HTM
Номер журнала «Новая Литература» за август 2022 г.

Сергей Решетников

Переводчик

Обсудить

Рассказ

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 15.05.2009
Оглавление

2. Пол Тиббетс
3. Зайцы. Фантина и Леонид
4. Сергий

Зайцы. Фантина и Леонид


 

 

 

Наверное, надо сказать несколько слов и о том, как сам я пытался творить. Разумеется, ничего путного из таких затей выйти не могло, потому что ну что я за художник? Я всего лишь чертёжник, скромный непритязательный копировщик. Впрочем, пока сам о себе что-либо на практике не выяснишь, приходится тратить время. Верный апологет наиновейших конструктивистских идей, я, помнится, решил сосредоточиться на цилиндрах (с кубом, как известно, хорошо поработали задолго до меня). Но даже Штейнберг, мой обожаемый геометр Штейнберг, который ой как много может рассказать о вдумчивой сосредоточенности круга или эмоциональности треугольника, даже тот с сомнением качал головой, наблюдая за моей старательной вознёй. «От ума, всё у тебя от ума», вздыхал мастер.

Конечно, от ума, как могло быть иначе? Хотя то, что мышление есть лишь частный случай сознания, я понял довольно рано. Сомнения стали глодать меня, когда я внимательно разглядывал «Мыслителя» Родена. Великий скульптор, как всегда, был безупречно точен в этой работе, но, согласитесь, что способен выдумать изображённый им человек – скорчившийся в позе эмбриона? Только что-нибудь соответствующее, то есть эмбрионально детское, а потому ограниченное. Почему он так напряжён, серьёзен, скован, от чего закрылся? Посадите рядом изваяние Будды – и вы сразу увидите разницу, она просто убийственная. Нет, скрипучая арба мышления мало куда годится, это я заподозрил уже тогда. Надо полагать, мысль применима лишь «к зоне средних измерений», как говорят физики, то есть к малым скоростям, к ограниченным пространствам. Между тем у любви (а ведь мы прежде всего её хотим постичь) скорость света или очень близкая к ней, даром что ли всё в ней сплавляется и переплавляется. Да и сила тяготения в этом чувстве, похоже, не меньшая, чем в атомном ядре, то есть такая, какую в обычных условиях невозможно представить...

Вот тогда-то, гуляя по регулярному французскому садику среди прекрасных статуй, я впервые задумался о языке смертей. Навели на эту мысль женщины, кто же ещё, благо их там немало. Между прочим, я с первого шага правильно начал – с исключения из правил, то есть поступил в полном согласии с законом парадокса, что сразу настроило оптимистически. Первым моим открытием в этой области было то, что женщина есть идиоматический оборот, есть непереводимая игра слов, которую надо просто запоминать, не пытаясь понять.

У женщин свои отношения со смертью, потому что им есть что смерти противопоставить. Женщины и не умирали бы никогда, кабы не старость. Просто каждая однажды решает, зачем жить, если ты уж не молода?

До Роденовского садика я добирался через две страны и по пути успел заметить, что француженки разительно отличаются от соседок по континенту. Дело тут не в климате, не в религии и не в особенностях домашних вин. Всё дело в языке. Эту маленькую тайну я открыл чуть раньше, будучи студентом. На факультете мне поручали заведовать техническими средствами обучения, я выдавал преподавателям иностранных языков магнитофоны под роспись. Все препы на кафедре были женщины и они чётко подразделялись на три группы. «Англичанки», то есть преподаватели английского, вели себя адекватно и выглядели совершенно нормальными. «Немки» сплошь были какими-то деревянными. Я не мог отвязаться от подозрений, что они носят сорок четвертый размер обуви и что у них хрустят суставы при ходьбе. И такими же со временем становились лучшие их ученики. А вот «француженки»... О, это были женщины! В них был шарм, лёгкость, озорство. Эти умудрялись пококетничать даже с новеньким диапроектором, появившимся в лаборатории, игра была присуща им как дыхание, они поражали быстротой реакции. Нет, смерть обязана быть француженкой, то есть галантной, предупредительной, светской. С такой нам будет интересно и легко. Соответственно и язык смертей ближе всего к французскому. А отсюда уже только шаг до любви, то есть до вопроса, зачем он вообще нужен, этот бессловесный, странный, труднопереводимый язык смертей? Чего ради придуман? Что нам стараются на нём растолковать?

