HTM
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 г.

Ыман Тву

Голоса Крыс

Обсудить

Сборник стихотворений

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 31.07.2019
Иллюстрация. Название: «Искушения Святого Антония» (1515 г.). Автор: Маттиас Грюневальд (1470 или 1475 – 1528). Источник: https://www.buro247.ru/culture/collections/11871.html

Оглавление

  1. Идей
  2. Согласости
  3. Истуканство
  4. Зомбошлак
  5. Танцы начинаются!
  6. Будущее
  7. Кумиры
  8. Майн Кампф
  9. Непреложен
  10. В искренность
  11. Алтарь
  12. Блицкриг!
  13. Я на площади. Ленин.
  14. По полюшку верхом…
  15. Лесоруб
  16. Прохудилась
  17. Мураганы
  18. Делом!
  19. Третий Рим
  20. Банкомат
  1. Грабель
  2. Колбаса
  3. Красив
  4. Красив два
  5. Я
  6. Шик
  7. Совсем
  8. Отпустив
  9. Кочерга


Идей

В суровом обществе идей,
Духовной догмой экономной
Я сам крестил своих детей
Змеёй людской и гастрономной.
Душою масла килограмм
Я называл и прятал в торбу,
Локтями людям объяснял
Порядок жизни! Бил и в морду…
Но всё равно, людей любя,
Их глаз плевки не вытирая,
Я шёл к голгофе Октября
И нёс распятье Первомая!
И вот у кассы всех грехов
Стоял я снова самый первый,
И всех был целовать готов,
Но вместо этого драл нервы!
И всё что мог, я покупал –
Продукты, водку и одежду,
Купоны горстью отрывал
И сдачей получал надежду…
Из гастронома выходя,
Я воскресал в мгновенье ока,
И был я кроток как дитя,
И очень часто видел Бога…

Согласости

Перегнои в горшках расцветали
Горстями, ладонями, копнами, жменями, Женями, Танями.
И коты, как один, вдруг решили тереться о ноги
Боками, хвостами, ушами, усами, глазами, Сусаниным…
И никто не сказал, что настали
Январские, майские, общие, нужные, нудные праздники…
И развесились флаги
Со звёздами, лунами, рунами, знаками всяческой свастики…
Я терплю. Я привык
К толерантности, гласности, трусости, святости, слабости…
Не плюю, утюгами борюсь с проявлением всяческой чуждой невнятности…
Вот сходил в магазин и купил там
Батонности, хлебости, маслости, крупости, мясости…
И иду, преисполненный
Искренней, опытной, нужной, всеобщей, надёжной согласости…

Истуканство

Истукана из дерева выстрогал.
Не создал, не родил, а выстрадал!
Топором в него душу вкладывал,
Чтобы нравился всем, чтоб радовал!
Чтобы дерево стало не деревом –
Долотом свежевал узор, веером,
Наполнял его содержанием,
Вдохновляясь не подражанием.
Чтил традиции, но многое – выдумал!
И почти без изъянов выдолбил!
Он шестой уже, Вием названный.
А вообще все они – разные!
Для культуры творю, для гордости,
А то слишком вокруг много пошлости!
Много жесткости и разношёрстности,
Перманентности, глупости, подлости.
Много голости и извращённости,
Многомужности и многожённости,
Много жабости и криволапости,
Много врагости, много зажрабости.
Анальгинности много и слабости!
Анархистики всякой и флагости!
Много денежья, много безденежья,
Унижения и самовнушения,
Уголёкости, даже удотости,
И ещё, я скажу – много мордости!
Угловатости много, усатости,
Вороватости и конокрадости!
Наплевательтва и взяткобрательства,
Подстрекательства и маразмательства!
Много дрянности и ураганности,
Сериальности и наркоманности,
Комсомольности и профсоюзости,
Пидорасости, низости, трусости.
Много грязности и неудачности,
Много дачности, много мудачности!
Много ватности, одномандатности,
Ну всякие прочие пакости…
Я давно поменял бы гражданство,
Не открой для себя истуканство...

