HTM
Номер журнала «Новая Литература» за март 2021 г.

Виктор Герасин

Васильки

Обсудить

Повесть

Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 10.03.2012
Оглавление

9. Часть 9
10. Часть 10
11. Часть 11

Часть 10


 

 

 

Бегать из детдома умели давно. Это передавалось по наследству. Серёга был старшим, сам не раз бегал, у него было чему поучиться младшим. Кольке же нужно было иметь представление, как бежать, как искать то место, куда стремишься, как запутать следы. И он приблизился к Серёге, они часто сиживали в Серёгином штабе, который сообща привели в порядок.

Штаб – это и не землянка, и не погреб, а больше похож на нору, которая сверху перекрыта жердями и ветками, прикрыта сеном и присыпана землёй. В норе устанавливалась сетка от койки на пеньках, на этой сетке, застеленной тряпьём, и сидели, и лежали. Главное, в полдневную жару, когда и снаружи, и в корпусе дышать было нечем, в штабе-норе было прохладно, дышалось легко.

Все рассказы Серёги сводились к тому, что по нынешним временам побег надо совершать пеший. Ни на поезде, ни на автобусе далеко не уедешь. В автобусах строго следят за тем, чтобы не проехали безбилетники. Поездом можно проскочить от одной стан ции до другой и без билета, но на станциях дежурит милиция, на детдомовских у них, у милиционеров, чутье особое. Да и как ему не быть у них, чутью, если детдомовца видно со всех сторон: во-первых, лысый, во-вторых, одежонка на всех одинаковая, отличная от семейных ребят.

Серёга учился в третьем классе, когда с двумя старшими товарищами задумали они бежать в Одессу, там пробраться на корабль и отправиться в путешествие в дальние страны. Доехали кое-как до какой-то большой станции, сошли с поезда, прошли в вокзал. В вокзале продавали горячие пирожки. Есть захотелось– никаких сил нет. Были деньжонки у старших, кто-то из родственников, видно, делился с ними. Купили сразу по четыре пирожка, отошли в сторонку, прислонились к стене, едят. Мимо прошёл парень, одетый в гражданское. Внимания на него не обратили. Зато он обратил на них своё внимание. Не успели доесть пирожки, как парень этот вновь оказался возле них. И молча враз ухватил двух старших Серёгиных дружков за руки. Они было рванулись, но не тут-то было, парень подавил своими ручищами – ребята присели от боли. И повёл их в дежурку. Серёге ничего не оставалось, как самому последовать за ними. В дежурке их усадили на скамейку и спросили: откуда они и куда следуют? Старшие в один голос отвечают: местные, сейчас домой пойдём. Объясняют, что живут на улице Советской. Заранее договорились, как говорить, улицы с таким названием в каждом городе должны быть. А вот где она, Советская – не знали, оба показали в разные стороны, каким транспортом до неё добираться – об этом и представления не имели. Парень в гражданской одежде и два милиционера посмеялись над ними. Один из милиционеров встал, зашёл сбоку и неожиданно врезал по шеям Серёгиным дружкам так, что они в один голос закричали: детдомовские мы!

Три дня держали в изоляторе. Кормили от души. Жить было можно на все сто. А потом посадили в милицейскую машину и отвезли на место, в детдом.

Так что если бежать, то пешими, подальше от людей, пробираться от деревни до деревни, поесть просить у стариков и старух, они надёжные, они не позвонят, не сообщат, что к ним приходили ребята из детдома. Посидят напротив ребят, поплачут, по головам погладят и с собой дадут поесть.

