HTM
Номер журнала «Новая Литература» за август 2019 г.

Дмитрий Головин

Пучок – пятачок

Обсудить

Повесть

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 14.11.2019
Оглавление

30. Часть 30
31. Часть 31
32. Часть 32

Часть 31


 

 

 

Питер встретил серым, давящим на голову небом, пронизывающим ветром, слякотью и всеобщей серостью. Параллелепипед гостиницы был похож на гигантский спичечный коробок, стоящий на боку и тоже серый. На ресепшене толпились участники соревнований – администраторы сходили с ума, оформляя множество заселений одновременно, сличая и копируя сотни паспортов, подтверждений бронирования, чеков об оплате. Участники, ошалевшие от суеты, толкотни, обезвоживания, жары и ожидания, откровенно тупили, чем дальше – тем больше. Разговоры шли туго, с усилием – спортсмены и персонал гостиницы с трудом друг друга понимали, будто говорили через переводчика. Некоторые участники соревнований, к тому же, были на последней безуглеводке.

– А он мне говорит: пойдём пожрём! Я и согласилась сразу! – обращаясь к подруге, громко произнесла крашеная в огненно-рыжий цвет девица с курчавой копной волос, стоявшая в очереди рядом с Кириллом. Девушки явно были после самолёта, слегка оглохшие. Кирилл не выдержал:

– Как вас изысканно на свидание приглашают…Я в таких случаях с цветами напролом лезу, ломая пюпитры… Прям завидки берут…– он улыбнулся с максимальной доброжелательностью. Девушки посмотрели непонимающе. Не зашло…

Кириллу выдали ключ от забронированного им одноместного номера. В номере ждал казённый функциональный уют – широкая двуспальная кровать, тумбочка, шкаф для одежды, небольшой столик с чайными принадлежностями. Он полежал на кровати, пробуя читать прихваченную из дома для подобного случая книгу Сахновского[27]. В голову ничего не лезло. Телевизор его уже года два развлекать перестал, нормальных каналов для Кирилла здесь не было. Регистрация начиналась вечером – до неё оставалось восемь часов. Спать не хотелось. «Да что ж я дурью-то маюсь? – спросил он сам себя. – Это ж Санкт-Петербург! Культурная столица!» Кирилл пришпорил себя остатками воли, встал, оделся и направился на ресепшен узнать, как добраться до центра.

Оказалось, добраться проще простого – напротив гостиницы остановка автобусов, едущих прямиком на Невский проспект. А там к вашим услугам и Казанский, и Исаакиевский, и Храм на крови рядом, и Мойка, и Гостиный двор, и Эрмитаж в конце – гуляй – не хочу! Кирилл поехал.

В Питере он был не впервые. Ему всегда нравилось отсутствие ментальной разницы между жителями Петербурга и Екатеринбурга. Здесь он чувствовал себя своим среди своих же. Питерцы более доброжелательны, культурны и конкретны, нежели, к примеру, москвичи. Москва Кирилла откровенно выбешивала – прежде всего, уклончивостью ответов. К примеру, в последний визит он славно поболтал с кондукторшей автобуса:

– Ваш автобус едет до Каширского шоссе?

– Вы садитесь или нет? (Сука! Почему бы просто не ответить?!)

– Это зависит от ответа. Так он едет или нет?

– Так вы садитесь?! А то вас не понять! Сами не знаете, чего хочете! Как женщина, прям…(ААААА!!!)

Или, с сутулым клерком средних лет в костюме, с короткой стрижкой и модной небритостью на припухшем лице:

– Не подскажете, как далеко ближайшая станция метро?

– Минут пятнадцать.

– А в более привычных нам, людям, метрах или километрах?

– Да откуда я знаю? Вот привязался…

Кирилл от удивления даже не ударил его – чтоб знал, как быть вежливым. Уж тебе-то, братец, самой мамой-природой и тестостероном положено быть конкретным! И хорошо бы ещё не хамить в ответ, даже если вопрос поставил в тупик и задан с подхода, сразу.

