HTM
Кто победит в Конкурсе грязного реализма?
Проголосуй до 15.07.2024
Выбери лучшие рассказы!
До конца голосования осталось:

Людмила Доронина

Таёжный роман

Обсудить

Рассказ

  Поделиться:     
 

 

 

 

Этот текст в полном объёме в журнале за март 2023:
Номер журнала «Новая Литература» за март 2023 года

 

На чтение потребуется 18 минут | Цитата | Подписаться на журнал

 

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 31.03.2023
Иллюстрация. Автор: Уильям Э. Элстон. Название: «Молния над Спирит-Лейк». Источник: https://www.williamelston.com/

 

 

 

Марья

 

Холод пробирается под полушубок. Рук почти не чувствую, ноги утопают в снегу, но я упрямо иду к одинокому дому у самой окраины деревни.

Опять тёте Свете плохо, давление замучило, а лекарства только у меня. А идти к ней через всю деревню, но ничего, я привычная к ходьбе. Когда в деревне, особенно в сибирской, родился – не до нежностей. Огород тебя кормит-поит. Да и животина своя ухода требует. Из развлечений для молодёжи – только низенький клуб да видавшая лучшие дни библиотека при маленькой школе, в которой и классов-то было три, от силы четыре. Учёных много – умных мало. Так наш директор школы говорил. Он же лучший пахарь на селе, он же столяр и плотник. А я его дочь. В ученье подалась. Все книги прочла и часто папку в город гоняла за учебниками. Худо ли бедно, а на врача выучилась. Сама. Отец от гордости сверкал как новый медный чайник. Да кого у нас лечить? Пяток стариков да десяток баб. Молодёжь только изредка летом приезжает. Вот на семейном совете и решили меня в другое, соседнее село отправить. Там людей побольше. Я там нужней. Отец, конечно, кручинился, да что сделаешь. Не век мне подле него куковать.

 

Через тайгу под весёлый стук топоров мимо бывалых огромных лесорубов я поехала. Лес мелькал зелёными ёлками. И вот из-за деревьев появились первые дома. Как и везде. Со ставенками расписными, с огородами длинными да под гул скотной живности. Как из родного места и не уезжала. Только чуть побольше будет. Домов на 10-15. А что, и тут люди чай живут, не звери! Не обидят.

Выделили мне угол у старухи Марфы и открыли старый ветхий фельдшерский кабинет. Я, конечно, всё вымыла-вычистила. Шторки повесила. Красота. Только людей идёт меньше, чем у нас! Один день кукую, второй. Уже сама в дома стучаться стала! А что делать? Вон у соседки палец перемотан – порезалась – не дело. Быстро мазь наложила и дальше. Так за неделю и узнала, кто где живёт, кто чем болеет. И снова затишье.

А через пару дней река разлилась. А от нас до города только по ней и добраться можно. Застряли мы без помощи дней на пять, а то на неделю. Дожди ещё полили как из ведра. Лесорубы в дома попрятались. А что люди от скуки делают? Верно – пьют! И что только по пьяни не вытворяют. Пару бровей зашивала, носы вправляла, а синяков-то! Не сосчитать!

 

Поздно вечером стук в дверь. Кого по ненастью принесло? Неужто беда?

– Как есть, Марья, беда! Беги скорей в дом старосты! Жена его разродиться не может!

Я узелок с инструментами к себе прижала и бегом через деревню. Ах намучились мы с мамашей. А ещё папаша бледный как стена под ноги лезет! От него-то толку сейчас! Всё что мог – 9 месяцев назад сделал! К утру крик первенца всю деревню побудил! Я усталая так у них у печки и уснула.

– Ну, благодарствую, Марья! По батюшке тебя как? Забыл на радостях, не обессудь. – Счастливое лицо старосты аж блестело.

– Марья Степановна я. Да какие мои годы – меня так звать.

– Не скажи, девица! Сам своими глазами видел, как жену мою с ребятёнком спасала, себя не жалея! Проси что хочешь!

– Да мне и не надо ничего. А вы же сами, что ль, не видите, в каком состоянии кабинет мой находится? Не сегодня завтра крыша обвалится! А если там помимо меня другие будут?

