HTM
Номер журнала «Новая Литература» за июнь 2024 г.

Евгений Гольцов

Между Южным и Северным полюсами

Обсудить

Сборник рассказов

 

Купить в журнале за май 2019 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за май 2019 года

 

На чтение потребуется 1 час 20 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

18+
Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 23.05.2019
Оглавление


1. Краковская колбаса
2. Сцыкуала

Краковская колбаса


 

 

 

Лаврентий Демидович шёл домой походкой, которая уже лет пятнадцать была шаркающей; в одной руке у него была банка дешёвого пива, в другой – пакет, в котором лежала палка краковской колбасы. Потягивая пиво, Лаврентий Демидович предавался воспоминаниям о том, как в старые времена, когда на теле его страны заживали многочисленные раны, оставленные большой войной, краковская колбаса была не то чтобы дефицитом, – ах, кто из нынешней молодёжи знает и помнит истинное значение этого слова? – она была чудом, ценнейшим артефактом, доступным лишь членам правящей партии, либо хватким, удачливым людям.

Теперь же это чудо природы – искусно приготовленная плоть убитых обладателей рогов и копыт – была в свободной продаже. Раз в месяц, с каждой пенсии, Лаврентий Демидович покупал цельную палку краковской колбасы.

Где-то там, за границей, в городе, где он никогда не побывает, человеческий разум дошёл до того, что превратил смерть в предмет вкусового наслаждения. Там, в прошлом, гиганты человеческой мысли научились измельчать мясо свиней и коров, перемешивать его, превращая два животных в одно – щедрое, охотно делящееся с людьми кусками ароматного полукопчёного тела. Лаврентий Демидович представил его: смесь свиньи и коровы с большими грустными глазами, увешанное, как дредами, толстыми мясными батонами. Глаза невиданной скотины умоляюще просят избавить его от лишнего веса. Добрые мясники вырывают куски колбасы, оставляя открытыми поры. И нет никакой смерти.

Разве благоухающий бутерброд и бутылка пива могут быть связаны со страданием, болью и страхом? Неужели такое удовольствие, как поедание колбасы, должно кому-то стоить жизни? Но, ах! Вся эта сложность молекулярных соединений продукта пронизана метафизическим ужасом. Вот он, Лаврентий Демидович, несёт в руках палку колбасы и пьёт пиво. И вроде бы всё отлично – красота и гармония. Но когда тебе шестьдесят пять, вечность начинает тревожно фонить невидимой, назойливой комариной стаей. Вдруг это последняя бутылка пива? Последняя палка колбасы? Сколько ещё удовольствий можно получить, пока некогда приветливое звёздное небо не потребует расплаты? Молекулы, составляющие тебя, продолжат участвовать во всеобщем уравнении, но разум – нет; он останется, запертый во временной ловушке – статичный и неизменный. Перспектива сомнительная, да ещё и пиво кончается.

Лаврентий Демидович направился к ближайшему ларьку:

– Две «Охоты крепкой» и пластиковый пакет.

– Сто девять рублей. Десять рублей посмотрите?

– Да, да, – порывшись в карманах, пенсионер достал сторублёвую бумажку и десятирублёвую монету.

– Прекрасно, – улыбнулась продавщица, выставляя перед покупателем две банки холодного, запотевшего пива.

Продавщица, молодая, крепкая девушка, с зёлеными глазами, красивыми, полными руками и крашенными хной волосами.

«Всё циклично, всё повторяется. Всегда будет какая-то молодая продавщица с пивом в ларьке, а вот ты сам уже прежним не будешь. Ты никогда не займёшься с ней сексом. Твоё дряхлеющее тело не способно вызвать её интерес. Несвежее дыхание старика больше не позволит возникнуть на губах ни одному романтическому поцелую», – почти незаметно мелькнула мысль в голове Лаврентия Демидовича.

– Дочка, а может, в кино сходим? – вдруг заявил он.

Продавщица звонко расхохоталась и добродушно ответила:

– Нет, спасибо.

– А чего? Пообщаемся о том о сём. Я человек пожилой, много повидал, со мной не скучно, а то эти молодые прохвосты ­– о чём с ними говорить?!

