HTM
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2017 г.

Роман Оленев

Груз 200

Обсудить

Стенограмма программы "Стоп-кадр"

На чтение потребуется 18 минут | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск       18+
Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 12.05.2014
«Груз 200». Постер фильма Алексея Балабанова

 

 

 

За последние два-три года в российском кинематографе было несколько фильмов, вызвавших широкий общественный интерес, выходящий за пределы обсуждения отдельно взятого произведения искусства. Так случилось с фильмом Михалкова «Двенадцать», Павла Лунгина «Остров». Серьёзную, но просто менее заметную дискуссию вызвала картина Кирилла Серебренникова «Изображая жертву». Но вот то, что сделал два года назад Алексей Балабанов[1], обрушив на всех «Груз 200», сравнимо разве что с выходом фильма «Маленькая Вера» двадцать лет назад.

«Груз 200», уже признанный самым скандальным фильмом десятилетия, просто разорвал зрительскую аудиторию на две части. Спокойных мнений почти нет. Одни считают, что, при всём радикализме, это самый серьёзный и лучший фильм режиссёра, ну а другие чуть ли не требуют упечь его в психушку за тягу к омерзительным извращениям.

В принципе, Балабанов всегда любил эпатировать зрителей. Но вот тут – действительно, что-то особенное. Главный герой фильма, если вообще можно так выразиться, – жуткий маньяк, ещё и начальник районного отделения милиции в провинциальном советском городишке под названием Ленинск. И вот это ленинский маньяк времён застоя творит такое, что фильм не рискнула взять ни одна крупная прокатная компания.

В высоких кабинетах долго решали, разрешать ли вообще «Груз» к показу в кинотеатрах. Уже ходили слухи, что фильм станет «полочной» картиной. В результате для режиссёра всё обошлось, но премьерный показ состоялся в присутствии врачей скорой помощи. К показу же на телевидении он, по сути, и запрещён. Поэтому и мы всё показывать не будем. Да, в принципе, и достаточно лишь заглянуть в глаза маньяка, чтобы представить, на что он способен. Психиатры отмечают, что актёр очень достоверно отобразил состояние маньяка, его жуткий опустошённый взгляд. Слово «сыграл» тут как-то и не совсем подходит.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200»:

 

– Здравствуй.

– Скоро Коля приедет и вас убьёт… Дяденька… (плачет) Отпустите меня, пожалуйста. Я никому не скажу.

 

Кто бы мог подумать, что роль маньяка первоначально писалась Балабановым специально под Евгения Миронова. Но он отказался сниматься в этой бесовщине, впрочем, как и Сергей Маковецкий, давний друг режиссёра. Актёр посоветовал ему даже совсем отказаться от идеи создания фильма. Потом, правда, увидев уже картину целиком, Маковецкий озвучил одного из персонажей. Ну, а то, что Миронов отказался от съёмок, в конце концов, для автора фильма, в принципе, оказалось и на руку. Зрители бы отвлекались на актёра. А так Алексей Полуян[2], на тот момент ещё абсолютно никому не известный, воплотил на экране анонимное зло, настоящего оборотня в погонах.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200»:

 

– Ах! Дяденька, не надо.

– Начальник, это, не тронь девочка!.. Нельзя это, начальник!

(Выстрел).

– А-а-а!

 

Как утверждает режиссёр – а это отмечено и в начале фильма – действие основано на реальных событиях. Балабанов говорит, что эту историю ему рассказала одна девушка, пережившая в те застойные времена нечто подобное. Вообще, жизнь той эпохи Балабанов знает хорошо. Тогда, в восемьдесят четвёртом году – события в фильме происходят именно в этот год – он двадцатипятилетним парнем работал ассистентом режиссёра на Свердловской киностудии, много ездил по стране и видел, как живут люди в забитых провинциальных городах. Балабанов говорит, что если в сталинские годы всё было прямо и честно – тебя расстреляли, и вся страна об этом знала, то в восемьдесят четвёртом году, при едва живом Черненко, централизованной власти не было, и каждый делал что хотел. Но – прежде всего, в маленьких городишках, и особенно тот, кто был завязан с местной властью. Можно было и человека убить или держать его сколько угодно. В общем, всё было далеко не так уж безоблачно. И страна спивалась, и безнаказанных подонков в погонах разводилось всё больше.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200»:

 

– Всем встать!

– Это моя квартира. Я в свой выходной гуляю с друзьями. На свои заработанные. Имею право!

– Встать всем, я сказал!

– А чё вы вообще здесь делаете, а? Кто им там дверь открыл? А ну пошли отсюда все на хер!

