Золотая формула, или Приключения профессора Старосельского

	Поделиться:

 

 

 

Этот текст в полном объёме в журнале за январь 2026:

 

На чтение потребуется 7 часов | Цитата | Подписаться на журнал

 

18+

 

 

 

Вскоре произошли события, которые встряхнули Россию, Европу, весь мир…

И без моего золота мир изменился до неузнаваемости.

Меня удивило, что мир изменился без моего вмешательства.

 

 

*   *   *

 

В тот знойный летний вечер я решил прогуляться по переулкам старой Москвы. Выбрал, естественно, те, которые были мне дороги с малолетства. Мне всегда нравилось ощущать себя мальчиком. Я решил, что самолюбование затянулось, пора было с ним распрощаться, а заодно и с детством.

Ускользнуть от телохранителей оказалось нетрудно. Я давно приучил их к тому, что вечером никуда не выбираюсь. Эти вконец обнаглевшие и обленившиеся боевые орлы, наверно, и сейчас, уткнувшись в экран телевизора, жуют бутерброды и смотрят прямую трансляцию футбольного матча.

…Я сидел на скамейке на Покровском бульваре и наблюдал, как воробьи воюют из-за огрызка яблока. Толстенький наглый воробушек наскакивал на врагов, и вот, когда он был в шаге от победы, тут-то всё и случилось. Я почувствовал несильный удар по затылку. Словно меня ударили подушкой, набитой сахарным песком. Сознание я потерял лишь на мгновение. Больно мне не было. Я встряхнул вдруг отяжелевшей головой и оглянулся. Никого.

Я посмотрел перед собой. Толстенький воробушек победил и теперь яростно терзал огрызок.

Я проверил карманы. Всё было на месте.

Я огляделся. Может, кто-то видел, что со мной произошло. Но бульвар был пуст. Только в самом конце его, метрах в ста, высокий и прямой, как палка, старик выгуливал пса. Старик неторопливо брёл в мою сторону.

Я ощупал голову. Никакой шишки. Я замер, прислушиваясь к себе. Ощущение было странноватым – от вдруг возникшей пустоты. И безмерной сосущей тоски. Словно из меня изъяли душу. Похожее чувство посетило меня, когда Мишка выдрал мне зуб. И ещё в раннем детстве, когда меня забыли накормить обедом. То же ощущение безысходной потери, смертной тоски и жалости к самому себе.

Окружающие предметы, даже очень далёкие, обрели чёткость, словно приблизились. И в то же время я видел себя как бы со стороны. Наверно, так сходят с ума, подумал я. Начинается это всё с раздвоения личности. Тут на меня навалилась невероятная усталость, потянуло в сон. Прилечь бы сейчас, закрыть глаза и уснуть. Но я знал, если поддамся слабости, то уже никогда не встану. Я сделал невероятное усилие и встал. Всё поплыло перед глазами. Я опять опустился на скамейку. В горле пересохло от внезапно возникшей жажды.

– Вам плохо? – услышал я. – Да вы, сударь, как полотно!

Передо мной стоял высокий старик с собакой.

– Воды, я хочу пить, – сказал я слабым голосом. – Меня кто-то ударил.

– Никто вас не трогал. Вы, почтеннейший, всё время, так сказать, были в поле моего зрения. Это от жары, голубчик. Или от перенапряжения. У вас, батенька, элементарное нарушение мозгового кровообращения. Это скоро пройдёт. У меня так часто бывает, – старик вздохнул, – вот с водой вам помочь не могу. Впрочем, я живу рядом. Позвольте, я вас провожу.

Старик жил один. Он напоил меня холодным отваром из лепестков роз. Вкус у напитка был омерзительный. Но я выпил его с благодарностью. Старик смотрел на меня и улыбался.

– Берегите себя. Вы ещё так молоды.

В голосе был намёк на зависть. Но его забота тронула меня.

– Не так уж я и молод.

– Вы боитесь смерти? – вдруг спросил он.

– Да, конечно.

– Я – тоже. Поэтому у всех пожилых людей одно на уме: как бы быстрей сыграть в ящик, – он усмехнулся. – Чтобы страх испарился вместе со смертью.

Я кивнул, хотя и не понял, что он имел в виду.

Я пробыл у него недолго. В комнате, на стене, я заметил большую карту Солнечной системы. Старик перехватил мой взгляд.

– Сегодня 21 июля. Ровно через три месяца – Парад Планет, в три часа ночи, аккурат 21 октября, так сказать «очко», – усмехнувшись, сказал он. – Я ведь по профессии учитель астрономии. Дожить бы до 21 октября… Я загадал, если доживу, значит, проживу ещё пять лет. А для меня пять лет – это целая жизнь!

– Для меня тоже.

Почему-то мне врезалась в память эта цифра: 21 октября. «Очко». Планеты во время Большого Парада… Преходящая гармония… Уловить момент… Уловил, и ты в дамках… Уловил – и ты гений? Ему хочется дожить до 21 октября. А мне?..

Старик что-то порывался сказать мне, но не решался. Я догадывался, что рвалось из его души. Старик, конечно, недоговаривал. На самом деле у всех стариков одно на уме: не умереть в одиночестве. Одиночество, когда ты стар и когда тебе уже не на что надеяться, – непосильное, мучительнейшее из испытаний, подбрасываемое каждому из нас под занавес. Когда и сил-то бороться не осталось. Что может быть ужаснее? Но люди всё сносят. Что их удерживает на этом свете? Страх? Или всё-таки неизбывное желание жить? Надежда, что именно для тебя Господь в последний миг сделает исключение?

– Берегите себя, – повторил старик на прощание. – И непременно покажитесь врачу!

 

…Я проснулся глубокой ночью от ощущения катастрофы. Словно подо мной обрушился мост. Да он и обрушился.

Я позабыл Формулу... [👉 продолжение читайте в номере журнала...]

 

 

 

[Конец ознакомительного фрагмента]

Чтобы прочитать в полном объёме все тексты,
опубликованные в журнале «Новая Литература» в январе 2026 года,
оформите подписку или купите номер:

 

 

 

 

	Поделиться: