HTM
Номер журнала «Новая Литература» за май 2024 г.

Владимир Тартаковский

Река памяти

Обсудить

Рассказ

 

/Школьная тетрадь/

 

Купить в журнале за декабрь 2016 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года

 

На чтение потребуется 55 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf
Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 5.01.2017
Оглавление

1. Поцелуй принцессы
2. Моя вина
3. Госпожа Министерша

Моя вина


 

 

 

Первые клички – кликухи – появились у нас ещё в младших классах. К шестому их имели почти все, и только самые правильные девочки ещё пользовались именами. А в конце десятого даже некоторые училки, общаясь вне уроков, называли нас: «Серый», «Кутя» и так далее. Обычно кликуха происходила от имени или фамилии, но не только. Одного нашего, вступившего в конфликт с физруком, прозвали Тренер, а другого – толстого, с большими, навыкате глазами – Красава. Но были и кликухи, ни к чему не пришитые, возникшие из ничего. Например, Маза. Его фамилия была Солодников, а имени уже не помню. Маза был настоящим бандитом. Оба его старших брата сиживали в колониях для несовершеннолетних, а потом – и за обычной решёткой, и этот серьёзный факт формировал его ауру, положение и авторитет. Маза дважды оставался на второй год, так что, поступив в школу на год раньше нас, во время нашего девятого, учился ещё в восьмом. Конечно, глагол «учился» является в данном случае чисто формальным, ибо нахождение Мазы в стенах школы и даже сидение за партой могло быть чем угодно – только не учёбой. На уроках он либо крутился, либо, громко зевая и поругиваясь, выражал своё дурное настроение. В нашем классе он провёл всего год, и я помню, как облегчённо улыбалась даже наша крутая математичка, зайдя в класс и заметив его отсутствие. Вне уроков Маза или курил, или «наводил понты», или воровал: уносил из школы всё, что могло быть продано хоть за копейку. То же, что не было вынесено, бывало испорчено или разбито. Не пойму, что заставляло дирекцию дважды оставлять Мазу на второй год, продлевая таким образом собственные мучения. Даже самые крутые из наших старались держаться с Мазой нормалёк и не идти на конфликт. Не будучи амбалом, он не боялся никого, любого мог ударить по лицу или полоснуть по куртке ножиком. Но обычно Маза только бил встречного по лбу, или тыкал пальцем в шею, после чего требовал рубль, но удовлетворялся двадцатью копейками или даже десюном. (Впрочем, и эти скромные монетки имели тогда реальную покупательную способность и на дороге не валялись).

Конечно, я тоже старался с Мазой не пересекаться, хотя, помнится, поначалу пытался его приручить – то выпрошенной у соседа сигаретой, то зелёной бутылкой «Ситро». Но никакое подношение не помнилось им больше часа, а главный мой козырь – дать списать – для Мазы вообще ничего не значил. Тетрадей у него не было, и выставляемые за четверть трояки были нужнее самой школе, чем получавшему их бандиту.

 

Другим действующим лицом этой истории был Толик Шалашов – рыжеватый незаметный троечник.

В младших классах Лашик был тихоней, но за лето перед девятым резко вырос, поздоровел, и, видимо, решив самоутвердиться, наметил удобную жертву.

Конкретно – меня.

Но тогда я об этом не думал.

И поначалу был несказанно удивлён, когда в конце первого дня учебного года, выйдя из темноты коридора главного корпуса и не успев привыкнуть к солнечному свету, услышал от Лашика в свой адрес что-то грубое и, получив неожиданный удар в лицо, полетел в клумбу с влажной землёй, сметая по пути неуверенно белевшие, недавно высаженные цветочки.

После шестого урока в школьном дворе было полно народа. Вокруг клумбы сразу образовался забор из любопытных, с интересом наблюдавших, как я поднимался, тянулся за своим портфелем и соскабливал налипшую на одежду землю.

