HTM
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 г.

Алекс Ведов

Созерцатель

Обсудить

Философское эссе

 

 

 

Я писал это не для всех, но для тебя одного:
мы достаточно большая аудитория друг для друга.

        Эпикур

 

 

 

Чем яснее и светлее в человеке сознание, созерцание мира,
тем неотступнее преследует его загадочность бытия,
тем сильнее будет он чувствовать потребность подвести итоги,
сделать какой-либо конечный вывод о жизни и бытии вообще;
тем менее человек будет доволен просто тем,
что он живёт и постоянно лишь предотвращает нужду.

       Артур Шопенгауэр

 

 

 

Если твои дела нужны Миру,
они будут нужны и тебе.

        Слова Ванталы

 

 

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 2.09.2010
Оглавление

1. Alter ego
2. Сны об Изначальном
3. Архитектоника Равновесия

Сны об Изначальном


 

 

 

Вспомни, сколько раз ты неподвижно стоял и глядел на усыпанное звёздами ночное небо, испытывая в душе трепет от соприкосновения с бесконечной тайной мироздания. Это чувство у тебя было и вчера, и когда ты был пятилетним ребёнком. Оно охватывало человека во все времена, когда он вот так оставался один на один с окружающей его непостижимой бездной. Это продолжается с тех пор, как первобытный человек однажды, впервые в истории вылез из своей пещеры, задрал голову, и, поражённый, замер: в его примитивном сознании смутно забрезжило ещё не совсем оформленное и осознанное, совершенно новое и незнакомое чувство, похожее на благоговение и восторг, смешанный со страхом.

Это чувство не изменилось за сотни тысяч лет, – как не изменилось то, с которым мы смотрим на пламя костра. Этот страх… и в то же время притяжение, как тихий манящий зов этой чёрной бездонной тайны, необъяснимое желание знать – что там, откуда это всё и я сам? Каково моё место в этой необъятности?

Конечно, сейчас у тебя есть некоторые знания о Вселенной в целом, выработанные за века развития цивилизации, которые доступны всем и считаются необходимыми элементами образовательной культуры. Ты знаешь, что вопрос о конечности или бесконечности Вселенной в пространстве до сих пор открыт, хотя ни тот, ни другой вариант недоступен воображению. Есть даже и такие предположения, что в одних отношениях мир может быть конечен, а других – бесконечен, но они не только не проясняют ситуацию, а напротив, делают её ещё более туманной. Не более ясно обстоит дело и с вопросом о конечности или бесконечности Вселенной во времени, хотя общепринятая гипотеза, представляющаяся в научном мире наиболее вероятной, – гипотеза Большого Взрыва. То есть Вселенная возникла, эволюционировала до нынешнего состояния и будет эволюционировать ещё неопределённо долгое время, после чего прекратит своё существование. Но как, откуда и почему возникла, каким образом и куда исчезнет – эти вопросы считаются в науке пограничными и даже выходящими за её пределы, а порой и некорректными в такой постановке. Действительно, здесь разум подошёл к самой границе своих возможностей.

Но я предварительно хочу обратить твоё внимание на три момента, которые интуитивно не вызывают у тебя сомнений. Это нужно, чтобы облегчить тебе понимание в дальнейшем.

Во-первых, начало и конец мира не могут быть друг без друга: если что-то началось, то оно неизбежно закончится. Мир существует во времени, а время – это атрибут всякого движения от начала к концу.

Во-вторых, конечность или бесконечность во времени связана с конечностью или бесконечностью пространства и вообще всей материальной реальности, – если конечно или бесконечно одно, то таково же и другое, и третье, и никак не может быть по отдельности. Собственно, выводы общей теории относительности именно об этом.

В-третьих, и это наиболее существенно: если Вселенная всё-таки имеет начало и конец в пространстве и времени (или вне их и вместе с ними), как бы такое ни мыслить, то непременно должна быть какая-то другая бесконечность, породившая и поглощающая эту конечность.

Как бы то ни было, современная наука и философские системы, в том числе и те, которые исключают какое-либо сверхприродное творческое начало из картины мира, признают возможность возникновения мира в целом, его развитие и исчезновение в необозримом будущем, – не указывая на причины и закономерности столь всеобъемлющих событий.

С другой стороны, тебе знакомы и всевозможные мифические и метафорические представления о сотворении мира Первопричиной, Творцом, Богом,– называй как угодно. Это огромное поле, на котором с незапамятных времён взращивают свои посевы мистические и оккультные течения, различные малые и большие религии, всевозможные теологические доктрины и философские учения самого разного толка, к которым прилеплен ярлык «идеалистических». Даже некоторые разделы современной науки, или вернее, сказать, квазинауки, более или менее успешно подвизаются в этой области.

Всё прочитанное и передуманное на эту тему создало в твоём уме традиционный образ созидательного начала, источника всего сущего, первичной реальности. Этот образ я радикально менять не собираюсь, да и что можно в нём изменить? Просто остаётся повторить, что ты знаешь и без меня: о нём нельзя рационально даже мыслить, не то, что рассуждать; оно непознаваемо и вне всяких определений; оно потенциально содержит в себе всё, не являясь ничем; оно повсюду и нигде, оно бесконечно в разнообразии своих проявлений… можно долго продолжать в таком духе, но пока я добавлю только ещё одно, существенное для нашего дальнейшего продвижения: твоя последняя глубина уходит в последнюю глубину Изначального.

Я помогу тебе погрузиться в эту глубину настолько, насколько это возможно.

 

 

*   *   *

 

Чтобы двигаться дальше, признаем сразу, что познать в категориях разума Изначальное нет никакой возможности. Ты сам, долго и напряжённо размышляя об этом, пришёл к тому, к чему уже приходили до тебя тысячи других людей. И правильно: от каких бы сведений об устройстве мира, выработанных наукой, ни отталкиваться, куда ещё дальше может зайти рациональное мышление? Здесь мы подходим к тому, к чему само понятие «познание», какие бы смысловые оттенки ему ни придавать, попросту неприменимо. Ибо «познание» предполагает, с одной стороны, различение, дистанцирование познающего от познаваемого; с другой стороны, включение познаваемого познающим. Как можно дистанцироваться от того или включить в себя то, что само включает в себя всё? Я не буду долго развивать эту тему – об этом ты уже прочёл более чем достаточно и сам всё прекрасно понимаешь.

Однако тебе, как и любому человеку, всё-таки доступно хотя бы приблизиться к частичному восприятию Изначального, если термин «восприятие» трактовать предельно широко. Ты уже догадался, о чём я: прямое, непосредственное переживание. Об этом я уже говорил, и ещё вернусь к этому в дальнейшем. Пока только ограничусь тем замечанием, что в этом случае исчезает грань между познающим и познаваемым, и в акте такого восприятия скорее «познающий» временно поглощается, оказывается включённым в «познаваемое», чем наоборот. В пределе – всякий «познающий» просто исчезает, ассимилируется, «познавать» в этом случае просто некому. Я всё время вынужден опережать нить своего повествования, но что поделаешь – таков предмет, который мы обсуждаем.