– Ваше пиво, – сказала девушка, подавая пакет.

Лаврентий Демидович достал одну бутылку и ловко откупорил ее открывалкой, привязанной верёвочкой к вкрученному в прилавок шурупу. Сделав три-четыре крупных глотка, он ещё раз внимательно взглянул на девушку.

– А может, сходим на танцы? Вы умеете танцевать вальс? Я вот прекрасно вальсирую, – пенсионер сделал неловкое танцевальное па.

– Дедушка, вы во времени потерялись? Сейчас не ходят на танцы.

– А куда ходят?

– В клуб или на дискотеку.

– И что, там не танцуют?

– Вальс не танцуют.

– А мы станцуем.

– Нет, не станцуем.

– Что ж вы, молодёжь, такая нелюбопытная? Неужели неинтересно, как двигается старый, опытный самец? – Лаврентий Демидович выпятил губу и повёл плечом.

– Честно – не интересно, – девушка закатила глаза.

– Да что вам вообще интересно?

– Много чего, но старые козлы, пьющие дешёвое пиво, мне интересны ровно настолько, сколько они тратят на его покупку. Рабочие обязанности, знаете ли.

– А я куплю! – Лаврентий Демидович залез в карман, нашаривая мелочь, но там явно не хватало. – Да и чёрт с ним. А хотите колбасы краковской?

– Проваливай отсюда, дедушка, твоя колбаса уже ни на что не годится, как её ни назови, – прошипела продавщица.

– Сука, – с чувством заявил Лаврентий Демидович и отправился прочь.

– Извращенец старый!

 

«А вот человек умирает, и что? – размышлял пенсионер. – Какова вероятность, что такая сложность мира, с ним, таким же Лаврентием Демидовичем, возникнет вновь? Ноль, запятая и несчётное количество нулей, уходящее в необозримую даль. Но где-то там, за нулями, есть другая цифра; а значит, то, что может произойти – обязательно произойдёт, особенно если на твоей стороне бесконечность. И что? Он опять будет идти, таким же днём, с этой вонючей палкой колбасы и дерьмовым пивом? И молодая продавщица снова пошлёт его? И жизнь его будет такой же идиотской? И дома будет его ждать дочь – глупая стерва Танюха? Его сокровище, будь оно неладно. Время навернёт гигантский круг, и всё вновь возникнет в такой же сложности, чтобы он снова купил краковской колбасы? Неужели жизнь, возвращённая игрой бесконечности, может упереться в палку измельчённого мяса, как баран в новые ворота?»

Пенсионер отпил пива, достал из пакета колбасный батон и погрозил им в небо, после чего предался размышлениям:

«А если с каждым витком времени он, Лаврентий Демидович, в своих бесконечных повторениях может что-то изменить, хоть самую малость? Вот можно колбасу псу бездомному отдать, съесть самому, или… Да страшно подумать, сколько всего можно сделать, сколько успеть. И ведь про это уже есть теории в квантовой физике. Жаль, что он не учёный. Уж он бы увидел, почувствовал картину других измерений».

Лаврентий Демидович навернул круг через бесконечность и взглянул на руку с зажатым полукопчёным артефактом.

Колбаса на месте. Да ладно вам, неужели всё настолько похоже? Ну-ка! Ещё разок! Такая же ерунда. Ещё! Ещё! Мать вашу! Неужели, мотаясь по кругам бесчисленных совпадений, он ни разу не попадёт в зону сингулярности или ещё чего, что изменило бы ситуацию? Нужно доказать высшему порядку, что колбаса ему не нужна! Выбросить? Не-е-ет, так не переделаешь это гоночное поле. Выбрось её собаке, и космическая служба доставки, навернув круг, снова вложит в руку пакет с колбасой. Тут нужно кардинальное решение! Кар-ди-на-льное!

Лаврентий Демидович почувствовал, как невидимые звёзды взглянули на него с холодным вниманием.

– Дайте мне палку колбасы, и я переверну весь мир, – произнёс он вслух и расхохотался.