Лашик спокойно исчез, гнаться за ним было бесполезно, и, стараясь ни на кого не глядеть, я поплёлся домой.

Не понимая причины вероломства бывшего тихони, я попытался выяснить её по телефону, но был послан подальше. В чём же дело?

На следующий день Лашик снова встретил меня на выходе. Правда, народу во дворе было поменьше – только наш класс, остававшийся после уроков для выбора старосты, комсорга и прочих носителей общественных нагрузок.

«Неужели он специально меня ждёт?» – успел подумать я, увидев новоявленного врага, и сразу получил удар в ту же разбитую щёку, и оказался на той же клумбе. Правда, в этот раз я не упал и даже попытался ответить, но Лашик удачно уклонился и снова двинулся на меня. Он был на голову выше и явно здоровее, так что для победы мне требовался максимум решительности, а лучше – отчаяния. Но, несмотря на горящую щёку, этого не было: я всё ещё не понимал – что случилось? Одноклассники тоже выражали удивление, советуя Лашику попить водички, а мне – вмазать ему, чтоб больше не рыпался. В целом, народ был на моей стороне, но никто не стал вмешиваться или не захотел остановить интересное зрелище.

И все-таки за спиной Лашика появилась тень, а за ней – Витя Золотарь.

Витя учился в параллельном «Б», был среднего роста и ничем особо не отличался. У него даже кликухи не было. Классе в шестом мы с ним менялись марками, но, став старше, оставили это занятие и лишь кивали друг другу при встрече.

Почему Витя тогда за меня вступился – не пойму до сих пор. Он легко заломил Лашикову руку, потом – вторую, и, подсекнув под колено, усадил на землю, прямо передо мной.

Это вызвало общее одобрение и предложения продолжить. Видимо, агрессивность неожиданно возмужавшего тихони не вписывалась в привычную структуру мироздания.

– О чём разборки? – спросил меня Витя.

Я только развел руками.

– Чего размахался, чувак? – спросил Витя Лашика, толкнув в спину.

Сразу стало тихо – всем было интересно.

– Просто так, – буркнул Лашик.

– Просто так только кошки родятся, – возразил Витя, приподнимая заломленную руку.

Лашик вскрикнул и заскулил.

– Ладно, Вить, отпусти его! – вступилась Кротова, только что избранная комсоргом. – Он больше не будет.

– Не будешь? – переспросил Витя. – Тогда проси прощения. Только – внятно.

Лашик молчал.

Витя опять приподнял его руку.

Лашик опять вскрикнул и залился слезами.

– Пионер-герой, – уважительно покачал головой Витя и, отпуская, толкнул свою жертву вперед.

Лашик ткнулся лбом в мои туфли.

Я подобрал портфель и, как и в первый раз, опустив глаза, двинулся домой, ощупывая языком разбитую щеку.

Но Витя меня догнал.

– Ты как?

– Порядок. Спасибо за помощь.

– Фигня. Если ещё сунется – получит по полной. А что у него к тебе?

– Понятия не имею. Честно – в нулях. Я его на каникулах вообще не видел.

– Может, парень поздоровел и решил это показать?

– А я тут при чём?

– Ты – не самый здоровый, – рассудил Витя. – Дружок твой основной ещё с каникул не вернулся. А других у тебя нет – таких, чтобы подписались.

– Тем более – спасибо, – повторил я. – Клёво ты его скрутил. Как в кино.

– Учусь, – отозвался Витя.

– Учишься?

– Да – приёмам рукопашного боя, у ментярика из нашего подъезда. Уже полгода. У него есть тренер, с чёрным поясом. Он учится у тренера, а на мне точит технику. А я перенимаю.

– Рукопашный бой – это круто, – уважительно произнёс я.

– Главное, полезно, – заметил Витя. – Полезней филателии.

 

Скрыть опухшую щеку от предков не удалось – пришлось всё им рассказать. Предки были вне себя. Мордобой! В советской школе! Как такое возможно? Что он от тебя хотел?

