HTM
Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 г.

Роман Оленев

Алексей Филимонов

Обсудить

Стенограмма программы "Стоп-кадр"

На чтение потребуется 18 минут | Скачать: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Купить в журнале за март 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за март 2015 года

 

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 15.03.2015
Алексей Филимонов. Портрет с сайта http://www.forumcinemas.lv/eng/Event/299653/

 

 

 

Как помните, в недавней нашей встрече с дипломатичным и очень корректным Алексеем Кортневым речь зашла, в том числе, о таких качествах, как непримиримость с тем, что тебе не по душе, и резкая прямолинейность – то есть, о том, чего у самого Алексея, по его словам, нет. И вот у сегодняшнего нашего героя, которого тоже зовут Алексей, с этими бунтарскими качествами, кажется, всё в полном порядке.

Алексей Филимонов – это, я бы сказал, новый тип актёра, он и на актёра-то в привычном представлении не сильно похож. Абсолютно не старается понравиться и часто бывает несдержан в выражениях, за что многие режиссёры его не любят.

Зрители же получили возможность любить или не любить Алексея Филимонова за главную роль в фильме «Кислород», где он сыграл Санька из Серпухова, убившего жену лопатой – всё потому, что ему не хватало кислорода. Ну а мы как бы тоже в поисках кислорода решили устроить встречу с актёром на открытом воздухе и, что называется, в неформальной обстановке.

 

Роман Оленев: Алексей, сперва расскажи, какими судьбами [ты] в Одессе и каковы впечатления от города. Тем более что мы как раз вышли на улицу. Что первое бросается в глаза в Одессе?

 

Алексей Филимонов: Да, в Одессе анархия.

 

Роман Оленев: Безвластие?

 

Алексей Филимонов: В хорошем смысле. Ты знаешь, такая атмосфера анархичная, в прямом смысле как анархия.

 

Роман Оленев: Свобода?

 

Алексей Филимонов: Да. Как свобода некая. Понимаешь, о чём я говорю?

 

Роман Оленев: То есть, не как беспредел, а как…

 

Алексей Филимонов: Тебе не надо объяснять, что такое анархия. Какое-то такое ощущение, что что-то будет, всё время происходит что-то. Такое ощущение от города.

 

Роман Оленев: Ты первый раз в Одессе?

 

Алексей Филимонов: Первый раз приехал, да. Но чем дольше здесь находился, тем всё больше разных ощущений от города – хороших. Плохих – минимум было.

 

Роман Оленев: Ты же до того, как попал в Москву, закончил ГИТИС[1], ты переиграл, кажется, в десяти различных театрах, в каких только городах ты не работал. С чем были связаны такие метания из одного города в другой, из одного театра в другой? Ты конфликтный человек или в чём тут причина?

 

Алексей Филимонов: Нет. На самом деле я всегда мало дома жил, когда жил в Иркутске. А в девятнадцать лет, когда окончил театральное училище, я просто уехал. Поехал в Красноярск, там поработал. Потом поехал в город Озёрск[2], в закрытый город, где ядерный завод «Маяк»[3], поработал там. Потом поехал в армию оттуда, там мне не понравилось, там вообще бред какой-то.

 

Роман Оленев: Ты всегда чувствовал, что тебе нужно завоевать Москву, или это случилось помимо твоей воли? Попал в столицу, окончил ГИТИС и тут-то всё началось…

 

Алексей Филимонов: Не знаю. Наверно, думал. Я хотел в кино сниматься. А в Иркутске же кино не снимают. Значит, по-любому надо было в Москву ехать.

 

Роман Оленев: Я знаю, вроде бы у тебя в семье никто не связан с артистической средой?

 

Алексей Филимонов: Нет, никто.

 

Роман Оленев: Тем более интересно, что, не имея этой внешней предопределённости, ты выбрал актёрство. Как это случилось?

