HTM
Номер журнала «Новая Литература» за июль 2022 г.

Соломон Сапир

Комсомолец Андрей Струг

Обсудить

Сборник рассказов

 

Купить в журнале за февраль 2021 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2021 года

 

На чтение потребуется 38 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 28.02.2021
Оглавление


1. Комсомолец Андрей Струг
2. Дискуссия о религии

Комсомолец Андрей Струг


 

 

 

Пожалуй, это мой первый сознательно написанный рассказ.

 

С. Сапир

 

 

Комсомолец, председатель культкомиссии школы, Андрей Струг брёл к райкому.

В райкоме – собрание низовых работников. Вторым вопросом стоит многозначительная «информация с мест». Нескладно махая руками, Андрей проговаривал про себя ниточку слов и цифр очередного отчёта. Она суммировала материал многих месяцев работы. Он углубился в себя и шёл привычным маршрутом, не замечая ни аккуратно постриженных деревьев парка Строителей, ни толпы прохожих.

Отчёт углублялся, дробился уже на отдельные фразы, заполняя все мысли Андрея. «Антирелигиозная работа с населением проведена достаточно полно и чётко… состоялся ряд бесед на темы естествоведческого характера и борьбы с предрассудками… В результате проделанной работы заметно усиление материалистического…»

И вдруг в этот привычный ритм мыслей, в отлаженную ленточку слов и цифр ворвалось ненужное слово, оно коверкало отчёт и безжалостно разрывало его на части. Слово – САД. Слово – обрубок, странное, картонное, цвета тёмного бутылочного стекла. Именно так оно представилось Андрею.

Андрей ощутил ритм своих шагов, раз, два, раз, два… И всякий раз «два» сопровождалось этим словом – «САД». Оно пульсировало в мозгу в унисон с ритмом шагов. Сад… сад… сад… будто метроном бил по сознанию.

Показалось розовое здание райкома, и его вид встряхнул Андрея. Он сжал в кулак свою волю и пробормотал: «Чёрт, что это со мной?». И сразу этот бессмысленный «сад» стал уплывать и растворяться. Теперь Андрею даже чего-то не хватало. Куда же он делся этот метроном, этот САД.

Посмотрел на часы. Без двадцати шесть. Вновь торопливо полезла телеграфная лента отчёта. …План по культпоходам перевыполнен, кроме отдельных мероприятий…

Андрей поднял глаза, и солнечный свет, ослепительный и яркий, хлынул ему в зрачки. Весенние волны вливались в Андрея, и он тонул в них. Оглянувшись, он увидел залитое солнцем тусклое олово Невы, шпиль Петропавловки тонул в дрожащем воздухе. «Как красиво, будто первый раз всё это вижу», – подумал он.

Словно стайка воробьёв, упорхнули куда-то слова отчёта.

До заседания ещё четверть часа. Раскалённые стены райкома и пыльный дворик не манили его. Он отправился к соседнему скверику и, вытянув ноги, откинулся на спинку садовой скамейки.

Мимо него шла обычная ленинградская толпа. Люди текли неустанно, сменяя друг друга.

Проходили моряки с иссечёнными ветром и солнцем лицами и с режущей синью воротников. Бухгалтеры с мягкими подбородками, лакированными пухлыми портфелями и пальцами, потемневшими от резиновой губки. Портовый грузчик с воловьим торсом, багровой шеей и гроздьями вен. Военный с чёрными, нафабренными усами и привлекающей взгляд краснотой ордена. А вслед за ним – пожилой крестьянин, видно, только что из деревни, с яркой копной нестриженых, седовато-жёлтых волос, иконописным тёмным лицом и заскорузлыми, крючковатыми руками.