Но твой разум не может успокоиться, он тоже хочет во что бы то ни стало участвовать в процессе приобщения к тому, что превышает его природу. Такова его сущность, и её не изменишь. Так малые дети проявляют интерес к тому, что в данный момент делают родители, и вмешиваются, пытаясь подражать им, но при этом только мешают, а при попытке их отстранить – капризничают и устраивают истерики. Лучший способ – отвлечь их и занять чем-нибудь другим. Придётся дать этому ребёнку, каким является твой разум, игрушку, чтобы он занялся ею и успокоился. Потом этот ребёнок, конечно, повзрослеет и, наигравшись вдоволь, оставит эту и многие другие игрушки и перейдёт к делам более серьёзным. Но игрушки ему на определённом этапе развития тоже необходимы, чтобы вырасти и стать полноценным взрослым.

Сейчас твой разум напоминает такое вот дитя. Пойми правильно, это сравнение относится только к его первой реакции на затронутую тему, и ни к чему больше. Я надеюсь, к концу нашего общения твой разум повзрослеет. А пока я хочу дать этому дитя игрушку. Имя ей – воображение.

Поясняю. Если рассудок не может забраться в последнюю глубину бытия, то он может хотя бы призвать на помощь интуицию и, если угодно, философскую фантазию. Он может представить себе… если не бытие в целом, то, скажем так, те его аспекты, которые вообще доступны воображению. И иметь дело с тем, что добыто интуитивным путём, какова бы ни была познавательная ценность такой добычи. А о ценности можно судить в числе прочего и по тому, насколько глубоко уходят корни твоей интуиции. Или, скажем так, насколько прочна твоя связь с этим. Раз я говорю с тобой от имени этого, а ты уже вполне доверяешь мне, – значит, можешь доверять всему, что я расскажу.

Ведь я пришёл из того же источника, из которого черпает материал всякое творческое воображение. И твоё, и воображение любого другого человека. Разве ты ещё не понял?

 

 

*   *   *

 

Итак, напряги своё воображение и попытайся представить себе То, что порождает всё. Что ты видишь или чувствуешь? Какой образ возник в твоём сознании? Не получается ничего, кроме безликой всеобъемлющей пустоты? А, ну, конечно же, ещё аморфный клокочущий хаос, океан без дна и берегов, полный бесформенной и бьющей через край энергии? Правильно, кроме этих аспектов, разум и не в состоянии ничего больше уловить. А теперь погляди вокруг себя – ну и где ж эта пустота, где эта бесконечная энергия? Ты её видишь, воспринимаешь как-то? Нет. Ты видишь только конечное, и это в контексте того, о чём я сейчас говорю, вызывает недоумение. Если есть некая основа, определяющая и заполняющая бытие, присутствующая в каждой точке пространства-времени, – самодостаточная, изначальная, бесконечная, – почему, каким образом возникло и существует всё это видимое конечное?

В том-то и штука – отношение между бесконечным и конечным, изначальным и производным, творческим началом и результатом творчества – так же загадочно, как и само бесконечное, изначальное, творческое. Это можно только констатировать.

Ну хорошо, спросишь ты, а что-нибудь ещё понять или хотя бы вообразить можно? То, о чём мы говорим, – это предельно возможная абстракция? Пожалуй, но я бы сказал, что даже «нечто» и «ничто» тут не годятся. Что же годится?

А тут я бы сказал, что неправильна сама постановка вопроса. Не только потому, что Изначальное обладает свойствами и «ничто», и «нечто», превосходя их и оставаясь тем, что Оно есть, за гранью даже таких предельно отвлечённых понятий. Но ещё и потому (здесь вдумайся!) что при такой постановке привычно срабатывает неосознанная установка рационального мышления. Познание чего-то – чего бы то ни было – разум отождествляет со схватыванием и цементированием статичного, неизменного понятия об этом. Причём такого понятия (и в этом – его зависимость от языка, об этом чуть позже), которое выражается именем существительным. Проще говоря, понимание разум начинает всяким «что» и им заканчивает. Мышление является по существу, образно говоря, «схватывательным» и «останавливающим», в нём доминирует движение к чему-то неподвижному, после чего такое движение неявно считается самим разумом как бы завершённым и достигшим своей цели. А все другие возможные используемые им смысловые модальности, выражающие изменение, движение, качества, отношения, связи – всё это принимается им за второстепенное и вспомогательное в процессе познания. Такова природа мышления как инструмента познания, оно по-другому познавать не умеет.

Но такой инструмент для целей познания не является наилучшим, потому что изначально неадекватна его познавательная установка: для данного случая она похожа на решето, используемое для черпания воды. Никакое «что-то» не появляется, не существует и не исчезает без перемен, без того, чтобы оно трансформировалось из чего-то другого и во что-то опять-таки другое. Никакие перемены не происходят без движения. Нет такого «нечто», которое не обладало бы качествами, не было бы связано и постоянно не взаимодействовало бы с другими «нечто».

То, что Изначальное не есть какое-то «нечто», не меняет сути дела – Оно содержит все возможные «нечто» и все атрибуты их существования, касается это статических или динамических аспектов, и при этом само непрерывно взаимодействует с ними. Оно не существует без внутреннего движения и скрытого, но проявляемого бесконечного разнообразия. И в Нём отношения, процессы, свойства так же или даже более существенны, чем любые частные формы «нечто», с которыми они связаны. Иными словами, «вещественность», субстанциональность Изначального является не главным Его аспектом, а равным в числе прочих. Я хочу, чтобы ты глубоко осознал и крепко запомнил это, прежде чем мы пойдём дальше.

Поэтому традиционная познавательная установка разума – назовём её «что это такое?» – применительно к Изначальному должна бы быть дополнена другими установками, в которых был бы сделан главный вопросительный акцент не на существительном, как в обычной, а на глаголе, причастии, прилагательном, наречии… Но таких грамматических форм в языке не существует, потому что сам язык начался с называния «чего-то» «чем-то». И развивался дальше он под влиянием той неосознанной установки, что существительное, всякое «что-то» – это носитель и как бы «хозяин» качеств, связей и форм движения, а потому определяющий и центральный структурообразующий фактор в конструировании любого смысла.

Откуда взялась такая установка? А она обусловлена тем способом, которым мы воспринимаем окружающий мир, и который мы не выбирали. Этот способ был сформирован для целей выживания самой эволюцией – у человека, у его далёких предков и вообще у всех предшествовавших им высокоорганизованных форм жизни. А именно – выделение и фиксирование чего-то из окружения, хотя строго отдельного на самом деле ничего нет и быть не может.

