HTM
Номер журнала «Новая Литература» за июнь 2019 г.

Виктор Герасин

Для всех быть всем

Обсудить

Повесть

 

Так довелось, что святому старцу Амвросию Оптинскому я ныне прихожусь земляком по месту его рождения. Как писателя, меня давно занимает личность и жизненный путь святого земли русской. Его афоризм – «Где просто – там ангелов со сто, а где мудрено – там ни одного» – ставлю девизом ко всему своему сочинительству.

6 декабря 2012 года в с. Большая Липовица Тамбовской области в честь 200-летия со дня рождения Амвросия Оптинского освятили новый храм Троицы Живоначальной. Храм построен на пожертвования земляков великого Святого.

Я посчитал обязанным себя откликнуться на юбилей земляка, Святого земли русской Амвросия Оптинского, в миру Александра Михайловича Гренкова, повестью, что и предлагаю вниманию читателей.

 

На чтение потребуется 3 часа 40 минут | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск
Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 19.01.2013
Оглавление

18. Глава 6. 2
19. Глава 6. 3
20. Глава 6. 4

Глава 6. 3


 

 

 

Около трёх недель не показывалось солнышко. Дни стояли с морозцами, на деревьях, строениях лежал густой иней. Но вот за одну ночь ветер повернулся, потянул с юга. Небо очистилось. Ярко засветились звёзды. А утром встало чистое солнышко и сразу же стало пригревать. Весь мир завороженно глядел на эту чистоту, подставлялся тёплым благодатным лучам. День при дне расслаблялись сугробы, оседали, из-под них погнало чистую, искрящуюся воду. По утрам под тонким льдом струились ручейки, а уж к закату солнышка они превращались в открытые потоки.

– Небывалая весна, – говорили в монастыре. – Если так двинется, то бед много понаделает. Вода с верховий подопрёт – держись да держись.

Александр ходил как оглушённый. Изнурял себя в труде, но стоило ему забыться лёгким сном, как тут же видел Липовицу, видел своих близких, а отчетливей всех остальных видел Глафиру. Она тепло, ласково улыбалась, смотрела на него зазывно, заманивающе. Ничего подобного с ними никогда не было, а то вдруг во сне он стал желать её всей душой, всей своей плотью. До сердечного замирания, до истомы хотелось быть рядом с ней, припадать головой к её груди. Слушать её ласковый голос.

Макарий заметил состояние Александра. Проходя мимо тихо промолвил:

– Зайди, Саша, ко мне.

И Александр не замедлил вечером пойти к старцу. Макарий встретил его приветливо, показал две новые иконы, подаренные ему прихожанами, попросил почитать евангелие. Александр понимал, что старец смиряет его, и покорно шёл к смирению. Наконец старец указал на стул:

– Садись, Саша. Садись и говори, что и как тебя гнетёт.

Александр поцеловал руку старца и стал рассказывать, какое состояние испытывает с началом весны. Тихо рассказывал. Всё как есть, всё, как снилось ему, как тянуло его на родину. Рассказывал и, как всегда при откровении, на душе делалось всё легче, всё чище.

Выслушав Александра, Макарий продолжительное время помолчал, потом сказал с глубоким вздохом:

– Молодость. А мне уже не снятся такие сны. Я попрошу отца Леонида, чтобы он тебя освободил временно от кухни, туда есть, кого поставить, а ты поживи на монастырской пасеке. Там избушка есть, дрова припасены. Пчёлка вот-вот облёт начнёт делать, чиститься, работы тебе будет немало. Обстановку сменишь и отвлечёшься от своих дум. Обязательно сменить обстановку. Иначе загнобишь себя мыслью о доме, о близкой твоей барышне.

 

На другой день сразу же после полдневной трапезы Александр отправился на пасеку. В лесу снег ещё не чуял скорую весну, лежал нетронутым, солнышко до него не дотягивалось. Но уже на поляне, где зимовала пасека, на пологом склоне, обращённом на южную сторону, появились проталины. Над проталинами поднимался лёгкий парок. В колодах пчёлы открывали летки и начинали чистить своё жилище, кружились у степлившихся колод.

Александр обошёл пасеку, с удовлетворением отметил, что пчёлы удачно перезимовали, что колоды за зиму никем не потревожены. Удивился: а чего же они не переводят пчёл в ульи? Не знают, как обустроить? Надо показать им.