– Это не дело! Твоя правда! Среди леса живём, а ты без крыши считай! Жди рабочих – будет тебе крыша! И вечерком к нам зайди, отметим – тебя в красный угол посажу!

 

А вечером почитай вся деревня во дворе старосты собралась! Ух как отмечали мы рождение его сынишки!

– Так, дорогие мои односельчане! За одно славное дело мы выпили, но не стоит забывать, кто к тому руку приложил.

– За тебя староста! – раздались крики.

– Ну за меня само собой, но тут не просто так в красном углу одна девица сидит да скромно глазки опускает. За Марью Степановну, нашего фельдшера!

Слова его повисли в тишине.

– Что за неё пить, Адрейка, пришлая она, не наша, так ещё дал же бог таким заморышем уродиться! – пьяные голоса зашумели, что по-трезвому бы и не сказали.

– А ну рты позакрывали!  – гаркнул староста, так что все вмиг протрезвели.

– Уж удумали  – человека по внешности судить! По делам надо! А дел она нам за две недели сделала столько, сколько прошлый наш – прости, что скажешь – коновал и за год не срубил! Ещё раз услышу в деревне хоть слово плохое о той, что сына моего спасла – не сносить вам головы! Моё слово крепкое!

– Прав во всём староста, – встала над столами женщина, это была Светлана из самого последнего дома. – Я как раньше страдала от давления, мучилась! Порой думала, помру тут одна – а Марья прибегать стала, компрессы ставить, уколы – и я сама теперь в огороде как молодуха скачу! Что же мы, не люди православные, что ль, за доброту её не отблагодарим? Спасибо тебе, Марья!

И добрая женщина мне в пояс поклонилась.

– Добро, – крутя ус, сказал староста и ещё раз повторил: – За Марью Степановну! – В этот раз его все поддержали.

А на следующий день реденькая, но всё же очередь ко мне стояла. Так я тут и прижилась. Крышу мне староста отстроил знатную, и все деревенские к нему присоседились. Кто стул резной принёс, кто стол дубовый, и стал мой кабинет чуть ли не музеем.

 

Лето быстро догорело, затяжная осень дождями пролила, и ударили морозы. Мне работёнки добавилось. Раньше-то по теплу пробежишь и красота, а сейчас в тулупе тёплом да валенках по сугробам по пояс – быстро не доберёшься.

– Тёть Свет, открывай!

Пожилая женщина неспешно открыла мне калитку, пёс их уже меня как свою привечал, и я его не обижала, всегда в кармане косточку держала.

– Ох замучилась я, Марья, не доживу до весны! Не увижу сыночка! Мне б его только бы глазком одним!

– Отставить панику! Увидите сынка!

Сын у Светланы подался на заработки в город и как раз к первому числу весны должен был приехать. Я лечила её как могла и гнала дурные мысли, но душа тоже была не на месте. Больно быстро сдавать она стала, нехороший это признак.

– Может, всё же в город?

– Вот сынок приедет – он отвезёт!  – Неизменный ответ. Скорей бы весна.

 

В хлопотах и заботах пролетело время, как птица, и вот первые подснежники радовали меня своими низенькими белыми головками. Но некогда природу разглядывать, пора и в обход. Пока всех обошла, всех выслушала. Вот и последний дом. Так, а это что? Почему пёс так лает?

– Что, не узнал, чертяка, хозяина? Вот она собачья верность! Нет тебе веры. – Громогласный голос богатыря тонул в лае собаки. Я подошла ближе:

– Тихо, Мухтар, свои!

– Ты гляди-ка! Клопа какого-то слушает, а хозяина нет! Ты чей ребёнок?

– Не ребёнок я! Фельдшер ваш!

– Ишь, важная какая! Открывай калитку, раз пришла. А то битый час в дом попасть не могу!

– Как – час? Беда!

Я бросилась к дому – закрыто. Богатырь велел мне отойти и с одного удара выбил дверь. На полу лежала Светлана. Я делала что могла. Лишь на пару минут она глаза открыла, увидела сынка и со счастливой улыбкой ушла.

