Поездка к сыну – 2

 

 

 

*   *   *

 

В крайнем купе около туалета внимание привлекает молодая пара. Совсем юные парень и девушка. Красивые, стройные, светловолосые, стильно одетые. Сколько ни хожу мимо, они всё сидят молча напротив друг друга с отрешённым видом. На головах у обоих маленькие наушники, в руках айфоны. Слушают музыку, что-то нажимают в своих телефонах.

Видно, что они вместе. Но практически никакого общения. Ничем не омрачённые чистые лица. Пустые большие голубые глаза. От них веет космическим холодом и абсолютной пустотой. Зазомбированные телефонной музыкой.

 

 

*   *   *

 

В нашем купе моё место – верхнее боковое. Через проход на одном нижнем месте расположились две пожилых женщины, очень похожие друг на друга – родные сёстры. Больше половины другой нижней полки занимает громадная клетка, в которой сидит здоровенная, невероятно пушистая дымчатая кошка с вмятой внутрь мордой и злющими оранжевыми глазами. На меньшей половине теснятся её хозяева – маленький тщедушный пожилой дядька и его невзрачная жена. Они постоянно хлопочут о своей подопечной, нежно называя её Пусенькой. То поставят клетку на верхнюю полку – «там спокойнее». То переставят её вниз к окну – «там светлее», то передвинут ближе к проходу – «меньше дует». Хозяйка разворачивает пакет с варёной курицей, отделяет небольшие кусочки белого мяса и скармливает Пусеньке. «Кушай, детка», – нежно воркует она. С умилением хозяева любуются, как кошка жадно чавкает. Когда кошка наедается, хорошие куски мяса отправляются в пакет Пусеньке на потом. Сами обгладывают куски похуже – крылышки, шейку.

Когда сытая кошка засыпает, о чём свидетельствует громкий храп, раздающийся из клетки (впервые слышала, чтобы кошка храпела, как мужик), хозяева переходят на шёпот и, несколько смущаясь, просят меня и сестёр говорить тише.

– У вас, должно быть, нет детей, – делает предположение старшая из сестёр.

– Два взрослых сына, дочь и четверо внуков, – улыбается хозяин кошки.

 

 

*   *   *

 

Переодеваюсь в вагонном туалете, загаженном и оплёванном. Одна нога уже в колготках, другая ещё в лосинах. В руке держу юбку и водолазку, которые собираюсь надеть. Снимаю халат. Куда бы его пока пристроить? Ни крючка, ни вешалки... Перекидываю халат на полуоткрытое окно. Пусть пока там повисит. Вдеваю другую ногу в колготки, поднимаю молнию на полусапожках. Натягиваю юбку и водолазку. Так, порядок. Придирчиво оглядываю себя, одёргиваю юбку. Складываю лосины. Протягиваю руку за халатом. В это время поезд дёргается, делает небольшой крен. Халат выскальзывает наружу.

«Опаньки!» – только и успеваю сказать ему вслед.

 

 

*   *   *

 

Стучат колёса. Выбивают азбукой Морзе: та-та-та, та-та, тра-та... Поют свою дорожную песню.

Я смотрю за мутное оконное стекло на сгущающиеся сумерки. Тихонько мурлычу под нос в такт колёсам: «Мы едем, едем, едем в далёкие края. Хорошие соседи – весёлые друзья...»

 

«Весёлые друзья» занимаются кто чем. Многие спят или дремлют на своих полках. Кто-то читает. Кто-то разгадывает кроссворды, время от времени обращаясь за помощью к соседям. Кто-то пьёт чай, перекусывает. В тамбуре чадят курильщики. Если прислушаться, то можно услышать негромкие разговоры, доносящиеся из разных купе. Где-то привычно ругают правительство, ностальгируют по советским временам. Где-то обсуждают экономический кризис. Где-то рассказывают последние светские сплетни: кто из олигархов или представителей шоу-бизнеса развёлся, кто женился и вокруг какой известной личности какой разгорелся скандал. Пожилая женщина в соседнем купе делится с соседкой рецептом засолки грибов. В другом купе женщина в возрасте со следами былой красоты восточного типа, в платке, замысловато повязанном на манер чалмы, пугает свою соседку ужастиками про порчу и сглаз. Та в ответ только охает. Кто-то травит анекдоты, да так умело, что из его купе то и дело раздаются взрывы смеха. Девчонка вяжет яркий ажурный шарф. Молодой человек сосредоточился на сотовом, у него оживлённая СМС-переписка. Мужчина кадрит даму: «Девушка, а вы замужем?» «Да, причём неоднократно», – отзывается «девушка» лет сорока.

Вспоминаются строчки из детства: «Толя пел, Борис молчал, Николай ногой качал. Дело было вечером, делать было нечего».

 

Смотрю в окно. За окном всё бегут и бегут красные клёны, желтеющие берёзки, ёлочки, серенькие поля под вечерним небом. Незатейливый российский пейзаж. Невозможно родной. Необходимый до боли в душе. Потрясающий в своей незатейливости.

Приходит СМС-ка: «Добро пожаловать в Республику Татарстан». До этого были: «Добро пожаловать в Свердловскую область», «Добро пожаловать в Кировскую область», «Добро пожаловать в Удмуртскую Республику, «Добро пожаловать в Республику Башкирия»... Как велика Россия!

Смотрю за окно. Вдыхаю особый вагонный запах. Прислушиваюсь к негромкому людскому говору со всех сторон. Меня охватывает острый приступ безграничной любви к этому виду за окном, к людям, едущим со мною в этом вагоне, вообще ко всем людям, к родной земле, к Родине. Душе моей тепло и уютно.

Поют колёса «тра-та-та»....