 

Алексей Филимонов: Всё просто, банально: не знал, что делать дома. Я окончил школу, девятый класс в пятнадцать лет, и думаю: что делать? Мама говорит: иди на плотника учись, что ли. Я говорю: да нет, что-то не прикалывает меня на плотника. А учительница моя, классный руководитель, говорит: иди, сходи в театральное училище. А я рос в такой среде – наркота вся вот эта, борода, – что реально думал: в театральном учатся дебилы, гомосеки и так далее. Для нас это было странно. Но когда я пришёл туда, я увидел людей реально адекватных. Первый раз в жизни увидел, что люди умеют разговаривать нормально.

 

Роман Оленев: Сложноподчинёнными предложениями?

 

Алексей Филимонов: Понимаешь, по-человечески общаются люди. Просто какой-то нет у них всё время подоплёки гадкой. Меня это купило сразу, просто по-человечески. Я стал учиться и понял, как мне это нравится.

 

Роман Оленев: Ты же достаточно редко снимаешься, хотя Иван Вырыпаев[4] говорит, что ты негласная звезда в Москве.

 

Алексей Филимонов: Ха-ха-ха!

 

Роман Оленев: Это его слова. Он говорит, что ты максималист. Этот максимализм проявляется в том, что ты ответственно подходишь к выбору сценария или в чём, прежде всего?

 

Алексей Филимонов: Да в жизни во всей, наверно, это есть такое. Перфекционизм такой. Мне это жить мешает ужасно. Знаешь, когда работа…

 

Роман Оленев: Взвинчиваешь себя до какого-то предела…

 

Алексей Филимонов: Например, я делаю какую-то работу и понимаю, что не получается работа не потому что я что-то плохо делаю, а обстоятельства так складываются, которые я не могу пересилить, чтобы получилось хорошо. И я отказываюсь от этого. Потому что я знаю, что будет плохо. А плохо – это уже вот тут [сидит].

 

Роман Оленев: …заинтересовался работой Ивана Вырыпаева «Кислород», когда это ещё был спектакль, а не фильм. Скажи, в чём, по-твоему, достоинство именно киноверсии, а не спектакля, и что – самое главное – не удалось перенести из театральной постановки в кинотекст? Начнём, может быть, с плюсов?

 

Алексей Филимонов: Во-первых, свою пьесу играл сам Ваня, и, конечно, он делал это [по максимуму]. А я уже пытался максимально соответствовать материалу.

 

Кадр из фильма «Кислород» (режиссёр Иван Вырыпаев, 2009 г.)

 

Кадры из фильма «Кислород» (режиссёр Иван Вырыпаев, 2009 г.):

 

– В каждой женщине есть два танцора,

И каждая женщина поглощает кислород,

Но не каждая женщина сама является кислородом.

И вот если человечеству сказали: «Не убей»,

А кислорода вдоволь не предоставили,

То всегда найдётся Санёк

Из маленького провинциального города,

Который, для того чтобы жить,

Для того чтобы лёгкие танцевали в груди,

Он возьмёт кислородную лопату

И убьёт некислородную жену,

И будет дышать полными лёгкими,

Потому что когда говорили: «Не убей»,

У него плеер был в ушах,

И танцоры увлекали его в другую страну,

В страну, где только танцы и кислород.

И кто скажет ему: «рака – конченый человек»,

Подлежит синедриону.

А кто скажет, что безумный,

Подлежит геенне огненной.

 

Роман Оленев: [Некоторые зрители] очень высоко оценили спектакль «Кислород», а когда увидели фильм, что-то им не понравилось, и они посчитали тенденциозной эту киноверсию. Это было для вас с Иваном какой-то неожиданностью, что вы стараетесь, делаете всё, как говорится, на сливочном масле, а потом определённая часть зрителей оказывается недовольной результатом?

 

Алексей Филимонов: Сюрпризом? Да нет, не было. Да понятно было же, что сама пьеса не для широкого пользования.

 

Роман Оленев: Я имею в виду, что те зрители, которые полюбили спектакль, а потом увидели фильм, и…

 

Алексей Филимонов: Да нет, ничего не разочаровало. Просто это же понятно: люди видели реально, вживую, живые человеческие эмоции, автор пьесы на сцене стоит, говорит, вот, вот у него, отсюда всё.

