HTM
Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2017 г.

Роман Оленев

Андрей Рублёв

Обсудить

Стенограмма программы "Стоп-кадр"

На чтение потребуется 15 минут | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск
Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 18.02.2014
Иллюстрация. Название: «Андрей Рублёв. Афиша художественного фильма А. Тарковского». Источник: http://newlit.ru/

 

 

 

В одной из прошлых передач на примере фильма «Иван Грозный» мы убедились в том, что советский масштабный кинематограф если уж обращал свой взор в историю России, то преследовал цель создания мифа вокруг какой-нибудь важной для советской идеологии фигуры. Но по большому счёту кино неизбежно творит миф. Связано это с тем, что оно, как любое искусство, основывается на художественном вымысле, то есть, как бы на обмане. И поэтому, когда кинематограф берётся за какую-нибудь историческую личность, о которой что-то известно, а что-то и не известно, авторы фильма[1] обязательно домысливают образ. В случае с фильмом «Иван Грозный» – с попыткой в угоду власти.

Но искажение образа исторического лица может быть и чисто художественной задачей режиссёра. И примером такого свободного обращения с историческим лицом в кино стал гениальный фильм Тарковского[2] «Андрей Рублёв». Этой картиной был, по сути, тоже создан миф, но уже миф о великом иконописце. Если при упоминании имени Ивана Грозного у нас невольно перед глазами возникает зловещий образ, созданный Эйзенштейном, то, произнося имя Андрея Рублёва, в сознании большинства сразу возникает образ из фильма Тарковского – образ то ли монаха, то ли интеллигента.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (монолог Андрея[3] в светлице князя):

 

– Любовь никогда не перестанет. Хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знания упразднятся, ибо мы отчасти знаем… (Маленькая дочка князя, играя и смеясь, брызгает на Андрея молоком, Андрей смеётся). Ну княжна, хорошо ли это?

– Хорошо.

– Грешно молоком-то плескать. Баловство какое… (берёт девочку на руки).

– А почему грешно?

– А потому! Ну что? Ну, вытри меня.

– Сейчас высохнет.

– А, ну ладно.

 

Но почему же Тарковский решил делать фильм именно о Рублёве, о жизни которого почти ничего не известно? В какой-то степени в рождении этой идеи сыграл роль тот факт, что уже в конце пятидесятых годов творчество великого иконописца входит в культурное сознание советской интеллигенции. В шестидесятом году даже праздновали шестисотлетие со дня рождения Рублёва. В Третьяковке по такому случаю состоялась юбилейная выставка. И вот эта выставка во многом и стала стимулом для Тарковского, чтобы делать фильм.

А то, что биография Рублёва содержит в себе столько тайн и неясностей, как, может, ни одна другая биография великих деятелей культуры России, для Тарковского на самом деле было очень удобным обстоятельством. Пустоты в жизнеописании Рублёва давали авторам возможность пользоваться правом на художественный вымысел и говорить о том, что им кажется важным. А важным было показать, может, даже не столько великого святого, сколько вообще художника в России, всегда думающего о своём народе, и которому, естественно, свойственны и муки творчества, и сомнения.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (спор в поле между Андреем и  Даниилом Чёрным[4]):

 

– А может, и правда, откажемся и всё, вернёмся и всё?

– Да как я людям в глаза глядеть буду? Я со стыда сгорю! Какое время теряем – теплынь, сухота. Уже давно купол закончили бы, и столбы тоже. А как их разделать-то можно было б? Звонко, красиво. А справа – грешников, кипящих в смоле, написать можно бы так, мороз по коже! А я там такого беса придумал – дым из носу, глаза…

– Да не в этом дело! Не в дыме дело.

– А в чём?

– Не знаю!

– А почему глаза отводишь?!

– Да не могу я!.. Не могу я всё это писать, противно мне, понимаешь? Народ не хочу распугивать.

