HTM
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2017 г.

Катерина Ремина

Молчание стиха

Обсудить

Сборник стихотворений

Опубликовано редактором: Карина Романова, 23.11.2009
Иллюстрация. Автор: Алиса Mourou. Название: "*". Источник: http://www.photosight.ru/photos/3430996_large.jpg/

Оглавление

  1. Угадайка
  2. hv
  3. Клепсидра
  4. Абак
  5. «Читаешь, что земля была пуста…»
  6. На груди
  7. «Угрюмых священников вой…»
  8. Желания
  9. «Не ты ли одна меня любишь…»
  10. Среди елей
  11. Задача на смекалку
  12. «Ну нет так нет. Нарисуем нолик…»
  13. Изюминки
  14. Бог отделил дожди от моря...
  15. Твердыня небо
  16. «И эти травы, и эти деревья…»
  17. Сын человеческий
  18. «У него нет лица – только пятна цветной акварели…»
  19. «О том, как он говорит «люблю…»
  20. «Осеннее солнце горит, но не греет…»


    Угадайка

    Окружаешь, как вьюга, –
    не спрятаться,
    не вздохнуть –
    и на имени моем гадаешь,
    вызволяя забытые смыслы:

    Л – ладонь и линия жизни поверх.
    Ю – ютимся на шахматном поле вдвоем.
    Б – беру тебя за руку, а кажется – на руки.
    И – иглой своих взглядов сшей меня заново.
    М – может, все еще будет лучше.
    А – астеничные «да» в ответ на твои негодования.
    Я – все время подписываюсь разными именами.

    Расшифровал, разложил все по полочкам
    и думаешь – угадал.
    Ну-ну…

    hv

    Ньютоновский опыт прост:
    белый – призма – букет
    соцветий.
    Молчи и смотри,
    как свет сочится сквозь стены,
    становится цветом.
    Аш-ню
    над тонкою стрелкой в тетради
    и строгий вопрос на уроке:
    частица или волна?
    … Иглою вшивается насмерть,
    вживается в чуждое тело –
    и сквозь полотно абажура
    на пальцы течет акварель.

    Клепсидра

    Молозиво мое – сладкое,
    молозиво твое – солонее.
    Смешаем наши нектары,
    сольем их в одну клепсидру
    и будем считать по делениям,
    сколько нам осталось любить.
    Молозиво мое – густое,
    молозиво твое – еще гуще:
    тягучие капли,
    медленные, цвета лунного камня,
    падают на дно
    нами сотворенных часов
    с перерывом в столетия.
    Молозиво мое – жизнь,
    молозиво твое – зачаток жизни:
    клепсидра не скоро опустеет,
    если жизнь и жизнь дают в сумме
    целую Вечность.

    Абак

    Тело, превратившееся в абак:
    время отсчитывается порезами,
    синяками, царапинами, степенью
    лихорадочной дрожи поверхности.
    Чем не бумага для календаря,
    от которого ежедневно
    отрывают ненужный кусок?
    Чем не кипу – не из веревок – из членов,
    из нутра, завязанного узлом?
    Тело, ставшее мерой
    течения мирозданья,
    большой циферблат часов,
    на котором выщерблены отметины
    и острые стрелки идут по кругу
    бесстрастно,
    без лицеприятья,
    прокалывая по ходу
    гортань, легкие, сердце,
    у матки вдруг замирая.

    * * *

    Читаешь, что земля была пуста
    И тьма над бездною.
    А здесь уже весна,
    И шелестят лучи, завидев Бога,
    И расправляет легкие трава.
    Читаешь, что земля была безвидна,
    А здесь деревья смотрят кареглазо,
    Столетне, мудро, причастившись тайн,
    И птицы суетливо любопытны,
    И звери по-наивному добры:
    Почти едят из рук…
    И скоро почки
    Пробьются, брызнут радугой цветы…
    А там – земля пуста, еще во мраке,
    Но Бог дохнул – и Дух коснулся тьмы,
    Откинул занавесь –
    И сотворил весну.

    И уронил частичку Бога в солнце.

    На груди

    Ветер
    тревожным дыханием
    разворошил золу,
    нашел еще жаркие угли
    и положил мне на грудь
    (жжет)
    … и положил мне на грудь
    сухие свои ладони –
    сжимает –
    как будто ждет капель –
    сладких, густых, нерукотворных –

    так мальчик
    с тревожным взглядом
    к моим припадает соскам,
    как будто голодный волчонок,
    еще не просохший, слепой,
    настойчивый и неуклюжий,
    и я забываю, кто это
    уснул у меня на груди –
    любимый?
    новорожденный?