 

Кадр из фильма «Кислород» (режиссёр Иван Вырыпаев, 2009 г.)

 

Фрагмент спектакля «Кислород» (автор и исполнитель Иван Вырыпаев):

 

– Если человечеству сказали: «Не убей»,

А кислорода вдоволь не предоставили,

То всегда найдётся Санёк

Из маленького провинциального городка,

Который, для того чтобы дышать,

Для того чтобы лёгкие танцевали в груди,

Возьмёт кислородную лопату

И убьёт некислородную жену,

И будет дышать полными лёгкими,

Потому что когда говорили: «Не убей»,

У него плеер был в ушах,

И танцоры уносили его в другую страну,

В страну, где только танцы и кислород.

И кто скажет ему: «рака – конченый человек»,

Подлежит синедриону.

А кто скажет, что безумный,

Подлежит геенне огненной.

 

Алексей Филимонов: В театре – это было понятно, когда человек стоял на сцене и говорил. А это какие-то музыкальные композиции. Наверно, так.

 

Роман Оленев: Лично для меня это фильм и ценен, и интересен даже не яркостью формы, хотя это бросается в глаза в первую очередь, а тем, что он как бы оспаривает евангельские заповеди, при этом – ради того, чтобы их освежить в современном сознании. Насколько твоя личностная позиция совпала с режиссёрской? Не было ли у тебя каких-то сомнений по поводу той смелости, некоей провокативности, которые Иван Вырыпаев выбрал, чтобы не встречаться…

 

Алексей Филимонов: Нет. Просто когда я посмотрел спектакль, где Ваня играл, и понял, что мне так захотелось сыграть это! Именно этот текст сказать людям. Не то что сыграть, полицедействовать, а как-то сказать. Потому что у меня внутри то же самое, а я это выразить не могу, понимаешь? А Ваня взял и написал то, что я думаю, то, что я чувствую. И мне так этого захотелось! Понятно, что не было вариантов (я учился тогда). А потом, через шесть лет, он мне позвонил и говорит: давай кино снимать, приходи на кастинг.

 

Кадр из фильма «Кислород» (режиссёр Иван Вырыпаев, 2009 г.)

 

Кадры из фильма «Кислород» (режиссёр Иван Вырыпаев, 2009 г.):

 

– И если сказано: «Не смотри с вожделением»,

То это означает: «Не возжелай в сердце своём».

А тот, кто смотрит на женщину с похотью,

У того сердце закрыто на амбарный замок.

И тот, кто смотрит на женщину с похотью,

Тот не её желает наполнить,

А лишь себя желает опустошить.

Поэтому, если правый глаз твой

Соблазняет тебя –

Вырви его и брось от себя,

Ибо лучше для тебя,

Чтоб погиб один из членов твоих,

А не всё тело ввержено было в геенну.

И если правая рука твоя соблазняет тебя –

Отсеки её и брось от себя

Тоже именно поэтому.

Поэтому, именно поэтому

Санёк из меленького провинциального городка,

Поняв, что не смотрит на жену свою с вожделением,

А только с похотью,

Схватил лопату и сперва ударил её по груди,

Прекратив танцы её лёгких.

После чего краем лопаты рассёк ей глаз,

А после отрубил ей руку,

Ибо пусть лучше пострадают члены,

Чем всё её не очень-то уж и красивое тело

Повержено будет в геенну огненную.

 

Роман Оленев: А вообще, я думаю, фильм стал для тебя действительно судьбоносным. Я думаю, именно с фильмом «Кислород» к тебе пришло не тотальное узнавание зрителем, но, в общем, массовое. Не было ли у тебя каких-то неприятных несовпадений в этом плане? Я имею в виду, что, может быть, тот образ провинциального гопника Санька, которого ты сыграл в фильме, он же всё-таки не равен тебе, то есть, тому, каков ты есть на самом деле?