Большая любовь перевернула прежде закрытую для меня страницу. Я прибился к племени зайцев, меня приняли в их досточтимый орден.

Влюбляться случается всем и многим везёт полюбить по-настоящему. Вот только далеко не каждому выпадает стать протеже смерти.

Мою любимую звали Фантина. С ней единственной я не чувствовал присущего моему поколению недостатка – нашего ужасающего и позорного инфантилизма. Потому, наверное, что она была ещё большим ребёнком, чем я. Впрочем, по-другому вряд ли могло случиться, ведь само имя её значит «ребёнок», а имена оставляют на нас печать. Меня же она церемонно называла Леонид. Фантина оказалась старше своего возлюбленного на восемь лет, но она принадлежала к тому типу женщин, которые делают несущественной разницу в возрасте. Типичная бретонка, она была похожа на озорного мальчишку, вечного придумщика, бесконечно изобретательного, в том числе и в постели. О, зайцы недаром символизируют собой избыточную сексуальную энергию, это верное наблюдение. И ещё зайцам сказочно повезло, что их вместе со свиньями, крокодилами, тушканчиками и некоторыми другими счастливчиками некогда выделили в разряд нечистых животных. Потрясающая удача, согласитесь, знак особого благоволения небес. И хотя в свой ковчег старик Ной таких выбракованных существ, согласно предписанию, брал не более двух пар, но зайцам с их искушенностью в плотских утехах не составило труда быстро преодолеть последствия дискриминационной квоты. Нет, Бог одинаково хранит и зайцев, и француженок, он явно неравнодушен к тем и другим.

Фантина была инспектором французской таможенной службы. На борту советского траулера, перед его выходом в Атлантику, ей был поручен контроль за добычей морепродуктов. А я на нашем работяге СРТМ был обыкновенным матросом. Не знаю, как она сумела разглядеть меня среди стольких бравых парней в зюйдвестках. Сойдясь по-детски открыто, без утайки, мы только молились с ней на погоду, и погода испортилась, что подарило нам ещё одну неделю. О том, какими красивыми были наши отношения, говорит тот факт, что по возвращении меня никто не заложил особистам, никто из всего экипажа – ни во французском Бресте, ни в Калининграде, беспрецедентный случай для славных советских лет.

Я как сумасшедший писал её портреты по памяти, извёл на судне весь картон и оргалит. К чёрту цилиндры и кубы! Мне было важно без оглядки на каноны школ запечатлеть блеск её зрачка – вне ряби времени, в бесконечном победном глаголе. Её портреты, безусловно, лучшее, что удалось сотворить с помощью красок.

Однако наш «экзотик-тур» на качающейся палубе под возбуждающий запах свежей рыбы был всего лишь рядовым вступлением, тривиальным мотивчиком, который каждому случается высвистывать. Симфоническая ёмкость и глубина привносится в музыку сами знаете кем.

 

«Приступим к диктантам, поскольку нельзя освоить язык без практических занятий. Смерть как классная дама педантична, поблажек не даёт и писать под её диктовку трудно. Заранее приготовленные ответы могут оказаться невостребованными, потому что главный вопрос всегда один – сломаешься ты или нет. Это как в шторм на спасательном плоту: убивают не волны и не жажда, а ощущение жуткой бездны под тобой. Страх останавливает сердце. На море даже посреди полного штиля, случается, находят набитые трупами шлюпки с нетронутым многодневным запасом продуктов и воды. Ощущение бесконечной заброшенности, ничтожности своих сил перед громадой бед есть самое трудное. Как же быть? Нужно сражаться. Сражаться несмотря ни на что, в самой что ни на есть безнадёге. Урок в том и состоит.