    * * *

    Угрюмых священников вой,
    Всплеск мудрости колоколов.
    Даруй же мне вечный покой,
    На части мой день расколов.

    Я тоже играю в себя,
    Без спроса награды беру.
    Огромное сердце скрепя,
    Прости эту злую игру.

    Мы за руку ходим с Тобой,
    Любимые песни поем –
    Даруй же мне вечный покой
    В сияющем Царстве Твоем.

    Тускнеют, уснув, купола,
    Застыли в пыли витражи,
    Здесь каждый поет на свой лад
    И холодно, холодно жить.

    Открой побелевшие своды
    И благовест жертвой прими,
    Спаситель неверного рода,
    Который прозвали людьми.

    Желания

    Захотел горячее –
    Я сняла все, что было:
    Стены дома впитали
    Огоньки фотовспышек.

    Захотела смелее –
    Облеклась в злую силу,
    Больно плети хлестали,
    Взгляды ели бесстыже.

    Захотели до крови –
    И царапали кожу,
    Рисовали на теле
    Дневники откровений.

    Захотели с любовью –
    Непосильною ношей –
    Да ослепнув, истлели
    В две бескровные тени.

    * * *

    Не ты ли одна меня любишь?
    Не ты ли одна по мне плачешь?
    Ты мне детским утром наступишь,
    Ты мир нарисуешь иначе,
    И, может быть, вспомню однажды,
    Что я еще жив и прекрасен,
    Что петь и смеяться не страшно,
    Что Бог мои крылья раскрасил…
    Ты голос мой греешь в ладонях,
    Но память землей засыпает,
    И я, задохнувшись, не вспомню,
    Насколько была ты родная.

    Среди елей

    Среди заботливых елей,
    изведавших наши души,
    хранящих наши секреты,
    простивших все наши страхи,
    мы прятались меж стволами,
    играли во взрослые игры,
    строили тайники
    и прятали наши сокровища.
    Когда через год возвратились –
    день в день – не нашли и тени
    того, что от всех сберегали.
    Кто смел наши души разграбить?
    Как выследил нас сквозь деревья?
    Теперь мы сидим, обнявшись,
    нагие, бездомные дети
    с пустой и продрогшей душой.

    Задача на смекалку

    От моего стула
    До твоего –
    Расстояние в комнату.
    Ком темноты по ней катится –
    И застревает в горле.
    В каждом углу –
    Ровно по черной кошке
    С янтарными древними взглядами.
    Сколько останется Времени,
    Когда одна скроется прочь?
    Истина этого вопроса
    В ответ на твое дыхание
    Кроется меж двумя стульями –
    Твоим и моим –
    Это слишком большое расстояние:
    Его не пробежать ни гепарду, ни рыси,
    Не пролететь его птице…
    … Если четвертый угол
    покинет последняя кошка,
    что в этот миг случится?

    * * *

    Ну нет так нет. Нарисуем нолик,
    Раскрасим нолик в цвет пустоты.
    До подоконника путь недолог,
    Внизу – зевак открытые рты.

    Шоссе-Смородинка, чудо-речка,
    Рука, протянутая из сна:
    Пророк еще не закончил речь, как
    Пошел на дно – а не видно дна.

    Еще раз нет. И начнем ab ovo.
    Прости, мой милый, что я не сплю:
    Сейчас особенно живо слово,
    Чтоб живословить все, что люблю.

    Не бойся. Будь всех святых мудрее:
    Господь сегодня у нас в гостях,
    Он легче ветра крылом развеет
    Мою беду и твой детский страх.

    Изюминки

    Нас учили: в каждом есть своя изюминка,
    А я люблю тебя за зернышки мака и тмина.

    Нас учили: каждый человек – homo sapiens,
    А я люблю тебя за волчий упрямый оскал.

    Нас учили: у каждого есть цель и амбиции,
    А я люблю тебя за пустоту и волю дождя.

    Нас учили: в каждом здоровом теле – здоровый дух,
    А я люблю тебя за изломанность тела страданий.

    Нас учили: у каждого есть право на жизнь,
    А я люблю тебя за право на умирание.

    Бог отделил дожди от моря...

    «Бог отделил дожди от моря,
    Стал светом дождь, а море – тьмой» –
    Начало первой из историй,
    Рассказано Самим Тобой.

    Создавший сушу в океане,
    Незыблемый, поведай Ты,
    Когда мой остров снова станет
    Твердыней посреди воды?