Зомбошлак

Куражился, безобразился –
Вот я вас подавлю, черви страшные!
Вот я вас причешу огнемётами!
Всё иду запустеньем, болотами...
Расплодилось здесь нечеловечество!
Не тела, а сплошное увечество!
Генофонд, искажённый болезнями,
И попсовыми драными песнями.
Зомбошлак нападает стремительно,
И куда только смотрит правительство?
Вот сражаюсь один, весь изношенный,
А вокруг только гад недокошенный...
Ничего – порублю и попестую!
Может, встречу царевну прелестную,
Или, может быть, в царство небесное,
Если вдруг надорву жизнь телесную.
Но баллоны полны, целы клапаны,
Потроха под ногой звучно квакают.
Всё иду, продираюсь стремительно…
Как же жизнь хороша, удивительна!

Танцы начинаются!

Выжгли глотки, выжгли рты,
А они – ударники!
Их бы в космос запустить,
Да сменить подштанники!
И немного причесать,
Наводнить театрами,
Но и так, ни дать, ни взять –
Школьники за партами!
Иногда идут вразнос,
Редко и по глупости,
Видно, свойства папирос –
Взрыв житейской скупости.
Ничего – таков уклад,
Это им прощается,
Перейдут на самосад...
Танцы начинаются!

Будущее

Научились видеть будущее,
Посмотрели на надгробия –
Ничего такого нового,
И так можно догадаться бы...
И дожиться, и довериться,
Только сильно уж не терпится.
Всё прилично и прополото –
Никаких серпов и молотов!
Да и сильно не заглянешь ведь –
Что бы ни было – всё сбудется,
Разбредётся и забудется,
Блеет скот, несутся курицы...

Кумиры

Проснулся – а небо в клеточку!
Вот так вот жизнь переменчива!
Познавательна и недоверчива.
Патриот. Заправлял ленточку.
И ходил по парадам, выборам.
Всех, кто был не согласен – выругал!
Всех, кто был неопрятен – выстирал!
Всех, кто был непонятен – вымарал!
Адвокаты придут – вертятся,
Всё листами трясут, крестятся.
Говорят – всё давно доказано,
И в обжаловании мне отказано.
Надо было сознаться, мол, в чистую,
И тогда бы попал под амнистию,
Показать, где тела закопаны –
Очень ценится это законами.
Я молчу, но, конечно же, в горле ком –
Ведь вчера ещё не был преступником!
Где ж мне трупов взять, где основания?
И какие отдать показания?
Видно, буду сидеть полностью,
Социальной являться полостью,
И не ждал, не гадал – выкусил!
Хорошо, хоть, детей уже вырастил...

Майн Кампф

Украл, чтобы выпить. Спартанцы...
Я не очень дружу с головой.
Кенийские американцы...
Я седой, хоть ещё молодой.
Я отравлен погодой на завтра,
Медным тазом накрылся сайфай.
Что ж, ныряю в болота Вар Крафта…
Я собачник! Майн Кампф! Наливай!
По стакану за светлое завтра,
И закуской засунут мне в рот,
Первый номер осеннего драфта,
Мой сосед – алкоголик и жмот.
Я его не корю – сам не лучше,
Перегаром сжигаю апрель,
Я как зубр, прописанный в пуще –
Длинношерстный, не вымерший зверь...

Непреложен

Я кусал её плечи ворсистым пальто
В переулке пропавшей постели,
Я в душе был серьёзен как цирк-шапито,
Согревал её пледом метели…
Пусть поест! А потом мы поедем в кино,
Развлечёмся тоской конца света,
Или, может быть, станем играть в домино,
Если будет она не одета…
Не одета в шикарный вечерний наряд,
Ну а я – не одетый в кальсоны…
Нелюбовь нынче редкость, изысканный яд,
Не сварить ли нам с ней макароны?
Но сыта и надменна судьбы госпожа,
Я невзрачен и статью не сложен,
И давно не красивее тени ежа,
Но я с ней, и сей факт – непреложен!

В искренность

Рудиментарно прост. Избит.
Гастрит. И время ускользает…
Лишь геморрой слегка бодрит,
И солнце в дымке исчезает…
Весна на улице. Листы
Кружатся в пёстром хороводе,
Сугробы девственно чисты,
Как жаль, что искренность не в моде!
А то бы я всем показал
Всё так как есть. И без сомнений
Я власти пятки бы лизал
И не вставал всю жизнь с коленей.

Алтарь

Хороша чертовка!
Жаль, мала верёвка…
И умна золовка,
Красен календарь.
И бежит так ловко
Старая воровка –
Ловкая сноровка,
Жертвенный алтарь…

Блицкриг!

