HTM
Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2019 г.

Ян Торчинский

Рассказы о детях

Обсудить

Сборник рассказов


(невыдуманные истории)
Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 18.06.2007
Оглавление

11. Диагноз
12. Педиатрическая история
13. Вопрос без ответа

Педиатрическая история


Кажется, в 70-х годах со всех эстрад киевских ресторанов звучал озорной шлягер:

 


Раз мой дедушка родной,
Киевлянин коренной,
Чуть от нервов не сошел с ума,
Потому что слух прошел,
Что хотят снести Подол
И построить новые дома.

А без Подола Киев невозможен,
Как святой Владимир без креста.
Это же кусок Одессы,
Это новости для прессы
И мемориальные места!


 

''Моего родного дедушку'' понять можно. На Подоле издавна селилась еврейская голытьба, которая будто явочным порядком преодолела черту оседлости и оккупировала этот район столицы Украины. Поэтому там стойко сохранялся дух местечек, их колорит и акцент. Однако, несмотря на все нервы и амбиции тамошних дедушек и бабушек, пришло время реконструкции и перепланировки Подола и связанное с этим переселение подольских аборигенов в новые микрорайоны Киева. Но даже там, преодолев все прелести новейшего Исхода, еврейско-подольская диаспора умудрялась сохранить компактность проживания и перенесла в эту зону дух специфической подольской ауры.

Именно такую зону обслуживал мой друг, педиатр Альберт Шухман, или, по его словам, врач-композитор с лишним ''ха'' в фамилии.

Альберт был врачом в третьем поколении. Себя он считал продолжателем традиций великих киевских педиатров: Лазарева, Сигалова, Балабан – и, действительно, являлся таковым. Медицина была для него и профессией, и призванием, и хобби, и наслаждением. А детей он любил нежно и трепетно, как такое часто случается со старыми холостяками. Однако стеснялся этого и прятал свое подлинное отношение за шуточками типа: ''В чем разница между педофилами и педиатрами? – Первые искренне любят детей!''

Среди коллег и родителей своих маленьких пациентов доктор Шухман слыл оригиналом и позером. Или даже человеком не от мира сего, поскольку не укладывался в привычный стандарт. Например, в ненастную погоду он надевал допотопные галоши. ''Потому что иначе с мамами и бабушками говорить невозможно, – объяснял он. – Они же не о своем больном ребенке думают, а о паркете, на который с моих подошв натекло…''

Придя по вызову, Альберт долго мыл руки горячей водой и просил чистое полотенце, не реагируя на предложение: ''Возьмите любое: вон их сколько в ванной висит…''

Зимой он носил фонендоскоп во внутреннем кармане и прежде, чем пустить его в ход, грел в ладонях – в отличие, скажем, от нашей участковой педиатрини, которая зимой врывалась в комнату, не сняв дубленку, и прикладывала к спине или грудке температурящего ребенка запотевшую с мороза металлическую чашечку фонендоскопа, вытащенного из хозяйственной сумки…

Выписав необходимые лекарства и составив подробную инструкцию по их приему, Альберт говорил, чтобы через три или четыре дня его вызвали снова, а если повторного вызова не было, частенько приходил по собственной инициативе. Поэтому немудрено, что он подолгу задерживался на своем участке и чем ближе к вечеру, тем с трудом поднимался на верхние этажи безлифтовых хрущевок, где, словно сговорившись, жила основная масса его пациентов. Здесь давали себя знать и приобретенная смолоду тучность, и варикозные вены на ногах, и кое-что другое.

