HTM
Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 г.

Родион Вереск

Хламидомонада

Обсудить

Сборник стихотворений

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 12.05.2010
Иллюстрация. Автор: Dimus. Название: «***». Источник: http://www.photosight.ru/photos/3723943/

Оглавление

  1. Полынь
  2. Полёт
  3. Я жил на окраине
  4. Гербарий
  5. Выпускник
  6. Букет полевых цветов
  7. Ударники
  8. Циферблат
  9. Хламидомонада
  10. Мне хватит сил
  11. Минус двадцать
  12. Страна души
  13. Тридесятое царство
  14. Восхождение


Полынь

Август в тишину битумных дворов
Забивает гулкие голы.
Тонет в проводах карканье ворон,
Под окном качается полынь.

Мамина рука. Очередь. Весы.
На столе – черствеющий батон.
Моя роль – чудной непослушный сын,
Теребящий мокрый капюшон.

Завтра целый день будут лить дожди.
Я хочу скорее стать взрослей.
Мама скажет мне: «Юность впереди,
Ешь картошку, чтобы быть сильней!»

Под окном – полынь, вдоль дорог – полынь…
«Кушай суп, пока он не остыл!»
Эхо во дворе… Сыплются голы…
На клочке газеты – «Чернобыл».

             23 июля 2009 года

Полёт

Август держит тангаж. Выпущены закрылки.
Вертикаль. Остывающий воздух качает борт.
Сбились широты, и солнце печёт затылок.
Меркнет бескрайний ост, за туманом прячется норд.

Валится горизонт. Карту режут дороги,
И желтеют поля в стране под названьем тоска.
Ветер. Разгон. Только, кажется, вышли сроки,
Хоть и сердце стучит в ожидании марш-броска.

В капельках лоб. Только всё равно не согреться,
А скорость растёт, под ногами буреет земля.
Мчимся в тоску – от неё никуда не деться.
В фюзеляже шасси. И уже не начать с нуля.

И снова – попытка с жизнью соревноваться –
Их сколько угодно, как рейсов на чёрном табло –
Тысяча сорок семь или шестьсот двенадцать.
Провалы. Болтанка. И пропасть молчит под крылом.

Осень прямо по курсу. Крадёмся на ощупь.
Приземлимся на льдину, если поможет штурвал.
Будем стараться, пока не уснули рощи,
И август держит тангаж и горизонт не пропал.

             28 июля 2009 года

Я жил на окраине

Я жил на окраине. Потрёпанный голубь с белым пером
Стучался в мой подоконник, требуя утренней дани.
Сонный сосед рисовал на стене окурком и слушал рок,
Дарил пустые бутылки хромой дворничихе Тане,
Что чесала холодное брюхо двора щетиной метлы,
Вынутой из-под лестницы. Строительных кранов дебри
Пронизывали туман. Дымных проспектов прямые углы
Стесняли грузовики, чьи колёса грызли поребрик.
Трамваем до берега. Рельсы влево. Выстуженный залив.
Кто-то жарил на пляже шашлык. В почерневшем кострище
Мёрзнут спички рассыпанные и желтеет газетный лист,
По краям обугленный, как подорванной шхуны днище.
Табор чаек уходит в небо и теряется в этажах,
В пахнущем порошком белье, в антеннах. Сбиваясь с курса,
Камнем кидается на асфальтовый остров хриплый вожак,
Ищет червей, разгребая клювом слежавшийся мусор.
Я жил на окраине. Орал из наушников едкий рок,
На бетонный забор выплёскиваясь ломаным шрифтом.
Жизнь повернула на юг, но всё продолжается монолог
За закрытой дверью в поднебесье ползущего лифта.

             12 августа 2009 года

Гербарий

Выйдя из лифта, ты спустишься в спящий двор.
Пискнет машина, оранжевой фарой моргнув.
Кресло. Ремень. Сигареты.
Душно. И утром писали газеты,
Что в самом разгаре лето,
Что сдался циклон. Жара накрывает страну…
В комнату смотрит мигающий светофор.

