HTM
Слушая Таю. Холивар. Читать фантастический роман про путешествие в будущее из 2022 года!

Цитаты и классики

Андре Моруа. Разные мысли о литературе.

Обсудить

Цитаты из произведений

На чтение потребуется 40 минут | Скачать: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Купить в журнале за апрель 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2015 года

 

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 15.04.2015
Оглавление

3. Творческий процесс
4. Жанры, стиль
5. Инфраструктура литературы

Жанры, стиль


 

 

 

Есть в письме то, о чём оно хочет рассказать, и о чём оно умалчивает. Письмо всё выдает и разоблачает.

 

«Идея рождается из фразы» (Кокто)

Неправда. Из фразы рождается только такая идея, которая уже блуждала в голове, но никак не могла выйти на верную дорогу (прим. редактора).

 

«Если вы хотите сказать: "Прекрасная погода", так и говорите: "Прекрасная погода"» (Лабрюйер). Однако сам он этого как раз и избегал. Искусство Лабрюйера состоит в том, чтобы держать читателя в вечном напряжении.

 

«Такт в дерзости означает понимание, до какой степени можно заходить слишком далеко» (Кокто).

 

«У Расина нет ни одного чувства, которое бы не было литературным» (Жироду).

 

«Это высшая ступень искусства, когда произведение не нуждается в комментариях» (Роллан).

 

В поэзии исполнение, а отнюдь не замысел рождает прекрасное.

 

В поэме или романе ингредиенты его алхимии всегда остаются неизменными, хоть и вступают в бесконечные комбинации.

 

Возвышенное присутствует и тогда, когда художник обуздывает ураганные страсти.

 

Всякую метафизику... можно рассматривать как определённую неточность, бессилие языка, стремление придать мысли внешнюю значительность.

 

Дисгармония, которую породило сочетание скорбной меланхолии и элегантной насмешливости, придала стилю Шатобриана своеобразие.

 

Для прециозной литературы XVII века стилистические изыскания куда важнее идеи.

 

Исторические события в этих пьесах не более чем предлог для изобилующего анахронизмами изложения определённой философии истории.

 

Как истинный врачеватель нравов, Дюамель наблюдал жертв отравления комфортом.

 

Как познание мира Фабрицием есть тема «Пармской обители», так познание мира Сальвеном есть тема цикла романов о Сальвене.

 

Люди и даже неодушевлённые предметы словно оживают в его речах.

 

Монтень всегда говорил, что хотел сказать, и так, как подумалось.

 

Мопассан в своём мире остается путешествующим иностранцем, интересовавшимся тем, что давно уже не представляет интереса для коренных жителей.

 

Поиски святости – несравненно сильнее, нежели поиски научные захватывают героев Дюамеля.

 

Руссо первым внёс «вкус деревни» во французскую литературу.

 

Соблазненная молодая девушка – сюжет, в общем, банальный, но обновлённый тем, что привлекается Мариво, и тем, что в пьесе множество блестящих рассуждений о театре, стиле, актёрах.

 

Стихотворение делает прекрасным по необходимости сама условность правил, позволяющих его создавать.

 

То, что отличает любовь от примитивной и бездумной покорности физическому желанию, и есть сущность человеческого достоинства в любви. «Этого достоинства я... никогда не терял в своих произведениях» (Ларбо).

 

 

Литературные жанры

 

Водевили были весёлыми, потому что в марионетках не оставалось ничего человеческого.

 

Есть в письме то, о чём оно хочет рассказать, и о чём оно умалчивает. Письмо всё выдает и разоблачает.

 

Ален в любопытных заметках на полях прокомментировал «Очарования» и «Юную парку»:

 

«есть надежда, что моя телеграмма превратится в нечто роскошное и неожиданное». "Роскошное и неожиданное"? Шекспир, «Буря», очевидно. Но Ларбо этого не уточняет, предоставляя нам самим удовольствие открывать внутренние связи его текста с мировой литературой;

 

«величие молитвы состоит прежде всего в том, что она не находит отклика, в том что это общением между верующим и богом не омрачается неприглядной сделкой» (Сент-Экзюпери);

 

«Гибель всерьёз» – это коллекция житейских и литературных воспоминаний, между которыми проскальзывают отступления.