Андрей, рассматривая их, испытывал какое-то внутреннее удовольствие и пустоту в мыслях. Такое бывает после сильной встряски или тяжёлой болезни. Однако вскоре эта внутренняя пустота и полное бездумие начали его угнетать. Надо собраться. Поползли обрывки мыслей. …Да, да, надо обдумать… решить… Что? Ах, да. САД! Какой ещё сад? Андрей откинулся на спинку скамьи, сосредоточился. Пустота исчезла. И сразу рядом со словом САД появилась фамилия. «Ривина». Ну да, конечно. Вчера, на молодёжном вечере обсуждали пьесу Колосова «Проба». Мария Алексеевна сказала об одной из героинь пьесы, что молоденькой комсомолке вполне естественно отдавать часть своего времени личным переживаниям, как она выразилась – своему «саду». И тогда поднялась Надя Ривина и сверкая большими чёрными глазами заявила, что «всё это глупости, и в жизни комсомольца времени для личного «сада» нет и быть не должно. Вот так». Нет, Надя Ривина всё же законченная дура. Ляпнула так ляпнула. Отдыху тоже должно быть место. Прописная истина. Неужели Надька её не понимает? В самом деле, дура.

Стряхнув с себя эти мысли, как стряхивают с одежды нежданного слизняка, Андрей поднялся со скамьи и зашагал к райкому, поднялся на второй этаж. На двери комнаты №8 надпись: «Школьный инструктор. Все дни, кроме 3-его дня пятидневки. От 9 утра до 5 вечера». Какой-то шутник зачеркнул слово «вечера» и написал – «ночи». И сбоку чей-то комментарий: «А что, охрана труда ушами хлопает?».

В небольшой комнате ребята уже сидели на скамьях, столе и подоконниках. Обычного табачного дыма не было – окно на весеннюю улицу открыто настежь. Ребята встретили Андрея весело, как всегда, с шутками. Толстый Женька Федоров из 7-й школы слез со стола, поздоровался с Андреем за руку, сделал книксен и томно прошептал:

– Андрюшенька, почему такое задумчивое выражение лица? И почему такой траурно-отсутствующий вид?

Струг сразу вошёл в роль и мрачно ответил:

– Да вот тётка померла. – И под хохот ребят добавил: – А быть может, и не померла.

Федька заботливо осведомился:

– А может, друг мой, у тебя ещё кто-нибудь скончался?

– Ну, ещё троюродный дедушка, – произнёс Андрей со скорбным выражением лица.

Юмор был не ахти, черноват и примитивен, но всем было весело, и Андрей почувствовал, что душевное угнетение, которое он ощущал с утра, покинуло его.

Инструктор школьной группы Касымов потёр небритый подбородок и позвонил пробкой от графина.

– Давайте начинать, ребята. Сегодня у нас, как это ни странно, почти полный сбор. По первому вопросу – роль школы в исполнении культплана и итоги партсовещания – слово предоставляется представителю Облоно, товарищу Петрову.

Андрей давно подметил, что у Петрова на удивление круглая как шар голова. Он так и называл его про себя – «Круглоголовый».

Должно быть, доклад Круглоголового был интересен. Ребята чиркали карандашами в блокнотах. Разговоров не было. Вот только Андрей… Да, видно, Андрей сегодня основательно вышел из колеи. Он почти не слушал доклад и думал о другом. «Нет. Надька Ривина всё же неправа. А может, права?». Мысли побежали дальше и приняли совсем неожиданный оборот.

«И для чего только мы так часто собираемся на все эти дохлые заседания? Всё равно мы ничего никому не можем дать. Что такое школа? Что такое школьные активисты? Лошадки или слоники, которых дёргают за верёвочки».

Он оглянулся по сторонам. Доклад окончился, начались прения. Ребята задавали вопросы, обменивались мнениями. «Неужели они в самом деле думают, что от нашей культработы с населением есть хоть какая-то польза?», – размышлял Андрей. Перед его взором пронеслись моряки, рабочие, служащие, которых он сегодня видел на бульваре. «У них полноценная жизнь, к которой мы не имеем никакого отношения и даже не понимаем, в чём она заключается. Я ведь никогда не стоял у рулевого колеса, не ходил в атаку под пулемётным огнём… Вообще, ничего. Жизнь серая, однообразная… Ни борьбы, ни приключений. Толчём воду в ступе, и именуем это культурной революцией, ни больше ни меньше».

Тем временем прения по докладу Круглоголового закончились, и Касымов объявил о переходе ко второй части повестки дня: «Информация с мест».