(Выстрел).

– На выход! Оформи оказание сопротивления.

 

Показанные в фильме события – это, конечно, не фотографический снимок той эпохи, скорее, гиперреализм, такая сцена уже более типична для конца восьмидесятых и девяностых с их явным беспределом. Но Балабанов хочет показать, что случилось всё не вдруг. Он исследует истоки разложения страны и ищет их, прежде всего, в застойные времена. В этом плане восемьдесят четвёртый год для Балабанова очень показателен – как переломный момент. Конечно, с одной стороны, этот год казался ещё пиком стабильности. Но внутри уже начался процесс распада. Уже царила двойная мораль, и всё хорошее потихоньку начинало погибать. Кстати, именно на восемьдесят четвёртый год пришёлся пик самоубийств за всю историю СССР. Это был момент междувременья. Брежневская эпоха закончилась, Андропов умер, Черненко был едва живой, а Горбачёв ещё не пришёл. И страна застыла в стагнации и бессилии.

В этом смысле, как ни покажется странным – сам Балабанов это не отрицает – мент-маньяк, который, ко всему прочему, ещё и импотент – это такая вот крайняя, радикальная метафора бессилия советской власти, которая была облечена беспредельной властью, но уже неспособна управлять страной. И то, что маньяк является представителем властных структур, а его жертва – дочь местного секретаря райкома партии – тоже намёк, что система начинает пожирать саму себя.

При этом страна как организм ещё жила. Заводы работали, трубы дымились, песни душевные пелись. Но от этого предчувствие неминуемой катастрофы, в принципе, ещё страшней. Летальный исход страны был также неизбежен, как то, что маньяк, везущий в фильме на мотоцикле свою жертву, осуществит насилие. Это проезд на мотоцикле на фоне просто какого-то метафизического промышленного пейзажа, ещё и под музыку и слова Юрия Лозы, создаёт крайне необычный, почти гипнотический эффект.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200».

 

Действие в фильме происходит то в промышленном провинциальном Ленинске, то Ленинграде, что, конечно, не просто так. С Ленина ведь всё начиналось, он и оставался последним идолом для страны. Но вот только ленинские принципы жизни закончились нравственным тупиком так называемого развитого социализма. Одним словом, развал системы был предопределён нравственной ущербностью самой системы.

Балабанов в фильме рисует мир без Бога. Один это жуткий техногенный пейзаж чего стоит. В этом и парадокс фильма Балабанова. Пользуясь экстремальным, постмодернистским киноязыком, он говорит, что если в стране отрицается даже душа, то в ней и рождаются, в конце концов, уроды, люди без души. Государство, основанное на атеизме, рано или поздно погружает людей в спячку. И застойная эпоха – это именно сон разума, а сон разума, как известно, рождает чудовищ[3].

Между прочим, самые страшные маньяки появились, как ни странно, в СССР, в самой, вроде бы, высокоморальной стране. И маньяк в фильме – это радикальнейшая метафора того, что если Бога нет, то всё позволено – в общем, чисто по Достоевскому[4]. Недаром в фильме есть два героя. Один – классический тип верующего грешника, настоящий Митя Карамазов, а другой – профессор атеизма, своеобразное комическое развитие образа безбожника Ивана Карамазова.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200»:

 

– Вот вам всем!

– А…

– Бога нет – значит, всё позволено. Помнишь? Вам миллионами можно убивать. А я по малолетке в драке пацана случайно одного убил. Сам сознался. Потому что знал, что виноват. Потому что на других могли подумать. Мне – десятку «строгача». Я промолчать мог. Мне совесть не позволила. Бог мне не дал промолчать! А вы Бога хотите отменить. И науку для этого придумали.

– А знаете, Алексей, что моральные нормы регулируются материальными экономическими отношениями? Такие проявления как мораль и как… э-э-э… чувство долга, совесть сложились у людей в первобытном обществе задолго до появления христианства. Полуинстинктивные переживания, связанные с необходимостью соблюдения табу. И, кстати, десять заповедей, записанных в Ветхом Завете, возникли и соблюдались задолго до того, как были записаны.

– Правильно! Бог дал нам заповеди. Они всегда были, их только позже записали.

 

Тема безбожия – одна из главных в фильме. Она часто звучит в разговорах героев или подразумевается. Из-за этого даже некоторые священники, которые в целом фильм смотреть, конечно, не советуют, говорят об определённой его ценности, считая, что он показывает, какие произошли на нравственном уровне с человеком изменения благодаря семидесятилетию безбожия советской власти.