 

Фильм Тарковского, скорее, можно даже назвать антибиографичным, ведь если говорить о монашестве Рублёва в фильме, то монах он, конечно, странный. Ни разу мы не видим его молящимся, ни разу он даже не перекрестился, наконец, ни разу не вспомнил о своём духовном учителе великом Сергии Радонежском[5].

Такой образ Рублёва, как и весь фильм в целом, вызвал нешуточные споры. Скажем, Александр Исаевич Солженицын[6] считал, что изображать иконописца вот в таком творческом сомнении, по меньшей мере, некорректно, что его любовь к Богу слишком уж умозрительна, и думает он больше не о Боге, а о людях. Например, его разговор с Феофаном Греком – и в самом деле, это, скорее, разговор двух интеллигентов, ну разве что не на кухне.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (разговор Андрея с Феофаном Греком[7]):

 

– Так уж ведётся, что баба на Руси унижена и несчастна до крайности. А потом, не про то я.

– Ну хорошо. Ты мне скажи по чести: тёмен народ или не тёмен? А? Не слышу.

– Тёмен. Только кто виноват в этом?

– Да по дурости собственной и тёмен. Ты, что ли, грехов по темноте своей не имеешь?

– Да как не иметь.

– И я имею! Господи, прости, примири, укроти.

 

Моментами Рублёв в фильме, и вправду, больше походит не на инока, а на инакомыслящего, и чуть ли не на диссидента. Он сам ищет истину, и поэтому любовь к Богу у него отодвигается, затмевается любовью к людям. Но Солженицын, пожалуй, был слишком уж строг со своей убийственной критикой фильма. Подобная трактовка образа Рублёва для того времени была очень естественна. В шестидесятые годы тема творческого интеллигента стала исключительно актуальна, и поэтому неудивительно, что мировоззрение Рублёва оказалось уплощённым до гуманистических интенций.

С другой стороны, Рублёв у Тарковского получился таким и потому, что сыграть святого ведь в принципе невозможно. Можно сыграть обиду, зависть, саму борьбу чувств, а вот правдоподобно изобразить святого, наверное, нельзя. Опыта святости ведь ни у какого актёра нет. Даже просто положительный герой часто выходит пресным, а тут – святость.

Поэтому образ Рублева, пожалуй, и наиболее уязвим в фильме. И дело даже не в том, что, будучи монахом, он совершает тяжёлые грехи, а в том, что он наполнен пафосом в творческом поиске, какими-то обидами, что для иконописца, конечно, не свойственно.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (разговор Андрея с призраком Феофана Грека):

 

– Знаешь, я писать больше никогда не буду.

– Почему?

– Не нужно это никому, вот и всё.

– Подумаешь, иконостас сожгли! Да меня, знаешь, сколько пожгли? Во Пскове, в Новгороде, в Галиче. Великий грех на себя берёшь.

– Я тебе самого главного не сказал. Человека я убил.

 

Но мы ни в коем случае не обвиняем Тарковского. Ещё раз скажем, что идея фильма продиктована эпохой создания самого фильма. Да потом, Рублёв был канонизирован только в восемьдесят восьмом году. И кто знает, взялся ли бы Тарковский за такую идею, если бы он знал о нём именно как о святом? Но, с другой стороны, если бы не взялся, тогда не вышел бы этот гениальный фильм. В общем, всё не так просто. А советская цензура, кстати, в любом случае не позволила бы допустить серьёзного проникновения в глубь христианского богословия. Ведь фильм снимался, когда шла вторая волна борьбы с церковью.

В общем, сложно в образе Рублёва увидеть православного святого. Если уж на то пошло, то, скорее, святого католического. Между прочим, во время работы над фильмом у Тарковского на рабочем столе лежала книга о Франциске Ассизском[8], и, конечно, это нашло своё отражение в фильме. Скажем, художественная артель, которую возглавляет Рублёв, показана в духе странствующих францисканцев. Но хорошо известно, что уже по первым монастырским уставам православному монаху было строжайшим образом запрещено свободно переходить из одного монастыря в другой. Но всё это, конечно, не отменяет кинематографическую гениальность Тарковского, создавшего фильм, вошедший в десятку лучших фильмов мирового кино.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (Кирилл[9] и Андрей пережидают непогоду в поле под молодым дубом).