Тут владелец колбасы заметил молодого человека, который тоже как будто с кем-то разговаривает. Лаврентий Демидович, стараясь не шуметь, подошёл к нему.

– С кем это ты разговариваешь, сынок?

– Мысли вслух, – равнодушно ответил тот, убирая смартфон в карман.

– В моё время знаешь, что делали за мысли вслух?

– Знаю, – ответил незнакомец и направился прочь, явно не желая продолжать разговор.

– Вот-вот. Раньше бы ты уже лес в Сибири валил или на Урале металл плавил. Радуйся временам: сейчас таким, как вы, свобода – можно ходить по паркам гадить да пиво в подъезде пить, – прошипел вслед Лаврентий Демидович.

Пенсионер почувствовал, как в нём набирает силу неведомая энергия, как будто он подключился к невидимому потоку, обладающему колоссальной силой. Потоки энергии пульсировали в теле, проходили через ноги, руки, мозг. Часть обретенной силы передалась колбасе; полукопчёная мякоть начала болеть, и Лаврентий Демидович чувствовал её, как свою собственную, но боль при этом не была кошмаром: распространяясь по телу, она наполняла его безумной радостью, словно пробуждая из летаргического сна.

 

«Господа, извольте вам сообщить: я выхожу из вашей временной ловушки. Внимательные взгляды из-под очков. Да-да, я увольняюсь. Мне больше не нужно ваше оргазменное рабство и участие в этой пошлой игре под названием «эволюция». В этой точке бытия я выхожу на свободу. Вы, вы все, глупые и алчные животные с патологической тягой к власти и контролю – слушайте меня: Я выписываюсь с вашей реальности, пропахшей застарелыми фекалиями и спермой, выпущенной со страху. Все ваши ужимки нереальны, ваши законы – брехня для тех, кого вы превратили в работающее на вас мясо. Всё неправда! Нет тут ни доброты, ни сострадания. Все эти моральные ценности, с детства транслируемые вашими адскими машинами, всего лишь снотворное для скота, чтобы потом смешать их мясо и получить колбасу. Кра-ко-вскую колбасу! Ещё один вид отходов цивилизации».

 

Лаврентий Демидович достал колбасу и сжал её в руке как оружие. Он стоял, широко расставив ноги и задрав голову. Пенсионер залпом допил пиво и бросил бутылку в серую после зимы траву. Вдохнув полной грудью, Лаврентий Демидович почувствовал, как броуновское движение элементарных частиц ощущается мозжечком, откликается в районе копчика забытым эхом удовольствия.

«Позволь очищающему хаосу, из которого ты состоишь, направить разум. Позволено всё. Только стерев границы, можно выбраться из этого колеса времени. Покажи этим паразитам, захватчикам, что твоё мясо не годится им в пищу, вычеркни своё настоящее имя из книги учёта».

Неведомый восторг толчками наполнял тело Лаврентия Демидовича. Он шёл по парку, рассекая пространство волной радостной, обжигающей энергии; впереди его уже ждала одинокая цель – это был лысоватый мужчина в демисезонном пальто с поднятым воротником, рядом с ним стоял небольшой кожаный портфель.

 

«Нет страха. Нет морали. Нет закона. Нет принципов. Нет жалости. Нет сострадания. Нет грусти. Нет сожаления. Нет времени. Нет возраста. Нет социального положения. Нет заботы о детях и родителях. Нет любви. Есть только бесшабашный подвиг, рождённый в замысловатом движении элементарных частиц».

Лаврентий Демидович расхохотался, оказавшись за спиной сидящего человека. Тот отвлёкся от смартфона, на экране которого он что-то читал, и обернулся, недовольно шевельнув ухоженной козлиной бородкой. Пенсионер, гаркнув нечто вроде боевого индейского клича, обхватил его шею мёртвой хваткой, с силой уперев палку колбасы ему в висок.

– Что происходит? – человек попытался вяло сопротивляться.

– На этой планете всё происходит неправильно, – прошипел Лаврентий Демидович.

– Я-то тут при чём? – возмутился человек, не исчерпавший запас самообладания.