 

«Надо, чтобы драма уже закончилась в действительности к тому моменту, когда поэт предоставит её нам: вот почему древняя история пользуется успехом в театре; знаменитые несчастья достаточно широко известны, так что зритель заранее знает, чем дело кончится, и отвлекается от своей эпохи и своих собственных забот» (Ален).

 

«Ни ясность, ни точность не являются в стихотворениях обязательными. Строка Виньи "J'aime la majeste des souffrances humaines" – необъяснима, ибо в человеческих страданиях нет величия. Но строка эта прекрасна, ибо "величие и страдание" образуют прекрасный аккорд полных значения слов».

 

«Стихотворение создаётся не из идей и не из чувств, оно создаётся из слов» (Валери).

 

«Цитадель» Сент-Экзюпери – «монотонный речитатив восточного владыки-патриарха... Кажется, то неумолимо течёт песок. Набираемые в горсть песку: искрятся красивые блёстки, но они тотчас же исчезают в монотонном течении, в котором увязает и читатель. Внимание рассеивается: восхищение уступает место скуке» (Эстап).

 

Ален по природе был поэтом, но предпочёл писать прозу, ибо проза строже и не позволяет выдавать напева за мысль.

 

Англосаксонский роман можно сравнить с проселочной дорогой: её пересекают плетни, её окаймляют цветущие изгороди, она... кружит, ведя к пока ещё неведомой цели, которую читатель обнаруживает, только дойдя до неё.

 

В мире нет ничего более естественного, чем театральная естественность. Недостаточно найти тот же тон, что и в жизни. В жизни имеешь дело с таким скверным текстом. Право, не стоит труда собирать в зале 500-600 человек, затем чтобы показать им, как бормочут, заикаются, икают на сцене. Задача искусства – с помощью особых приёмов создать более правдивое, чем сама правда.

 

Драматическая сила древних мифов обогащает удел человеческий благородством страданий.

 

Его пьесы выдерживают испытание чтением.

 

Легенда – это история жизни, уже очищенная временем и забвением.

 

Лучшие романы это те, которые ничего не доказывают. «Рассматривать проблемы послевоенного периода» – плохая задача для романиста. Зато смотреть на мир глазами героя, проходить с ним путь ученичества, – возможно, единственная достойная писателя задача.

 

Музыкальный звук есть тот же крик, но крик управляемый, роман есть та же страсть, но страсть упорядоченная.

 

Первые романы Дюамеля – это философские романы, построенные вокруг одной идеи. Разновидность этого жанра – «программный» роман, только здесь писатель, вместо того чтобы признать (подобно Вольтеру в «Кандиде») условность сюжета, старается воплотить свои идеи в образы людей, а не марионеток.

 

Подобно классической трагедии, французский роман представляет собой историю какого-нибудь кризиса. В нём действующие лица описываются в какую-нибудь драматическую пору их жизни: что же касается их прошлого, то о нём либо только упоминается, либо оно становится известным из рассказа о минувшем.

 

Поэзия в нашем безумном мире есть выражение беспорядочных идей, регулируемых его ритмом.

 

Пьеса чересчур прямолинейна – ей не хватает поэтического света.

 

Роман в письмах. Эта несколько искусственная форма. Жизнь, в сущности, проходит в разговорах и делах.

 

Самые лучшие романы – это романы об «ученичестве», где романическое чаще всего создается конфликтом между безжалостным миром и юношескими надеждами.

 

Существует два вида романов: те, которые отвлекают нас от жизни, и те, которые помогают её понять.

 

Театр требует преувеличений, ибо зритель воспринимает реплики на слух, он не может, подобно читателям, возвращаться к тексту.

 

Читая дневник, замечаешь, что первая интерпретация событий не соответствует тому, что сохранила о них память.

 

Чувство театрального стиля – стремительность реплик.

 

Элюар полагал, что всякое настоящее стихотворение – это стихотворение на случай.

 

Этому роману не достаёт романтического начала.

 

 

Стилистические приёмы

 

Композиция романа очень свободна. М. дю Гар не показывает своих персонажей в какой-то временной последовательности. Он детально описывает несколько эпизодов, разделённых периодом неизвестности...