 

Картина Тарковского, притом что буквально переполнена символами, всё же, в сравнении с последующими его фильмами, достаточно прозрачна и понятна. Толкователям приходилось и приходится толковать не столько фильм, сколько образ Рублёва и ту Русь, которая была представлена в картине.

А Русь получилась совсем не лубочная. Тарковский решил не идеализировать бытие наших предков, что называется, не живописать благолепие и не одевать людей в парчу и бархат. Декоративностью в фильме и не пахнет. Режиссёр хотел представить мир таким, чтобы зритель не ощущал памятниковой, музейной экзотики. И для того чтобы добиться правды прямого наблюдения, как говорил сам Тарковский, правды физиологической, порой приходилось идти на отступления от правды археологической и этнографической. Концепция фильма была в том, чтобы показать смутное, очень жестокое время татарского нашествия, но посреди которого и появляется гений Рублёва. Тарковскому нужна была предельная контрастность в фильме. Отсюда, собственно, фильм и чёрно-белый.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (начальные кадры нападения татар на Владимир, от момента полёта гусей до падения лошади[10]):

 

– Татары! Бегите! Татары! Бегите!

– Вашу мать, ворьё!

– Пошла! Гады!

 

Но трагедийная жестокость авторского взгляда многим показалась и неправдоподобной. В принципе, действительно, пятнадцатый век можно было рассматривать и под углом зрения расцвета русской культуры. Образ же жестокого времени Тарковским, кажется, сгущается до придела. Из-за этого многие в фильме увидели смакование насилия и жестокости. Но такова была уж авторская идея художника: усилить все ужасы, максимально сгустить краски и довести это всё ещё и до документальной достоверности.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (сцена казни монаха Патрикея[11]):

 

– А вот вы все теперь будете в смоле кипящей. Вы уйдёте, а мы опять всё построим. Мы всё… А вы в геенне огненной кишки свои повыпускаете. Господи! Да что же это? Гады…

 

И вот на таком фоне Тарковский решил говорить о судьбе художников России и о самом феномене народа, не только непостижимо выживающего в условиях катастрофы, но и созидающего. В фильме намеренно не показаны те условия, которые могли бы породить гения Рублёва и, вообще, эту творческую энергию народа. Но зато сама эта энергия, в условиях истерзанной России, наполняет фильм.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (эпизод подъёма колокола):

 

– Давай!

 

Признавая всю гениальность картины, многим не пришёлся по вкусу сам образ России, где всегда грязь и слякоть. Причём, не только начальству, но и видным деятелям культуры того времени. Я уже сказал о Солженицыне. Был и Илья Глазунов[12], у которого от фильма возникло ощущение, что Тарковский ненавидит не только русскую историю, но и саму русскую землю. Кто-то называл фильм «самым злым и гениальным пасквилем на Россию в двух сериях»…

Но сам Тарковский и не претендовал на историчность самого фильма. Вообще, как художник он считал, что имеет право обращаться с материалом, материалом даже историческим, как ему вздумается, ради той идеи, той концепции, которую он хочет высказать. А он хотел создать образ молодой дикой земли, полной нерастраченных сил. Вот отсюда и ландшафт картины. Вся эта грязь, вся эта слякоть – не столько для того, чтобы показать мрачность и серость, сколько молодую, дикую, но полную потенциала Русскую землю.

Тема молодой России, кстати, заключена ещё и в образе юного колокольного мастера Бориски[13], ищущего глину для отливки колокола.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (Бориска Моторин под проливным дождём находит нужную глину):

 

– Андрейка! Семён! Нашёл!

