Сюзанна

На работе я был в своем офисе, когда в дверь кто-то поцарапался. Сидя за своим столом, я сказал:

− Да, войдите.

Никто не вошел…

Я продолжал заниматься своими делами…

Царапанье повторилось. Я снова сказал:

− Войдите.

Никакой реакции. Тогда я сам встал и подошел к двери.

«Женщина», − подумал я.

Я открыл дверь и ошибся. Это была не женщина. На пороге стоял человечек небольшого роста, животик, лысина на голове, очки на носу – в общем, не женщина.

− Здравствуйте, − сказал он гнусавым голосом.

Я не государственный служащий, поэтому ответил вполне приветливо:

− Здравствуйте.

− К вам можно?

− Можно, − ответил я, снова возвращаясь к своему столу. − Вы по какому вопросу?

Человечек зашел в кабинет, ловко извлек вместо ответа откуда-то из воздуха визитку, протянул ее мне и сел на стул напротив меня.

«Фокусник», − решил я.

Визитка выглядела дороже, чем ее предъявитель. На карточке было написано: «Рекламное агентство «КонтоРА». Огузков Ерофей Макарыч. Директор».

«Название фирмы интересно придумали, − подумал я, − а вот на рекламных агентах экономят».

− У нас очень высокотехнологичная реклама, и нам не нужны рекламные агенты, − как будто услышал мои мысли господин, или, скорее, товарищ Огузков.

«А фамилия у него под стать внешнему виду, совсем не высокотехнологичная», − мыслил я дальше.

− А вы − Игнатушкин Александр Евгеньевич, директор этой фирмы? − поинтересовался посетитель.

Фамилия у меня конечно тоже не императорская. Поэтому и торгую я бытовой химией, а не царским антиквариатом.

Не дождавшись моего ответа, человечек продолжил:

− У меня к вам деловое предложение.

− Я вас слушаю, − ответил я, хотя мой интерес к посетителю начал уже угасать − реклама у нас уже делалась через другие агентства, и их рекламные кампании находили отклик у наших покупателей. Единственное, что можно было бы узнать у него, − это стоимость их услуг, чтобы сравнить с тем, что платим мы.

− Мы хотим предложить вам провести рекламную кампанию для вашей продукции, − проговорил Огузков вполне предсказуемую с его стороны фразу.

− Какого рода кампанию вы можете предложить?

− Это коммерческая тайна, но я гарантирую вам, что из бытовой химии будут покупать только Вашу продукцию.

«Не так всё оказалось просто, как я думал», − решил я и спросил:

− Но если даже я не знаю суть вашей рекламной кампании, как об этом узнают наши клиенты?

− Они об этом узнают, − со знанием дела пообещал Огузков. − Вам об этом не придется беспокоиться…

Я уже начал жалеть, что открыл дверь этому Ерофею Макарычу.

− Интересно, или лучше сказать, странно. И сколько же стоит ваша рекламная компания?

− Один месяц кампании стоит… − и дальше Огузков назвал сумму, которая равнялась доходу всей нашей фирмы за полгода.

− Вы сумасшедший! − вырвалось у меня.

− Вы оплачиваете только месяц нашей рекламной кампании, а дальше мы проводим ее бесплатно для вас хоть до конца света.

Передо мной был или и, правда, начинающий сумасшедший, или какой-то неумелый мошенник.

− То есть дальше Вы проводите ее за свой счет? − попытался вывести я его на чистую воду.

− Не за свой.

− А за чей же?

− Это уже не Ваши проблемы. Найдутся заинтересованные люди…

Нет, все-таки сумасшедший…

− Не удивляйтесь высокой стоимости наших услуг, − не обращал Огузков никакого внимания на мои подозрения. − Вы потом поймете, что это стоит того. Ваши доходы возрастут в десятки раз, и через месяц, я повторяю, Вам даже не придется платить за наши услуги, а кампания будет всё продолжаться и продолжаться.

Я не верил ни одному его слову:

− Все звучит слишком подозрительно.

Делец от рекламы, похоже, был готов к такому ответу:

− Я понимаю ваши сомнения, но скоро вы передумаете, и тогда вам понадобится мой телефон. Сохраните, пожалуйста, мою визитку.

Огузков (если верить этой самой визитке) поднялся со стула:

− Только поторопитесь. Наши мощности ограничены. На всех желающих не хватит.

− До свидания, − ответил я, имея в виду «прощайте».

Иди туда, не знаю куда; возьми то, не знаю что. С такой рекламной стратегией они даже одного клиента не найдут. А если и найдут, то это точно буду не я!

Огузков вышел, а я продолжил свои дела, не придав этому эпизоду никакого значения. Мало ли шарлатанов развелось сейчас в этом мире!