– Вот так вот, ехал в гости, а попал на похороны. Ах, мамаша, как же так!

– Иван, неужто приехал? – забежал в дом староста. Как раньше всех новости узнавал – непонятно, но всегда и везде первым был.

– Вот, Андрейка, ушла моя мамка, поможешь проводить…

– Царство небесное. Добрая была женщина Светлана. Марья, ты как?

А как я? Никак – слезами сижу умываюсь. Первая моя смерть. Вроде и не виновата я, а в груди огнём горит.

– Пойдём, отведу тебя.

 

Похороны в деревне – целое событие, с ним только свадьба сравнится. Иван угрюмый сидел во главе стола. Все подходили и говорили пару слов об умершей. Когда речь дошла до меня, я как будто язык проглотила. Только глянула на лицо Ивана, что на мать был похож – и в слёзы. Бабоньки меня подхватили и быстренько увели, но даже на другом конце деревни я слышала громогласный крик пьяного Ивана:

– Не уберёг! – А потом и вовсе просто как зверь раненный выл да скулил. Горе у человека. Большое горе.

 

Заботы отнимали все силы: я как бы наказывала себя за Светлану, работала от зари до зари. Приходила вечером и падала. Скорей бы уснуть. И новый день. И новые и привычные дела – только не думать, не сметь вспоминать последний дом. Дался мне этот Иван! И не важно, что он раскрасавец, глаза голубые-небесные, кудри золочёные и сам богатырь из сказки! Не про меня этот парень. Не про меня! Отец мой был низенький, и вся его родня, но он-то мужчина. К нему и спрос другой, а я народилась – малышкой с реденькими волосиками, что никогда ниже плеч не вырастали. Глазки маленькие, блёклые, нос небольшой картошкой, и сама – глянешь и подумаешь: ну как есть заморыш! В деревне и кормили меня хорошо, и на речке я загорала – всё одно страшненькой такой на фоне подруг выделялась, что и не глянул за двадцать лет никто как на женщину! Вот всю энергию в ученье и перевела: поняла, что не моё это – семейная жизнь. Ну кто захочет с такой жить? Только если вдовец какой от безнадёги. А если бить меня начнёт? Так в пылу ссоры и забьёт до смерти. Нет, одна буду! Одной хорошо. А глупое сердце – врёт, обманывает да как искуситель нашёптывает про Ивана. Глупости всё это! Баловство!

От балагурных лесорубов узнала, что Иван здесь остался, не вернулся в город, к ним подался. Вместе теперь лес рубят, а это дело опасное, не каждый приноровится. Теперь к моим заботам и переживания за этого дурака добавились! Вот как есть же учудит что-то, деревня это вам не город.

И на день рожденья сыночка старосты всей гурьбой ворвались лесорубы.

– Беда, староста, ой беда! Ивана ёлкой привалило!

Я стала оседать по стенке. Но быстро взяла себя в руки.

– Вы его трогали? Он конечностями шевелил?

– Как есть шевелил – недолго только, потом сам как та ёлка подрезанная упал. Вот на телеге его кое-как к вам привезли.

Я уже осматривала мертвенно-бледного пациента. Думать о нём как о чужом! Не сметь раскисать!

– Ну что там?

 – Плохо! Я его одна точно на ноги не подниму. В город надо! И срочно, а то нервные окончания отомрут и всё  – не встанет он на ноги!

– Да в какой же мы глуши живём! Не видишь, что ль, что за окном? Паводок и разливы рек – что в том году помощь неделю бы ждали, что сейчас!

– Нет у нас недели, староста! Ему помощь сейчас нужна.

– Помоги, староста! Не обидим, – раздались голоса лесорубов

– Чего разгалделись как чайки! Пошли вон из избы, дышать больному нечем! Без вас решим! Не обидят меня! Я вас сам обижу! Вот натравлю на вас проверку из города, будете знать! Все ваши косяки-то и вылезут!

Парней как ветром сдуло. Когда мы одни остались, староста возьми да спроси:

– Любишь его, девонька?

Я зарделась как маков цвет.