– Ты что, белая пушистая овечка? Кого ни спроси – все ни при чём! А потом наше мясо смешают и сделают колбасой.

– При чём здесь колбаса? Вы пьяны!

– Я тебе сейчас мозги вышибу. – Лаврентий Демидович вжал колбасу в висок жертвы.

– Ладно-ладно, чего вы хотите от меня?

– Давай деньги.

– Но у меня только кредитная карта, я не пользуюсь наличными.

– Я выстрелю. Раз… два…

Человек с бородкой скосил глаза и принюхался.

– Это колбаса? Краковская?

– Три, – заявил Лаврентий Демидович безапелляционным тоном в ухо незадачливому скептику.

– Постойте, – человек на скамейке раскраснелся и покрылся испариной, – я всё отдам. – Дрожащей рукой он вытащил кожаный бумажник из внутреннего кармана и протянул пенсионеру.

Не отпуская хватки, Лаврентий Демидович открыл бумажник и заглянул внутрь: помимо нескольких кредитных карт там лежало несколько пятитысячных купюр.

– А ты у нас лжец.

– Я… я… я профессор, я уважаемый человек, забирайте деньги и уходите.

– Что в портфеле?

– Книги.

– Какие?! – закричал в ухо профессору Лаврентий Демидович.

– Ницше, Хайдеггер, Маркс, – скороговоркой выпалил мужчина.

– Доставай.

– Я преподаю, это для лекций, – доставая книги, причитал профессор.

– Маркса сюда, – приказал пенсионер, ослабляя хватку.

– З-зачем вам Маркс? – спросил профессор, передавая книгу.

Схватив книгу, Лаврентий Демидович со всей силы ударил по затылку профессора, но оказалось, что лишить человека сознания толстой книгой не так просто, как это показывают в фильмах.

– Что вы делаете?! – закричал тот и бросился бежать, прихватив портфель с оставшимися в нём книгами.

– Вот дерьмо, ­– заключил пенсионер.

Он открыл книгу.

– …мы находим здесь людей, которые все зависимы – крепостные и феодалы, вассалы и сюзерены, миряне и попы! – Лаврентий Демидович выкрикнул наобум взятую цитату вслед убегающему профессору.

– Что же я делаю? – пробормотал пенсионер и посмотрел на колбасу в своей руке.

Кусок колбасы пульсировал в руке, как будто в нём находилось несколько сердец, как в теле кальмара или земляного червя; это были и его сердца, они придавали сил, как будто все кальмары и черви также хотели вырваться из этой временной петли.

Лаврентий Демидович дьявольски расхохотался и направился дальше.

 

– Охоту крепкую.

– Опять ты, иди уже, проспись, – возмутилась зеленоглазая продавщица.

Лаврентий Демидович молча хлопнул на прилавок пятитысячную бумажку.

– Банк ограбил, что ли? – чуть смущенно пробормотала она.

– Нагнись-ка сюда, – ледяным тоном приказал мужчина.

Продавщица, будто заворожённая взглядом змеи, подчинилась, оперевшись о прилавок своей внушительной грудью.

Лаврентий Демидович схватил её за горло, уставившись в наполненные ужасом зелёные глаза.

– Открой рот, с-сука.

Девушка, будто в трансе, послушно открыла рот.

Лаврентий Демидович засунул ей в рот палку краковской колбасы и начал делать поступательные движения.

– Нравится?

Продавщица не отреагировала, она просто смотрела на покупателя широко открытыми глазами.

Закончив экзекуцию, пенсионер, как ни в чём не бывало, заявил:

– Ну, где же моё пиво?

Девушка, глядя в пустоту, поставила на прилавок бутылку пива и машинально отсчитала сдачу.

– Мы ещё встретимся, и всё будет по-другому.

 

Лаврентий Демидович откупорил бутылку о поребрик автомобильного заграждения и направился дальше. Навстречу ему шла молодая семейная пара; мамаша, крашеная блондинка, держала за руку откормленного отпрыска.

– Гуляете? – спросил Лаврентий Демидович, изобразив дружелюбие.