Под влиянием языка с этим стремлением «выделять и схватывать» формировалось и человеческое мышление – как вида в целом, так и каждого полноценного индивида в отдельности; как примитивное – на уровне самой простой обыденности, так и самое что ни на есть абстрактное. Прежде чем пользоваться, оперировать чем-то, будь то предмет или понятие, распознать и изучить что-то, – нужно выхватить, пусть даже мысленно, это «что-то» из среды, мысленно отсечь все его связи и отношения.

Понятно, что чем сложнее объект, чем больше связей имеет он с окружением, тем менее эффективна такая установка применительно к его познанию. Вспомни, с каким трудом естественной науке даётся продвижение в понимании тайн органической жизни. Всё сказанное по тем же причинам справедливо для познания чего угодно. А о чём тогда рассуждать, когда мы имеем дело с Тем, что создало все эти объекты, с Тем, что является источником и этой жизни, и вообще всего?

Я сделал такое длинное и, может быть, нудное отступление только для того, чтобы ты снял неправильную статично-доминирующую установку в отношении Того, откуда всё взялось. Если и пытаться понять какие-то его аспекты, то не только и даже не столько субстанционально (что) сколько функционально – как состояние, качество, изменение и даже в каком-то смысле целеполагание (какое, в каком отношении, каким образом, зачем). Не обманывайся, когда я буду говорить об Изначальном, будто это некое «что-то». Просто других средств выражения у нас с тобой нет. На самом деле Изначальное неизмеримо, бесконечно больше и сложнее. И для его приблизительного понимания… нет, не понимания, конечно, а создания его ментального образа больше подходят такие невещественные существительные, как «действие», «активность», «возможность».

На время отключаюсь. Поразмысли на досуге над всем услышанным.

 

 

*   *   *

 

Что касается качеств, которые можно соотнести с образом Изначального, то, прежде всего, я отметил бы самодостаточность. Изначальное – это то, глубже, фундаментальнее чего уже ничего быть не может; то, что не обусловлено абсолютно ничем. Это ещё один аспект, который делает Изначальное совершенно недоступным для адекватного представления. Ибо твой опыт (как и опыт любого человека), свидетельствует о том, что всё вокруг обусловлено, детерминировано. Ты и помыслить себе не можешь, как что-либо может происходить иначе, чем под диктовку сил, непонятно где прячущихся и проявляющихся в виде естественные законов. Даже мысля предельно абстрактно, мы любое изменение связываем со всяким предшествующим «потому что». Это наше понятие о причинности, пронизывающей насквозь весь мир и отчасти нас самих.

Я бы сказал, что глобальную, всеобъемлющую причинность можно понимать горизонтально и вертикально (обрати внимание на два этих прилагательных, они нам ещё очень пригодятся).

В первом понимании всё сущее не только обусловлено, но, прежде всего, взаимообусловлено. То есть вся физическая реальность, которую мы называем «материальным миром», вся совокупность систем, обладающих физическими свойствами, взятая в их всеобщей связи в пространстве-времени, есть некое целое. И любая его часть является этим, проявляет себя именно так и имеет именно такие свойства потому, что какая-то другая часть или вообще всё остальное – целое за вычетом части – имеет дополнительные по отношению к ней свойства, является по отношению к ней именно этим и ведёт себя именно таким образом. Такая «круговая» причинность, замыкающая всю физическую реальность на себя, не предполагает какой-либо более глубокой причины, чем она сама. Мир как целое, если он бесконечен, представляется самодостаточным. Но только представляется, как это тебе станет ясно позже.

Ты знаешь, что выводы современной физики и космологии допускают такую возможность и даже говорят в её пользу. И квантовая механика, описывающая вселенную как единое поле энергии с её вероятностным распределением. И новые изощрённые теоретические представления, согласно которым весь мир представляет собой сверхголограмму, любая, сколь угодно малая часть которой содержит её всю в свёрнутом виде. Опять забегая вперёд, я скажу, что горизонтальная причинность действительно имеет место в той реальности, которую мы называем «физической». Но это только одна часть истины.

Вторая часть состоит в том, что есть ещё и вертикальная причинность. Конечно, я не имею в виду представления многовековой давности о том, что причина изменения всего в мире находится вне мира. Конечно, Вселенная – не часы, а Изначальное – не часовщик, заводящий их пружину. То есть не существует никакой трансцендентной силы, которая бы управляла миром откуда-то «извне», как кукловод приводит марионеток в движение. Всё, что происходит во Вселенной, не требует каких-то дополнительных движущих факторов.

Тогда, спросишь ты, какой смысл имеет доискиваться до самой глубокой причины, из которой вытекали бы вообще все другие причины и следствия?

Спрашивать о причине мира – то же самое, что спрашивать о причине самой причинной обусловленности всего. И если причинная обусловленность охватывает всё материальное, то для такого положения вещей нет более глубокой причины. Всякое «почему» здесь заканчивается.

Смысл вертикальной причинности в следующем: мир возник из первореальности не по какой-то «причине», а вместе с причинной обусловленностью, как наиболее фундаментальным своим свойством.

Это такое же основное свойство того целого, что мы называем «физической реальностью», как основным свойством Изначального является его самодостаточность, абсолютная свобода от всякой причинной обусловленности. Одна из великих тайн бытия, не поддающаяся никакому осмыслению: как из самодостаточности появляется детерминированность. Это так же парадоксально, как и всё, что касается бесконечного Изначального и его отношения к производному и конечному. Я тебе не сказал сразу, но ты знал и без меня: при попытке даже вообразить Изначальное ты будешь на каждом шагу сталкиваться с парадоксами.

Но тебе станет немного более понятно, если я добавлю, что, помимо самодостаточности, Изначальное одновременно обладает и таким непостижимым свойством, как избыточность. По отношению к чему, спросишь ты?

Хоть это и невозможно даже представить, и может быть, покажется тебе абсурдным, но прими это пока как аксиому: по отношению к другому собственному качеству – самодостаточности. Самодостаточность и избыточность – два основных, фундаментальных качества или аспекта Изначального; они взаимодополнительны. Я бы проиллюстрировал это положение такой метафорой: Изначальное – это не только океан без берегов, но и бездонный источник этого океана. Вот это и есть, если так можно выразиться, не причина, но одна из предпосылок рождения мира, а значит, и причинной обусловленности.

Другая предпосылка состоит в том, что Изначальное – это чистая возможность в предельно объемлющем содержании этого слова. Это и неисчерпаемый источник материала, и формирующая творческая сила, и воля к действию, и простор для выполнения – в Нём то дремлет, то пробуждается и кипит всё это вместе, сплавленное воедино. Изначальное – это бесконечный потенциал для реализации чего угодно. В том числе и для создания такой реальности, в которой возможности будут ограничены, а всё происходящее – обусловлено.