В прошлый приезд в Питер (ещё с Леной) они вышли из Петропавловской крепости перед закрытием и спросили у какого-то мужчины дорогу. Опознав приезжих, он не только рассказал им о знаменитых узниках Петропавловки, но и о новых раскопках во дворе, вскрывших множество захоронений, и о прошлых обитателях домов по дороге на метро. Вот это – петербуржец, влюблённый в свой город! Город, в который, будучи в ясном уме и твёрдой памяти, нельзя не влюбиться.

Кирилл доехал до Казанского собора. Впервые был здесь ещё при советской власти, в музее атеизма. Теперь музея не было – в соборе пахло ладаном, народ благоговейно перешёптывался, изображая послушание, смирение и поиски духовности. Сам-то Кирилл был уверен, что большинство людей только изображает веру – на всякий случай. С той стороны ещё, как говорится, никто не возвращался, ну а вдруг Бог действительно есть?! Умираешь, а апостол Пётр (или Павел – кто у них там?) скажет, позвякивая ключиками от рая – Не-не, тебе нельзя! Ты ж неверующий! Тебе – сразу в Ад, вон туда! Направо по коридору! Там уже ждут!

А если в церковь хоть изредка ходил, крестик носил, ты ему резонно так, со знанием прав и молитв: – Э-э-э! Я на каждую Пасху свечки ставил! В Рождество дважды в прорубь нырял! Какой Ад? Попутал чо-то, милый! Посмотри там в своих списках повнимательней!

Самое для Кирилла удивительное – к иконе какого-то святого подходили вполне современные, интеллигентного вида люди – крестились, кланялись, некоторые ставили свечки. Кирилл вспомнил, как от рака погибал отец – ни один врач не мог помочь, никто не предлагал методик не только исцеления, но хотя бы облегчения боли – зато в каждом кабинете были в наличии бумажные иконки. Вместо обезболивающего. Вместо высокотехнологичной безбожной помощи, денег на которую якобы остро не хватало. Зато на Крым и Донбасс нашли! Сначала подожгли там всё, а сейчас «русские своих не бросают», гуманитарные конвои туда каждую неделю шлют за наши деньги. Другие «свои», здесь родившиеся, всю жизнь работавшие и платящие налоги, пусть от рака корчатся и дохнут. Молча.

Кирилл вышел из собора. Уже хотелось пить. С перелётом рассчитать объём воды было труднее – на высоте обезвоживаешься, но насколько? Решил терпеть во что бы то ни стало. Эх, лимончика бы… Купил какую-то термоядерную жвачку, начал жевать. Слюна появилась. Прошёлся до Храма на Крови, зашёл и туда. Как-то не цепляло. Ощущение грандиозности предстоящего забивало чувства и мысли. Он был там, на сцене. Ничто другое в голову не помещалось. Да и не его это – храмы, церкви…Ни о чём другом, кроме предстоящих соревнований, не думалось. Поехал обратно в гостиницу.

Там уже полным ходом шла регистрация – в порядке выступления категорий. Седовласые толпились у дверей зала. Кирилл сбегал в номер, нацепил соревновательные плавки, накинул спортивный костюм, спустился вниз. Встал в очередь. Вокруг толпились незнакомые ему великовозрастные атлеты, многие были друг с другом знакомы, некоторые, видимо, широко известны – с ними здоровался чуть ли не каждый проходящий. Кирилла кольнуло одиночеством – кто он здесь, где все друг другу – свои? Если и не выступали, то тренировались вместе или на семинаре каком-нибудь познакомились, или на презентации новой линии спортивного питания. Иногда к заслуженным подходили их жёны, выглядевшие молодящимися бабушками – а кем ещё можно выглядеть, если тебе за пятьдесят? Это мужчины могут колоть синтетический тестостерон, радикально продлевая молодость, а что остаётся делать женщинам, кроме внешних омолаживающих процедур? Да и они спасают лишь на время…

Наконец, начали запускать в зал. Кто-то из судейских – в пиджаке с эмблемой и бейсболкой на голове, с громким голосом и ухватками антепренёра на ярмарке, предложил всем раздеться, затем построил их полукругом, посмотрел внимательно. Внезапно он обратился к мужчине с шарообразной головой, в простых плавках и очках со старомодной оправой:

– Вы из какой региональной Федерации?