Я еле убедил их, что сам не знаю, и уговорил не ходить пока к директору. Лашик свое получил, больше не сунется.

А если сунется?

Тогда – не в школу, а прямо в милицию.

 

Ночью из-за разбитой щеки я не мог повернуться на привычный правый бок, и мысли, пользуясь случаем, атаковали мою голову налётами из темноты.

Конечно, главным вопросом бы один: «Какого чёрта Лашик ко мне полез?»

Никаких объективных причин у него нет.

Неужели кто-то накапал ему какую-то чушь?

Но кому это могло понадобиться?

Как ни странно, мне всё больше казалось, что Витя прав: Лашику в принципе нужно было подраться, и он выбрал меня как самого удобного.

Конечно, я знал, что Лашик прост и недалёк, но никогда не думал, что настолько!

И что теперь делать?

Замять для ясности или выбрать момент и дать ему по рогам, с риском получить обратно и войти в затяжную войну?

 

Назавтра соученики радостно сравнивали цветовые гаммы наших с Лашиком фейсов, интересуясь, когда состоится следующий поединок и кто придёт меня выручать.

На перемене классная завела нас обоих в пустой класс, где, не слыша моих ответов, пыталась выяснить причину конфликта, в котором, якобы, мы были виноваты в равной степени.

Произнеся необходимое количество воспитательных фраз, она пообещала, что в случае повтора следующая встреча состоится у директора – с какими-то там последствиями, и велела нам находиться друг от друга на расстоянии не меньше трёх метров.

Уже двинувшись к выходу, она вдруг повернулась и ткнула в Лашика пальцем.

– Останешься после уроков и вымоешь в классе все окна. Я проверю. А ты, – она перевела палец на меня, – поможешь деду Михаю сделать новую клумбу.

– Разбить новую клумбу, – уточнил я.

– Так ты же её уже разбил, – засмеялся Лашик.

 

Школьный сторож и садовник, дед Михай, жил во дворе школы, в небольшой пристройке, примыкавшей к корпусу мастерских.

В ответ на мой стук из открывшейся двери появилось смутное заспанное лицо и пахнуло специфическим старческим духом.

Дед Михай был смешно волосат. Пучки седых волос торчали из-под вечной фуражки, из ушей, из носа, на шее и плечах, пробивались сквозь майку.

Поняв причину моего посещения, он только хмыкнул и махнул рукой.

– Клумбу я уже вернул – ты разве не видел?

Я смущённо пожал плечами, обдумывая уместность слова «вернул» и догадываясь, что классная сама спонтанно придумала нам с Лашиком наказания.

Что ж, значит – мне повезло.

– Ну, тогда извините за беспокойство, – сказал я, поворачиваясь, чтобы уйти.

– Подожди! Зайди в дом.

Подвинув мне старый скрипучий стул, дед Михай вытащил из-под кровати тёмный ржавый ящик и уселся на него.

– Я всё видел, – сказал он. – Этот длинный не просто так к тебе задирался. Он тут летом знаешь, с кем ходил? Не знаешь. То-то и оно.

– Не знаю, – согласился я.

– Он ходил с этим ненормальным Мазой. Они теперь друзья. За август были тут четыре раза: поджигали теплицу, били окна. Я звонил в милицию, но те, конечно, приезжали только наутро, если вообще. Больше с этим длинным не дерись. Уходи от него. Тебя как зовут?

– Володя.

– Держись, Володя, от него подальше.

– Не ближе, чем в трёх метрах.

– Я не шучу. Это он для Мазы тебя ударил – чтобы новую ссору замутить и себя ему показать – что тоже драться может. Ясно?

– Примерно.

– Они теперь будут искать обидчиков, чтобы драку затеять. А ты не давай зацепки, уходи от них подальше. А дружку своему, который длинному руки скрутил, скажи, чтобы вроде заболел и дома посидел, пока история не забудется.

