HTM
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 г.

Константин Строф

Эклектик

Обсудить

Рассказ

На чтение потребуется 23 минуты | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск
Опубликовано редактором: Вероника Вебер, 12.10.2013
Оглавление

1. Часть 1
2. Часть 2
3. Часть 3

Часть 2


 

 

 

Таксомотор поник на один бок и мягко причалил, разгоняя воду и пьющих воробьев, к бордюру, а тот в свою очередь игриво шаркнул по женственно-мягкому бочку шины. Ноги немного отвыкли от тяжести тела и в первую минуту приятно теплели в самой глубине от каждого шага, кожу покалывало у щиколоток.

Руки в карманах. Мрачная зелень шпилей и куполов, укутанных парчой из черепичного кармина, потемневших желобов, мерцающих водостоков, печных труб и голубей. Лишь одно угнетало независимый от всего человечества настрой юноши – женщины. Этого, абсолютно незаменимого для взращения мужества ингредиента, ему решительно недоставало. Он ловил множество взглядов и по этой части мог уже считаться мастером. Но результатов, к вящему его сожалению, граничащему с отчаянием, все эти наблюдения не приносили. К услугам жриц любви он прибегать не решался, уверенно используя для оправданий врождённую свою брезгливость, к женщинам же иных профессий, либо пленительно безработным, путь его обычно пролегал настолько причудливо и изощрённо, что все они как одна успевали скрыться прежде, чем юноша приближался к ним на расстояние, достаточное для соблюдения приличий при завязывании разговора. От простаивания его разум постепенно окрашивал противоположный пол порочными чертами и свойствами, лишь веселящими опытных любовников; вместе с пренебрежением росла и болезненная самовлюблённость нашего молодого героя, ловко принимаемая им за независимость. И всё это странно уживалось в нём с редкими, но отчётливыми проблесками чувства собственной ничтожности, чувства, наиболее губительного для воли и погружающего питателя в его же умозрении ниже всех прочих супостатов, с косами и без. Один из тьмы вскользь упомянутых накануне пройд соблазнительного ремесла, возрастом вдвое превосходящий юношу, в категоричных тонах советовал ему обратиться к «фонду замужних дам, не знающих ни отказа, ни жалости». При этом лысеющий дока доверительно подмигивал и ухмылялся. Впрочем, это был хоть и немного пошляк, но в целом человек неплохой и в своём роде весьма кроткий, заслуживший у юноши определённое уважение и обращавшийся к нему не иначе как с использованием родственных наименований. «Ты, брат, действуй. Остальное всё – пути». А котлы внутри били о давно начавшемся кипении, заглушая все возвышенные мысли, коих разведением юноша себя отчаянно донимал; погибая, они голосили вроде юродивых, и он ещё глубже засовывал руки в карманы плаща.

 Набережная тем временем осталась далеко позади. Юноша вышел из старинной арки, немного постоял, осматривая её обветшалый фасад, и двинулся произвольно влево, посчитав это направлением сердца. Очутился он меж тем, сам того не зная, на Карловой площади, длинной и больше похожей на бульвар. Юноша всегда старался говорить и мыслить умно, но ощущал, что в данной сфере всё обязано быть более естественным, такого порядка, что теряется в беспамятных детских годах; в своём же образовании он чувствовал одни пробелы, прикрытые от чужих глаз с одного края самостоятельностью, не достигающей, однако, той меры, чтобы сделать из него землепроходца, с другого края – разными прагматичными нюансами, недостаточными, впрочем, для дельца, отчасти домыслами, не всегда смелыми, отчасти знаниями: скудными для человека сведущего, лишними для самородка и избыточными для беззаботной жизни. Даже родной язык его теперь превратился в одинокого бесполезного пьяницу, обессилевшего и залёгшего на неопределённое время спать на печь, не без риска быть однажды обнаруженным в помертвелом оцепенении. Но юноше ещё не были знакомы спотыкания памяти о груды обрушенных целиком зданий, он шагал, не глядя под ноги и предпочитая не останавливаться, и готов был променять любой кусок своего естества на удачливость и непринуждённость в обществе женщин, не тревожась о том, что искушённый меняла унесёт под мышкой от него цельную душу. Время шло – время трясло, и было не до шуток.

