школе первую – за два месяца – четверку. «Пряничный домик» забывался, как кошмарный сон. Только иногда на мальчика вдруг накатывала странная, болезненная грусть, и тогда он садился к компьютеру, смахивал пылинки с клавиатуры, осторожно гладил крышку, но включить не решался.

Тринадцать дней. На перемене он подошел, наконец, к Лизе, извинился:

– Больше не могу выходить в интернет. Предки не дают.

Девочка подняла на него изумленные глаза:

– Что?

Трехминутного разговора оказалось достаточно, чтобы выяснить: Лиза слыхом не слыхала ни о каком «Пряничном домике». У нее и компьютера-то дома нет.

Ростик был ошеломлен. Если так, то кто же она такая, таинственная Хозяйка? – не находил он себе покоя. Незнакомая девочка? Кто-то из его класса? Мальчик перебирал в памяти всех, кто мог над ним подшутить.

Или все-таки компьютерный симулякр?

 

Дома Ростик первым делом перерыл все вещи в детской и, наконец, извлек на свет сборник сказок. «Пряничный домик», увесистая книга с дворцом на обложке, при одном только взгляде на который мальчика захлестнуло сладкое отвращение. Кто мог ее подсунуть, может быть, на титульной странице есть дарственная надпись? На самой первой, с аннотацией и годом издания, или на последней, где оглавление?

Надписи Ростик не обнаружил, оглавления тоже. Он сидел на диване и листал книгу, сначала рассеянно пробегая глазами по строчкам, потом все внимательнее и внимательнее вчитываясь в текст. Никакой это не сборник, и сказка братьев Гримм тут ни при чем. «Пряничный домик» оказался мрачной фантасмагорией, запутанным лабиринтом авторских ходов, сюжетных линий, аллюзий, метафор. Все это странным образом переплеталось и действовало, подобно гипнозу. После двухчасового чтения Ростику стало плохо. По стенам плавали разноцветные пятна, в голове клубился черный туман.

Медленно, очень медленно мальчик встал и двинулся к письменному столу. Он забыл про отключенный модем. Забыл о том, что его испугало. Забыл о запретах мамы, папы и бабушки... И включил компьютер.

«Добро пожаловать в игру «Пряничный домик», – торжествующе засветился экран. – Добро пожаловать, Гензель!»

«Нет, не хочу, – затрепыхалась в сознании отчаянная мысль. – Не хочу туда!» – но призывно распахнулись ворота сказочного дворца, и Ростика затянуло в картинку.

 

Он брел по длинной, полутемной аллее, под руку с виртуальной Лизой, а над их головами низко смыкались заснеженные кроны старых лип. Было жарко, так жарко, что мальчик едва дышал. Горячий пот заливал глаза.

Почему не тает бутафорский снег? – удивлялся Ростик. – А, ну да, это ведь сахар. Сахар от жары не тает.

– Так, и от кого ты хотел скрыться? – спросила Лиза неожиданно низким, грудным голосом, и мальчик вздрогнул.

– Я... не хотел, – растерянно забормотал он. – Это родители...

Смешное словечко «предки» застряло у него в горле. Со знатной дамой не пристало говорить на детском жаргоне.

– Какие еще родители? – презрительно засмеялась женщина. – Мы на втором уровне. Ты думал это игра, Ростик? – она сильно и зло стиснула его руку, чуть повыше локтя. – Нет, милый, это – жизнь.

 

Когда в комнату вошла бабушка, она увидела внука сидящим перед раскрытым ноутом. Лицо мальчика застыло, взляд остекленел, пальцы бессильно лежали на клавиатуре. Компьютер уже переключился в режим stand-by, и на экране мерцала заставка: о стекло монитора билась, пытаясь вырваться на свободу, желтая бабочка.

Глупая желтая бабочка.

 

 

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

13.02: Евгений Даниленко. Секретарша (роман)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!