– А когда она забудется?

– Не знаю. Но учтите: этот Маза только и ищет, кому кровь пустить.

Я промолчал насчёт Витиных занятий рукопашным боем, а выйдя от деда Михая, бросился его искать.

 

Услышав предостережение, Витя остался спокоен. Во всяком случае – внешне.

– Козёл он, этот твой сторож. Может, мне под кроватью прятаться? Или в Магадан уехать?

– А я буду петь, что мой друг…

– Твоему деду сколько лет – восемьдесят? Сидит целый день в своей будке, вот у него крыша и едет, и страхи мерещатся. Станет Маза связываться с каким-то Лашиком, и ещё пачкаться из-за него!

– А чего они вместе в школе стёкла били? Думаешь, деду Михаю это приснилось? Он совсем не дурак и всё классно сечет. И чего вдруг Лашик ко мне полез?

Мы помолчали.

– А может, собрать народ и замочить фраера? – предложил я. – Человека три-четыре, из тех, с кем Маза в контрах?

– Не получится. Народ забоится.

– Что – все забоятся?

– Забоятся. Но не все вместе, а каждый в отдельности. Каждый подумает о возможной встрече с Мазой – потом, отдельно – и забоится. Реально – никто соваться не захочет. Кстати, Маза тоже может подписку привести, покруче нашей. Все это понимают.

Я сразу понял, что Витя прав.

Было похоже, что он лучше меня догоняет, что к чему.

– А жаль, – сказал я. – Если б мы Мазу примяли, школа бы только «спасибо» сказала. И ментярики были бы довольны.

– Примяли… – задумчиво повторил Витя. – Такого только могила примнёт. Даже если получится морду ему набить – очухается и будет вдвое нам возвращать. Или – втрое. Проблема. Надо что-то придумать.

– Уже придумал! У тебя же есть знакомый мент – тот, который учит рукопашный бой, а технику на тебе отрабатывает. Надо Мазу заманить на мочилку, а менты чтобы ждали в засаде. Как только все начнётся, они выскочат и быстро всех повяжут. Маза и не догонит, что это мы подстроили. Потом нас отпустят, а его оставят. У него наверняка и нож найдется.

– А если нас не отпустят? Так, вместе с Мазой, и загремим? Мой Андрюха – только лейтенант. А я ему – не сынок родной. Так что подставляться за меня он не захочет. Это во-первых. А во-вторых, пока менты подвалят, Маза успеет сделать во мне пару дырок. Или – в тебе. Хочешь рискнуть?

– Не хочу. Но деваться некуда. Под кроватью от Мазы не спрячешься и лучше ничего не придумаешь. А если заранее с ментами договориться, ничего нам от них не будет.

– Ладно, попробую как-нибудь с Андрюхой поговорить, – согласился Витя.

 

Назавтра была первая суббота в новом учебном году – короткий день, который многие сачковали.

Ни Вити, ни Лашика, ни Мазы видно не было.

Но на уроке литературы дверь приоткрылась, и скрипучий голос произнёс мою фамилию.

– Михаил Владимирович, звонок через пятнадцать минут, –возразила Розка.

Она одна обращалась к сторожу по имени-отчеству.

– Это – срочно, – настоял дед Михай.

Едва кивнув в сторону учительского стола, я выскочил в коридор и сразу получил оперативную информацию и руководящее указание.

– Они все пошли вниз, по Урицкого, наверно, на «Динамо». Беги туда.

Я, конечно, понял, кто именно пошёл вниз, а дед Михай с сомнением взглянув на меня, добавил:

– Возьми пару ребят, догоните их и как-нибудь задержите. Главное, выиграйте время, не дайте им уйти в безлюдное место. Этот бандит способен на всё. Я пока пойду в милицию.

Он повернулся и по-своему быстро зашагал к выходу.