Кроме того, старые еврейки, сидящие с больными внуками, чувствовали в участковом педиатре родственную душу и долго не отпускали его, рассказывая о своих радостях и бедах. У Альберта никогда не хватало характера повернуться и уйти – но сколько времени съедали такие разговоры? ''Старые яхны, где вы взялись на мою голову'', – ворчал он, но, по-моему, переносил на этих словоохотливых бабушек часть своего отношения к больным детям. Профессиональное чутье не изменяло доктору Шухману: старухи, оказавшись в отдельных квартирах, без коммунальных кухонь и соседей, остро и болезненно переживали свалившееся на них одиночество, страдая от своего рода ностальгии и клаустрофобии. Целый день с глазу на глаз с непослушными внуками, а дети с работы приходят только вечером, пусть они будут живы и здоровы, но разве у них есть интерес и время поговорить с мамой… А здесь появляется молодой врач, вежливый и внимательный человек, да еще прекрасно говорящий по-еврейски. И кажется, в глубине души радующийся, что можно поговорить с пожилыми женщинами, набраться ума-разума… ''Дус из унзере идиш доктор'', – с умилением говорили они об Альберте. Не знаю, как насчет ума-разума, но что в фольклоре недостатка не было, это уж точно.

…Однажды ему отворила дверь женщина лет семидесяти, одетая в китайский стеганый халат, из разреза которого кокетливо выглядывали детали ночной сорочки.

– Ах, доктор, – зачастила она сходу, – что же это такое! Мы вас просто заждались. А ребенок всю ночь так кашлял, так кашлял – если бы вы это слышали, у вас бы выпала душа. А вы все не идете и не идете… Я уже хотела снова звонить в поликлинику… Так ведь у нас нет телефона, надо идти к соседям, а как его оставить одного…

– Ничего не поделаешь. Участок большой, вызовов много… В городе начинается грипп. Ладно, где у вас руки помыть…

– А может, вам нужно прямо в туалет, так вы не стесняйтесь.

Альберт быстро убедился, что ничего серьезного у мальчика нет: легкий катар верхних дыхательных путей. ''Традиционные еврейские носоглоточки, – ворчал доктор Шухман, выписывая рецепты и бюллетень по уходу куда-то сбежавшей мамаше. – А чего удивляться: сделали наши сволочи из Киева вторую Прибалтику. Такой был климат здоровый, так моря рукотворного им под городом захотелось…''

Он уже собрался уходить, но бабушка цепко ухватила его за рукав и начала рассказывать о своем внуке: это же не ребенок, а настоящий вундеркинд, а родители – разве они способны понять, какое это сокровище, особенно, невестка – она же настоящая шикса, что вы от нее хотите…

– А Минечка знает на память все стихи этого знаменитого писателя, я забыла его фамилию. Миня, расскажи дяде доктору стихотворение…

Но внук хранил молчание.

– Я, пожалуй, пойду, – нерешительно сказал Альберт. – У меня сегодня еще шесть вызовов.

– Что значит, вы уйдете и не услышите… Минечка, ты слышишь, доктор спешит. И ты сейчас что-нибудь прочитаешь на память, чтоб я так была здорова…

Однако тот уперся, как пионер на допросе. Старуха сокрушенно развела руками.

– Ну, видели? Это такой же подарок, как его родители. Мешигинер генс – мешигенер гривнПримерный перевод с идиш: «От сумасшедших гусей – сумасшедшие шкварки»., вы же сами понимаете. Только не подумайте, что я вас обманываю. Чтоб мы все так долго жили, он-таки знает это стихотворение. Просто ребенок столбанеет от уважения. Но если вы ему сделаете пальцем ''ну-ну-ну'', то все будет хорошо…

– Нет уж, в следующий раз, – решительно ответил Альберт, с трудом протискиваясь в щель между бабушкой и дверью.

Выскочив на лестничную площадку, он кубарем скатился вниз и там, повиснув на перилах, разразился неуемным хохотом со слезами и всхлипыванием. Вытирая платком лицо, Альберт думал: ''Хоть бы никто меня не увидел. А то еще решат, что доктор сошел с ума!''

Вечером он позвонил мне и рассказал эту историю в лицах, по своему обыкновению, привирая и оснащая свой рассказ пикантными подробностями. И сейчас а. как могу, передаю ее вам.

 


Оглавление

11. Диагноз
12. Педиатрическая история
13. Вопрос без ответа

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

02.08: Юрий Сигарев. Грязь (пьеса)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за сентябрь 2019 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!