– Гуляем, – с оттенком флирта ответила женщина.

– Как зовут сыночка? – пенсионер присел перед ребёнком.

Папаша попытался возразить, но женщина, заметив его порыв, дёрнула его за рукав.

– Лавруша.

– Как мило. Кем ты хочешь стать, Лавруша, когда вырастешь?

– Олигархом, – выпятив губу, ответил мальчик.

– Ты знаешь о том, что ты вырастешь редким ублюдком? – спросил пенсионер, поглаживая по голове белокурого мальчугана.

– Э-э! – раздался голос отца.

Но конфликту не суждено было продолжиться – раздался вой полицейских сирен.

– Это профессор, – пояснил Лаврентий Демидович, – я тут, знаете ли, человека ограбил. Желаете колбасы?

– Э-э. – Отец ребёнка двинулся на обнаглевшего пенсионера.

Лаврентий Демидович, двинувшись навстречу, точным движением упер палку колбасы в нос возмущённому мужчине.

– Ты вообще знаешь, из чего состоит краковская колбаса?

– Нет, – ответил ошеломлённый родитель.

– То-то же, – заключил Лаврентий Демидович и бросился бежать к ближайшему жилому дому.

Высоковольтная линия радости, незримо для всех пронзавшая пространство, теперь была подключена к венам и нервам немолодого мужчины.

Настоящий он – гибкий хищник, проник в каменный муравейник, состоящий из множества нор. Там, за закрытыми дверями с замками и цепочками, множество дрожащей биомассы; но он состоит из другого мяса. Никакие гнусные хозяева этого мирка не доберутся до него – другие стандарты. Какая бы метафизическая колбаса ни производилась на этой планете – он вне игры. Семейная парочка показывает полицейским, где скрылся злоумышленник. Смешно. Они, вообще, в курсе, с какой скоростью несётся в пространстве весь этот бардак? Галактика изящно закручивается по спирали, но служителям порядка до этого нет дела. Этот порядок придумали враждебные насекомые, которым нет дела до мелочных терзаний, присущих нашему биологическому виду. – «Кусок краковской колбасы, пожалуйста». – «Выпишите ему, машина питания дала разрешение на откорм; департамент смерти заверил его печатью». Вселенная сжимается и разжимается в порыве Большого Взрыва, как гигантское бесконечное существо, бьющееся в агонии, порождая череду согнутых палок краковской колбасы. Но этой мешаниной не сломить дух настоящего солдата свободной армии, состоящей из пиратов, преступников всех мастей, бывших рейнджеров, беглых еретиков, портовых шлюх, разуверившихся монахов, отчаянных дауншифтеров и прочих отморозков, выплюнутых цивилизацией за ограду скотного двора. Свиные и коровьи останки сошлись в оргазменном экстазе – оружие врага! Его не выкинешь просто так, если поступить неразумно, колбаса, как «кольцо всевластия», вернётся за тобой и накажет.

 

Дверь на чердак девятиэтажного здания, как и люк на крышу, оказался открыт, и Лаврентий Демидович оказался один на один с небом, давящим на него низкими клочковатыми облаками.

– Вот так. С меня хватит. Пора перезапустить время. Чёртова колбаса, я избавлюсь от тебя…– бормотал пенсионер, становясь на бордюр крыши.

Он смотрел на неспешно текущие акварельные разводы туч, а затем на колбасу, и чувствовал, как подобно двум краскам, грусть перетекает в ненависть и обратно и, смешиваясь, эти два чувства образуют уродливые, замысловатые узоры.

– Мужчина, прошу остановиться, это полиция, – послышался голос за спиной.

– Мы не причиним вам вреда, – вторил другой голос, постарше.

– Я ещё вернусь, – не оборачиваясь сказал Лаврентий Демидович и бросился вниз.

 

Полицейские сидели в машине и молчали. Более молодой крутил ручку радиоприемника, пытаясь поймать нужную волну.

– Это ж надо, такое совпадение, – тихо произнёс тот, что постарше, с седеющими усами.

– Угу, – ответил молодой, не переставая крутить ручку.