 

«Здесь есть грубость истины, небрежность фразы, что особенно впечатляет умы, любящие истину горячую, словно кофе» (Барбе д'Оревелли).

 

«Реплики под занавес» всегда отточены, эффектны.

 

«Само перечисление имён звучит хвалой богу» (Теккерей).

 

[Особенности стиля XVI века]: меткое высказывание, ирония, симметричность в построении предложений, неожиданные сочетания слов, постоянная смена эффектов, инверсии, преобразующие в явные парадоксы всем известные истины.

 

Арагон умеет писать на разговорном языке; лучше, чем кто-либо другой, он улавливает музыку живой французской речи: эти прерывистые фразы, вторящие ритму дыхания и мысли, не безупречно правильный, но очень ясный синтаксис.

 

В любой фразе Жироду искушённый читатель уловит намёк на какую-нибудь знаменитую цитату, и на мгновенье перед ним пронесётся в заоблачной выси тень великого человека.

 

Валери предпочитает не пользоваться словами, которых не определил, а в те, что использует, вкладывает лишь тот смысл, который содержат в себе общепринятые определения.

 

Госпожа де Мертей и Вальмон раскрывают нам те мысли Лакло, о которых не говорят его поступки.

 

Долгое монотонное нанизывание глаголов несовершенного вида, которые вдруг обрываются глаголом совершенного вида. Так Флобер описание перебивает действием.

 

Дюамель держится классической французской традиции. Он не боится использовать в своей эссеистике риторические приёмы.

 

Его тяготение к гармонии не интересовало стилистов, которые стремились к диссонансу и ломаной строке.

 

Искусство Лабрюйера состоит в том, чтобы держать читателя в напряжении. Он не напишет "Ясный ум встречается реже, чем бриллианты и жемчуга", но "После ясности ума самое редкое в мире – это бриллианты и жемчуга".

 

Кажущаяся непоследовательность и бессвязность составляют очарование стиля Мюссе, а большие, хорошо отточенные и плавно текущие тирады производят особенно сильное впечатление, потому что они отчётливо выделяются на фоне остального текста.

 

Красноречие прекрасно, если в каждом из присутствующих упорядочивает всеобщее возбуждение.

 

Мысли Мальро присущ космический размах. То, что он видит, всегда в его воображении былое.

 

Мюссе, как и Мольер, добивается комического эффекта, прибегая к повторениям и гиперболам: «Мой уважаемый племянник. Желаю вам доброго здоровья. – Мой уважаемый дядюшка. Ваш покорный слуга» (симметрия).

 

Научная сторона манеры Пруста замечательна. Многие из самых прекрасных образов обязаны физиологии, физике или химии.

 

Одно из ярких доказательств присущего Мюссе чувства стиля – стремительность реплик.

 

Отчего же Сент-Экзюпери не описывает мир через призму своей профессии, коль скоро именно таким образом он вступает с ним в контакт?

 

Пеги любит зацеплять целую фразу за какое-нибудь слово предшествующей.

 

Перечисления, симметрия, эрудиция – вот некоторые элементы стиля Жироду.

 

Персонажи Бальзака меняются на протяжении романа, вот почему у писателя возникает ощущение времени.

 

По мнению В. Вулф именно юмор делает Диккенса менее значительным писателем, чем Толстой. Она права в отношении тех авторов, у которых юмор заполняет собой всё пространство произведения и даже страсти мешают серьёзности.

 

Следует вернуться к двум словам, лучше всего характеризующим стиль Ануйя: поэтический и разговорный.

 

Соблюдение законов формы, когда речь идёт о стиле, и некоторая сумбурность композиции – вот, быть может, секрет величайшей поэзии.

 

Сюжет книги прост и хорошо продуман; автор превосходно знает среду; важнейшие сцены искусно выписаны и расположены; детали верно отобраны и точны.

 

У М. дю Гара меньше, чем у Жида, страха перед банальностью и обыденностью, которые «являются хлебом насущным для человека и для романа».

 

Условность места, подстроенные встречи героев, реплики в сторону, монологи и наперсники не результат чьей-то прихоти, но присущи самой театральной форме.