Интуитивные догадки множества людей всех времён и народов верны. Огонь, угасающий и снова разгорающийся во мраке бытия, о котором толковал Гераклит; дыхание Брахмана, о котором говорили древние индийские философы; пульсация инь-ян в бесконечности Дао китайских мудрецов, – это всё образы того, о чём сейчас говорю я. Вселенная не является самодостаточной, она действительно возникла из бесконечного Изначального. Она существует и ещё какое-то время будет существовать, минимально с Ним связанной и фактически без Его поддержки. Но когда-нибудь, пусть и через невообразимо огромный промежуток времени, не станет и её. Она растворится в той великой Возможности, из которой она однажды самовоплотилась в действительность.

 

 

*   *   *

 

Ещё раз повторю, хотя тебе и так ясно, что мы имеем в виду только ментальный образ Изначального, и что даже этот образ невозможно представить целиком. Можно говорить только об отдельных Его аспектах, понимаемых настолько широко, насколько это доступно разуму. Какие процессы происходят в бесконечно глубоких недрах Изначального – абсолютно непредставимо, и даже нельзя сказать, можно ли назвать то, что там происходит, «процессами». Мы можем только констатировать, что для всего, что там происходит, нет причины. Это непрекращающееся самопроизвольное движение, бесконечные спонтанные метаморфозы. О том, что при этом движется, меняется и превращается, говорить тоже нет смысла. Ты должен отдавать себе отчёт в том, что сейчас мы с тобой опять идём на поводу у познавательной установки ума «что это такое?», а потому относиться к тому, что услышишь, соответственно.

Если ты внимательно следил за моими словами, то заметил, что мы уже условно провели в Изначальном первую разграничительную линию – не между Изначальным и всяким рождающимся из Него «нечто» (это я ещё сделаю), а в самом Изначальном – между его аспектами самодостаточности и избыточности. Тебе нечего и объяснять, что на самом деле никаких границ в Изначальном не существует. Но без этих условных, воображаемых разграничительных линий твоему разуму не обойтись, если он вообще что-либо хочет понять. Разделение и различение – это способ, которым он работает. Поэтому мне придётся проводить их в твоём уме и дальше.

Так вот, Изначальное в своём самодостаточном аспекте – То, что Оно есть в самом себе – это то, о чём вообще нельзя составить никакого понятия или образа. Для всякого познания этот аспект абсолютно иррационален и трансцендентен – он, по сути, есть начало и исток всего иррационального и трансцендентного.

Дело даже не в ограниченности человеческой или чьей бы то ни было познавательной способности. Это то, что ни к рациональному познанию, ни к воображению (как это ни трудно принять) вообще никакого отношения не имеет. Это то, с чем они просто никак, ни в какой форме и никаким способом не могут даже соприкоснуться, потому что Оно вообще не имеет отношения ни к чему определённому и конечному, оставаясь вне всего этого.

И здесь неприменимы никакие, даже самые предельные понятия; даже если снять познавательную установку «что это такое?» и попытаться усилиями воображения выйти за её пределы. Это абсолютно непостижимая и недосягаемая Тайна без начала и без конца, неизменная в этом своём качестве. Это, пожалуй, единственное, что можно сказать определённо. Для обозначения этой Тайны лучше всего подходит молчание, а не слово. Весь духовный опыт человечества говорит именно так. Добавлять и уточнять здесь по существу нечего.

Всё же добавлю менее определённо и не совсем по существу: самодостаточный аспект Изначального ты мог бы ассоциировать в воображении с абсолютной свободой без какого-либо конкретного содержания. Или с абсолютно чистой, «бесплотной» Возможностью за пределами всех форм, за пределами полноты и пустоты; Возможностью для существования себя самой и всего, что может существовать; всего, что может возникнуть из небытия. Это первозданная потенция за вычетом всего, что может быть из неё проявлено и актуализировано. Это даже ещё не источник всего, – это, скажем так, пространство, в котором этот источник находится; та бездонная глубина до источника, из которой он бьёт.

И из этой всеобъемлющей Тайны вырастает уже всё то, что мы как-то можем выявить и различить, к чему мы можем привязать какой-то образ или понятие. Каким образом, почему и зачем вырастает? Это тоже часть этой Тайны. Мало того, всё, что появляется, в последней глубине своего существования скрыто содержит эту Тайну. Всё, что обладает реальным бытием – символы, обозначающие Её и указывающие на Неё.

Я чувствую, что у тебя уже кружится голова от усилий, которое предпринимают твои воображение и разум. Согласен: твоему разуму двигаться выше, или дальше, или глубже уже некуда; ему не на что опереться и нечем дышать. Он подошёл к пределу своих возможностей. Пора двигаться в другом направлении – в том, где Изначальное представляется той стороной, которая хоть как-то, отчасти и приблизительно доступна воображению и пониманию. Я хочу сказать, что больше не буду без необходимости возвращаться к аспекту самодостаточности и перейду к другому – к избыточности.

 

 

*   *   *

 

Здесь начать стоит с повторения того, что Изначальное нигде и никак (выражаясь тяжеловесным философским языком, ни субстанционально, ни функционально) не разделено на самодостаточное и избыточное. В Изначальном нет места или состояния, где бы кончалось первое и начиналось второе.

Тем не менее, именно избыточный аспект Изначального я бы назвал «источником всего». Это как бы активное, творящее начало в Изначальном. Это та «инстанция» Изначального, которая актуализирует, «исторгает» из себя то, что имеет какие-то качества, обретает какую-то оформленность и стремится к самостоятельному существованию. Которая проявляет активность не только в себе самой, но и активность, направленную, так сказать, «из себя» наружу.

Это тот аспект Изначального, в котором Оно может парадоксальным образом дифференцироваться как бы «в самом себе», но на границе собственного существования, оставаясь в своей глубине связным единством.

Что я подразумеваю под «границами», спросишь ты, разве ты сам только что не сказал, что в Изначальном нет никаких границ?

Правильно, нет. Повторяю, что все границы я провожу внутри твоего разума, иначе тебе будет вообще ничего не понять. Хоть это и выглядит хождением по кругу, но для твоего разума мне ничего не остаётся, как предложить следующее определение. А твоему разуму ничего не остаётся, как принять его.

Говоря о «границах» Изначального, я подразумеваю достижение Им в своих непостижимых процессах таких состояний, в которых Оно принимает форму чего-то, отличного от себя самого, относительно самостоятельного и обладающего определёнными свойствами и некоторой продолжительностью своего бытия, в течение которой эти свойства сохраняются.

Практически всё, что я буду дальше говорить об Изначальном и Его отношениях со своими творениями, будет относиться к аспекту избыточности. Для определённости я буду иногда обозначать его иначе, но сначала сделаем небольшое отступление.

Изначальное содержит в себе вообще все возможные свойства, в том числе и все те актуальные, проявленные, которые мы наблюдаем у всего, что составляет материальный мир. Конечно, Оно содержит в полной мере и все свойства, присущие жизни. Надо сказать, что жизнь – это такое явление во Вселенной, которое больше всех остальных схоже с Изначальным. И конечно, это не случайно.