Увиденное заставило его остановиться. Через улицу стояла в нерешительности стройная девушка. Она, по-видимому, только что вышла из расположенной на углу аптеки и теперь припоминала что-то или подсчитывала данные на сдачу деньги, постукивая себя по бедру пустой перчаткой. Её красивое треугольное лицо, – а именно такой была мода на девичий облик в эти годы, – смотрело в неизвестность, простирающуюся по отменной случайности ровно за спиной юноши, доверчивыми круглыми глазами, и немного было перенасыщено в своей нижней части крупными губами, от задумчивости немного наплывшими на остренький подбородок. Как ни пестовал юноша внутри себя раскованность и цинизм, имел он редкую способность влюбляться, причём разом, без всяких раздумий и отступных своей гордости. Ощутил и теперь он укол невидимого острия и неприкаянно замер под стенами Лойолы в созерцании своего василиска. Но вот девушка повернулась и быстро зашагала прочь. Ветер нагло заиграл полами её палевого пальто, а юноша, словно взгляд, проходивший сквозь него, а ныне возвращённый хозяйке, поддел его напоследок крючком, спешно пошёл через дорогу. Едва не раздавленный трамваем, он очутился на противоположной стороне и двинулся по Ячменной улице вслед быстро щёлкающему каблучками счастью, не разбирая дороги, позабыв о достопримечательностях и оставив без внимания половину древней площади, разочаровавшей отсутствием карл и никогда больше не навещённой им впоследствии. Тоненький силуэт девушки медленно приближался, и вот юноша уже мог почувствовать лёгкий аромат духов, старательно источаемый (так же безотчётно поступают цветы с пчёлами) её шёлковым шарфом и распущенными не по сезону пшеничными локонами. На улице было шумно, слышались окрики рабочих: поверх брусчатки клали новомодный асфальт. Девушка плавно шла вдоль серых одноликих домов, ловко обходя редкие лужи, зазевавшихся коротконогих детей и зачарованных старух. Юноша немного поотстал, чтобы не попасть впросак, но сильно боялся потерять свою путеводную звезду в толпе. На перёкрестке с Липовой улицей девушка приостановилась и, подумавши секунду-другую, лёгкой своей поступью взошла по лестнице в булочную, напоследок трогательно отставив назад изящную ножку. В шлице пальто мелькнула над дивным овалом икры белоснежная кружевная тесьма подвязки, окончательно оглушив рассудок оторопелого преследователя. Он неуклюже переступил несколько раз на месте, унимая сбившийся шаг, и подошёл к газетной лавке, моля провидение, чтобы его возлюбленная не оказалась служащей этой булочной, но уже мучась ревностью под градом воображаемых улыбок, раздариваемых его прелестной форнариной покупателям. Под ногами у него были сухие плиты, и он украдкой шаркнул по ним, словно очищая подошву, и по возможности незаметно осмотрел свою фигуру в стекле телефонной будки, быстро придав себе нужную выправку и наклон головы. Чертовски недоставало шляпы. Он, в раздумье покусывая губы, повернулся лицом к дороге. На мгновение его внимание зацепилось своими нежными щупальцами за нечто примечательное, но он продолжал подслеповато рыться в своих небогатых запасах приёмов обольщения. Однако холод и время сломили немного его пыл, и юноша наконец всмотрелся в то, что легонько тронуло его спящий разум. Это было похоже на багровую хищную виверну, каких так любят использовать в геральдике. Она стояла, изогнув туловище и расправив перепончатые крылья в витрине магазина на противоположной стороне улицы. Грозный, но несчастный взгляд её был обращён к юноше и гипнотизировал его, возрождая в пепельной памяти первые из подвигов Геракла, истории змееногих гигантов, несбывшиеся надежды Тифона, тревожные сны Пифона и его любовницы Тиамат, купание Ермунганда и полёты Кетцалькоатля. И как славно, что не стали этому созданию додумывать ещё пару лап, перенося его тем самым в сферу неумных энтомологических фантазий. Ни лаковый паровоз, ни гигантский карандаш, целящийся в бронзовую пушечку, ни жестяной барабан в конвое фарфоровых зайцев и барбосов, ни цепь деревянных солдат на изготовку не властны были обратить на себя интерес юноши. Он оторвал ногу от каменного приступка лавки, будто бы одарившего его своей твёрдостью, и подался по направлению мостовой. Но в этот отвлечённый момент он столкнулся с прохожим, воплотившимся, к ужасу юноши, в поджидаемую им девушку, уже вернувшуюся на улицу и по нерадивости его незамеченную вовремя. Безымянная красавица неприветливо оглядела невнимательного молодого человека и подняла глаза к небу, но, не удовлетворившись одним только изъявлением возмущения, следом тут же вздёрнула худые плечи, не сопроводив свои движения ни единым словом. Юноша оцепенел, ещё не осознавая всей своей досады, через секунду обрушившейся на него, сметая все хрупкие паутинки, натянутые им вокруг удаляющегося и уже позабывшего его создания в лиловых шляпке и чулках. Он задрожал, отшатнулся к стене, оглядываясь и затравленно улыбаясь, точно все прохожие являлись свидетелями не только незначительного казуса, какими полны городские улицы, но и всех его переживаний и измышлений. Бормоча на неведомом языке извинения, он наконец быстро зашагал вслед за безжалостной молодой барышней, уже не видя её даже вдалеке, не чувствуя ног, не помня о дыхании, видя лишь раскалывающееся сердце, звенящее осколками у него в висках. А её нигде не было. Он шарил глазами по окнам, витринам, открытым прилавкам, заглядывал в подворотни и зачем-то в рёшетки канализации. Должно быть, она скрылась в небе, не вынеся его презренного наскока, так и оставшегося единственными их объятиями. Юноша же, мокрый, потерянный и смертный, вскоре обнаружил себя подле здания главного вокзала, убежища коего решил не покидать, выпив под его кровом пива и без аппетита закусив кнедликами в укропном соусе.

 

 

 

Владимир Набоков. Лекции по русской литературе. Издательство: Азбука, 2012 г.   Владимир Набоков. Лекции по зарубежной литературе. Издательство: Азбука, 2011 г.   Владимир Набоков. Полное собрание рассказов. Издательство: Азбука, 2012 г.   Владимир Набоков. Собрание сочинений. Издательство: Диля, 2007 г.

 

 

 


Оглавление

1. Часть 1
2. Часть 2
3. Часть 3

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

14.10: Лачин. Диспут распятых (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за январь 2019 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2019 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!