Ещё Серёга рассказал, в какие они игры тут, в лагере, в прошлом году играли. Одни детдомовские со своим воспитателем Юрием Ивановичем, который ушёл, не стал работать в детдоме. А игры эти заключались в следующем. В пяти километрах от ла– геря, за лесом, есть городок. Так вот, беглец должен был пройти лесом в этот городок, а оттуда позвонить в лагерь Юрию Ивановичу и возвратиться назад тем же путем. На пути же у него стояли замаскированные посты, ребята из отряда, те же детдомовцы. Стояли на всех тропах, а на высоковольтной линии, которая пересекала путь к городу и которая была прямой и просматривалась километра на три, ребята стояли в пределе видимости друг друга. Вот и попробуй проскочить незамеченным через такие заслоны. А заметят, то убегай. Не убежишь, поймают – быть отхлёстанным крапивой. Не все решались испытать себя, но Серега в этой игре достигал наивысших результатов. Правда, раза три и его стегали крапивой, гнали до самого лагеря.

И вот вышел спор у Серёги с Юрием Ивановичем. Серёга говорит: пройду. Юрий Иванович: нет, не пройдёшь. Поспорили даже. Если Серега пройдёт незамеченным, то Юрий Иванович даёт ему целый рубль на мороженое.

Серёга схитрил. Вроде пойдёт в сторону города, его ждут на всех дорогах, а он круг даст и в дом отдыха, который в двух километрах от лагеря, но не в той стороне, где город, а в противоположной. Дойдёт до дома отдыха и позвонит оттуда, вроде бы из города. Три рубля таким образом заработал, а потом раскрыли его хитрость, выставили дозоры на дороге к дому отдыха и гнали Серёгу все эти два километра, похлёстывая то крапивой, а то и прутиком.

Ещё Серёгин дед – заслуженный и награждённый партизан – рассказывал Серёге о том, как русские бегали из плена. Они такие были, что в неволе да под чужой властью жить не могли. Даже знали, что им не вырваться из плена, что они погибнут, но всё равно бежали.

Серёга только три дня смог выжить в лагере, а на четвёртый его уже не было. Позавтракал и пропал. На обед не явился. И на ужин не пришёл. Колька с Сашкой сбегали в его штаб, и там его не было.

На второй день Валерий Николаевич объявил о побеге начальству. Они стали думать, где искать Серёгу, куда о нём заявлять. Решили позвонить в милицию того района, где проживают Серёгины родители, если он появится у них, то пусть сообщат об этом в пионерлагерь.

Валерий Николаевич допросил Кольку и Сашку, не знают ли они чего о Серёге, ведь они последнее время были все вместе. Но ребята ничего, конечно, не знали о намерениях Серёги, он им не открывался. Может, в детдом пошёл, а может, и домой, кто ж его знает...

Из этого побега Колька усвоил, что бежать лучше всего после завтрака, так как до самого обеда никто не хватится, никто не подымет тревогу. А если так, то за это время можно уйти далеко, так далеко, что не перехватят уже.

За дни пребывания в лагере Колька и Сашка поднакопили и насушили хлеба, сахару, соли. Хранили свой неприкосновенный запас в полиэтиленовом пакете, который им подарил Аверьяныч, прятали пакет за лагерем в канаве, прикрывая его сухим сеном.

И вот срок настал. Вечером Колька объявил Сашке:

– Всё, завтра утром уходим. Сразу же после завтрака, как Серёга.

– А в какую сторону нам идти? – Сашка сразу как-то сжался весь, нахмурился, не глядел в глаза другу. Колька понял, что он уже трусит.

– Я знаю, куда, – как можно твёрже сказал Колька. – Если бы не знал, то не пошёл бы. И ты не трясись заранее, понял?

– Я не трясусь, – прошептал Сашка.

– Я вижу. Не желаешь со мной – оставайся здесь.

– Нет, один я, без тебя, не останусь.

– Ну вот, а говоришь ещё...

– Ничего я не говорю. Я только спросил, в какую сторону нам идти?

