Философия зимы

Снежинки-сводни

А завтра будет хорошо.
Быть может, лучше, чем сегодня.
Падут снежинки на ладонь –
Кристального узора сводни.

Сведут снежинки листопад
с зимою долгой непробудной.
Осенний пожелтевший сад
осыплется. Зима забудет,
как пожелтевшая листва
лежала пёстро на дороге.
Снежинки сыплются, едва
покрыв белилами пороги.

Снежинки сыплются, как пух,
на ветви, крыши и травинки.
Их белый и холодный дух
укроет холодом невинным
всё, что дышало и цвело
ещё недавно утром ранним.
Зима тяжёлым помелом
забелит и немного ранит
травинки, чувственные к стуже.
Замёрзнут и усохнут лужи,
покрывшись коркой серебристой.
И будет долго белым чисто.

* * *

Легли снега. Лучистым белым
покрыты: двор, вблизи овраг.
Снега ложатся белым смелым.
Забыто: недруг, недруг – враг.

Забыты: горькое ненастье
ушедшей осени, тоска.
Забыты боли и несчастье.
Руки касается рука.

* * *

Первый холод пронзает.
Ещё не такой, чтоб очень.
Окнами замерзает –
уже не отец, а отчим.

Оттепели не жди,
будет всё холоднее.
Если пройдут дожди, –
не тёплы и не добрее.

Будут лежать сне́ги
долго и ненасытно.
И не видать ни зги, –
белым-бело, – не видно
зелени, желтизны,
только туманно-бело.
Снегу не лги, не лги
отроком неумелым.

Снегу не лги, терпи
холода воздыханья.
Снега пойми, прими
трепетное дыханье.

Снегом чашу наполни
в утро воды крещенья.
Воду храни и помни, –
это твоё прощенье.

Первый пронижет холод,
и не такой, чтоб очень.
Помнишь, как ты был молод –
ещё не отец, не отчим?

Снежная Луна

Луна бела, как чистый белый снег.
Луна бела, какой бывает редко.
Луна даёт причудливый ответ,
рассечена причудливою веткой.

Ложится ветвь неловкой тёмной тенью.
Ложится ветвь, как лунное спасенье.

И что вещает снежная луна
белёса, одинока, холодна?
– Мне холодно, мне грустно, я – одна.

Звезда Надежда

Взошла невинная Надежда,
одна взошла на небе мрачном.
Звезда дарует светом нежным.
Звезда ворожит на удачу.

Моя звезда с Луной в сестринстве
несут приливы и отливы.
Моей звезде с Луной в единстве
покорен океан строптивый.

Луне, ветрам, ночной Надежде
ракушник и пески покорны.
И будет так, как было прежде; –
ветра колышут с шумом волны.

Широких крыльев взмах могучий –
ветрам суровым в унисон
несётся чаек крик певучий,
печальный возглас, зычный зов.

Луна ласкает и тревожит,
рождая ветры-ветры-ветры…
Надежда светит, словно может
раздать в ночи свои советы.

Надежда гаснет – тучи спорят.
Темнеет небо с ночи в ночь.
Ложится мгла на тёплом море.
Она ветрам родная дочь.

Спираль прокрутят неба своды –
уйдут невзгоды и невежды.
И снова выйдет на свободу
моя звезда – моя Надежда.

* * *

Воздушны и столь легки –
словно дыханием вылились –
музыка и стихи.
Дело другое – живопись.

В картинописи мазок
маслом иль акварелью –
томительнейший урок
неспешности и терпенья.

В музыке и стихах
несутся слова и звуки
под дирижёрский взмах,
рождённые в страстной муке.

Терпи, рифмач, своё слово.
Музы́ка, терпи и слушай.
Художник, тебе не ново
терпеть, проникая в души.

Поэт, музыкант, художник,
твоё ремесло – творенье.
А это – промысел Божий.
Даруй тебе Бог терпенья.

Спас – акварель

Я не терплю границ.
Растекаясь водой акварельной,
с водою плыву ниц,
расплывчата и метельна.