– Из Мордовской… – мужчина смущённо переступил с ноги на ногу. Выглядел он корявеньким и недосушенным – пресс едва виден, ноги совсем «залиты» и явно малы, дельт совсем нет… Правда, может, он на сцене раскроется…

– Спасибо за то, что приехали, но вы не сможете выступать, – железным тоном произнёс судейский.

– Почему? – мужчина покраснел. – Я же приехал…

– Кто вас сюда послал? Я с Федерацией вашей ещё поговорю! Вы не соответствуете уровню соревнований. Это – Россия!

– Ну, так меня от Саранска и заявили… Ну, то есть от Мордовии… – шароголового было жалко. Ведь наверняка готовился у себя в далёких лесах на последние деньги, голодал, добавки горстями ел, стремился к чему-то вместо того, чтоб тупо водку пить, а ему: «не соответствуете»

– Так, всё. Найдите представителя своей Федерации и подойдите к Главному судье. Остальные, внимание! Двойной бицепс спереди!

Мужики вокруг Кирилла встали в классической позе. Кирилл немного замешкался. «Сейчас и мне скажут – ты кто такой?! Давай, до свиданья!» – тоскливо подумал он. Бейсболист оглядел всех внимательно, словно приценивался. Скомандовал:

– Широчайшие спины сзади!

Мужики развернулись к нему спиной и растопырились. Кирилл успел «войти в позу» как надо. «Вот сейчас выгонят» – опять подумал он. Однако никто выгонять его не собирался.

– Так, через весы и ростомер подходим к судейским столикам, регистрируемся, отдаём диск с музыкой, получаем соревновательный номер, браслет на руку и идём отдыхать. Выступаете завтра. Порядок выступления будет вывешен на дверях раздевалки. Талон на банкет – тут спрашивали – получаете у представителя своей – я подчёркиваю! – своей областной Федерации. Ещё вопросы? – он снова посмотрел на них, как смотрят на коней, выставленных на продажу. – Нет вопросов? Ну, вы красавцы, конечно… – вдруг произнёс он добродушно и кажется, даже подмигнул. «Человек восемь в категории – войду в десятку лучших по-любому» – подумал Кирилл удовлетворённо.

В очереди к судьям перед ним встал белобрысый ладненький мужичок – ростом пониже Кирилла сантиметров на восемь. Кирилл удивлённо смотрел на него: лысины нет и не предвидится, ни одного седого волоса, в заявке расписался без очков, кожа не дряблая, наоборот – туго натянута на литые молодые мышцы. Наверное, из категории сорокалетних затесался по каким-то причинам… Ладненький на вопрос судьи, какого он года рождения, назвал шестьдесят четвёртый – ровесник! Чудны дела твои, химия!

Кирилл получил номер, нацепил браслет, сдал диск с музыкой и пошёл в сотый раз повторять произволку. Главное – не сбиться, не забыть.

Вечером позвонил в пансионат, узнать, как там мама. Сестра-хозяйка пожаловалась, что памперсы и пелёнки закончились, надо бы завезти. Пообещал через два дня. Всё – потом, всё – после.

 

 

 



 

[27] Сахновский Игорь – российский писатель, поэт, лауреат литературных премий.

 

 

 


Оглавление

30. Часть 30
31. Часть 31
32. Часть 32

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

06.07: Художественный смысл. По проторённой дорожке (критическая статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за август 2019 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!