А я остался на месте и потратил три секунды на прикид: бежать к расписанию, смотреть, где сейчас Витин класс, потом – туда, стучаться и просить отпустить с урока двоих-троих? Кого? Даже если их отпустят, как объяснять ситуацию, и кто согласится подписаться за Витю, против Мазы – вдруг, ни с того ни с сего?

Даже если кто-то побежит со мной, будет уже поздно.

Я рванул к выходу.

Недостроенный и заброшенный стадион находился в двух кварталах от школы. Ещё издалека я увидел четверых: Лашика, Мазу, Витю и ещё одного, которого сразу не узнал.

Я обогнал их на последних метрах и стал в проходе. Витя и Лашик удивлённо уставились на меня, Маза не проявил никаких эмоций, а четвёртый вообще не смотрел в мою сторону.

Главное – все четверо остановились.

– Ты чего это тут? – удивился Лашик.

– Тебя директор ищет! – задыхаясь, выдал я первое, пришедшее в голову.

– Директор?

– Да. И у него там кто-то из милиции.

– Гонишь, – спокойно произнёс Маза. – В субботу Лысого не бывает. Отвали.

– Отвали! – подстроился Лашик. – Или по рогам захотел?

– Лысый – в школе, – повторил я, не двигаясь с места. – А ментовая тачка – во дворе. Они тебя ищут.

– Чего это вдруг? Из-за тебя, что ли? Из-за двух тычков менты возиться не будут.

– Из-за стёкол. Кто-то настучал Лысому, что вы с Мазой били стекла и поджигали теплицу.

– Какую теплицу? – возмутился Лашик. – Там одна дверь обгорела, и только с одной стороны.

– Так Лысый и меня ищет? – поинтересовался Маза.

– Наверно. Кто-то сказал, что вы пошли вниз, по Урицкого, и он послал меня за Лашиком.

– Малый, подвинь его, – сказал четвертый, и я с ужасом узнал в нём среднего из братьев Солодниковых.

Маза тут же больно ткнул меня пальцем в шею и повторил:

– Отвали.

Я отступил, и четвёрка прошла между ржавыми перилами и некрашеными бетонными колоннами.

Мне никак не удавалось поймать Витин взгляд – он смотрел прямо перед собой и, казалось, не видел ничего и никого. Несколько шагов – и все скрылись за густыми дикими кустами. Оглянувшись на улицу и не заметив приближающейся милиции, я тоже зашёл за зеленую стену.

И сразу увидел в руке Мазы железный прут, толщиной в сантиметр и длиной около метра.

В моей голове загудело, подавляющая волна страха сковала руки и ноги, сжала сердце и ещё не восстановившееся дыхание.

– Лашика обидел? – спросил Маза и добавил: – На колени!

Витя не шелохнулся.

– На колени! – повторил Маза.

Витя не шелохнулся. Он все так же смотрел перед собой и, казалось, не видел – ни Мазу, ни прут в его руке.

– Ладно, Маза, ну его, – промямлил Лашик, похоже, напуганный не меньше меня. – Я с ним сам разберусь.

Старший Солодников громко сплюнул, и в этот момент Маза трижды, почти без размаха, ударил Витю прутом по лицу.

Кровь полилась не сразу. В первую секунду это были три черные дырки – на скуле, щеке и подбородке.

Маза бросил на землю прут, повернулся и пошёл обратно. Брат – за ним. На меня они даже не взглянули.

А я не поднял прут и никого не ударил.

Даже подойдя к Вите, я стоял как столб, не зная, чем помочь. Его кровь лилась на землю, а Витя всё так же глядел перед собой. Он только наклонил голову, чтоб не запачкаться, но красные пятна уже расплывались по его рубашке.

За всё время он не проронил ни звука.

Лашик рыгал где-то рядом, но скоро исчез.

– Может, вызвать скору»? – неуверенно предложил я.

