Пятница, или Тихоокеанский лимб

 

перевод с французского И. Я. Волевич
отбор цитат – Анастасия Бабичева

 

 

 

 

*   *   *

 

Послушайте меня: берегитесь непорочности! Непорочность – язва души!

 

 

*   *   *

 

Одно лишь прошлое имело подлинную ценность и право на существование. Настоящее же служило лишь зеркалом былого, театром воспоминаний. И жить дальше следовало не для чего иного, как для умножения самого драгоценного сокровища – воспоминаний о прошлом. Наконец, смерть являла собой желанный миг наслаждения этой золотой жилой. Вечность даровалась нам, дабы мы могли вновь прожить свою жизнь, но уже по-иному – более углубленно и вдумчиво, более умно и чувственно, чем дозволяла мелкая суета нынешнего бытия.

 

 

*   *   *

 

Теперь мне известно, что земля, по которой ступают мои ноги, нуждается в том, чтобы и другие попирали ее, иначе она начнет колебаться подо мной. Кто поможет мне победить оптический обман, слуховые галлюцинации, грезы наяву, миражи, видения, бред, как не самый надежный союзник – брат, сосед, друг или даже недруг, – главное, живой человек, о великий Боже, другой живой человек!

 

 

*   *   *

 

Итак, существуют две проблемы познания или, вернее, два вида познания, которые крайне важно четко различать и которые я, без всякого сомнения, продолжал бы путать, если бы не странная моя участь, подарившая мне абсолютно новые взгляды на вещи: познание через других и познание через самого себя. Смешивая их под тем предлогом, что другой есть другой я, мы ничего не достигаем.

 

 

*   *   *

 

Ныне покоится здесь, в ничтожестве, тот, кто познал землю, и чудится ему, жалкому лягушонку, боязливо прильнувшему к оболочке земного шара, будто он вращается вместе с ним в головокружительных безднах космоса…

 

 

*   *   *

 

Вот когда Робинзон понял, что головокружение – это всего лишь земное притяжение, настигающее того, кто хранит упорную приверженность матери-земле. Душа человеческая неосознанно стремится к этим столь близким ей гранитным, глиняным, кремневым, сланцевым основам; разлука с ними ужасает ее и в то же время зачаровывает, ибо в раскрывшейся перед ней дали провидит она безграничный покой смерти. И не воздушная пустота вызывает головокружение, но влекущая полнота земных недр.

 

 

*   *   *

 

Каждый борется со своим подобием, неотвязной тенью во плоти, – так ребенок борется с влажным мраком материнского чрева, стремясь наружу. И наконец, освободясь один от другого, они с вольным ликованием начинают ощупью отыскивать путь к братскому единению.

 

 

*   *   *

 

Смерть – вот тот самый остров, чей покой никто больше никогда не нарушит.

 

 

*   *   *

 

Так вот что такое другой: это возможный мир, упрямо пытающийся сойти за реальный.

 

 

*   *   *

 

И однако главное, что претило ему, была не грубость, не злоба, не алчность, которые эти цивилизованные и в высшей степени почтенные люди с наивной уверенностью демонстрировали перед ним. На их месте легко было представить себе других, столь же приветливых, доброжелательных и щедрых. Нет, для Робинзона несчастье коренилось гораздо глубже. Хорошо изучив собственную душу, он видел беду в непоправимой относительности целей, которые они преследовали с такой гордостью.

 

 

 

_______________________________________________

От редакции:

Книгу Кутзее Дж., Турнье М. «Мистер Фо. Пятница, или Тихоокеанский лимб» (сборник из двух романов) Вы можете купить за 164 руб. в интернет-магазине Bolero.ru, пройдя по этой ссылке.