В общем, Балабанов в своём фильме диагностирует причину смерти страны – утрата у людей веры в Бога. Да ничего хорошего и не могло случиться в стране, которая, хотя и покорила космос, но где из храмов сделали дискотеки. Образ поруганной церкви в фильме появляется не раз. Впрочем, как и портрет Гагарина как некая икона для советских людей.

Эти две линии, то есть, поэтизация космоса и последствия воинствующего атеизма, Балабанов схлёстывает в сцене, когда в уничтоженном храме, а теперь – задрипанной провинциальной дискотеке, подвыпившие ребятки пляшут под своеобразный гимн космонавтике и суперхит эстрады восьмидесятых – «Траву у дома».

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200».

 

Музыки в фильме много. И звучит она не просто как фон, а подчёркнуто громко, всегда являясь неким смысловым событием в структуре фильма, на которое надо обратить внимание. С помощью музыкальных фрагментов из шлягеров восьмидесятых Балабанов не только передаёт атмосферу того времени, но и саркастически обрисовывает своих персонажей. Линию маньяка сопровождает утопически-душевная композиция Юрия Лозы, а профессор атеизма всё время ездит в фильме под беззаботную песенку «В краю магнолий». И передаёт эта песенка то, что при всём серьёзном умном виде учёный-атеист на самом деле ужасно наивен и глуп перед жизнью, а главное, трусливо бежит от реальности, желая быть чистеньким, избегая любой возможности себя замарать и даже потревожить.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200».

 

Вся поэтика фильма основана на сильнейшем контрасте. Балабанов использует неожиданные, непропорциональные сочетания, чтобы вызвать диссонанс в ощущениях. На протяжении всего фильма он тщательно выстраивает взаимоотношения видеоряда, состоящего из насилия, пьянства и распада личности, и звукоряда, составленного из позднесоветских шлягеров. Таким образом, Балабанов противопоставляет два абсолютно разных мира, спокойно сосуществующих в рамках одной страны. Один – страшный, полный лжи и жестокости, а другой – вполне счастливый, где живут красивые радостные люди и поют душевные песни, одним словом, мир из телевизора.

А ведь в этом самое время полным ходом шла лживая и грязная война в Афганистане, где убивали и своих, и чужих, без меры и цели. Балабанов, показывая нам разгрузку на аэродроме цинковых гробов и погрузку в тот же самый самолёт нового пушечного мяса, и здесь даёт нам почувствовать резкое несоответствие пусть и военной, но слишком уж душевной, лиричной песни тех лет с безжалостной, жестокой правдой жизни.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200».

 

Вот мы, наконец, и подошли, собственно, к названию фильма. Ещё до начала основного действия в город Ленинск летит самолёт, на борту которого двадцать шесть гробов из Афганистана, в транспортной кодировке известных под названием «Груз 200». Сам Балабанов, кстати, когда служил в армии, был радистом в самолётах и не понаслышке знает об этих грузах.

Один лейтенант рассказывал ему, что ящики с цинковыми гробами, приходившие из Афганистана, часто никто не встречал, например, если погибший был сирота. И они пропадали неизвестно куда. В общем, Балабанов утверждает, что в своём фильме он ничего не наврал, а показал весь ужас и лживость того времени, но, конечно, в художественном осмыслении.

Война в Афганистане здесь – как катализатор агонии страны. Почти все ведь понимали, в том числе, само военное руководство, особенно среднего звена, что происходит нечто ужасно бессмысленное. Но никто ничего не мог сделать.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200» (разговор по телефону):

 

– Да, полковник, здоро́во.

– Груз двести примешь послезавтра?

– Послезавтра?

– Да, прямо похоронить… (неразборчиво)

– А мне что предлагаешь сделать?

– Помоги, родственников подключи.

– Да нет у него родственников, нет. Отец синий в дурке, некому его хоронить. У тебя там сколько людей?.. А у меня два человека… Да мне плевать, что у вас там отпуска летние! Он, между прочим, за Родину погиб! Ментов подключи, у вас там много! (Бросает трубку, бьёт рукой по столу). Сука! Да, б…, когда же это кончится? (К адъютанту). Скажи прапорщику, чтобы чаю сделала.

– Слушаюсь, товарищ полковник!

 

Тема войны в Афганистане, вообще-то, в фильме не главная. Она проходит вскользь, боковой линией. Фильм – о закате советской эпохи. Но названа картина «Груз 200». Именно он становится центральным символом погружающейся в глубокие сумерки советской эпохи, летального исхода СССР. То есть, по сути, весь Советский Союз для Балабанова – это один большой «Груз 200». Ну и, кроме того, мёртвый герой фильма, десантник, погибший в Афганистане, он же жених девушки, которой забавляется насильник – это, как ни страшно звучит, воплощение поруганной разбитой Советской армии, её боевой славы.

