Поздний дождь

Надо заметить, что второй по важности вопрос, как правильно жить (первый – во имя чего жить), в русской общественной мысли всегда был на первом месте – и у атеистов, демократов, революционеров, и у идеалистов, консерваторов, богословов. А ведь Христос сказал: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Матф.6:33). А мы направляем все усилия на достижение «этого всего», что должно «приложиться». Вместо Царства Божия, которое «внутрь вас есть», мы замахивается на построение Царства Божия сразу для всех и на земле. Привлекательный идеал. Но как всякий идеал, человеческими целенаправленными действиями он недостижим. Более того, обязательно будет извращен – из-за нашего несовершенства. Библия обещает нам «новое небо и новую землю» и тысячелетнее царство Христа на земле. Но тысячелетнему царству должно предшествовать восстановление Израиля, массовое развращение людей и владычество антихриста. А разве может христианин быть участником кровавых событий, в ходе которых эти пророчества уже осуществляются на наших глазах?

Вступив в сотрудничество с миром («преклонившись под чужое ярмо с неверными» (2Кор.6:14)), христиане оказались перед необходимостью оправдывать свое соучастие в преступлениях мира. Делают это просто: договорились в определенных обстоятельствах (по приговору суда, на войне) преступления не считать преступлениями. Помогают им в этом и философы. Н. Бердяев, допуская участие христиан в войнах, революциях, массовых насилиях, говорил о необходимости подчиняться законам некой «особой» нравственности, действующей в истории и неприменимой к личной жизни. Стоит ли спорить? Нравственные требования Христа однозначны. Убийство всегда остается убийством.

Мы только и можем «не противиться злому», «не судить», чтобы с одной стороны – не оказаться врагами Богу, с другой – не погубить свои души соучастием в преступлениях. «Горе миру от соблазнов, ибо надобно придти соблазнам; но горе тому человеку, чрез которого соблазн приходит» (Матф.18:7).

В тысячелетнем царстве Христа будут жить только достойные Его. А быть достойными нам по силам. Этому учит Благая весть. Бытие же Царства Божия, как и развитие жизни на земле, и общий ход человеческой истории – прерогатива Бога, вмешиваться в нее величайший грех, сродни люциферову. И учит же нас Бог, и наказывает – вспомним строительств Вавилонской башни, а уже в наше время и с нашим участием – коммунизма. Пора, наверное, опомниться.

(Кстати, знаменитое русское «авось» – самый христианский подход к жизни. И без нашего вмешательства все в мире как-то образуется, уладится. На все воля Божья. Русский человек может думать, что он не верит в Бога, но, полагаясь на «авось», он на самом деле Богу бесконечно доверяет. А это большего стоит, чем расчетливая вера.)