Семнадцать с половиной сентиментальных историй про любовь, смерть, еду и каннибализм

 

Сначала все шло отлично, нам было хорошо – довольно нескучно, довольно приятно вместе. Но постепенно что-то начало словно разлаживаться. Если мы садились смотреть фильм, одному из нас он непременно не нравился, либо отвлекали от сюжета откуда-то взявшиеся мрачные мысли. Когда ее за что-то хвалили, мне непременно кто-нибудь в тот же день говорил гадость. Она вдруг испытывала душевный подъем – я заболевал, я весело проводил время с друзьями – она сидела в дурном настроении дома. Снежный ком слепливался постепенно.

Наши встречи все меньше становились нам в радость. Не слишком чудесно проводить время вдвоем, когда один либо почти без повода ревет в три ручья, либо топит свое что-то в вине.

Мы расстались, но не нашли сил и причин прекратить разговаривать вовсе, справляться, как там дела, хотя все и так было ясно как день. Когда у меня случалось что-нибудь очень хорошее, я спешил ей позвонить: выслушать, успокоить. Она тоже так поступала несколько раз. В итоге одному делалось не так здорово, другому – чуть менее гадко.

Мы старались общаться все реже, но ничего не менялось, скорее, наоборот. А потом… даже не хочу говорить, что с кем произошло. Но в результате баланс, может, даже нарушился – обоим нам было на редкость паршиво. Не говоря уже того, что жутко. Особенно вечерами хотелось выть либо лезть в петлю.

Она позвонила мне:

– Приезжай.

Я прилетел к ней посреди ночи, понимая, что давно пора поговорить, попытаться что-то придумать, но ее вопрос огорошил меня:

– Ты думал, что будет с другим, если один вдруг умрет?

Реагировать на это серьезно было бы выше сил, просто укладывать мысль в голове тоже совсем не хотелось.

– Ты предлагаешь мне умереть?

Она рассмеялась; нервно.

– Не строй из себя джентльмена.

Покачала головой:

– Я серьезно, – не знаю, прошла минута или не менее дюжины – в комнате она часов не держала. – Это надо серьезно как-то решить. Я не хочу тебя убивать. Ты меня – очень надеюсь – тоже.

– Но это же не значит – своими руками… – ее уверенность была настолько сильна, что мои мысли сами собой потекли в заданном направлении. Обычно она со всем соглашалась и ждала от меня какой-нибудь инициативы, но когда дело доходило до того, что действительно – или, по меньшей мере, ей так казалось – важно…

– Не надо так усиленно думать, а то у меня башка напрочь откажет, – она скривила уголок губ, отчего на щеке и подбородке пролегла складка. – Я хочу, что бы мы вместе это решили, – настойчиво повторила она. – Ты ведь согласен, что так дальше нельзя?

Я кивнул.

– Ты согласен, что самые важные вещи происходят в жизни случайно? Мы и встретились так…

Уже меньше понимая, к чему она клонит, я снова кивнул.

– Ты согласен?..

Я машинально кивнул еще раз и лишь секундой позже осознал, на что согласился.

– Но что?!.. как ты предлагаешь?!.. – вырвалось из моей пересохшей глотки.

– Камень? Ножницы? Бумага?