– Слово для сообщения об общественно-полезной работе в 21-й школе предоставляется товарищу Стругу. Давай, Андрей, начинай. Только покороче.

В сгустившейся тишине прогремел стул, сваленный Андреем. Голос, привыкший к масштабам школьного актового зала, раскатился по маленькой комнатке.

– Ребята! Довольно волынку тянуть. Ведь всё это зря!

Внутренний, глухо прозвучавший голос: «Чего ты лепишь?», – заставил Андрея остановится.

– Что – зря? – недоуменно спросил Касымов, глядя на Андрея. Ребята насторожились.

Андрей опять заговорил, и его торопливые слова, расталкивая одно другое, заметались по комнате.

– Всё зря! Вся наша культработа дутая. От неё толку нет ни на грош. Одна фикция. Себя обманываем, в прятки с собой играем. Протоколы пишем. Собрания созываем. В газетах статьи даём. Достижения! Работа проведена с достаточной чёткостью! Любуйтесь! А приносим ли мы в самом деле какую-то пользу? Нет. А можем принести пользу? Не можем. Ведь мы-то, культработники хреновы, ведь мы жизни не знаем! Ведь мы по книгам живём, да и то – из школьной программы, а настоящая, подлинная жизнь, она мимо нас проносится. Потому и получается, что…»

Дальше говорить ему не дали. Загалдели все разом. Круглоголовый подтолкнул Касымова плечом, затрещала пробка графина, и спокойно, хотя с какой-то суровостью, Касымов медленно выдавил:

– Ты что, парень? Ты нездоров? – И обратился к секретарю:

– Протоколируй. Информации по 21-й школе не было.

Андрей сел. Заседание спокойно поплыло дальше и скоро закончилось.

Предчувствуя неизбежный разговор «по душам» с Касымовом, Андрей сразу вышел из комнаты. Уже на улице он услышал:

– Погоди, Андрей. – Шура Прокурова, предкульткома в школе, давнишний товарищ Струга, догнала его. Взяла под руку. Молча прошли квартал… второй… Шура остановилась. – Присядем, я устала сегодня.

Сели на порожнюю бочку, валявшуюся рядом со стройкой. Молчали. Андрей понимал, что от разговора о сегодняшнем его выступлении в райкоме ему не отвертеться, и потому спокойно ждал, когда Шура начнёт. Однако Шура молчала, и пауза сбивала его с занятых позиций. Андрей с удивлением заметил, что уже допускает, что в некоторых частностях он мог ошибаться. Это было тем более странно, что ещё пять минут назад его выступление казалось ему геройством, его слова – первыми настоящими словами, прогремевшими (так говорил себе Андрей) в стенах райкома. Он взглянул на Шуру, поглядел на её по-мальчишечьи стриженные волосы, густые брови и почему-то бросающийся в глаза передний чуть косо посаженный зуб. Шура тихо сказала, взглянув на него:

– Ты совсем измотался, Андрюша. – Она ласково поправила вылезший ворот его рубахи. – Тебе отдохнуть надо. Почему не попросил бюро о разгрузке?

– Теперь и без бюро отдохну, – буркнул Андрей.

Шура помолчала, глубоко вздохнула и, посмотрев мечтательно на вечернее небо, заговорила:

– Какой сегодня тёплый вечер, Андрюша. Смотри, небо синее, бархатное. Знаешь, когда я была маленькая, помню мамину накрывку для дивана. Она была тёмно-синяя, в мелких бисерках… Я тогда думала, что на небе тоже такая же накрывка… Побольше только…

Шура замолчала. Андрея удивило, почему это Прокурова, всегда такая прямолинейная, теперь говорит о каких-то посторонних вещах. Его беспокоило, что он против своей воли терял уверенность в правоте своих слов.

Андрею хотелось, чтобы Шура выругала его, закричала на него, затопала ногами… Вот тогда он ей ответит! Он покажет, до какой степени и Шура и все ребята погрязли в традициях и формальностях. Она увидит, что только он, Андрей Струг, смог дойти до самой сути и раскрыть её перед всеми.

А между тем Шура тихо рассказывала о Крутолобых Холмах её родной Костромской губернии, о солнечной Волге, где она плескалась ребёнком.