В комнате пахнет клеем. Обои в цветах.
Духота сырой простынёй затыкает рот.
Женщины спорят на кухне,
Перебирая столовую рухлядь.
Пыльный гербарий пожухлый
Мёртвые листья бросает в остывший компот…
Ты ляжешь на руль, чтобы учиться летать.

Сказка из детства. Доверчивый Питер Пэн.
Мама ещё жива. Дышит в подушку. Летишь
Мимо ночного вокзала,
Мимо пустого речного причала.
Мама однажды сказала,
Что будет стареть. На ржавеющих скатах крыш.
Седеющий Карлсон прячется от сирен.

Гаснет фонарь. За лесом светлеет восток.
Тускнеет трава. За спиной остался июль.
Рассвет. Впереди экватор
Жизни. Ломает крыльцо экскаватор.
Ты снова сменишь аватар
И вернёшься на кухню, сонно скажешь: «Нормуль…»
Женщинам, что сковородку ставят на стол.

Мама ещё жива, хоть и нет ни крыльца, ни двора, –
Тяжко дышит в подушку. Страну накрывает жара.

             14 августа 2009 года

Выпускник

Экзамены сданы. Затушены сигареты. Пара
Бездомных собак прошмыгнёт в подворотню дома,
Когда я выползу в сумерки из потёртого бара,
Вспотевший и пьяный, после защиты диплома.

Июнь. Мне 22 года. За стёклами книжных полок
Выцветают детские фотографии. Утро
Будет похоже на вечер. Скользкой бутылки осколок
Зазвенит под ногами, шлёпаясь мимо урны.

Невеста скажет: будем расписываться в Первом загсе
На Английской набережной. Фотограф в жилетке
Выстрелит вспышкой в улыбки, считая в кармане баксы,
И снова бокалов звон, размякшие тарталетки…

Приятели рвут в Москву. А я, закрываясь от ветра,
Держусь за гранитные парапеты, цепляюсь
За перила мостов разведённых. Торопится лето
В дождях утонуть. И у Кронверка мёрзнет заяц.

По субботам белая ночь бывает такой тоскливой,
Что только писать стихи и курить на балконе,
Глядя, как пара рыжих бездомных собак торопливо
Ищет объедки на мокром щербатом бетоне.

             24 августа 2009 года

Букет полевых цветов

Букет полевых цветов роняет на стол лепестки.
Остывший компот то слаще, то снова кислей.
Мама! Достань мне тетрадь, я в ней нарисую мостки,
Дедову лодку и удочку с банкой червей.

Как трудно завязывать галстук! Глаженые штаны
Висят на спинке кровати. Уже рассвело…
Мама! Взгляни, как внимательно смотрит дед со стены!
Встретимся в загсе, за белым морозным стеклом.

Горький ромашковый чай. Туманы глотают листву
В сыром сентябре. И мы гололедицы ждём.
Мама! Сядь, отдохни. Полевые цветы оживут
На выцветшем крепдешиновом платье твоём.

             7 сентября 2009 года

Ударники

Город Ленинград. Проспект Ударников.
Шапка. Зонт на вешалке. Сапог,
Постоянно ищущий напарника,
Старый Роджер, дремлющий у ног.

Ты мне скажешь: «Завтра будет пятница…»
Будут капли в подоконник бить.
Ты достанешь пыльную салатницу,
В горсть возьмёшь засушенную сныть.

Скажешь: «Фея из меня паршивая.
Мне бы тыкву как-нибудь не сжечь…»
Вечер. Осень просится за шиворот.
Фонари, дождливая картечь…

Бабушка за стенкой вяжет с бисером.
Проведя полжизни у станка
И полжизни перед телевизором,
Теребит застиранный рукав.

В Ленинграде мокрые поребрики,
Сосны на окраинах, туман…
Перестрелки, матерные реплики
Сыплет несмолкающий экран.

В сковородке – тыквенное месиво.
У подъезда плещется вода.
На балконах простыни развесили
Бывшие ударники труда.

Тёплый свитер, тапочки-пумпончики,
Кот с английским именем, матрас…
Ты мне скажешь: «Всё ещё не кончено,
И до пятницы остался час.