 

Бориска, как известно, не владеет мастерством литья колокола. Но его вера помогает ему совершить чудо. Эта идея для Тарковского была чрезвычайно важна. Он сам говорил, что единственным способом создания художественного произведения является вера. И в образе Бориски в этом фильме он, может быть, максимально ярко представил своё понимание творческого процесса, направляемого и совершенствуемого, прежде всего, верой.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (сцена заливки расплавленного металла в форму для будущего колокола):

 

– Заливай! Ну!

– Пошла, Бориска! Пошла, пошла… Глядите!

– Господи, помоги, пронеси!

 

Конечно, Тарковский имел в виду даже не только веру в Бога. Тогда он ещё и не был сознательно религиозен. В фильме речь идёт о том, что стимул веры всегда является решающим в создании великого художественного произведения. И образ Бориски для Тарковского – как бы пример такой веры. Юный мастер даже стал своего рода альтер эго самого Тарковского. Это проявлено, в том числе, в особом, нервическом отношении к творческому процессу. То, как взвинченно, деспотично, а вместе с тем, и с мучительными сомнениями он руководит отливкой колокола, соотносится с работой самого Тарковского как режиссёра на съёмочной площадке. А сложнейшие многофигурные динамические композиции, которые выстраивает Тарковский в широкоэкранном кадре, сродни той работе, что выполняет его герой, отливая колокол. И там, и здесь работает множество людей. Но сплачивает и вдохновляет их творческий порыв одного человека – творца.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (эпизод у плавильных печей):

 

– Ну что стоишь? Работай! Подкладывай.

– Давай!

– Скорее, скорее!

– Ведро подноси!

– Подкинуть ещё во вторую печь?

– Подкидывай, подкидывай, давай, ну! Качай!

– Давай во вторую ещё!

– Качай!

(Работа кипит, плавильщики обливают друг друга водой, слышатся команды).

 

Тарковский в этом фильме работал с экранным пространством, используя на тот момент все существующие технические и художественные возможности кино. Бюджет фильма по тем временам был огромный – один миллион рублей. Такой размах на то время могли позволить только Бондарчуку с его фильмом «Война и мир». Но у Бондарчука в целом был всё же политический заказ. Его фильм стал своего рода антиподом фильму Тарковского. И дело, конечно, не в цвете, а в том, что в фильме «Война и мир» совсем другая концепция истории. В том, что у Бондарчука хоть и не лубок, конечно, но всё выполнено слишком уж гладко и в подчёркнуто тёплой русской традиции.

И поэтому, когда эти два фильма оказались на старте, причём, практически одновременно, начальство, конечно, сразу сделало ставку на «Войну и мир», а «Рублёва» попытались упрятать на полку. Но, к досаде задействованных в интриге сил, фильм добрался до Канн, пусть и вне конкурса, и тот грандиозный успех, а потом и триумфальный прокат фильма по всему миру сделал Тарковского персоной неприкосновенной. А тот эффект, который произвёл фильм на общество, сравним с ударом колокола, отлитым Бориской.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (сцена испытания колокола в присутствии князя и иностранных послов – событие, крайне важное для вех присутствующих русских и совершенно неоценённое гостями).

 

А колокол ведь – такой же проповедник, как и иконы, которые пишет Рублёв. Недаром их также ненавидели враги церкви – сбрасывали наземь и вырывали языки. И фильм Тарковского, несмотря на все претензии к нему, претензии во многом оправданные – в том, что режиссёр не сумел показать всю высоту духовной жизни людей пятнадцатого века – всё же стал настоящим событием в духовной жизни общества того времени.

Да, наверное, и не могло быть иначе, ведь Тарковский, даже не будучи ещё на тот момент верующим, нравственному содержанию в искусстве отводил первостепенную роль. Он даже говорил, что кино для него – занятие нравственное, а не профессиональное. Конечно, его гениальный фильм неоднозначен, во многом мрачен, но в итоге – художественным результатом фильма становится то таинство перехода от чёрно-белой, порой мучительной и беспросветной реальности, к удару цвета и смысла, показанным в настоящих иконах Рублёва.