 

Фраза его течёт свободно, она разделена на короткие периоды, никогда она не походит на ораторский оборот, она, точно жест, подтверждает мысли.

 

Частые перерывы в действии усиливают впечатления, грёзы, мечты. Неожиданно обрываемые диалоги дают пищу воображению, подобно тому как искалеченная статуя вызывает раздумье.

 

Я перечитал всего Жироду и порою уставал от шаблонных сюжетных приёмов, блестящих и легковесных.

 

Язык стран, звучавший торжественно в ту пору, когда поэты изобретали его, начинал облекаться в готовые формулы, банальность которых составляла нелепый контраст с неистовым пылом чувств, будто бы выражаемых ими.

 

 

Литературные сферы (что является предметом искусства)

 

Главное достоинство произведения искусства заключается в том, что оно выражает само по себе, независимо от абстрактных концепций. Кафедральный собор не нуждается в комментариях, как не нуждается в аннотациях звёздный небосвод.

 

Жироду – один из тех тысяч французов, которые обеспечивают связь между классическими авторами и повседневными чувствами.

 

Искусство, по-видимому, призвано отвлекать чувства от деятельной жизни и подключать их к тому вспомогательному двигателю, каким является фантазия.

 

«Человеческая жизнь – это живая материя, над которой трудится и должен трудиться писатель... В этой живой материи кишат тлетворные ферменты... Так вот первейшая задача всякого романиста – со всей точностью и правдивостью воссоздать эту живую материю, это средоточие тлетворных ферментов, это бремя души человека» (Ив дю Бос).

 

Существует зона неопределённости, где трудно отличить автора от марионетки: невозможно говорить действительную правду, не примешивая к ней немного лжи.

 

«Восхитительный солнечный закат, это не красивый солнечный закат, а солнечный закат великого художника» (Мальро).

 

Нужно ли удивлять? В искусстве – безусловно. Шоковое лечение открывает глаза – и души. Но шок, уже по самой своей природе, краткосрочен.

 

«Если что-нибудь и может быть реально удержано и познано, то лишь с точки зрения вечности, иначе говоря – искусства» (М. Пруст).

 

«Жизнь прекрасна, но она лишена формы. Задача искусства как раз в том и состоит, чтобы ей придать эту форму с помощью всевозможных искусственных приёмов».

 

«История вызывает мечты, опьяняет народы, порождает в них ложные воспоминания, усугубляет их рефлексы, растравляет их старые язвы, смущает их покой, ведёт их к мании величия или преследования» (Валери).

 

«Что может быть более ценного, нежели восхитительная иллюзия ясности, которая создаёт у нас ощущение, что мы понимаем без напряжения?».

 

[Литература] – это неправда, но это замаскированный способ говорить правду. Значит ли это лгать? Нет, множество людей перестали себя видеть таковыми, каковы они есть. Вместо того чтобы плоско высказывать эту мысль, миф или роман показывают пустое зеркало.

 

[О катарсисе] Хороший портрет очищает понятие о натуре благодаря тому, что не показывает настроений и смутных порывов, но оставляет лишь неизменное. Не портрет похож на натуру, а натура на портрет.

 

В основе романтического – волеустремление героя, избравшего свою судьбу. Однако мечтаний и чувств героя ещё недостаточно, чтобы дать роману жизнь. Абстрактные признания надоедают. Их должен подкреплять устойчивый внешний фон.

 

Возвышенное рождается, когда иллюзорную безмерность природы, выражена ли она в грозе, буре, горе или пустыне, разум охватывает или обозревает.

 

Для художественного творчества узел – это вкус.

 

Для художественного творчества узел – это вкус. У Ретифа он был плохой. Он слишком грубо выставлял напоказ и свою личную жизнь, и чужую. Он даже не подозревал, что писатель может многое выразить с помощью намёка, недосказанности.

 

Долгое время моралисты довольствовались смутными понятиями с весьма неопределённым смыслом и полагали, что такие абстрактные существа, как Любовь, Ревность, Ненависть, Равнодушие, разыгрывают хорошо построенное балетное представление, выражающее нашу эмоциональную жизнь.