В избушке было сумрачно. В ней угнездился ещё тот, зимний холод. Александр открыл настежь дверь. Вынул обе оконные рамы. Спёртый зимний дух сразу же стал выветриваться, ему на смену из пустых оконных проёмов устремился первовесенний дух. В пристройке к избушке и под навесом лежали дубовые дрова. Натаскал и сложил возле печи поленья. Нащепал топориком лучины. Вскоре в топке загудело пламя. Дым над трубой поднимался столбом, а выше леса изгибался, растворяясь в солнечной синеве. Из родничка принёс пару ведёрок воды. Вынимал из топки одно за другим обгоревшие поленья и опускал их в ведёрко, в воду. Вода сделалась горячей. Этой водой промыл подоконники, стол, лавки. Прутяным веником-голиком промёл пол. Вышел наружу, промыл рамы и поставил их на место. В избушке сделалось тепло, чисто, уютно. В неё пришла весна.

 

Когда пообсохли дороги, на пасеку к Александру на двуколке приехал старец Леонид. Ему явно нездоровилось. Он трудно дышал, на лбу проступал пот, щёки, носовые, глазные впадины были изжелта-бледными, с синеватым оттенком. Александр знал, что старец не пользуется никакими лекарствами и советами лекарей. Только травами, насколько это возможно, облегчает дыхание и приступы сердечной боли. Александр не понимал, почему так старец настроен против лекарств и опытных лекарей, но спрашивать, говорить об этом со старцем не решался.

Они сидели за столом возле избушки.

Цвела во всю густым белым цветом черёмуха, будто молоком заливая низины вдоль ручья. Потягивал лёгкий тёплый ветерок. А отцу Леониду было явно холодно, он плотно запахивал на себе тёплую одежду. Оба молчали. Долго молчали. Александр никак не хотел первым нарушить это затянувшееся молчание. Наконец Леонид откашлялся легко и совсем просто сказал:

– Я, Саша, порой был жестковат к тебе, называл тебя химерой при людях. Но это не в обиду говорил. Наблюдал за тобой, как ты сносишь поругание. Вначале ты, помню, был горяч, в тебе восставал дух против моего слова. Но со временем ты смог многое превозмочь и смирить себя.

Я и Макарий многому научены, многое постигли. Но мы не обладаем теми познаниями, которыми наполнен ты. Нам было лестно, что к нам прибился такой грамотей. Образование всё настойчивее продвигается по России. Скоро нам на смену придут люди высокообразованные. Это продвинет значение монастырей в духовном воспитании паствы. Но познают ли те, кто идёт нам на смену, умную молитву? То, что вынашивалось и лелеялось нами и кто был до нас.

Я и Макарий готовили тебя к умной молитве, и её благотворному действию. Эта молитва является духовным художеством и потому требует опытного наставника. К ней нужно готовить себя послушанием, которое ведёт к смирению. Действия молитвы Иисусовой многообразны: она является причиной многих благодатных дарований, изгоняя бесов, очищая сердце и соединяя ум человека с Богом. Если ты с желанием и непрестанно, как дыхание из ноздрей, сумеешь творить молитву сию, вскоре вселится в тебя Святая Троица – Отец, Сын и Святой Дух. Научайся этому сам и научай этому других. И просто, и правдиво.

 

Помолчав, старец Леонид стал рассказывать о себе:

– Я рано принял постриг. Жил в дальних скитах, уходил от людей. И вот, походив по монастырям и скитам, я с шестью учениками поступил в Предтеченский скит Оптиной Пустыни. Сюда меня давно звал и епископ Филарет, и настоятель игумен Моисей, желавший иметь в обители опытного старца. Через некоторое время прибыл в скит и отец Макарий, который стал мне верным помощником по окормлению братии и богомольцев.

Настоятель отец Моисей сразу передал мне духовное руководство братией. И поселился я на этой вот пасеке, в некотором отдалении от скита, чтобы здесь могли бывать все посетители, в том числе и женщины. Во все годы вход в скит женщинам был воспрещен.

Я о себе так тебе скажу, Саша: моим свойствам есть простота и безыскусственность в обращении со всеми. Я не терплю лести и человекоугодия. В молодости имел богатый опыт общения с людьми разных сословий. Тогда же и познал тщету человеческих чинов и званий. Я приобрёл умение видеть человека сквозь все внешние отличия. Мои прямота, а иногда и резкость в обращении не есть следствие неумения сдержать раздражение или гнев, но есть искреннее желание обратиться непосредственно к душе человека, а если надо – и встряхнуть его.

Я всегда тяготился начальственной должностью, стремясь к созерцательной жизни.

В Оптину Пустынь приехал как-то благочинный из Белева, протоиерей Иоанн Глаголев. Мы взаимно уважали друг друга. Пройдя ко мне, отец Иоанн увидел меня по обычаю окруженным крестьянками.