 

Кадр из фильма «Андрей Рублёв»

 

Кадры из фильма «Андрей Рублёв» (панорама древнерусских икон; лошади под дождём).

 

Фильм «Андрей Рублёв» был снят в то время, когда государство решило нанести решающий удар по православной церкви. В шестидесятые годы была закрыта чуть ли не половина всех храмов и монастырей. Целые полки учёных трудились на ниве истребления и очернения православной веры. И вот вышел фильм-шедевр, в котором православная культура поднята на такой уровень художественного осмысления и выражения. И для большинства интеллигенции уж точно стало ясно, что борьба идёт не с народным невежеством и суеверием, а с великой тысячелетней традицией своего народа.

 

 

 

25 марта 2009

 

 

Источник записи видео: сайт одесского телеканала «АТВ» (atv.odessa.ua, прекратил свою работу в октябре 2014 г.).

 

 



[1] Сценарий фильма «Андрей Рублёв» написали Андрей Тарковский и Андрей Кончаловский, по идее Василия Ливанова. Режиссёр фильма – Андрей Тарковский (прим. ред.).

 

[2] Краткую и ёмкую статью о творчестве Андрея Тарковского и его роли в искусстве можно прочитать здесь (прим. ред.).

 

[3] Роль Андрея Рублёва сыграл один из любимых актёров Тарковского, Анатолий Солоницын. В будущем ему ещё предстоит сыграть у Тарковского Сарториуса в «Солярисе», Доктора в «Зеркале», Писателя в «Сталкере» (прим. ред.)

 

[4] Иконописец, расписывавший вместе с Рублёвым Успенский собор во Владимире. По мнению некоторых историков и искусствоведов – наставник Андрея. В роли Даниила Чёрного снялся Николай Гринько (прим. ред.).

 

[5] Сергий Радонежский – православный святой, величайший подвижник, сыгравший значительную роль в становлении русского самосознания в 14 в. (прим. ред.).

 

[6] О творчестве, гражданской позиции и результатах деятельности Александра Солженицына можно коротко прочитать здесь (прим. ред.).

 

[7] Великий русский иконописец византийского происхождения, повлиявший на творчество Андрея Рублёва. В 1405 году вместе расписывали Благовещенский собор Кремля (прим. ред.).

 

[8] Католический святой (1182–1226), основатель нищенствующего монашеского ордена францисканцев (прим. ред.).

 

[9] Товарищ Рублёва, донёсший на скомороха (скомороха гениально сыграл Ролан Быков), мучавшийся завистью к Андрею и раскаявшийся к финалу картины. Роль Кирилла исполнил Иван Лапиков (прим. ред.).

 

[10] По мнению многих критиков, один из самых жестоких эпизодов фильма (прим. ред.).

 

[11] Трагическая роль Юрия Никулина (прим. ред.).

 

[12] Илья Сергеевич Глазунов – советский и российский художник, основатель Российской академии живописи, ваяния и зодчества собственного имени (прим. ред.).

 

[13] Роль Бориски исполнил Николай Бурляев, уже знакомый ценителям творчества Тарковского по фильму «Иваново детство» (прим. ред.).

 

 

 

Фильмы Андрея Тарковского (на DVD: Иваново детство, Андрей Рублев, Сталкер, Солярис, Зеркало). Кинокомпания: Мосфильм   Андрей Тарковский. Андрей Рублев: Серии 1-2 (Blu-ray). Кинокомпания: Мосфильм, 1966 г.   Андрей Тарковский. Андрей Рублев (на DVD). Кинокомпания: Мосфильм, 1966 г.

 

 

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

05.12: Записки о языке. Самое древнее слово (статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2017 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!