Что в главном отличает живое от неживого? Перечислим то, что сразу приходит на ум. Сложность строения и гармоничная целостность форм жизни. Их определённая внутренняя свобода, выражающаяся в неоднозначности поведения и стремлении к расширению свободы в процессе развития. Непрерывное движение процессов и самоорганизация на всех уровнях жизни. Активно-преобразующее отношение к окружающему миру, доходящее в своих высших формах к творчеству.

В конце концов, "метил, что все "ей и целостностей ре и летом. сам факт возникновения и развития жизни в детерминированном мире не обусловлен естественными законами этого мира: с точки зрения этих законов, жизнь – самое необязательное и случайное явление во Вселенной. И самое нетипичное: в категориях естественных законов невозможно объяснить, что она такое есть по сути и какое место занимает среди других природных явлений. Скорее, это какое-то отклонение от природных явлений, исключение из них, если учитывать, какая ничтожная доля материи во Вселенной обладает свойствами живого. Или даже в определённом смысле разрыв в космическом порядке вещей, если учитывать её такие эволюционные достижения, как разум и самосознание.

Какой ни взять существенный отличительный признак жизни как явления, в нём узнаются аспекты Изначального, но ограниченные и искажённые, проявляющиеся в природе как бы через какое-то препятствие. А правильней сказать – проявляющиеся сквозь причинную обусловленность мира и преодолевающие её.

Я бы сказал, что, поскольку Изначальное переполнено живым, динамичным и бесконечно разнообразным содержанием (о котором практически ничего определённо сказать невозможно), Оно и есть по существу Жизнь. Но не биологическая, «спроецированная» на материю; а такая, какой она является сама по себе «в чистом виде», во всей её первозданной стихии, во всей её безграничной творческой мощи, со всеми её тайнами и возможностями, ни от чего не зависящая, ничем не ограниченная и не обусловленная.

«Жизнь» – самое богатое содержанием понятие, известное тебе, которое вбирает в себя все мыслимые аспекты, которые мы обсуждали, и ещё будем обсуждать, говоря об Изначальном. Поэтому данное понятие ближе всего передаёт суть и свойства Того, о чём я говорю. Можно было бы сказать, что по отношению к явлению, которое мы наблюдаем на Земле и называем «органической жизнью», это гипержизнь или Супержизнь. Поэтому, говоря дальше об Изначальном в Его избыточном аспекте, я буду применять для разнообразия также и слово «Супержизнь».

И вот при такой трактовке Изначального как Супержизни, тем более кажется удивительным тот факт, что неживая физическая реальность, которая нас окружает, фактически вся Вселенная, каким-то непостижимым образом родилась из Неё.

 

 

*   *   *

 

Для создания субстанционального, «вещественного» образа Изначального у нас есть только одно подходящее понятие. Это энергия – основной термин физики, универсальный количественный и качественный критерий. Он охватывает и связывает как все материальные объекты во Вселенной, так и все возможные формы их движения и взаимопревращения. Но энергия – только аналогия для понимания того, «из чего состоит» Изначальное.

Оно ни из чего не состоит (представляю, как это сложно представить!). Это из Него состоит всё, если уж пользоваться таким словом. Слово «состоит» подразумевает структуру, элементы, части. Изначальное же в целом бесструктурно, Оно не имеет каких-то отдельных частей и элементов, будучи совершенно недифференцированным в самой своей последней глубине. Оно потенциально содержит в себе все возможные структуры и целостности, являясь сверхсложной сверхцелостностью, как бы возглавляя иерархию всех возможных сложностей и целостностей. Оно также актуально порождает структуры любой сложности и поддерживает связь с ними. Но при этом Оно парадоксальным образом остаётся целостным и неразложимым на какие-либо «более простые» составляющие.

Так вот, энергия для физической реальности является, как бы поточнее выразиться, субстанциональным физическим эквивалентом Того, из чего возникла физическая реальность. Потому что задаваться вопросом «из чего состоит энергия?» уже бессмысленно. В подтверждение я скажу, что в материальном мире есть эффект, который является отголоском, частичным отражением активности того, из чего как бы «состоит» Изначальное. Если постоянную активность Изначального сравнить с языком, то «энергетический перевод» этого языка на физическую реальность – непрерывное кишение виртуальных частиц в любом, сколь угодно малом объёме пространства. То самое «кипение вакуума», которое описывается уравнениями квантовой физики и которое свидетельствует о том, что отсутствие материальных объектов не есть ничто. Древние философы были правы в своих прозрениях – природа не терпит пустоты.

Таким образом, у тебя понемногу вырисовывается образ Изначального как единой субстанции. Это неисчерпаемая полнота, потенциально обладающая любыми, мыслимыми и немыслимыми качествами и свойствами, в том числе противоположными, но при этом компенсирующими и дополняющими друг друга. Эта полнота при всей своей активности нейтральна: её активность в целом никуда не направлена; в ней нет преобладания чего-либо над другим, нет вообще отдельных «чего-то» и «другого»; нет какой-либо доминанты в изменениях и внутренних движениях, ибо они все абсолютно равноправны.

В этом смысле Изначальное парадоксальным образом сочетает в себе аспекты полноты и пустоты. Повторю мысль, с которой ты уже давно знаком: то, что содержит в себе всё, является по сути ничем. Аспект пустоты можно понять так, что в Изначальном никогда и нигде (мы здесь опять пользуемся словами, применимыми только для физической реальности, но что поделаешь, других нет) мы не найдём и не зафиксируем ничего определённого, что бы наполняло Его, что было бы Его составными частями или элементами. То есть Оно является также и «ничем», не в смысле абсолютной пустоты, а в смысле отсутствия всякого законченного в своей оформленности «нечто».

Всякое отдельное «нечто» в субстанции Изначального можно представить как некий объект на фоне пустоты, сгущение в пространстве разрежения или возмущение посреди покоя. Но столь же адекватно и обратное представление: любое «нечто» – это пустой пузырёк в некоей сплошной среде, некая форма локального разрежения на фоне непрерывной заполненности, спокойный упорядоченный паттерн движения посреди бушующего хаоса, подобный устойчивому завихрению в газе или жидкости, как бы «наложенному» на общее беспорядочное движение молекул.

Поскольку твой разум может оперировать только какими-то содержательными понятиями – он, как и природа, «не терпит пустоты» – то ему ничего не остаётся, кроме как понимать всякое «нечто» проявляющимся из бесструктурной «среды» Изначального, как локальное ограничение Его самодостаточной полноты. По отношению к абсолютной полноте или пустоте «нечто» уже будет обладать определёнными свойствами или качествами, в зависимости от способа, которым ограничена эта бесконечная полнота.