 

Алексей Филимонов: Недавно, буквально несколько дней назад, один режиссёр, не буду говорить, кто, мне сказал… Такой слушок ходит в киномире – мне по барабану, просто очень смешно – все думают, что я дебил.

 

Роман Оленев: Отождествляют?

 

Алексей Филимонов: Я так разговариваю ещё, я слов не подбираю и так далее… Поэтому люди думают, что я деградант. Ну и ради бога. Ха-ха-ха! Я даже поддерживаю иногда это мнение.

 

Роман Оленев: Чтобы быстрее отстали?

 

Кадр из фильма «Кислород» (режиссёр Иван Вырыпаев, 2009 г.)

 

Кадры из фильма «Кислород» (режиссёр Иван Вырыпаев, 2009 г.):

 

– Ну как я отношусь к наркотикам? Ну вот однажды я со своим другом оказался в Арабских Эмиратах. Мы с ним там нанюхались героина – я нанюхался героина и порвал свой паспорт. Я порвал паспорт, пошёл по арабскому рынку, но так как я не знал арабского языка, я же понимал, что обратно мне уже не вернуться…

 

Роман Оленев: Действительно, очень любопытное кино «Кислород». Оно, с одной стороны, ведь и провокационное, трэшевое, с другой стороны – очень эстетское, там так выверены кадры, всё очень красиво, а с другой, я бы сказал, это гиперсимволичное кино, символ на символе. Например, вспоминаю сцену, когда твой герой и героиня Каролины Грушки едут на роскошных красивых машинах, звучит очень красивая музыка. Как ты сам прокомментировал бы эту сцену? Это ж явно не просто для красоты картинки. В чём смысл этой сцены, которая в принципе зрителем воспринимается достаточно самостоятельно, её просто приятно смотреть? Но там есть, видимо, какой-то внутренний [подтекст]?

 

Алексей Филимонов: Дело в том, что, мне кажется, что это больше не смысловые зарисовки, а эмоциональные. То есть, я эмоционально воспринимаю вкупе музыку и некие картинки, и это эмоционально на меня воздействует. А уже моя эмоция воздействует на моё подсознание, и тогда у меня всплывает какое-то своё ощущение, своё видение. У меня – так. Когда я смотрю сам – просто можно смотреть, ничего не думать, [а] можно сидеть и реально что-то подумать о чём-то.

 

Кадр из фильма «Кислород» (режиссёр Иван Вырыпаев, 2009 г.)

 

Кадры из фильма «Кислород» (режиссёр Иван Вырыпаев, 2009 г.).

 

Роман Оленев: Хорошо. Вспомню цитату [из] Ивана Вырыпаева. Мне кажется, тут уже […]. Он говорил, что твой герой, главный герой, это, ни много ни мало, современный Гамлет. Потому что он, хоть и совершает убийство, но рефлексирует, в отличие от того сонного королевства, [которое вокруг него]. Ты сам держал в уме этот образ Гамлета, как-то соотносил себя?..

 

Алексей Филимонов: С образом Гамлета?

 

Роман Оленев: Да.

 

Алексей Филимонов: Да нет, не соотносил. А вообще, похоже, мне кажется.

 

Роман Оленев: Что-то есть.

 

Алексей Филимонов: Материал того времени такого же плана – он разбирает всё.

 

Роман Оленев: Смысл не меняется – меняются декорации.

 

Алексей Филимонов: Собственно, да. Правда, похоже по смыслу. Просто другая форма совершенно, не похожая ни на что.

 

Роман Оленев: Но кино, согласись, очень местами провокационное. То есть, ради того чтобы заставить зрителя встрепенуться…

 

Алексей Филимонов: Обратить внимание…

 

Роман Оленев: Обратить внимание на какие-то…

 

Алексей Филимонов: Мне кажется, что кино именно на это и рассчитано, чтобы обратить внимание на какие-то вещи.

