Дела земные

 

 

 

Красная машина иностранного производства неслась по трассе со скоростью более ста километров в час. Сидели в ней двое. За рулём – крутоплечий, чернявый, широкоскулый, с явной примесью восточной крови. Второй – тоже крепкий мужик, но лицом мягче, голубоглазый.

Оба в кожаных куртках.

Они, видимо, давно знакомы – привычно молчат.

Виднеются впереди домишки деревни, и водитель сбрасывает скорость.

Голубой щит с белыми буквами.

– Не фига себе название, Серый! Деревня Старые лохи, – усмехается чернявый.

– Да уж…

– Давай тормознём. Жрать хочу.

– Давай.

Домишки жмутся к шоссе. На крыльце сидит бабушка – шерстяной платок шалашиком. Она давно привыкла к бесконечно мелькающим машинам. Машины эти из какой-то другой, не её жизни. Есть они, нет – для неё ничего не изменится. Просто так уж вышло, что эта широкая гладкая дорога легла через её деревню, когда-то большую и шумную, а теперь – едва дышащую.

Машина тормознула у крыльца, и весёлый чернявый парень крикнул:

– Бабка! Млеко, яйки! Бистро, бистро! Шнеля!

Старушка мешкает в нерешительности. Потом уходит в дом и вскоре появляется с литровой банкой молока. В другой руке решето с пятком белоснежных яиц и краюхой хлеба.

Она идёт к машине. Парни ждут её на кромке дороги, сосут сигаретки.

– Кушайте, сынки.

Они выложили яйца на заднее сиденье машины, выпили молоко…

Чернявый сел в машину, завёл двигатель.

А голубоглазый выдохнул вдруг:

– Прости, мать, – и сунул в её руку бумажку.

Когда тронулись, водитель сказал:

– Ты зачем бабке баксы дал? Она ж их не знает, печку ими растопит.

– Да помолчи ты, – огрызнулся голубоглазый и включил магнитолу…

 

Старуха сунула бумажку в карман передника и засеменила к дому. А к ней уже спешит сосед – высокий худой старик в заношенной фуражке:

– Что за гости, Власьевна?

– А внук из города с другом. Обратно поедут, так погостят. Пока вот денежку подарил, – она показала старику Егорову купюру. Тот покачал головой, но промолчал… Взял бумажку, посмотрел на свет, помял уголок:

– А ведь это доллары, Власьевна. Мой Мишка такие из загранки привозил… (Мишка – старший внук, действительно, когда-то частенько ездил "в загранку". Мотался "челноком" в Польшу…)

А у старухи никакого внука нет… В избе она прячет денежку в ящик комода, что-то шепчет, глядя на фотографии племянников.