Так что если вы в самом деле застряли посреди океана в шлюпке, то у вас, кроме естественного желания сию же минуту умереть от отчаянья, должна появиться масса дел. Нужно править своим судёнышком, чтобы его не опрокинуло. Для этого вы должны без устали грести, хладнокровно следя за ритмичностью дыхания. Вы обязаны высмотреть в воде и подобрать всех, кто нуждается в помощи. При этом надо ловить в разрывах туч созвездия, вспоминать, в какой части неба они находятся, где, соответственно, берег или оживлённые морские пути. Вы должны запоминать, куда и с какой скоростью несёт вас ветер. Надо придумать, как и во что собрать дождевую воду, потому что уже завтра она понадобится. Вполне возможно, что «завтра» для вас не наступит. Что с того? Всем известно, что рано или поздно случится такой шторм, который потопит самую надёжную вашу лодку. Но дело чести, чтобы кораблик был развернут по курсу, а вас самих застали на гребке».

 

Истина как глагол есть ежечасное применение к обстоятельствам. Такова несложная формула бытия. Другой истины не существует, всякая иная – не более чем вчерашний день, фальшивый «ролекс». Поскольку же в описываемые годы предполагалось, что Советский Союз будет существовать вечно, следовало принимать во внимание это обстоятельство и приспосабливаться к нему. И Фантина энергично взялась за дело. Наблюдая за её действиями, думаю, не один я, но и любой другой пришёл бы к выводу, что трагедия Гондваны лишь мелкая семейная неурядица. Влюблённая женщина сближает континенты, а такую непроницаемо глухую вещь как «железный занавес» делает прозрачной занавеской. Решения и поступки моего Зайца были стремительными и масштабными. Кто-нибудь скажет, что у женщины её возраста не было другого выбора. Возможно и так, согласен. Хотя, с другой стороны, когда женщине тридцать пять, это означает лишь то, что ничего невозможного для неё нет, а всё, за что берётся, она делает безошибочно и быстро.

Уяснив, насколько сложно любить человека из другого мира, и поразмыслив над этим некоторое время, Фантина в один день вступила во Французскую коммунистическую партию, стала активистом Общества франко-советской дружбы и записалась на курсы русского языка. «Я в детстве очень любила Пифа», честно призналась она членам партийной ячейки на вопрос о причинах вступления в ФКП, и закалённые в политических баталиях коммунисты её поняли. Затем бросила таможню, перебралась из Бретани в Париж, где всецело отдалась общественной деятельности. Радикальное социал-демократическое крыло приобрело в её лице на редкость энергичного неофита. В столице отважного Зайца взял под своё покровительство её дальний родственник, старичок Жан-Луи. Ветеран мирно доживал свой век, пописывая мемуары, благо было о чём рассказать – в годы второй мировой полковник служил в военной разведке. Дед по достоинству оценил устремлённость внучатой племянницы и взялся помогать в её безумной затее. Зачем нужны профессиональные навыки, если нельзя их использовать во благо близким? Бывший разведчик наставлял неопытного политика, обращал внимание на ускользающие от несведущего человека детали.

Вчерашний рыбинспектор с удивлением обнаружила, что планирование PR-акций мало отличается от настройки донных тралов и крабовых ловушек: стада человеков ненамного сообразительней косяков минтая и трески. Меньше чем через полгода с подготовленными ею речами стали выступать спикеры в парламентских фракциях. Солёные морские словечки и ясный взгляд на вещи многим пришлись по вкусу. Фантине хватало ума оставаться в тени, что, впрочем, и мудрый дедушка советовал.

Влюблённая женщина на многое способна ради избранника, при этом её страсть окрашивается свойствами национального характера. Русская женщина сообщит вашему существованию нешуточную глубину. Еврейка деликатно, но властно вылепит из вас общественно значимую фигуру. А француженка сделает Европу заложницей ваших близких отношений. Собственно, зачем ещё Европа нужна?