 

Роман Оленев: Вспомни, если тебе не трудно, фильмы последних лет, которые тебя действительно как-то задели и не имели бы в себе этих провокационных моментов. Например, прошлого года российские фильмы.

 

Алексей Филимонов: Я вообще российские фильмы не воспринимаю. Прости, мне смешно просто смотреть на это всё.

 

Роман Оленев: Ну хоть один фильм, ставший событием в прошлом году. Их всё-таки было довольно немало, который тебя хоть как-то [зацепил].

 

Алексей Филимонов: Нет такого фильма.

 

Роман Оленев: Хорошо. А кого ты из режиссёров нового поколения…

 

Алексей Филимонов: Из российских?

 

Роман Оленев: Да. Ты хоть во-что-то ставишь. Помимо Ивана Вырыпаева. Алексей Попогребский[5], Мизгирёв[6], Серебренников – ты бы ни с кем из них не хотел поработать?

 

Алексей Филимонов: Ха-ха… Какой вопрос. Меня никто не будет снимать теперь в кино. Да нет, они, короче, как: допустим, ребята, всё, вообще борода, вообще бардак. Вот это провокационный вопрос сейчас был.

 

Роман Оленев: Да.

 

Алексей Филимонов: Короче, бардак. Бардак. Есть талантливые люди, которые в таких обстоятельствах, что ничего талантливого не могут сделать. Просто такие обстоятельства. Ну, грубо говоря, [например], нет денег, нет возможностей, нет мыслей. На всё есть причина, а причина, мне кажется, такая, глобальная. Причина в стране, наверно. Вообще, в том, что происходит вокруг.

 

Роман Оленев: Если не врёт Интернет, то ты, вроде бы сам, кажется, планируешь снимать свой собственный фильм?

 

Алексей Филимонов: Ничего себе, откуда это, кто, как?

 

Роман Оленев: Может быть, это была шутка твоя?

 

Алексей Филимонов: Ни фига себе.

 

Роман Оленев: По крайней мере, ты сказал, что даже начал писать сценарий.

 

Алексей Филимонов: Да я два пишу сценария. Но написать их не могу, потому что, чтобы написать, это надо вот так сесть… и написать! А я уже… полтора года пишу. Да, есть такой момент.

 

Роман Оленев: А если не секрет – я не выспрашиваю, о чём кино, о котором ты думаешь – но по жанру, по крайней мере, это будет какая картина?

 

Алексей Филимонов: Это вообще очень разные такие вещи. Один фильм – о человеческой слабости, которая становится жестокостью. А жестокость после этого [приводит к тому, что] всё, человек пропадает. Не знаю, трудно объяснить.

 

Роман Оленев: Именно этих провокационных элементов, о которых я говорил, ты включать туда не хочешь. Это будет спокойный фильм?

 

Алексей Филимонов: Именно в этом – нет. А в другом – да. В другом всё на этом построено, наоборот, на провокации.

 

Роман Оленев: Почему сегодня российское кино, если в целом говорить, никак не востребовано в Европе? Там исключения есть, [но это] действительно отражает, как ты сказал, слабый уровень российского кино? Или [это] всё-таки больше каприз какой-то европейский? Знаешь, просто не модна сейчас российская волна, и всё, и тут ничего не поделаешь. Даже если хороший фильм снимешь, и это не поможет?

 

Алексей Филимонов: Да не знаю, мне кажется, просто снимают там бороду какую-то, правда. Допустим, если блокбастер снять какой-то дорогой, то столько денег нет, и технологий, и так далее. Короче, нету ничего для этого. И людей таких нет. Этот Бекмамбетов, конечно, вообще. Смешно. А какую-то такую историю – жизненную, интересную, мелодраматическую даже. Американцы же умеют сделать какое-нибудь мыло такое – прямо прослезишься в конце, чёрт возьми! А у нас так не могут сделать, потому что все в социум куда-то – бух! – упали: «а, всё грустно, плохо». Как-то никакой красоты нет. Вот у американцев есть красота. Вот они что бы ни снимали – у них везде есть красота. А у нас красоты нет. А красота же спасёт мир-то, да? Вроде как, говорил я. Обещали.