 

Жизнь соткана из той же материи, что и наши сновидения. Театральные игры делают её сносной, сообщая ей форму.

 

Идея абстрактная, характерная для романа на заданную тему, порождает лишь серийную литературу.

 

Красота поэзии заключается в чём-то неожиданном, что порождается самой мелодией, гармоническим благозвучием, рифмовкой.

 

Мы узнаём действительность лишь благодаря великим художникам. Рескин был для Пруста одних из тех писателей-посредников, которые необходимы нам, чтобы соприкоснуться с реальностью.

 

Назначение поэта – возвращать словам их гармоническое значение.

 

Не приводя идеи Алена в систему, я прежде всего попытался внушить читателю желание посетить те изобильные сады, где была изображена эта корзина плодов.

 

Но Пруст показал, что самые эти неделимые атомы [чувства] в действительности являются сложными мирами, состоящими из бесконечного множества чувств.

 

Он мог создать картину, но не проанализировать чувства («школа Толстого, а не Пруста»).

 

Ощущение прекрасного, быть может, есть сознание невозможности изменения.

 

Подлинный источник поэзии Франса состоит в горестном и меланхолическом напоминании о прошлом, которое слишком походит на настоящее.

 

Поэзия должна уходить корнями в действительность, обретая при этом универсальное значение.

 

Поэт – это создатель мифов, которые своими чарами и заклинаниями проясняют красоту и тайну мира, скрытую за видимостью вещей.

 

Прекрасное отмежёвывается от судорожности, но использует избыток силы, дабы придать природе форму. Музыкальный звук есть тот же крик, но крик управляемый. Роман есть та же страсть, но страсть строго пропорциональная.

 

Прекрасное постигается без размышлений. Идея входит в него, как элемент природного порядка.

 

При чтении всех романов воспитания чувств было счастье обрести в этих первых столкновениях ребёнка и юноши с жизнью наши собственные тревоги, надежды, мечтания.

 

Произведение – это частица мира, которому художник сообщил направление.

 

Раса, среда, момент. Эта тэновская формула применима далеко не ко всем людям. Тем более не ко всем писателям.

 

Романтическое заключено не в реальности, но в дистанции, отделяющей мир реальный от мира фантазии.

 

Франс. Украшение обыденной жизни с помощью сдержанного оптимизма и юмора, который позволяет смотреть на происходящее как бы со стороны.

 

Что было бы с искусством, если бы оно не привносило в природу больше порядка, чем в ней есть?

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за апрель 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение апреля 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 

Автор участвует в Программе получения гонораров
и получит половину от всех перечислений с этой страницы.

 


Оглавление

3. Творческий процесс
4. Жанры, стиль
5. Инфраструктура литературы
Акция на подписку
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Присоединяйтесь к 30 тысячам наших читателей:

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com

Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Пробиться в издательства? Собирать донаты? Привлекать больше читателей? Получать отзывы?..

Мы знаем, что вам мешает
и как это исправить!

Пробиться в издательства? Собирать донаты? Привлекать больше читателей? Получать отзывы?.. Мы знаем, что вам мешает и как это исправить!


Купи сейчас:

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2022 года

 

Мнение главного редактора
о вашем произведении

 



Научи себя сам:

Аудиокниги для тех, кто ищет ответы на три вопроса: 1. Как добиться жизненных целей? 2. Как достичь успеха? 3. Как стать богатым, здоровым, свободным и счастливым?


👍 Совершенствуйся!



Слушая Таю. Холивар. Читать фантастический роман про путешествие в будущее из 2022 года!

Отзывы о журнале «Новая Литература»:


01.12.2022.

Счастлива быть Вашим автором.

Юлия Погорельцева


02.11.2022.

Ваш журнал радует своим профессиональным подходом к текстам и авторам.

Алёна Туманова


22.10.2022.

Удачи и процветания вашему проекту.

Сергей Главацкий


18.10.2022.

Искренне желаю вашему журналу побольше подписчиков.

Екатерина Медведкина



Сделай добро:

Поддержите журнал «Новая Литература»!


Copyright © 2001—2022 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30 декабря 2021 г.
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!