 

«Смешно! Не правда ли, смешно! Смешно!»

 

В любом случае ищите опору в женщине за тридцать. Это бесценный человеческий материал. Лишь один у неё недостаток, присущий, впрочем, всякой влюблённой женщине, вне зависимости от возраста и рода-племени: такая женщина безумно притягательна для других. И потому уязвима.

Года не прошло, как к очередной памятной дате полка «Нормандия-Неман» в Москву прибыла французская делегация ветеранов, в составе которой в качестве организатора, администратора и переводчика была моя Фантина. Ни разу не побывав до того в Москве, она уже прекрасно ориентировалась в городе. Посмеивалась над «хвостами», гуляющими за нами, однако лучше бы она этого не делала. Как тщательно ни готовил её дедушка, но даже он такого предвидеть не мог: Фантина умудрилась влюбить в себя «гебешника», которому поручили нас «пасти».

Поначалу трогательно было наблюдать за борьбой чувства и долга в уже немолодом человеке, но умиление быстро сошло на нет. Майор стал проявлять охотничий азарт, который зайцам не может нравиться. При этом стрелка сбивали с прицела две вещи: неоспоримые достоинства его самого как охотника и кажущаяся обречённость пойманных в силки жертв. Мы и вправду стали зависимыми от него, когда Фантина нашла возможность остаться в Москве при одной из французских миссий. Влюблённый чекист стал просто груб. «Зачем благородство, когда все козыри на руках?» С этим его искренним недоумением на лице нам и случилось запомнить майора.

 

«Но продолжим о диктантах.

Мы все любим одиночество. На языке смертей это пауза, которая нужна для разделения слов. Хоть четверть часа одиночества в сутки нам необходимы, чтобы перевести дух, потому что духу без этого нельзя. Вот только великая стихия одиночества теперь, как многое, опошлена. Сегодня оно есть лишь задник костюма буржуа: спереди у него сытый животик, а сзади это задолбавшее всех одиночество. Одиночество стало глобальной проблемой, вроде потепления климата, по поводу чего принято высказывать тревогу и озабоченность. Но при этом вам никто никогда ни слова не скажет о зайцах. Никто. Никогда. И ни слова! Как же так? Как такое возможно? Ведь по сути это означает, что всё ложь, господа!

Когда вы гибнете на плоту в океане, то именно в такие моменты постигаете великую мощь заячьих лап, нежных, мягких, слабых – и потрясающе сильных. Это они разводят тучи, чтобы вы смогли разглядеть Южный крест или Малую Медведицу, поскольку никаких других созвездий не знаете. Это они делают волны положе, а ливень хлеще, чтобы вы набрали в выпотрошенный спасжилет пресной воды. Это они потом вас, полумёртвого, выкидывают на пустынный берег, где вы снова возвращаетесь к жизни. Не волнуйтесь, физика процессов не страдает при чуде – попробуйте разорвать силу притяжения в одном-единственном атоме, а ведь здесь он за вас не один! «Он не кур па дё льевр а ля фуа!»Оn ne court pas deux lièvres à la fois – За двумя зайцами погонишься, ни одного не поймаешь (франц.) – выкрикиваете вы код своей женщины, крепко затверженный идиоматический оборот, заветный пароль – и суровый дозор расступается.

Обязательный урок классной дамы состоит в том, что, пока идёт борьба, союзничество заячьих лап представляется ничтожным. Но нет более могучего соратника, чем нежность любящего сердца. Нежностью выстелены пути к спасению и других дорог к нему нет. «А вот одиночество, – учит Смерть, – это грубейшая ошибка».

 

Вы не поверите, но он умер, этот наш «пастух», пышущий здоровьем красавец майор. Причём обошлось без мелодраматических эффектов, без использования табельного оружия не по прямому назначению. Смотрел хоккей по телевизору на своей даче – да так и остался в кресле. Лёгкая смерть, оборвался тромб. Вспомнился мне тогда тихий реставратор, про которого Серёжа рассказывал. Стало быть, и нам кто-то дорогу чистит? Вот уж не ожидал. Понимаю, когда богомазам помогают, но нам-то за что?