 

Роман Оленев: В смысле, любовь, только выраженная [в красоте].

 

Алексей Филимонов: Ну да.

 

Роман Оленев: Вспоминаю ещё такие слова твоего героя из фильма «Короткое замыкание», когда он призывает всех воспринимать мир сердцем, а не головой, ощущать. Как ты думаешь, может быть, как раз одна из главных проблем сегодняшнего российского кино, что не хватает этих настоящих эмоций, такого прямого эмоционального контакта со зрителем?

 

Алексей Филимонов: Ребята, какой на фиг контакт? Вы что? Да какие эмоции, ты что? Знаешь, как кино снимают? Я тебе расскажу. Артист приходит на площадку, и вместо того чтобы ему подготовиться спокойно…

 

Роман Оленев: Я говорю об артхаусных режиссёрах, не о сериалах.

 

Алексей Филимонов: Артхаусные, да какие хочешь! Понимаешь, в любом кино у тебя просто тупо нет времени, тебе его не дают, потому что: «Быстренько снимаем! Деньги идут!». Понимаешь? Для них деньги важно, а не кино.

 

Роман Оленев: Нет исключений?

 

Алексей Филимонов: Есть исключения. Многие режиссёры хотят, естественно, снять хорошо кино – им не дадут никогда снять хорошо кино, потому что для продюсеров кино не важно! Важно бабло. Вот и всё. Понимаешь? У нас продюсерское кино, в плохом смысле. И у нас нет продюсеров нормальных.

 

Роман Оленев: Но когда Иван снимал новеллу «Ощущать», там было то же самое разве? Нет же! Думали о том, как передать твою эмоцию к зрителю, так же?

 

Алексей Филимонов: Ну да.

 

Кадр из фильма «Кислород» (режиссёр Иван Вырыпаев, 2009 г.)

 

Кадры из фильма «Короткое замыкание» (режиссёр Борис Хлебников[7], Иван Вырыпаев, Пётр Буслов[8], Алексей Герман-младший[9] и Кирилл Серебренников[10], 2009 г.):

 

– Эй, иди сюда!

– Экскьюз ми.

– Иди, иди сюда, да не бойся.

– Ам сорри, а донт спик рашн, ю спик инглиш?

– Да… Иди, иди, ближе, не бойся.

– А джаст донт андестенд ит, сорри. Ам фром Поланд, из польски, Польша.

– Польша!

– Не зазумею.

– Не понимаешь!

– Не понимаю.

– Не понимаешь… Так а чё тут понимать? Ты просто ощущай, и всё.

– Мхм.

– Ты не головой, ты – сердцем. Ощущай. Всё! Я вот тебе щас вот это и хочу сказать, что ощущать нужно. Всё, ребят! Конец на х…р, всё, прошли времена взаимопонимания. Всё! Всё, прошли те времена. Теперь только ощущать нужно, не понимаете, ощущать, поняла? Ничё не поняла!

– М-м-м…

– Ощутила? Ощутила, чё я те говорю? Да ты попробуй вот щас, попробуй щас ощутить. Ну? Да не ссы, хуже не будет всё равно. Ты же ничё не понимаешь? Ну так и ощущай! Это нормально, если ты ничё не понимаешь – ощущать. Чё те это понимание-то даст? Да ничё! Ну, попробуй, пойми всё это, а? Ничё ж всё равно непонятно. Ничё понять нельзя. Попробуй, пойми эту х…роту. А ощутить – возможно, короче! А?

– Тейк ит.

– Чё, камеру?

– Угу.

 

Роман Оленев: Ты говоришь, в кино всё на деньгах, как ты выражаешься: борода и бардак, да? А в театре – что? Есть? Ты же как театральный актёр [позиционируешься].

 

Алексей Филимонов: Всё плохо! Короче, кино плохое, кино нету нигде в этой стране, в этих странах наших, нету его. В театре всё плохо, все театры надо сжечь.