Андрей оборвал её.

– Ну ладно, всё это чепуха и к делу не относится. Скажи лучше, что ты думаешь о моём выступлении в райкоме? Согласна ты со мной или нет?

– Как тебе сказать… Ты, конечно, прав… кое в чём. Но я вообще не хотела говорить об этом.

Андрей опешил. Опять завиляла? Он резко спросил:

– Давай напрямоту. Почему не хочешь говорить? Ведь ты для этого со мной пошла.

– Почему? – тихо ответила Шура. – Просто я не придала твоим словам особого значения. Я ведь тебя хорошо знаю, Андрей. С твоей перегрузкой и не то заговоришь.

Андрей всего ожидал, но не этого. Он вспыхнул, покраснел, но взял себя в руки.

– Так ты не согласна со мной? Да?

– Я же говорю тебе, кое в чём ты прав. Вот хотя бы то, что работники у нас есть – никакие. Это уже правда.

– Так видишь… – самодовольно перебил её Андрей.

– Погоди. Дослушай до конца, а потом радоваться будешь. Ведь вы, вы чем плохи? Тем, что от масс оторвались. От жизни отошли. Ну скажи мне, вот сколько раз сам ты в группу ликбеза на занятия сходил?

– Да мало ли сколько, – мрачно ответил Андрей. Таким тоном, каким отвечал на шутки в райкоме. Ему показалось, что всё это – очередная глупая шутка.

– А может быть, и нисколько, – в тон ему ответила Шура, – и даже, наверное, нисколько. Вот оттого вы, кабинетные работники, и в панику впадаете. Потому и чушь лепите, как ты сегодня. Потому и об отдыхе мечтаете. Потому что результатов от своей работы не видите, а над планами и отчётами сохнете. Я ещё удивляюсь, как ты два года вытерпел.

Андрей хотел её перебить, но было нечем и незачем. А Шура добивала его:

– Ты говоришь, жизни мы не знаем. Какую тебе ещё жизнь надо? Майн Рида и Купера? Нет просто жизни. Есть работа, деятельность, а это и есть жизнь.

Шура взглянула зачем-то в сторону и поднялась со скамьи.

– Ну, мне пора, Андрейка. Ты трепись поменьше. Если устал, то проси бюро. Всего, Андрейка… Не злись. Тебе не идёт. Морщинки появляются.

Вскоре поднялся и Андрей. Страшно хотелось обидеться на неё. Но не получалось. «Права она или не права?» Он хотел решить эту задачу, но махнул рукой и, уходя, тревожно подумал: «Может, я и верно, сегодня надурил». Андрей быстро пошёл к школе. Он всегда ходил туда из райкома, и хотя сегодня и не надо было, но пошёл.

Мимо лязгали трамваи, и автомобили освещёнными фарами рвали тьму. Он решил зайти в закусочную. «А не пойти ли в пивную и начать разлагаться?» Усмехнулся дурацким мыслям и повернул турникет. Сверкали стойки с блюдами. Однако посетители почему-то сгрудились вокруг центрального столика, где друг против друга стояли в воинственной позе два человека.

Один – в синем рабочем пиджаке, с худощавым скуластым лицом со старыми, повязанными верёвочкой очками. В другом Андрей узнал пожилого крестьянина-сезонника, которого видел, сидя сегодня в сквере около райкома.

Они ожесточённо спорили. Пиджаки они скинули, и их потные лица говорили о том, что дело началось уже давно.

– Крой, батюшка, крой дальше, отец родной. Ты уже против советской власти, выходит? – кричал рабочий.

– Я не против советской власти. Может, я даже за неё кровь проливал. Но зачем они бедняков грабют? Зачем у меня мою последнюю коровеньку отняли? Зачем? – отвечал ему сезонник.

– Да потому, значит, что ты налог не уплатил, вот и забрали.

– Это я-то не платил? Ты, городской чёрт, на свой аршин не мерь. Мы налог завсегда платим, – не сдавался сезонник.

– Так ты, может, индивидуально платишь? Особо обложен? – повысил голос рабочий.