Хочешь – уходи. Захочешь пряников
С горьким чаем – набросай чертёж:
Город Ленинград, проспект Ударников,
Ну а дальше как-нибудь найдёшь…»

             24 сентября 2009 года

Циферблат

Она никуда не уйдёт из полунемой головы,
Эта громкая боль. Будто кто-то звонит в набат
В до костей обыденном октябре, на востоке Москвы,
Круглой, как постоянно тикающий циферблат.

Территория осени – голубь ёжится на окне –
Здесь моросит и не действуют законы кино.
Нож. Мимолётные листья. Ветки. Был человек – и нет.
Только город играет машинами в домино.

Рельсы и шпалы. Трубы заводов выпускают туман
В облака. У заплаканной мамы седеет прядь.
Остаётся вздохнуть: «Не топят ещё, а скоро зима…»
И – бессмысленно дожидаться – но всё-таки ждать,

Когда с чёрно-белого прошлого кто-нибудь снимет швы,
И смотреть то в сереющий верх, то в струящийся низ
В до костей обыденном октябре, на востоке Москвы,
Круглой, как светлого тополя сорвавшийся лист.

             21 октября 2009 года

Хламидомонада

Она была доктором… Нет, студенткой медфака…
Нет, просто рыжим ребёнком с аурой цвета индиго,
Медленно ела кашу и не любила плакать,
Знала заезженный миф об Орфее и Эвридике.

Знала, какая таблетка спасёт от мигрени,
Знала, как открывает створки узкий сердечный клапан,
Помнила, почему Онегин пал на колени
И почему ушёл однажды, не попрощавшись, папа.

Утром она спускалась в царство ворон. Дождило,
Птицы ругали осень, покидая мокрые гнёзда.
В урне окурок тлел. Метро её выносило
На пахнущий свежим хлебом дымный Васильевский остров.

Мускулы, нервы. Сердце лязгает, как машина.
«Это не лечится», – где-то было написано в книжке.
Можно кого захочешь ловко слепить из глины,
Потом препарировать куклу в выглаженной манишке.

Плоский мощёный остров. Волны цвета индиго.
Одиночеству триста лет, и плесень грызёт фасады.
Нечем запить таблетку. Не к кому плыть на льдине.
Детство – слепая зигота, юность – хламидомонада.

             1 ноября 2009 года

Мне хватит сил

Мне хватит сил, чтобы вспомнить снег в ноябре, мандарины,
Лежащие в пыльной вазе на высоком шкафу,
Сильную руку мачехи, застиранные гардины,
Мятого дневника незаполненную графу.

Мне хватит сил, чтобы снова увидеть свет на балконе,
Банки с вареньем, с прошлогодней картошкой мешки,
Выцветший двор, где меня колотили Лёхи и Лёни
За задумчивый взгляд, нерешительность и очки.

Мне хватит сил, чтоб однажды снова почувствовать холод
Той зимы, в которой стыла и замерзала ртуть;
Жёсткое сиденье трамвая, тихий охрипший голос
Девушки, которая, вздрогнув, сказала: «Забудь…»

Мертвенность ноября… Прошлое будто немного ближе.
Фонари загораются, время сбавляет шаг.
Когда идёт снег, низкое небо становится рыжим,
Как мандарины или вздрогнувшей девушки шарф

             20 ноября 2009 года

Минус двадцать

Минус двадцать. Тучи из пара.
В атмосфере стынут секунды.
В синеве скрипят тротуары
Каменистой московской тундры.

Подгоревшие тосты, кофе,
Абрикосовое варенье.
Расчесавшись, ты хмуришь брови
В мимолётное воскресенье.

Минус двадцать. Обрывки речи,
Позывные вороньей стаи,
Полудымка Замоскворечья,
Смог прижатых к кольцу окраин.

Индевеет бульвар махровый,
Подзаборья и подворотни,
Красно-белое Бирюлёво,
Серо-бежевая Капотня.

Минус двадцать минут до пледа,
Минус двадцать часов до пьянки,
Минус двадцать недель до лета,
Минус двадцать лет до овсянки,

До счастливой сказки «Морозко»… 
Я хочу после снежной бури
Снова видеть тебя с расчёской,
Даже если ты брови хмуришь.