 

Роман Оленев: Ты уже вошёл в образ.

 

Алексей Филимонов: Сжечь надо театры все!.. Просто одна проблема, самая большая. Пока режиссёры будут снимать с мотивацией: «Посмотрите, какой я офигенный режиссёр, как я круто всё снял, придумал!» – не будет кино. Ну снял ты круто, придумал, а я вижу, что просто ты снял фильм, для того чтобы показать, как ты круто придумал всё. А вот когда будет мотивация: «Ребята! Опомнитесь!» или там «Посмотрите, как это красиво!», ну другая мотивация, настоящая, вот там которая, а не тут или там где-то ещё.

 

Роман Оленев: Спасибо тебе огромное за эту действительно во всех смыслах искреннюю беседу, за такие может быть, где-то резкие, но настоящие слова, от души идущие.

 

Алексей Филимонов: Блин! Знаете, как не хватает – вот так, поговорить с кем-нибудь! Поплакаться, можно сказать. А так вот редко бывает. У меня ж интервью не берут никогда.

 

Роман Оленев: Спасибо.

 

Алексей Филимонов: Убежали все… Операторы… Классненько. Друг друга поснимали, поснимались…

 

 

 

20 ноября 2010

 

 

 

Источник записи видео: сайт одесского телеканала «АТВ» (atv.odessa.ua, прекратил свою работу в октябре 2014 г.).

 

 

 



 

[1] Российский университет театрального искусства – крупнейший театральный вуз в Европе и один из самых больших в мире. Находится в Москве (прим. ред.).

 

[2] Озёрск – закрытый город в Челябинской области. Ранее назывался Челябинск-40, Челябинск-65 (прим. ред.).

 

[3] ПО «Маяк» – завод по производству компонентов ядерного оружия и переработке ядерных отходов в г. Озёрске (прим. ред.)

 

[4] Иван Александрович Вырыпа́ев (род. 1974 г.) – русский драматург, актёр, режиссёр, художественный руководитель театра «Практика» (прим. ред.).

 

[5] Алексей Петрович Попогре́бский (род. 1972) – русский кинорежиссёр и сценарист (прим. ред.).

 

[6] Алексей Юрьевич Мизгирёв (род. 1974) – русский кинорежиссёр, сценарист (прим. ред.).

 

[7] Борис Игоревич Хлебников (род. 1972 г.) – русский кинорежиссёр и сценарист (прим. ред.).

 

[8] Пётр Викторович Бу́слов (род. 1976) – русский актёр, кинорежиссёр, сценарист. Известность получил благодаря роли Старшего на автозаправке в собственном фильме «Бумер» (прим. ред.).

 

[9] Алексей Алексеевич Ге́рман (младший, род. 1976 г.) – русский кинорежиссёр, сценарист (прим. ред.).

 

[10] Кирилл Семёнович Сере́бренников (род. 1969) – русский режиссёр театра и кино, лауреат и победитель российских и международных премий и конкурсов в области кино и телевидения, художественный руководитель «Гоголь-центра» (прим. ред.).

 

 

 

(в начало)

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за март 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение марта 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

23.04: Сколько стоит человек. Иудство в исторической науке, или Почему российские учёные так влюблены в Августа Шлёцера (статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


Уже собрано на:

08.05: Сергей Жуковский. Дембельский аккорд (рассказ)

05.05: Дмитрий Зуев. Хорей (рассказ)

01.05: Виктор Сбитнев. Звезда и смерть Саньки Смыкова (повесть)

30.04: Роман Рязанов. Бочонок сакэ (рассказ)

29.04: Йордан Йовков. Другой мир (рассказ, перевод с болгарского Николая Божикова)

27.04: Владимир Соколов. Записки провинциального редактора. 2008 год с переходом на 2009 (документальная повесть)

25.04: Бранислав Янкович. Соловей-пташка (рассказ, перевод с сербского Анны Смутной)

22.04: Александр Левковский. Девушка моей мечты (рассказ)

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!