– Откуда там взялся грузовик с сеном? Ты веришь в совпадения?

– Приходится.

– Ну, вот как можно сброситься с крыши и попасть в проезжающий грузовик, отделавшись лёгким вывихом?

– Повезло.

– Да хватит радио мучить!

– Чего ты нервничаешь? – молодой полицейский выключил радио.

– Не люблю я, когда чего-то не понимаю.

– Чего ты не понял?

– Кому в городе, в марте, понадобилось сено?

– Да я видел, как на какое-то мероприятие грузовик салата везли, лопатами грузили, а тебя сено удивляет. Мало ли, может, у кого корова дома живёт?

– Тебе бы всё шутить. Есть хочется, поезжай до «Макдональдса», а? Мало того, что кругом психопаты, не хватало ещё и язву заработать.

– У меня бутерброды есть, – молодой полицейский открыл бардачок и достал пакет.

– С чем у тебя?

– С колбасой.

– С каких пор ты стал бутерброды делать?

– Ну-у-у, захотелось краковской колбасы.

Неожиданная догадка пришла на ум усатому полицейскому.

– Слушай, ты что?

– Да нормальная она, не выбрасывать же?

– Ты мозги с утра дома забыл, это же вещественное доказательство?!

– Да чего там доказывать? У дедка по весне крыша поехала, что и без колбасы понятно и занесено в протокол.

Усатый полицейский покачал головой и отвернулся; помолчав некоторое время, он заявил:

– Ладно, давай сюда свой бутерброд.

Напарник молча протянул пакет. Некоторое время патрульные жевали молча.

– И что, они в Кракове всё время едят колбасу? – несколько равнодушно спросил седой полицейский.

– Не знаю, я там не был.

– А хотел бы?

– Может быть.

Это был тот случай, когда полицейские, сидя в патрульной машине, одновременно думали о том, что, скорее всего, они никогда не побывают в славном городе Кракове.

 

 

 

(в начало)

 

 

 

Внимание! Перед вами сокращённая версия текста. Чтобы прочитать в полном объёме этот и все остальные тексты, опубликованные в журнале «Новая Литература» в мае 2019 года, предлагаем вам поддержать наш проект:

 

 

 

Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за май 2019 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт магазина»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите доступ к каждому произведению мая 2019 г. в отдельном файле в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление


1. Краковская колбаса
2. Сцыкуала
412 читателей получили ссылку для скачивания номера журнала «Новая Литература» за 2024.06 на 20.07.2024, 17:34 мск.

 

Подписаться на журнал!
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Нас уже 30 тысяч. Присоединяйтесь!

 

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com (соцсеть Facebook запрещена в России, принадлежит корпорации Meta, признанной в РФ экстремистской организацией) Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com (в РФ доступ к ресурсу twitter.com ограничен на основании требования Генпрокуратуры от 24.02.2022) Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com
Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Литературные конкурсы


15 000 ₽ за Грязный реализм



Биографии исторических знаменитостей и наших влиятельных современников:

Герман Греф — биография председателя правления Сбербанка

Только для статусных персон




Отзывы о журнале «Новая Литература»:

17.06.2024
Главное – замечательно в целом то, что Вы делаете. Это для очень многих людей – большая отдушина. И Ваш демократизм в плане работы с авторами – это очень важно.
Виталий Гавриков (@prof_garikov), автор блога о современной литературе «Профессор скажет»

10.06.2024
Знакома с «Новой Литературой» больше десяти лет. Уверена, это лучшая площадка для авторов, лучшее издательство в России. Что касается и корректуры, и редактуры, всегда грамотно, выверенно, иногда наотмашь, но всегда честно.
Ольга Майорова

08.06.2024
Мне понравился выпуск. Отметил для себя рассказ Виктора Парнева «Корабль храбрецов».
Особенно понравилась повесть «Узники надежды», там отличный взгляд на проблемы.
Евгений Клейменов



Номер журнала «Новая Литература» за июнь 2024 года

 


Поддержите журнал «Новая Литература»!
Copyright © 2001—2024 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
18+. Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30.12.2021
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!