И тут Балабанов позволяет себе такое, что некоторые обвинили режиссёра не то что в глумлении над памятью, но в сатанизме. «Груз 200» – это, действительно, не просто радикальное кино, но, в принципе, лежащее за пределами обычных эстетических приёмов кинематографа. Фильм имеет исключительно шокирующий характер.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200» (безумная старуха смотрит телевизор, в то время как в соседней комнате милиционеры вскрывают гроб с телом погибшего солдата):

 

– Чёрненький!

 

Дальше показывать просто нельзя. Кто видел, тот вспомнит, ну, а кто не видел, если будет иметь желание, купит фильм и сам посмотрит. Вот такая ужаснейшая постмодернистская кинопритча о смерти СССР. История одного подонка-маньяка и гибели героя-десантника становится для Балабанова знаком того периода истории страны, когда она начала разлагаться изнутри.

По большому счёту, ведь Советский Союз распался без всякого вмешательства и внешних врагов. Ну, по крайней мере, винить один Запад, что он разложил страну, слишком наивно. Другое дело, что говорит Балабанов о распаде и разложении Советского Союза, используя слишком уж страшные в своём натурализме метафоры. То есть, если речь идёт о загнивании СССР, то и нате вам несколько трупов с мухами.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200»:

 

– Вам кого?

– Капитан Журов дома?

– Там он, с женой. Мухи у нас.

(Выстрел).

– А-а-а!

 

Показанная в фильме безумная алкоголичка, мамаша маньяка, – для Балабанова это, во-первых, аллегория обывательского сознания, безразличия к происходящим рядом преступлениям. А что? То, что происходит в фильме, не так уж сильно отличается от телерепортажей, скажем, «НТВ» о серийных убийцах и маньяках, которые сегодня, скорее, многие ради забавы любят смотреть. Для Балабанова эта выжившая из ума мамаша – чуть ли не такая себе Родина-мать, которая спилась и пьяными глазами с опухшей мордой уставилась в бессмысленный телевизор.

Да, вот такой у Балабанова радикальный метафорический ряд, который он совместил с таким гипернатурализмом. В этом плане он чем-то напоминает Достоевского, который ведь, говоря сегодняшним языком, тоже очень чернушный писатель. Если помните, там и мухи тоже есть, и банька с пауками, и ни один главный роман не обошёлся без липкой крови. Кстати, те, кто не принял фильм, обычно не любят и Достоевского. Но Балабанов, конечно, заходит ещё дальше. А вот просвета почти не даёт.

Правда, ближе к финалу фильма есть сцена, когда одумавшийся профессор атеизма решил покреститься. Ну, раз ни милиции, ни власти нет, значит, один Бог остался. Но сцену эту Балабанов делает не вполне однозначной, намекая на тех госчиновников и профессоров, которые, толком не зная, что такое церковь, как по команде бросились креститься. Но, так или иначе, приход в церковь заклятого профессора атеизма – это полное мировоззренческое поражение атеизма как такового.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200»:

 

– Простите, а как мне увидеть батюшку?

– Отец Василий к вечерней службе приедет.

– А. Простите, а когда у вас вечерняя служба?

– Через час уже. Ты чего хотел?

– Я хотел узнать, как можно пройти обряд крещения.

– Не обряд, а таинство. Вон там сядь, молись и жди.

 

Вообще-то приход в церковь атеиста в восемьдесят четвёртом году – вещь, конечно, почти немыслимая. Эта сцена – явное опережение событий. Она является проекцией скорого будущего. Но Балабанов выбрал именно восемьдесят четвёртый год как момент слома эпохи, когда только начиналось прорастание переходных состояний – от атеизма к вере, ну и от социализма к капитализму. Поэтому режиссёр не всегда исторически буквально точен, иногда даже подчёркнуто вносит неправдоподобные моменты.

Например, многие обратили внимание, что один из героев фильма, самый крутой местный парень, обладатель супермодной на то время машины «пятёрки», носит футболку с надписью «СССР», популярной тогда разве что у иностранцев. Модной она станет относительно недавно. Но для Балабанова это не оплошность, а задумка. Это такая буквализация метафоры. То есть, перед нами человек, который вскоре распродаст всю страну в буквальном смысле слова. Этот циничный пацан, думающий только о бабках, в общем, – будущий новый русский. Ну а пока он к этому лишь готовится.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200»:

 

– Здорово, хозяин. Я за киром. Кудряво живёшь, смотрю. Растёт предприятие? Скажи Суньке, чтоб принёс батл покрепче. Не хватило мне.