Он собою боял слишком многих.
Он ваял генеральский пошив,
Оставлял молодыми безногих
И награды лепил. Не спросив
Двигал стрелки по карте лампасов,
И жену медсестрой раздвоил,
Раньше был рядовым он запаса,
А теперь он фронтов командир!
И рубил! Всё налево, направо
За измену расстрел награждал,
А устав, выходил из устава,
И любовью себя услаждал...
Воевал, словом, мудро и смело,
В орденах просветленья достиг,
Воспитал он и душу, и тело,
Вот что значит удачный блицкриг!

Я на площади. Ленин.

Раскричался мозоль
На ноге, на ступне. На трибуне
Разгорелись глаза
В мрачной домне толпы. Из людей
Разгулялась метель
В этом ветреном, снежном июне
И свобода. Всё ближе была
К нам ордой палачей.
И ничьей разливалася речь
Парусами. И флагов
Было много –
Всех разум за разом глазами обвёл.
Все приплыли из греков,
Узбеков, татар и варягов.
Я на площади. Ленин.
Фонарь. Дом Советов. Костёл.

По полюшку верхом…

Закружилися метели…
Человеческая сталь.
Слишком долго мы. Ржавели
Даты времени. Педаль
Нажимали без надежды,
Кольцевали. Утюги
Разутюжили одежды,
Просушили сапоги. Трижды
Орденом женаты. Дважды
Признаны врагом.
На душе скрипят заплаты.
И по полюшку верхом…

Лесоруб

Дерево срубил. Рухнуло.
Слабо нутро хрустнуло.
Пнями, корнями, руслами.
Я лесоруб. Грустно мне.
Песню запеть – боязно!
Чешутся комья-волосы.
Строить корабль – хлопотно!
Мысли – ольха с тополем.
Дальше лежат соснами
Рифмы в фанеру тёсаны.
Штабель, второй – премия!
Имя моё – Иеремия.

Прохудилась

Прохудилась она и вздрогнула.
Это раньше все планы – тоннами,
Воробьями чулок воронами,
Душа тела – вздохами, стонами…
А теперь лишь шаги – тапками,
Хорды рёбер блестят под лопатками,
Фолинопсисом переосмыслены
Сквозняки-занавески – мыслями.
Заморщинилась и состарилась,
Каши гречневой греет наваристость,
День-деньской без задора-вымпела,
Вот пошла, корвалола выпила…

Мураганы

Налетели мураганы,
Задуплили все стога.
И закрыты рестораны,
Затюкованы стога…
Отшвартованы заборы,
Разговелись утюги,
Слышны стоны, споры, ссоры…
Подоспели пироги!

Делом!

Выкрутим руки неверным!
Курицам, птицам, перьям,
Покрытым ржавчиной звеньям,
Вычурным и неприметным.
Раскроем зева пошире –
В зобах отзовутся песни,
Шагнём по шагреням, весям,
Как тесно нам в этом мире!
Не мы выбирали это,
Не ждали грядущие вёсны,
Топили подлодками вёсла,
В горах разбивая эхо…
И как тут смириться с телом,
Придумать души побеги?
Андреи, Петры и Олеги,
Займитесь-ка, лучше, делом!

Третий Рим

Грибы и споры. Целый вечер
Увечий мыслей и надежд…
Благословен день нашей встречи!
Я молод был. И без одежд
Сновали люди без отличий,
И каждый веки закрывал.
А я всегда искал приличий!
Да, многих сёк! Но и страдал…
Мы встретились после обеда,
Пивная. Смрад. Картёжный гул.
Она одна была одета,
И я подвинул ближе стул…
Перчаток нитей пауки...
Мы познакомились. Салаты.
Её две стройные ноги…
Не зги… Мы оба виноваты!
Зато теперь мы говорим
Всё так как есть, о всём на свете –
Москва и вправду – Третий Рим!
Хоть попрошайничают дети...

Банкомат

Раскланялся, и автомат
Смиренно выплюнул купюры.
За мною две толпились дуры
И собирали компромат.
Не бреюсь. Верен романтизму.
Ветрянкой в детстве не болел.
Не подвергался остракизму,
А летом, как и все, потел…
За что же ропщут христиане
В своей языческой душе,
В угрюмом банковском стакане,
Кредитном хлипком шалаше?
– Ты скоро? – строго вопрошают,
Угрюмо пальцами тряся,
А я их лесом посылаю,
Хотя зарплата снята вся…

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

14.10: Лачин. Диспут распятых (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2019 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!