Катятся капли вниз,
вниз по листу бумаги.
Рождаются капли лиц,
неба, листвы, оврагов…

Рождаются склоны гор,
сочная рожь с васильками,
неписаные до сих пор
красками и стихами.

Я вижу ржаное поле:
рожь, васильки, ветер…
Безмерная ширь и воля,
и солнце нещадно слепит.

Рожь – желтизна томит,
синие точки – счастье.
Маковый цвет – манит,
тучи – несут ненастье.

В звёздной ночной тиши
ты успокоишь душу.
Звёзды малюй, пиши
маслом, акрилом, тушью…

Звёздное небо – Спас,
нежно к себе зовущий.
Звёздное небо – глас:
«Господи Вездесущий!».

Про любовь (стихи в прозе)

I. Два измерения

Иногда любовь перерождается в месть.
Жива ли любовь при этом странном перерождении?
Странно то, что любовь всё же жива.

Месть в любви – любви жестокое проявление.
Месть – это накопившаяся боль от чувства несправедливости,
иногда мнимой, воображаемой.
Душа болит.
Источник боли и любви несут вину за перенесённые страдания.
Источник страданий – любимый человек, он же и наказуемый за боль.
Он же и жертва мести.
Парадокс: люблю, ненавижу… люблю.

Другая сторона ладони (поверните кисть другой стороной) –
тоже любовь, и тоже со страданиями, но без желания мстить.
Боли столько, что не вместит Вселенная. И тоже больно и болит, болит…
Но нет желания кого-то наказывать или мстить.
Это чувство из другого измерения.

Люблю, больно, болею… И живу с этим.

II. Парадоксы любви

Мы любим, когда мы не можем быть вместе.
Когда мы вместе и надолго – любовь угасает.
Мы разлюбили друг друга? Ответ – нет.
Мы оказались в новой ситуации.
Готовы ли мы быть вместе всегда, жить под одной крышей, делить быт?
Ответ на этот вопрос каждый даёт сам для себя.

Иногда страх перед переменами не столь велик, как страх потерять любовь.
Неужели это больше никогда не вернётся?! Страсти и радости больше не будет?!

III. Невзирая ни на что

Мы влюблены, мы похожи,
в нас бьётся общая жилка…
Мы – всё на этой земле.
Мы будем вместе ВСЕГДА!
Мы будем счастливы, невзирая ни на что!

Под одной крышей становится тяжело,
не просто тяжело – тяжело невыносимо.
Разбить всё, разорвать всё в клочья…

А мы почему-то всё ещё вместе,
Невзирая ни на что.

* * *

Птицы Сирин крыло
огромной тяжёлой тенью
над двоими легло,
как солнечное затменье.

Пророческий взмах крыла
затем, чтоб смогли увидеть,
как чёрная тень легла
пророчеством ненавидеть.

Легла меж двоими боль
зловеще шипящим гадом.
Пророчества вязь и смоль
рождает больное чадо,
зачатое во грехах
ненависти и гордыни.
Крыльев зловещий взмах
ведёт их двоих поныне.

Антуанетта

Анна, Зося, Мария,
ты опасалась казни,
веря, – пройдёт мимо
смерть чёрно-красной масти.

Думала – обойдётся.
Ты – велика, невинна.
Время всему найдётся.
Время – всему причиной.
Думала – обойдётся.
Думала, что невинна…

Время всему найдётся.
Время – всему причиной.

Ожидание

Я подожду, пока подсохнут краски.
Я подожду, пока затихнет звук.
Я подожду, пока исчезнут маски.
Я подожду, пока проснётся слух
того, кто прописал себе беруши
и шоры надевает на глаза,
чтобы не видеть и, увы, не слушать,
как катится прозрачная слеза
и звучно каплет в белые ладони,
сбирающие слёзы-жемчуга,
их обращая в леденящем звоне
в серебряные белые снега.

Я подожду, пока ладони станут
теплее, растопив солёный наст.
Солёный снег в моей руке растает,
когда наступит оттепели час.



Чтобы прочитать в полном объёме все тексты,
опубликованные в журнале «Новая Литература» в марте 2026 года,
оформите подписку или купите номер:

 

 

 

 

	Поделиться: