На заре

Я открыл слипшиеся веки, лежа на полу в ванной, прижимаясь ухом к мягкому коврику под раковиной. Правая часть лица затекла. Элайя разбудил меня, выдохнув дым утренней сигареты прямо мне в ноздри. Для этого ему пришлось встать на колени и изогнуться, так как моя щека покоилась на руке, словно в момент забытья я проверял – а на месте ли маска?

Я поднялся, пригладил волосы рукой и прошел в комнату. Элайя сказал мне вслед:

– Не рассаживайся там. Я сейчас переоденусь, и мы двинем на восток.

В комнате стоял запах человеческой жизни: у тела есть особенный механизм, скрывающий все самое лучшее внутри, а все лишнее выпускающий наружу.

На разложенном диване спал одетый Хо. На его черной футболке был немного потертый принт белого цвета: I Love Heroin. Вместо love было сердечко, как на майке признания любви к Нью-Йорку. Хо посапывал, ему снился цветной сон. Помнится, вчера он говорил, что хорошего человека можно распознать по цветной тени. А обычная тень – это то же отражение, которое просто хочет оставаться инкогнито.

– Еще – утверждал Хо, сидя в позе лотоса на полу, – хорошего человека легко определить по тембру голоса. Вот Фредди Меркьюри – хороший человек!

Я присел на край дивана, взял с низенького столика сигареты, пепельницу поставил Хо на живот. Он тут же открыл один глаз:

– Я не понял, ты меня с утра обидеть хочешь?

– Нет, я тебя всегда обидеть хочу, – я стряхнул пепел.

– Каждый сраный интеллигент считает, что эволюция закончилась на нем, – Хо вздохнул и закрыл глаз.

Я глянул на часы: ровно семь. Рановато будет, для начала субботнего дня. Летом светает рано, я чаще поспеваю на закаты, чем на восходы. Кто-нибудь может на фотографии рассвет отличить от заката?

За окном было тихо, слышалась только легкая вибрация просыпающихся людей в многоквартирных домах. Она волнами выходила из открытых форточек и захлопнутых настежь дверей, с гудением распространяясь по округе. Я знал, что на канализационном люке напротив моего подъезда сейчас лежит, свернувшись калачиком, дворняжка с рыжей мордочкой. По утрам все еще зябко, теплые пары поднимаются вверх, согревая ее хилое тельце с куцей шерстью. Издохнуть в своей конуре – мечта каждой собаки, но у судьбы вечно иное мнение.

Работающий без звука небольшой телевизор JVС, показывал паралимпийские игры в записи.

Элайя появился в дверях, на ходу натягивая серую футболку с надписью: Meth. Not even twice. Мельком глянул на экран.

– Всегда считал, что “пара” – от слова паралич, думал: вот ведь не корректполитно. А потом узнал, что “пара” по-гречески значит “около”. Тепереча, всех наших так называемых юмористов я называю не иначе как пара-шутАми.

Он опустился на передвижной стул и расслабленно вытянул ноги.

– Значит так: пока этот карамчуга тут нежится, мы выйдем на улицу и купим чего-нибудь попить. Выбери число от 1 до 10 – лукавый взгляд не предвещал западни, и я выбрал, – Отлично, восемь. Значит, мы ждем первого автобуса, едем на нем 8 остановок, выходим. Остальное продумаем на ходу, импровизация нас спасет. Ну и заграница нам поможет – Элайя достал из кошелька купюру в 50 евро. На стене за его спиной голый ниже пояса Свин на старом плакате заносчиво смотрел на наше утро.