– Ну стало быть, в твоих руках сейчас его судьба. Плот тебе выделю самый добротный, на нём спустишься по реке, а уж через переправу и до города рукой подать! Ты только смотри пороги обходи да на валуны не нарвись!

Я головой лишь кивала. И всё запоминала. Страха не было. Была боязнь не успеть, не довезти Ивана. Что мне пороги, что валуны! Лишь бы жив был!

Староста крепко привязал Ивана к плоту, на меня, как на матрёшку, надели все тёплые вещи, что были в доме.

– Ну, с Богом, дочка!

 

Дальше только стихия, только ветер, гроза и дождь, волны в человечий рост – и не скажешь, что река!

– Пить!

Уж ты очнулся!

– Нельзя тебе, родимый! И шевелиться не смей! – прикрикнула я на Ивана.

– Ты? Или чудится? Ишь, клоп какой смелый! Непогоды не боится!

– Молчи ради бога! Дай порог обойду! А не замолчишь – веслом огрею!

– Ишь, грозная какая! И бесстрашная!

И с улыбкой снова сознание потерял. Добрались мы до города через час – там уже бригада ждала, стало быть, дали связь. Дозвонился староста. В карете скорой я и отключилась.

 

 

Иван

 

И что у меня за жизнь! Что за путь – везде я не к месту, везде не у дел. Нет мне, видно, счастья на земле. Правду люди бают, что когда одного в жизни много, другого днём с огнём не добудешь. Уродился я у матушки – богатырь. Красавец, да ещё косая сажень в плечах. Всё при мне! Да только гляну кругом – и скучно мне, и тяжко. Потянуло на приключения в город – так кутил, пил, а кто не пьёт?! И тут счастье своё не сыскал! Обратно воротился. Прямо в руки беде окаянной! О как меня об землю шарахнуло. Понял, как непутёво жизнь свою прожигал. Как кутил, деньгами сорил, жил на полную катушку, женщин менял, а вот случилась беда – нет дружков моих запойных, нет женщины около меня. Точнее, есть. Да такая, что и глянуть боязно. А как о ней деревенские говорят – по имени-отечеству величают, через раз кланяются. Я не дурак, взгляд её влюблённый приметил – ещё чего не хватало! У меня в городе такие женщины были – любо-дорого! Да только ни одна из них со мной сюда, в глушь, не поехала. Друзей было не сосчитать – а за поминальным столом только соседи. Что за жизнь у меня! Нет, баста, никакого города больше! Тут останусь – на земле предков. Клоп этот благо больше не попадался, а я всё равно в мыслях к ней возвращался. Ну где она, а где я? Работа спорилась легко, да, видно, кончилось на мне везенье – полетели ёлки-палки в разные стороны, и меня придавило. Вроде, сначала думал – пронесло, а потом и понять ничего не смог, сознанье потерял – вроде, вдалеке голоса слышал, а что – разобрать не мог. Потом ветер чувствовал да дождь окаянный, и пить хотелось – хоть помирай! А нежный голос мне не велит пить и, чтоб я шевелился, запрещает! Да неужто! Сама врач посреди бурной реки на тоненьком плоту с веслом, что неё больше в два раза, меня через пороги несёт. На свет божий вывозит. О как глаза у меня открылись! Богиня речная! Королева! С такой отвагой девичьей я точно не помру!

Откачали меня врачи. Вовремя меня Марья привезла. Я уже через сутки к ней рвался. Нельзя было. В реанимации. Так простыла, пока меня спасала, что саму теперь от воспаления легких лечить не перелечить. Тихо прокрался в палату – утонула в моей огромной руке её ладошка. Старался ей хоть часть своей силы передать. Мне-то здоровому лбу что как с гуся вода, а вот она, а как же я без неё…

– Иван? Ты что встал? Тебе разве можно?

– Не кручинься обо мне, горлица, жив-здоров я твоими стараньями. О себе побеспокойся!

– Чудно ты говоришь, Иван, видно, я ещё сплю… и осторожно руку мою сжала, и дальше в целебный сон провались.