             22 декабря 2009 года

Страна души

Галька и облака. Когда говорят «Абхазия»,
Память вручает открытку с истрёпанным уголком:
Выброшенный волной хрупкий осколок Евразии –
Терраса с балясинами, щуплый турист с рюкзаком.

Красно-белый «Икарус». Толстый водитель Витя.
Зной. Раскалённый асфальт и вечнозелёный самшит.
Ты в январе листаешь старый путеводитель,
Смотришь затёртые кадры из жизни Страны души.

Время, вперёд! Старушки в чёрных платках и с тросточками
Кошёлки несут на рынок. Летом орехи и мёд,
Осенью виноград, зимой – мандарины с косточками,
И снова весна готовит шумный вселенский турслёт.

Пустые глазницы окон. Серый старик, ссутулившись,
Курит, глядя на солнце. От лучей теплеет стена
В полдень. Ещё не смолкает на неопрятных улицах 
Всем хорошо знакомое гулкое слово «война».

Выцвели фотографии. Дымит на закате
Подгоревший шашлык. Промелькнул в предпоследней главе
Полустанок Цандрипш – бывший вокзал Гантиади, –
Что в переводе с грузинского означает «рассвет».

             11 января 2010 года

Тридесятое царство

Огненно-рыжий свет.
В январе фонари зажигают рано.
Мама в берете везёт ребёнка на санках.
Ты в детстве была непослушной,
Да и сейчас упряма,
Поэтому снова
Гладишь красное платье с изнанки,

Моешь руки в снегу с подоконника,
Раскладываешь диван
И звонишь в тридесятое царство,
Но тебе говорят: аппарат абонента выключен.
И ты наливаешь воду в стакан
И ей запиваешь лекарство
От простуды, чтобы к завтраму вылечиться.

Завтра будет суббота и какая-нибудь погода.
Любопытная Варвара-соседка:
«Где же твой кот Баюн?» – «Да помер он!»
Ты вытираешь пыль
Тридцать лет и три года
В квартире с трёхзначным номером.

Волк Ивана живой водой поливал,
Царевна руки заламывала…
В бабушкиных глазах
Не был заметен обман…
Бабушка никогда не обманывала,
Она просто сказки рассказывала,
В которые, может, веровала сама.

А ты путаешься в занавесках,
Теребишь свитер меланжевый…
Может, хочешь увидеть сани,
Которые  кого-то по полю мчат?
А за окнами только слепящие фары
И позёмка оранжевая,
А за окнами только МКАД и МКАД.

             20 января 2010 года

Восхождение

Мне хотелось сказать: «Посмотри, я вернулся!»
Пахнул пивом и кофе холодный вагон.
Провода и поребрики, грязные жёлтые люстры
И поросший мохом бетон…

Пустовали мосты. Не застав листопада,
Не увидев окна, где горела свеча,
Я шагнул в побелённое чрево парадной
Со щербатыми лифтами, чтобы начать
Восхожденье. А вышло по-шевчуковски:
«Ночь похожа на лифт, в котором умер поэт».
Я на чёрной лестнице спотыкаюсь об доски,
Мну в холодном кармане плацкартный билет.
А до неба – лишь несколько пыльных пролётов,
Голубятня среди закопчённых антенн,
Лабиринт недокрашенных стен
В чёрно-белых разводах помёта,
Фальшь ветряных сирен.

Скрипнуть дверью; разувшись, расправить крылья
Дождевого плаща, конфорку зажечь –
Только огонь чтоб не слишком сильный, –
И помешивать чёрный кофе с ванилью
На голубином 16 этаже.

             26 января 2010 года
Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

11.05: Олег Бондаренко. Ужин с гением (одноактная пьеса)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


Уже собрано на:

08.05: Сергей Жуковский. Дембельский аккорд (рассказ)

05.05: Дмитрий Зуев. Хорей (рассказ)

01.05: Виктор Сбитнев. Звезда и смерть Саньки Смыкова (повесть)

30.04: Роман Рязанов. Бочонок сакэ (рассказ)

27.04: Владимир Соколов. Записки провинциального редактора. 2008 год с переходом на 2009 (документальная повесть)

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!