    Твердыня небо

    Твердыня небо –
    Сущий во облацех знает:
    Слово, данное свыше
    Есть ось бытия.
    Смотри же
    Как в прах осыпается вечер,
    Как утро опять воскресает
    Из вымерзшей за ночь земли.
    Еще один день.
    И еще один взгляд
    Неба (к Тебе – мои мысли и страхи,
    Радости, гнев и смирение).
    Еще один день.
    Прости нам грехи –
    Уж ночь у дверей:
    Как с бременем этим заснуть?
    Но тверже алмаза небесное око:
    Мы поздно призвали Священное Имя,
    Еще один день.
    Как с бременем этим,
    Как с временем этим заснуть?

    * * *

    И эти травы, и эти деревья
    Пахнули крепко медом и утром.
    Читая всю псалтирь нараспев, я
    Крещусь рассыпчатым перламутром.

    И что мне день с его маетой?
    Теперь мое, тишайшее время:
    Так льется воздух в сосуд пустой,
    Так в землю добрую падает семя.

    Сын человеческий

           Сыну

    Спи, малыш мой, уже поздний вечер, спи.
    На закате под новый день
    Выходил как-то Сын Человеческий
    Испытать помыслы людей.

    «Ах, сынок, да куда же из дома ты?»
    «Я иду к Отцу Своему».
    И осталась холодная комната
    В плотницком многолюдном дому.

    Мать давала благословение,
    Веруя и не зная того,
    Что за смертью придет воскресение
    И прощенье душой Одного.

    Разве думает матерь о сыне родном,
    Что Он будет распят и пронзен?
    Что Его повенчают терновым венцом?
    Что в день третий Он будет спасен?

    Спи, мой маленький, мама о тайном поет.
    Где-то ждет и тебя Иордан?..
    Благовещение совершилось мое:
    Ты мне тоже был Господом дан.

    * * *

    У него нет лица – только пятна цветной акварели.
    Он идет, завернувшись в пальто, чтоб его не узнали.
    И одни о нем просто на каждом углу свиристели,
    А иные, молясь в обнаженное небо, молчали.

    И когда он идет по бульвару, тонкий, как ветка,
    И несет тишину своего акварельного сада,
    Женщины отворачивались и фыркали метко,
    А иные следили за ним очарованным взглядом.

    В воскресенье шел дождь, заключая весь город в объятья,
    Струи-змеи ползли, и, казалось, воде нет конца.
    И к нему приходила красавица в клетчатом платье –
    Та, которая видела, что у него нет лица.

    Он протягивал длинные руки – как дождь или ветер,
    Зная нежность, которая прочих – увы! – не касалась.
    И одни говорили: наверно, он пьет каждый вечер –
    А иные, их тени благословя, улыбались.

    * * *

    О том, как он говорит «люблю»,
    Не знает почти никто.
    Когда он снится, я плохо сплю
    И днем все совсем не то.
    Когда его голос становится тише,
    В нем шепчет душа огня
    И черные крылья летучей мыши
    Вздыхают вокруг меня.

    Он выйдет из дома, одетый, как люди,
    И, как человек, пойдет.
    О нем много спорят, его много судят:
    Особый, моральный спорт.
    А он, словно ветер, танцует на крыше,
    От всех ускользая прочь,
    И черные крылья летучей мыши
    Зовут в этот город ночь.

    * * *

    Осеннее солнце горит, но не греет –
    Так говорят.
    Осенняя ночь убивает быстрее
    В тысячу крат.

    Осеннее утро одарит росою
    Холодной, как смерть.
    Мне помнить, дышать и воскреснуть с тобою –
    И думать не сметь.

    Уже надеваю пальто и перчатки
    И дольше не сплю,
    Рассудок играет в жестокие прятки
    За все, что люблю.

    Осеннее небо, седое, большое,
    Впускаю в окно.

    – Не рви себе сердце. Не надо за мною:
    Я умер давно.

    Пользовательский поиск

    Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

    Мы издаём большой литературный журнал
    из уникальных отредактированных текстов
    Люди покупают его и говорят нам спасибо
    Авторы борются за право издаваться у нас
    С нами они совершенствуют мастерство
    получают гонорары и выпускают книги
    Бизнес доверяет нам свою рекламу
    Мы благодарим всех, кто помогает нам
    делать Большую Русскую Литературу

    Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



    Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

    Сейчас собираем на публикацию:

    18.05: Андрей Усков. Грусть, тоска, печаль и радость (рассказ)

     

    Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


    Уже собрано на:

    05.06: Евгений Даниленко. Кипяток (сборник прозы)

    Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




    Купите свежий номер журнала
    «Новая Литература»:

    Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

    Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

    Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

    Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

    Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

    Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

    Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



     

     



    При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
    Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
    Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
    Купить все номера 2015 г. по акции:
    Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
    Реклама | Отзывы | Подписка
    Рейтинг@Mail.ru
    Поддержите «Новую Литературу»!