– Охота вам, батюшка, возиться с бабами, – сказал он с свойственной ему простотой.

– Что ж, отец Иоанн, и правда: это бы ваше дело, – ответил я ему. – А скажите-ка, как вы их исповедуете? Два-три слова спросите, вот и вся исповедь. Но вы бы вошли в их положение, вникли бы в их обстоятельства, разобрали бы, что у них на душе, подали бы им полезный совет, утешили бы их в горе. Делаете ли вы это? Конечно, вам некогда долго с ними заниматься. Ну, а если и мы не будем их принимать, куда же они, бедные, пойдут с своим горем?

Пристыженный протоиерей сознался в необдуманности своих слов, просил прощения моего.

Я к чему клоню? Коль к нам идут люди всех сословий, то мы не должны их делить на сословия. Прими каждого. С каждым побудь как отец родной. Сделай так, чтобы человек ушёл от тебя с надеждой на правду, справедливость, на защиту Божью и его любовь

 

Отец Леонид говорил и в то же время вглядывался в пасеку. Держась за стол, поднялся.

– Хочу колоды поглядеть. Ты меня придерживай под руку. Пошли. Пошли, ножки, к пчёлкам.

Оглядывая колоды, отец Леонид делался всё более пасмурным.

– Пропадает пасека. Ещё год-другой, и пчёлки от нас, от нерадивых, уйдут. Ишь, колодины подгнивают. А кто ж станет жить в худой хоромине? Уйдут, место себе сами будут искать. Ты, Саша, с пасечным делом немного знаком. Говоришь, дед твой отец Фёдор заядлый пасечник. А?

– У деда пасека отменная. Не считал, но он говорит, что триста семей прошлым летом у него было.

– Аж триста! – удивился Леонид. – Вот это хозяин, вот это труженик. А нам надо дело пасечное поправлять. Как думаешь, Саша?

– А что же тут думать, заново надо обустраивать пасеку. Ныне от колод избавляются. Дед тоже в ульи пчёлок переводит.

– Да про ульи я наслышан. А вот где взять их, кому заказать изготовить? Ты смыслишь хоть немного в этом деле?

– У деда довелось поготовить досочки липовые для ульев. Да ведь в книгах, в журналах уже описано всё, как изготовить улей, да как в нём семью пчелиную поселить…

– Это хорошо. Тогда вот что, кухонного работника мы найдём, дело не хитрое, и келейников найдём. Новые вон подходят. А ты и взял бы на себя заботу о пасеке. Тебе дам помощников. Лошадь с телегой дам. Пилы маховые у нас имеются. Соглашайся. Бери пасеку и обновляй. А?

– А почему бы нет? Работу уважаю. За книгами надо бы в Калугу съездить. И можно приниматься за дело.

– Вот и добро, вот и добро. Скажу Макарию, чтобы пособлял тебе, чем надо, людьми, инструментами. И дело у нас пойдёт.

Отец Леонид оживился, упруже стал ходить от колоды к колоде. Вернулись к избушке.

 

– Хватит на ныне, находился я тут с тобой, натоптался, наговорился. Ты пойди-ка черёмушки наломай. Ветки тонкие поруби да кипятком залей их. Грешен, люблю отвар на черемуховых ветках. И помогает он мне, дыхание выравнивает.

Александр сделал всё так, как просил отец Леонид. Дал отвару настояться, остыть немного, налил в кружку, поставил её перед старцем. Леонид вроде бы спал. Александр не знал, что делать, тревожить старца или пусть поспит. Стоял возле стола в нерешительности. Не открывая глаз, старец тихо молвил:

– Хорошо. Благодатью какой опахнуло. С детства люблю черёмуховый дух. Налей и себе, Саша, отварчику, давай вместе попьём.

Отвар был крутой, вязал рот. Леонид экономно прихлебывал его из кружки, держал во рту, проглатывал, ещё чуточку набирал в рот.

– Ты, Саша, от отца Макария не отступайся. Он большое дело затевает с изготовлением книг, ему одному будет не по силам, грамоты большой не знает. А ты для него – находка. Так что держись Макария. Он опытен, он многому тебя обучит. Хотел я пожить здесь на просторе несколько дней, да вижу, уже не по мне это. В свою келию надо мне. И ни шагу из неё. Всё, отходили ножки мои, отбегали. Резвым был, да вот… Помоги мне, доставь меня в монастырь. Что-то совсем меня развезло.

Александр усадил Леонида на двуколку и отвёз в монастырь.

 

 

 


Оглавление

18. Глава 6. 2
19. Глава 6. 3
20. Глава 6. 4

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

08.04: Ыман Тву. Клюв (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за июнь 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!