– А ты что думаешь? Факт. Индивидуально. Не то что ты, чёрт беспартийный. От меня польза власти. Товарная продукция называется. А теперь что мне остаётся? Вот в город подался, канавы копать.

– Э-э, батенька, – сказал рабочий. – Так ты, вроде как, и не беднячок, а кулачок, выходит! Оттого и обложен особо. А у нас, отец родной, строительство коммунизма и кулацкая ликвидация. Мать твою в бочку, – победно закончил он.

Старик сжался. Натянул пиджак и напоследок ехидно бросил:

– Что-то, браток, ты шибко грамотный. Откуда бы рабочему-то грамоте набраться?

– Эх, хоть и не стоит с тобой, гадом кулацким, о грамоте моей говорить, но скажу. Знаешь, кто меня грамоте выучил? Школьники. Да. А кто они, может, барчуки какие? Нет. Свои же ребята, из рабочих. Вон в школе за углом учатся. Целый день бегают по учёбе, по комсомолии. А вечером ко мне идут, грамоте обучают. Зато я им мастерство мое плотницкое передаю. В школу к ним хожу. Вот тебе, отец родной, и грамота. А ты…

Наскоро закусив, Андрей вышел на улицу. Он испытывал какую-то детскую радость. Захотелось засмеяться и закричать всем, что он, Андрей Струг, был неправ, и он очень рад этому. Он подумал, что не мешает заглянуть в антирелигиозный кружок, и зашагал к освещённому зданию школы.

Да, оставалась ещё одна заноза. Надька Ривина с её «садом». Права или нет? Нет, Надька точно неправа. Ведь так здорово сходить в секцию, встретиться с ребятами, поиграть в волейбол. Да, да, Надька, ты не права. Не один я ошибаюсь. И окончательно обретя душевное спокойствие, комсомолец Андрей Струг поспешил на заседание антирелигиозного кружка.

 

 

1930 г.

 

 

 

Внимание! Перед вами сокращённая версия текста. Чтобы прочитать в полном объёме этот и все остальные тексты, опубликованные в журнале «Новая Литература» в феврале 2021 года, предлагаем вам поддержать наш проект:

 

 

 

Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за февраль 2021 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: ЮMoney: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт магазина»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите доступ к каждому произведению февраля 2021 г. в отдельном файле в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление


1. Комсомолец Андрей Струг
2. Дискуссия о религии
Акция на подписку
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Присоединяйтесь к 30 тысячам наших читателей:

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com

Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.




Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?..

Причин только две.
Поможем найти решение!

Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?.. Причин может быть только две. Мы поможем вам решить обе эти проблемы!


Купи сейчас:

Номер журнала «Новая Литература» за июль 2022 года

 

Мнение главного редактора
о вашем произведении

 



Научи себя сам:

Аудиокниги для тех, кто ищет ответы на три вопроса: 1. Как добиться жизненных целей? 2. Как достичь успеха? 3. Как стать богатым, здоровым, свободным и счастливым?


👍 Совершенствуйся!



Свежие отзывы:


05.08.2022. Недавно повесть, которую у вас рецензировали, была напечатана в Оренбурге, в журнале «Гостиный двор», 1-й номер 2022. Хочу обратиться к услугам вашей редакции вторично, так как без тех советов, которые я от вас получила, мой текст так бы и остался разрозненными кусками уровня самиздата. Стало намного лучше. Сейчас жду размещения номера в «Журнальном мире».

Елена Счастливцева


30.07.2022. Хочу выразить благодарность за публикацию и отдельную благодарность Игорю Якушко за то, что рекомендовал читателем рассказ к прочтению!

Анатолий Калинин


30.06.2022. Хочу ещё раз выразить вам благодарность за публикацию… каждый день мне пишут люди, что прочли рассказ. Сегодня было обсуждение с мастером, он благословил меня на роман:)

Ана Ефимкина


25.06.2022. Благодарен вам за публикацию моего произведения. Благодаря вам мои работы стали появляться в печати!

Александр Шишкин



Сделай добро:

Поддержите журнал «Новая Литература»!

Copyright © 2001—2022 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30 декабря 2021 г.
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!