Но в любом случае Изначальное не содержит в качестве «составных частей» никаких стабильных, самодостаточных «нечто», обладающих определёнными свойствами и противопоставленных всему остальному. Опять опережая своё повествование, замечу, что относительно стабильные «нечто» всё-таки могут существовать, но только в качестве как бы исключённых из лона Изначального, или, скорее, некоторым образом отделённых, изолированных от Него. Мы к этому обязательно вернёмся.

 

 

*   *   *

 

Однако, помня о том, что Изначальное в последних своих непостижимых глубинах есть абсолютно чистая Потенция, Возможность, и Оно непрерывно в себе самом вплоть до самых своих творений, можно также прибегнуть и к более абстрактному и трудно вообразимому способу Его описания.

Можно представить, что вообще нет никакой среды, никакой фундаментальной реальности, никакой субстанции или первоосновы в качестве потенциального носителя всех возможных «нечто», – в данном случае неважно, полнотой её считать или пустотой. Нет ни бесконечного континуума как аналога пространства, ни того, что бы его заполняло как аналога материи, ни единой меры соотносительной протяжённости процессов как аналога времени, ни самих этих процессов.

А есть только «бесплотная» Возможность за пределами всех форм, за пределами полноты и пустоты, проявляющаяся также в определенном смысле и в «чувствовании» и даже «осознании» самой себя и собственного стремления актуализироваться. И эта Возможность пытается сама себя реализовать, непостижимым образом образуя и формируя какие-то нечто, какие-то их различия и отношения внутри себя самой; обретая какое-то содержание, становясь какой-то действительностью.

Всё, что происходит в этой новорождённой действительности, столь же реально, точно в такой же мере «представляет» всякое проявленное бытие, как если бы мы мыслили или воображали его в категориях чего-то вещественного, какой-то плотной субстанции. Понять это сложно, но вот тебе аналогия. Это подобно тому, как твоё сознание рождает различные образы и мысли, черпая их из собственного «материала», который сам по себе нематериален, и наделяет их реальностью другого рода, чем материальное. И при этом остаётся единым и целостным в самом себе.

Сказанное должно помочь уяснить тебе, что Изначальное едино, но это единство, как уже говорилось, не только субстанциональное. Его можно описать и как единое бесконечное поле знания о самом себе и осознания самого себя, а все перемены – как непрерывный обмен информацией между различными динамическими возмущениями и спонтанно возникающими конфигурациями этого поля, – ты понимаешь, что я употребляю «информация» и другие термины только в качестве аналогии. Говоря короче, некая сознательная или, более правильно, псевдосознательная деятельность этого поля. Я говорю «псевдосознательная» – потому что здесь речь идёт совсем не о том сознании, которое человек обычно связывает с деятельностью своего головного мозга, но сейчас речь не об этом. Речь о том, что понятие о единстве Изначального можно отчасти составить и без привлечения образа некоей бесконечной и всесодержащей, повсюду однородной «среды».

И как это ни сложно вообразить, осмыслить и принять для себя, описанная форма единства, к которой я бы применил термин «функциональная», имеет для Изначального (опять не нахожу ничего лучше, как применять тяжеловесный философский язык) тот же «статус бытия», что и субстанциональная. Я бы сказал, что ни один из предложенных образов или способов говорить о единстве Изначального не более «правилен» или адекватен. Оба этих образа надо рассматривать как равноправные и дополнительные до описания Его единства. Я буду далее говорить о субстанциональной форме единства только потому, что она ближе и естественнее для твоего разума; потому, что он не может выскочить за пределы своей привычной познавательной установки «что это такое?»

Но опять-таки: понять, что происходит в Изначальном и как Оно «устроено» на самом деле, – нет никакой возможности. Даже такая постановка вопроса бессмысленна. Потому что (я уже устал это повторять) Оно само в своей непостижимой глубине и есть тот окончательный критерий, который определяет все другие возможные «на самом деле». Я говорю сейчас только затем, чтобы дать тебе понять, или скорее, почувствовать: единство Изначального можно описать и таким вот образом. И такое описание ничуть не хуже.

 

 

*   *   *

 

У тебя уже давно назрел вопрос, который и до нашего знакомства не давал тебе покоя в других, более смутных формулировках. И даже из моих слов ты до сих пор так и не уяснил: разумно всё-таки Изначальное или нет? Обладает ли Оно сознанием? Попытаться дать тебе адекватный ответ я могу только сейчас, учитывая всё, что ты от меня успел узнать.

Дело в том, что когда ты спрашиваешь о наличии разума или сознания, ты сознательно или неосознанно имеешь в виду тот разум и то сознание, о котором только и можешь иметь представление. А именно: о собственном разуме и сознании, и отчасти – о том, которым, по твоему опыту, обладают другие люди.

Я уже отмечал мимоходом, что известная тебе жизнь со всеми её свойствами, и в том числе – разумом, есть в определённом смысле проекция Супержизни на неживой материал, или, выражаясь точнее, через неживой материал. Из этого ты мог бы, вероятно, сделать заключение или представить себе, что Супержизнь обладает всеми теми же качествами жизни, только до бесконечности усиленными. Что органическая жизнь – это только уменьшение и усечение бесконечности изначальной Супержизни до конечного состояния.

Так вот: это совершенно неправильное заключение. Или совершенно неправильный образ – как тебе больше нравится. Ты не можешь составить себе сколько-нибудь адекватное представление о Супержизни, всего лишь экстраполируя в бесконечность всё, что ты знаешь об «обычной» органической жизни. И кстати, такое положение вещей к лучшему, если учесть, что обычная жизнь, как её ни понимать, имеет отнюдь не только светлые стороны.

Проходя через конечное и временное, проявляясь в конечном и временном, Супержизнь и проявляет себя совершенно по-иному. Проще говоря, жизнь и Супержизнь не только количественно, но главным образом качественно отличаются, и в отдельных моментах даже диаметрально противоположны.

У меня нет языковых средств, чтобы однозначно ответить на твой вопрос, – как и вообще для того, чтобы хотя бы примерно объяснить тебе, что представляет собой Супержизнь. Адекватно познать Её можно только через опыт слияния с Ней и переживания Её. По мере нашего с тобой продвижения, постепенно, но всё же лучше ты будешь представлять, что Она такое. А наше общение, возможно, поможет тебе и отчасти пережить Её.

А пока я ограничусь только одним замечанием. Изначальное не обладает таким же мыслящим умом, как у тебя или другого человека, только большим. Оно вообще не обладает умом и не мыслящее, там мыслить некому и нечем. Там такому явлению, как мысль, вообще нет места. Мысль, и вообще человеческое сознание в значительной мере, – это как раз то качество, которое даже не проявляет, а только временно приобретает Супержизнь, развёртываясь в условиях причинной обусловленности. Не говоря уже обо всех других качествах, которые Она приобретает в лице органической жизни на всех этапах и во всех формах её развития. Я имею в виду тропизмы, рефлексы, инстинкты и всё прочее, что движет и руководит всеми формами органической жизни.