Витя только отмахнулся. Когда кровь остановилась, он вытер лицо листиками, и я отвёл его домой.

На нас оглядывались, но никто ни о чём не спросил.

 

В понедельник я зашёл к деду Михаю. Рассказал ему все, что было, что Витя – в порядке, и что он уговорил родителей не обращаться в милицию.

– Что толку к ним обращаться? – вздохнул дед Михай. – Я тогда ходил в их участок. Они и слушать не стали.

– Ясное дело, – кивнул я. – Вы тут вообще ни при чём.

Дед Михай посмотрел на меня.

– Да, я понимаю – ты мучаешься, что не смог помочь другу. Ну, так не смог. На всё воля Божия. У Вити глаза целы? А зубы? И слава богу. А лицо заживёт. Даже душа постепенно заживает. Со временем. А ты через это перешагни и идти себе дальше. Надо идти дальше, а не назад. И нельзя всё время себя винить. Подумал, понял, пошёл дальше.

 

Слова сторожа не помогли: я часто вспоминал случившееся, ненавидя себя за трусость и бесконечно сочиняя неправдоподобные сценарии мести.

Маза часто пил пиво в открытом пивбаре, прямо напротив тира, и среди прочих придуманных вариантов был такой, в котором я, натренировавшись в стрельбе, поворачивался спиной к мишеням и посылал маленькую точную пульку в голову бандита.

Но со временем другие дела потребовали моего внимания, и страшная история стала отдаляться, мимолётно возвращаясь только ночами или при встрече с Витей.

Через три месяца следы от прута на его лице почти исчезли. Мы иногда общались, находили общие темы, но так и не подружились.

 

Лашик и после случившегося дружил с Мазой. Вернее, ходил за ним следом.

Но в классе он снова стал тихоней, на меня больше не замахивался, даже наоборот, пару раз пытался заговорить.

Но я не отвечал.

 

Маза после школы, вроде, сидел, но к концу восьмидесятых я уже видел его разъезжающим на мицубиси. Говорили, что сначала он ставил торговые точки, потом организовывал конкурсы красоты, потом стал заведовать охраной крупного олигарха.

А когда олигарх был убит, Маза открыл собственную контору по оказанию силовых услуг.

 

 

 

(в начало)

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт магазина»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите доступ к каждому произведению декабря 2016 г. в отдельном файле в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление

1. Поцелуй принцессы
2. Моя вина
3. Госпожа Министерша
1234 читателя получили ссылку для скачивания номера журнала «Новая Литература» за 2024.05 на 19.06.2024, 20:40 мск.

 

Подписаться на журнал!
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Нас уже 30 тысяч. Присоединяйтесь!

 

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com
Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Литературные конкурсы


15 000 ₽ за Грязный реализм



Биографии исторических знаменитостей и наших влиятельных современников:

Герман Греф — биография председателя правления Сбербанка

Только для статусных персон




Отзывы о журнале «Новая Литература»:

17.06.2024
Главное – замечательно в целом то, что Вы делаете. Это для очень многих людей – большая отдушина. И Ваш демократизм в плане работы с авторами – это очень важно.
Виталий Гавриков (@prof_garikov), автор блога о современной литературе «Профессор скажет»

10.06.2024
Знакома с «Новой Литературой» больше десяти лет. Уверена, это лучшая площадка для авторов, лучшее издательство в России. Что касается и корректуры, и редактуры, всегда грамотно, выверенно, иногда наотмашь, но всегда честно.
Ольга Майорова

08.06.2024
Мне понравился выпуск. Отметил для себя рассказ Виктора Парнева «Корабль храбрецов».
Особенно понравилась повесть «Узники надежды», там отличный взгляд на проблемы.
Евгений Клейменов



Номер журнала «Новая Литература» за май 2024 года

 


Поддержите журнал «Новая Литература»!
Copyright © 2001—2024 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
18+. Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30.12.2021
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!