Почивай, солнце моё ненаглядное! Ишь, люди, да я и сам дурак был, внешнюю красоту разглядывал, а вот она душа её прекрасная – чуть не упустил, не заметил. Нет теперь для меня краше Марьи во всём белом свете!

 

 

Марья

 

– Долго ты над Иваном измываться будешь? – спросила моя домодержательница.

– Да что я ему-то сделала? Видно, головой всё же повредился, когда дерево падало, раз сейчас от меня не отходит. Да с той бедой не ко мне, я такое не лечу.

– К тебе, Марья, как есть к тебе! Ты его приворожила, ты и вылечи!

– Ой, не смешите меня, где я и где Иван – первый красавец на деревне, куда мне за него!

– А чем ты плоха?

– Чай сами не видите? Худа, страшна…

– Ты эти разговоры брось! У меня, старой, зрение не как в молодости, сама мне капли глазные прописала. Да сердцем чую – добрая ты да славная. А эти качества подороже красоты будут.

Я только вздыхала украдкой. Иван и вправду переменился. Если бы сама с врачами городскими о его здоровье не говорила, решила бы, что и правда мозгами тронулся. Уж чего удумал – люба я ему! Где я, а где он! А сегодня нет моего провожатого, и на следующий день не появился, на третий день я уж извелась вся, а после обеденного перерыва, когда ко мне после огородных хлопот с болями в спине почитай вся деревня сидит, под кабинетом услышала его громкий голос. Да кто ж такое не услышит?

– Не ругайтесь, односельчане! Срочное дело у меня! Жизненно важное! Пропустите!

Вошёл в кабинет мой, обвешанный шкурами соболиными.

– Это тебе, горлица моя, на шубку! – лицо раскрасневшееся от солнца, от самого духом сосновым веет.

– Благодарствую, Иван. Дорого ты свою жизнь оценил, да сколько тебе повторять – не нужно меня благодарить, «спасибо» бы и обошлась.

– Беда у меня, помоги! Одному в доме тошно, скучно, мне б жинку славную, да чтоб детишки были. Вот тогда бы и зажил бы весело!

– Я твоей беде помочь не могу.

– Ещё как можешь, окромя тебя никого не вижу, не слышу, Выходи за меня! Вовек не пожалеешь!

– Точно с ума сошёл! Я почто твою жизнь спасала? Чтоб ты её так по-дурацки сгубил? Кого замуж зовёшь? Клопа неказистого, заморыша?

– Всю оставшуюся жизнь прощения вымаливать буду за слова обидные! Не обессудь, не откажи!

Из-за двери уже голоса деревенских послышались:

– Выходи, за Ивана! Не дури!

Подошла к богатырю моему ненаглядному, в глаза его прекрасные глянула и тихо, чтоб только он слышал, прошептала... [👉 продолжение читайте в номере журнала...]

 

 

[Конец ознакомительного фрагмента]

Чтобы прочитать в полном объёме все тексты,
опубликованные в журнале «Новая Литература» в марте 2023 года,
оформите подписку или купите номер:

 

Номер журнала «Новая Литература» за март 2023 года

 

 

 

  Поделиться:     
 
441 читатель получил ссылку для скачивания номера журнала «Новая Литература» за 2024.04 на 24.05.2024, 13:22 мск.

 

Подписаться на журнал!
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Нас уже 30 тысяч. Присоединяйтесь!

 

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com
Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Литературные конкурсы


15 000 ₽ за Грязный реализм



Биографии исторических знаменитостей и наших влиятельных современников:

Алиса Александровна Лобанова: «Мне хочется нести в этот мир только добро»

Только для статусных персон




Отзывы о журнале «Новая Литература»:

17.05.2024
Особенно радует наличие в журнале редакторского отбора. Это как огранка алмаза, что придает ему большую ценность в глазах искушённой публики.
Александр Жиляков

09.05.2024
Журнал отличный. Подход к рукописям отменный. Обложка прекрасная. Словом, есть, что смотреть и читать.
Валерий Рыженко

07.05.2024
Блестящий номер. Вы большие молодцы!
Валерий Соловьев



Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2024 года

 


Поддержите журнал «Новая Литература»!
Copyright © 2001—2024 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
18+. Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30.12.2021
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!