Другое дело, что в этих новоприобретённых качествах Супержизнь в большей или меньшей степени приближается к своему первоначальному состоянию. И сознание человека – не в целом, а в определённом аспекте, – является тем «достижением» органической жизни, в котором эта степень приближения на данный момент её развития максимальна.

Но я опять сильно опередил ход своего повествования. Всё, что тебе нужно пока знать о сознательности Изначального, я тебе сказал. А выводы, если хочешь, делай сам.

 

 

*   *   *

 

Другое сложное для понимания, но очень важное для дальнейшего изложения свойство Изначального – дуализм дискретного и континуального. Если выражаться предельно упрощённо, любой локальный «участок» Изначального содержит всю Его полноту. Такое его непостижимое свойство имеет отдалённую аналогию в материальном мире: это известное явление голографии, когда часть обнаруживает при определённых условиях все свойства целого. Постулат древних философов о том, что во всём есть часть всего, – прозрение в самую сердцевину бытия.

Разумеется, у Изначального на самом деле нет никаких частей и «локальных участков». Оно всегда и везде, в любой точке и любом моменте своего самодостаточного существования обладает свойствами бесконечности (хотя, сам понимаешь, я говорю о «точках» и «моментах» условно).

И одновременно – во всей своей бесконечности и вневременности Оно остаётся дискретным, потому что Оно абсолютно внутренне едино и целостно. Оно не имеет ни пределов, ни размеров, и существует всегда актуально «здесь и сейчас». В Нём нет никакой общей для Него внутренней длительности, отмеряющей и соотносящей Его внутренние процессы. В Нём нет того традиционно понимаемого времени, которое мы связываем с ходом всех процессов в материальном мире. Короче говоря, и к Нему самому, и ко всему, что в Нём происходит, неприменимы никакие «где» и «когда». И именно в этом Его общее с исчезающее малой, безразмерной точкой и бесконечно малым моментом времени.

Если Изначальное как сверхцелостный бесконечномерный континуум содержит в себе всё экстенсивно – так сказать, «вширь», то всякая условно мыслимая «локальная зона» этого континуума содержит в себе всё интенсивно – так сказать, «вглубь». Если континуум Изначального обладает абсолютной полнотой всего в форме возможности бесконечного распространения каких-то качеств и свойств, то любой дискретный его «участок» обладает этой же абсолютной полнотой в другой форме – в форме возможности бесконечного усиления этих качеств и свойств.

В этом смысле в любом «месте» своего континуума Изначальное обладает всем своим творческим потенциалом, всей мощью своей избыточности. То есть этот континуум бесконечен во всех направлениях, и в то же время может быть «свёрнутым» в любом сколь угодно малом своём участке, не теряя ни одного из своих свойств, и быть «развёрнутым» из него.

Такое «гиперсвойство» Изначального рационально так же непостижимо, как и все остальные его фундаментальные аспекты, такие как бесконечность, самодостаточность, избыточность и так далее. Его, как и остальные, нельзя понять, его можно только принять за аксиому и отчасти представить вытекающие из него следствия.

Отдалённый математический аналог этого «гиперсвойства» можно привести из теории множеств, с выводами которой ты, вероятно, в общем знаком. Каким бы невероятным это ни казалось, но теория множеств утверждает: сплошное, непрерывное множество содержит «столько же» бесконечно малых, безразмерных точек, сколько и любая не точечная непрерывная часть этого множества. Выражаясь более корректно, мощность непрерывного множества (не имеет значения, какова его «геометрическая» природа, континуально оно или дискретно само по себе) такова же, какова и сколь угодно малая часть этого множества, если эта часть больше точки. Отрезок имеет такую же «мощность», что и прямая; фигура на плоскости имеет ту же мощность, что и вся плоскость; а любая пространственная фигура – ту же мощность, что и пространство. Мало того, все перечисленные множества равномощны.

Вот и актуальная бесконечность Изначального такова, что Оно в любом своём «месте» имеет, так сказать, ту же мощность, что и весь Его континуум. Только в данном случае, конечно, «мощность» нужно… представлять (чуть не сказал – понимать!) иначе. Примерно так: если каким-то образом попытаться «изолировать» (ну пусть мысленно) любой сколь угодно малый фрагмент Изначального, «изъять» его из континуума, то он тотчас же «развернётся» в тот же самый континуум со всеми своими свойствами. Как если бы этот фрагмент в результате «изъятия» стал отверстием или каналом, а весь остальной континуум тем самым «сжался» и «выдавился» через это отверстие или канал. Ничего не изменится, если таких «изъятий» будет сразу сколь угодно много – до бесконечности.

Мне не создать в твоём уме более подходящего образа. Конечно, никакой фрагмент «изъять и изолировать» из континуума Изначального невозможно – Оно неделимо по существу. И никакого «второго» континуума Изначального ниоткуда развернуться не может. Есть только одно неделимое и не дублируемое Изначальное, которое может проявлять свою бесконечность в какой мере континуально, в такой же мере и дискретно.

Можно к пониманию того, что такое дуализм дискретного и континуального, подойти с другой стороны. Вспомни тот аспект единства Изначального, который я назвал функциональным. Образ бескрайнего океана Изначального можно заменить образом единого чувствующего или в каком-то смысле осознающего самое себя сверхорганизма или сверхсущества без плоти. Сверхсущества, которое «знает» обо всех переменах в самом себе, само их вызывает, или лучше сказать, стимулирует, и само ими управляет. Или единого бесконечного поля сознания, отличного от человеческого – я уже это говорил. Тогда любой участок или фрагмент этого единого непрерывного поля связан с любым другим сколь угодно удалённым от него участком или фрагментом и со всем полем в целом. И вся полнота поля может быть «предоставлена в распоряжение» любого участка этого поля. Или, если угодно, так: поскольку у этого поля нет одного центра, из которого бы оно исходило, то центром может служить любая точка. И в любой сколь угодно малой области вокруг этой точки может быть сосредоточена сколь угодно большая потенциальная мощь всего поля и проявлена сколь угодно интенсивно.

Или, если отходить от физических аналогий, и применять более близкие всему духу моего повествования, можно ещё так. Живые организмы и вообще органическую жизнь можно охарактеризовать как системы, в которых проявляется наибольшая в природе «плотность» или «насыщенность» внутренних связей. Так вот, Супержизнь – это абсолютная сама-в-себе связность. Это максимальная плотность и насыщенность внутренних связей при бесконечной свободе их проявления – как в смысле разнообразия, так и в смысле неограниченности действия. Вот такая сверхплотность и неисчерпаемость вширь и вглубь внутренних связей Супержизни, такая Её суперголографичность – и есть дуализм дискретного и континуального.

Это и есть «всё во всём» древних греков.