– Тоня! Скажи Суньке, чтоб бутылку принёс. Покупатель.

– Ну как город твой, солнца, процветает?

– Ты, гнида городская! Святого не трожь.

– Ладно, ладно, Алексей, я так, я пошутил… (Выпивают). Главное, мужики, это бабки, хе-хе… Есть бабки, есть и пф… (неприличный жест) Бабки!

 

Майка с надписью «СССР» – не единственный пример того, что Балабанову в этом фильме свойственна предельная буквализация художественного языка. Главный пример – конечно, то, о чём я уже говорил. То есть, если речь идёт о разложении Советского Союза, то в прямом смысле появляются трупы с мухами. Буквализация в том, что для большей дискредитации ленинских принципов жизни действие в фильме происходит в городах с говорящими названиями – Ленинске и Ленинграде.

Одним словом, Балабанов снял антитоталитарный фильм, используя не только экстремальный постмодернистский киноязык, но, в том числе, и риторику самого тоталитаризма, которая основана на плакатной стереотипной эстетике. Все герои Балабанова именно стереотипны. Они нужны режиссёру постольку, поскольку за ними закреплена та или иная идеологическая функция. Например, профессор атеизма принципиально лишён индивидуальности. Это такой Доцент Доцентович в роговых очках на запорожце.

Но штампы Балабанову и важны, так как вся страна тогда состояла из штампов. При этом нельзя сказать, что на ту эпоху Балабанов смотрит с ненавистью, а вот наступающие времена возвеличивает. Циничный парень в майке с надписью «СССР» Балабанову явно несимпатичен. Но именно на нём как не герое уже из новой, капиталистической эпохи, и заканчивается история.

Причём, последние кадры явно перекликаются с финалом культового фильма о том же времени «Асса». Помните, как Цой там с романтическим пафосом пел о переменах? У Балабанова тоже поёт Цой. Но текст песни совсем другой. И герои мечтают о совсем других переменах. Но вот зато походка у них такая же энергичная и целеустремлённая. Так, напоследок иронически поиграв с фильмом «Асса», Балабанов подытоживает эпоху застоя и уже без всяких утопий и романтизма смотрит в будущее.

 

Кадр из фильма «Груз 200»

 

Кадры из фильма «Груз 200» (на концерте):

 

– Майка у тебя клёвая!

– Слушай, давай бухнём после концерта! Я угощаю!

– Можно!

(Звучит песня: «Время есть, а денег нет, и в гости некуда пойти». Герои покидают концерт, идут по улице).

– Щас время такое, что бабки можно сделать. Я вот к ненцам приезжаю и за ящик спирта беру десяток оленьих шкур! А здесь у меня чувак есть. Такие бабки выкатывает! Если объединиться, Славик, можно в два, в три раза больше делать! Я сам не отсюда, мне ленинградский напарник нужен. С пропиской.

– Понял, хе!

(Звучит песня: «Я хочу пить, я хочу есть, я хочу просто где-нибудь сесть. Время есть, а денег нет, и в гости некуда пойти»).

Титры: «Шла вторая половина 1984 года».

 

 

 

1 августа 2009

 

 

 

Источник записи видео: сайт одесского телеканала «АТВ» (atv.odessa.ua, прекратил свою работу в октябре 2014 г.).

 

 

 



 

[1] Алексей Октябринович Балабанов (1959 –2013) – русский кинорежиссёр, автор 17 фильмов, в том числе «Брат», «Брат 2», «Про уродов и людей», «Морфий» (прим. ред.).

 

[2] Алексей Владимирович Полуян (1965–2010) – русский актёр театра и кино, снялся в 27 фильмах (прим. ред.).

 

[3] Сон разума рождает чудовищ (исп. El sueño de la razón produce monstruos) – испанская поговорка (прим. ред.).

 

[4] «Если Бога нет, всё позволено» – фраза, приписываемая Ф. М. Достоевскому в качестве цитаты из романа «Братья Карамазовы». Однако некоторые исследователи указывают, что буквально в тексте произведения такое выражение не употребляется (прим. ред.).

 

 

 

Любовь Аркус, Мария Кувшинова, Константин Шавловский. Балабанов. Издательство: Сеанс, Книжные мастерские, 2013 г.

 

 

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

11.07: Дмитрий Линник. Все красивые девушки выходят на Чертановской (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!