Разумеется, тогда мы ничего не знали о произошедшем – просто исчез наш майор и всё, перестал докучать. Мы подумали, что в «конторе» о его неуместной страсти узнали и приняли меры. А «контору»-то он, как оказалось, провёл... О смерти майора много лет спустя рассказал знакомый отставник из «наружки», он был в курсе нашего дела. Времена настали другие, чекисты стали разговорчивее. По роду своей деятельности мне тогда довелось поближе сойтись с «рыцарями плаща и кинжала», познать их стальные, но такие ранимые сердца. Самую могущественную в мире разведку развалили к чёртовой матери, «государевы люди» на десяток лет оказались в загоне и искали себя кто в чём, в том числе в коммерции. А мне, признаться, до определённой степени жалко было и этих людей, и их дело. Ведь в чём трагедия хоть того же нашего майора: в том, что пробуждение подлинного чувства таких, как он, убивает. Не все же знают, что стены тюрем прозрачны, что «железные занавеси» проницаемы, что всё налаживается, если любишь.

Фантина после известия о его смерти требовательнее стала к себе и ко мне, восприняв произошедшее как аванс, который надо оплачивать. Каким образом? Кто его знает, наверное, надо больше трудиться, не тратить время по мелочам...

Старик Жан-Луи оставил Фантине домик в Сен-Клу, пригороде Парижа. На нашей свадьбе он был шафером. Когда хоронили ветерана, я впервые подумал, что все мои домашние тоже ушли в августе. И моё приключение на плоту, в результате которого едва не составил им компанию, произошло в этом месяце, генеральный прогон получился... Впрочем, всё пустое, ведь времени нет, точнее, время среди нас лишь временно…

Теперь я сам буржуа. Копаюсь с дедушкиными розами, ухаживаю за яблонями, полюбил красное вино. Вот Фантина отправляет меня на велосипеде на рынок (свежий судак так дорог!) Мне очень хорошо здесь. Кисти в руки давно не беру: смирился с тем, что блеск зрачка любимой женщины неуловим. Так что из серьёзных дел у меня осталось только одно – встретить август.

 

 

 


Оглавление

2. Пол Тиббетс
3. Зайцы. Фантина и Леонид
4. Сергий
Акция на подписку
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Присоединяйтесь к 30 тысячам наших читателей:

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com

Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?..

Причин только две.
Поможем найти решение!

Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?.. Причин может быть только две. Мы поможем вам решить обе эти проблемы!


Купи сейчас:

Номер журнала «Новая Литература» за август 2022 года

 

Мнение главного редактора
о вашем произведении

 



Научи себя сам:

Аудиокниги для тех, кто ищет ответы на три вопроса: 1. Как добиться жизненных целей? 2. Как достичь успеха? 3. Как стать богатым, здоровым, свободным и счастливым?


👍 Совершенствуйся!



Свежие отзывы:


24.09.2022. Благодарю Вас за работу в этом журнале. Это очень необходимо всем авторам, как молодым, так и опытным.

Дамир Кодал


17.09.2022. Огромное спасибо за ваши труды!

С уважением, Иван Онюшкин


28.08.2022. Спасибо за правку рассказа: Работа большая, и я очень благодарен людям, которые этим занимаются. Успехов вашему журналу!

С уважением, Лев Немчинов


20.08.2022. Добрый вечер, Игорь! Сердечно благодарю Вас за публикацию рецензии на мою повесть г-на Лозинского. Дорожу добрыми отношениями с Вами и Вашим журналом. Сегодня же сообщу о публикации в "ВКонтакте". Остаюсь Вашим автором и внимательным читателем.

Геннадий Литвинцев



Сделай добро:

Поддержите журнал «Новая Литература»!


Copyright © 2001—2022 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30 декабря 2021 г.
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!