 

 

*   *   *

 

Ты наверняка заметил, что все основные «качества», которыми мы мысленно наделяем Изначальное, можно понимать только как противоположные по смыслу (и, сразу добавлю, в каком-то отношении дополнительные) тем, которые существенны для мира причинной обусловленности в целом – то есть для всего материального, вещественного мира. Я показываю образ Изначального скорее косвенно, чем прямо, а твоё воображение пусть достраивает картину. Опять вынужден повторить: у нас просто нет других языковых средств.

Я уже сказал, что Изначальное непостижимым образом сочетает в себе самодостаточность и избыточность. Это означает, что оно способно порождать нечто другое, отличное от себя самого. Каким же «другим» может быть это нечто, спросишь ты, если в Изначального потенциально уже присутствует всё?

В том-то и дело, что потенциально. Избыточность – это такой деятельный аспект Изначального, который стремится актуализировать «нечто». Даже лучше сказать так. Если учитывать, что Изначальное, являясь чистой возможностью, само по себе никуда не стремится, то это всякие «нечто» самопроизвольно стремятся актуализироваться, стать из возможного «ничто» действительным «чем-то», как семя стремится актуализироваться в качестве растения. А Изначальное предоставляет для этого возможность, Оно поддерживает и стимулирует этот рост. Оно является для «нечто» примерно тем же, чем является для будущего растения и семя, и почва, и воздух, и вода, и солнечные свет и тепло – всё это одновременно. То, что почва может оказаться не годной, у семени может не хватить жизненной силы для того, чтобы прорасти, а само растение не вечно (поскольку не самодостаточно), сути дела не меняет. В конце концов, растение даст новые семена и новые возможности для них. Думаю, такая аналогия может тебе немного прояснить отношение между Изначальным и «нечто».

Актуализироваться – не значит стать таким же абсолютно самодостаточным, как Изначальное, тем более – таким же избыточным. «За пределами» Изначального или оставаясь в Нём – неважно – можно обрести только относительную… даже не самодостаточность, а я бы употребил другое слово – «самостоятельность». Потому что самодостаточностью обладает только Изначальное, и ничто больше. Я хочу, чтобы ты осознал: я понимаю под словом «самодостаточность» абсолютную, ничем не ограниченную свободу. Это состояние абсолютно целостно, неделимо и неуменьшаемо – самодостаточность или есть или её нет; её не может быть больше или меньше. То, что я называю «самостоятельностью» – другое дело, это та иная степень поддержки со стороны Того и силами Того, что самодостаточно. Или, если определять с другой стороны: это свойство, характеризующее устойчивость самого «нечто», его способность к относительно отдельному существованию, к сохранению себя в качестве именно этого «нечто».

И вот такая несамодостаточность, то есть самостоятельность неполная, частичная, не абсолютная, относительная и является фундаментальным, сущностным, органическим признаком, отличающим всякое «нечто» от Изначального, которое дало ему существование. Если Изначальное в аспекте его самодостаточности принять за целостную единицу – как предельное состояние самостоятельности, – то всякое «нечто» в этом аспекте всегда будет представлять «величину», меньшую единицы.

Я уже вижу, как в твоём уме забрезжила догадка, и ты прав: есть различные степени самостоятельности – условно говоря, от нуля до единицы. Заостряю твоё внимание: это очень важный момент, я бы сказал, ключевой пункт на пути понимания, который тебе предстоит пройти. Осознание его необходимо для адекватного восприятия всего, что я тебе ещё скажу до конца нашего общения. На нём нужно остановиться и как можно глубже осознать его, чтобы двигаться дальше.

Получается, что если есть самостоятельность абсолютная, которой обладает только Изначальное (условно приравненная нами к единице), то есть и степень самостоятельности, близкая единице, чуть-чуть меньше. Скажем, ноль целых и девятьсот девяносто девять тысячных. Вот примерно такой степенью и обладает то «нечто», в котором мы живём и частью которого в материальном аспекте являемся, то есть весь мир, вся Вселенная. И есть также степень самостоятельности, исчезающее малая, близкая к нулю – в качестве примера я привёл бы уже упоминавшиеся виртуальные частицы, спонтанно рождающиеся из вакуума, чтобы через ничтожно малый промежуток времени кануть в небытие.

Может ли быть степень самостоятельности, равная нулю? Очевидно, ничего такого непосредственно из Изначального (к чему это уточнение, поймёшь позже) не может возникнуть. У всего, что появляется из глубин Изначального, есть какой-то «запас прочности», даже у наименее устойчивых образований. Это означает (опять я перескакиваю вперёд), что у всякого «нечто» есть не равный нулю шанс как бы «повысить» свою самостоятельность, став частью чего-то более целостного и более самостоятельного. Изначальное предоставляет такую возможность решительно всему, что порождает.

Но какова бы ни была эта степень самостоятельности, она для всякого «нечто» всегда меньше единицы. То есть любое мыслимое «нечто» может существовать только при поддержке Изначального и не иначе, – как растение не может существовать без почвы, из которой оно растёт.

У тебя возникает вопрос: а может ли какое-нибудь «нечто» стать самодостаточным, приобрести это фундаментальное свойство? Подумай сам: для этого оно должно воплотить в себе всю полноту всего и абсолютную свободу реализации всего. Чем тогда оно будет отличаться от Изначального? Это подразумевало бы превращение «нечто» в ещё одно Изначальное. Но какое «ещё одно» Изначальное может быть, если оно первично, всеобъемлюще, едино и абсолютно в силу своей, так сказать, природы? В общем, это тебе интуитивно ясно и без всякой схоластики – примерно так же, как и то, что существует какая-то бесконечность. Или – что мир един. Или – что никакое «что-то» не может возникнуть из ничего или исчезнуть совершенно бесследно.

Чтобы понимать вообще что-либо, нам нужно разделять возможное и невозможное. Иначе мышление оказывается для понимания столь же эффективным, как и пищеварение. И если мы доверяем себе, то, как и в предыдущих примерах, интуитивно несомненно следующее. То, что стоит за такими предельными парными понятиями, как «самодостаточное» и «зависимое», «творящее» и «сотворённое», не способно превращаться друг в друга.

И тут мы подходим ещё к очень важному пункту. Должен тебе сказать (в который уж раз опережая нить повествования): никакое «нечто» в общем действительно не может стать самодостаточным. Однако есть одно «но». Для особых и исключительных «нечто» и в определённом отношении имеет место непрерывное становление Изначальным, или, правильнее сказать, приобщение к Изначальному. Что это за исключительные «нечто» (на самом деле речь идёт о некоем универсальном начале, не являющемся Изначальным в полном смысле, и даже ещё конкретнее: об определённом аспекте этого начала), и в каком смысле оно приобщается к Изначальному – об этом ты скоро узнаешь. Говорить пока об этом рано. Но ещё раз хочу обратить внимание, что это тоже важнейший момент.

 

 

 


Оглавление

1. Alter ego
2. Сны об Изначальном
3. Архитектоника Равновесия

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

08.09: Виталий Семёнов. Сон «президента» (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2019 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!