– Мы с какой стороны ехали в автобусе? Не запомнил? А я запоминал. Когда мы сначала ехали, то солнышко нам светило вот сюда, почти в висок и правый глаз. Потом оно стало светить справа и уходить за спину. И мы приехали. Значит, чтобы нам идти в обратную сторону, то солнышко должно светить наоборот, сначала сзади левого глаза, вот так примерно, потом слева, а к вечеру – навстречу нам. Значит, мы ехали с запада на восток, а теперь пойдём с востока на запад. И всё. И придём точно на то место. Что, маленькие, что ли? Люди вон как, в тумане, в небе, на океане находят путь. Там без всяких примет. А мы...

Колька спал плохо. Он еще не знал, что если человек на завтрашний день задумывает большое дело для себя, а тем более дальнюю дорогу, то он так себя озаботит, что забота эта не даёт ему ни сна доброго, ни отдыха и поднимет его с зарёй. Такой уж он человек, когда задумает что.

Перед утром Колька уснул, но скоро проснулся. Он будто вовсе не спал, во всём теле его была непривычная для утра лёгкость. Обычно же он выходил из сна и вставал с постели, можно сказать, мучительно: жмурился, тянулся, подвывал и подстанывал сладостно, изгибался всем телом, вздрагивал и туго завёртывался в одеяло.

Проснувшись, Колька лежал тихо, не шевелясь. Ребята спали крепким утренним сном. Они не бормотали, не чмокали губами. Не метались в постелях, не вскрикивали – всё это с ними бывает почему-то глубокой, особенно зимней, ночью, в непроницаемой темноте, а с восходом солнышка они успокаиваются, спят.уже ровно, легко.

Подымающееся солнышко светило прямо в окно над Колькиной кроватью. Свет этот был красноват, будто за окном что-то горело. Колька заинтересовался таким непривычным солнечным светом, тихонько приподнялся, выглянул в окно. Солнышко просвечивало из-за редких сосен. Просветы эти были похожи на лучи прожекторов. В лесу, видимо, стоял небольшой туманен. И было тихо, ветер не трогал вершины сосен. Колька долго глядел за окно в этот тихий утренний мир. Солнышко поднялось к верхушкам сосен, побелело, свет от него запутался в густых зелёных сучьях.

«А чего ждать завтрака? – спросил себя Колька. – До завтрака ещё ого-го сколько времени. Надо вставать сейчас и уходить. Пока соберутся на завтрак в девять часов, за это время отмахаем километров десять. Главное, холодок сейчас, идти легко, приятно даже. Все, бужу Сашку...».

Колька вгляделся в лицо друга. Оно было настолько обыкновенным, настолько правдивым, насколько возможно быть обыкновенным и правдивым лицу спящего человека. Пухлые обветренные щеки, слегка вывернутые полуоткрытые губы, густые чёрные брови, не по лицу крупный, широкий в основании нос – всё это явно говорило о том, что Сашка не совсем русский. А то, что Сашку зовут Саидом – это его нисколько не смущало, он не обижался на ребят за это. Он был во многом не похож на всех остальных детдомовцев. Не шумел, не задирался, а помалкивал, слегка улыбался, глядел добрыми глазами даже на насмешников. Больше всего он не любил неправду, несправедливость. Когда сталкивался с этим, то переживал по-своему, тихо, задумчиво. А неправды и несправедливости и в детдоме, и в иных местах было предостаточно, потому что по силе и по характерам одинаковых ребят не было, а коли есть сильные и слабые, горячие и спокойные, злые и добрые, то обязательно будут и неправда, и несправедливость. Куда ж от этого деться, так устроена жизнь, а особенно ребячья, детдомовская.

«Ничего, дойдём вот до моих и там... Все будет нормально, без обиды будет, – размышлял Колька, глядя в лицо друга. – Там мать, другие родственники. Оттуда к Аверьянычу сходим».

 

 

 


Оглавление

9. Часть 9
10. Часть 10
11. Часть 11

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

04.04: Альфия Шамсутдинова. Дайте мне тишину! (сборник стихотворений)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего ЮМани-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за март 2021 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2021 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!