Вторая вода

На чтение потребуется 2 часа 30 минут | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск

 

 

 

Теперь у Дитятьевых щипаное хозяйство. Чтоб не ввели в кулаки, пришлось увести на колхозный двор двух рабочих коней, двух коров и отдать две трети земли. Некуда стало и скот выгонять. Корова и лошадь паслись на лугу, где раньше косили траву. Пришлось уходить с покосами за Мологу. Там заливные луга. Трава вырастает выше высокого человека. Однако косить там с этого года стало нельзя. Запрет наложил председатель Андрей Хламинский. Покосов в колхозе было с избытком, часть из них даже нетронутой оставалась. Однако Хламинскому важно Дитятьевых утеснить, отобрав у них весь сенокос на пойме.

Пашню нынче вскрывал Аристарх вместе с сыном. За плугом уже не он ступал, а Степан. Радовался Степан. Всё, что ни делал он, делал любя. С утра на пашне, с обеда – в саду. Тут уж на пару с Полиной. Земля по склонам ручья была в беспорядке. Труд предстоял пребольшой. Укатить валуны. Выкорчевать деревья. Выровнять склоны. Добавить хорошей земли.

 

Невестка, будто шесть рук у неё, успевала везде – и в саду попорхать, как весенняя птичка, и скотину с поскотины привести, и до города обернуться, чтоб купить в магазине товар. Уж очень она хозяевам приглянулась. Первое, что в ней открыли они – была при хорошем здоровье, уважительна и задорна, сразу же стала их называть «папой» и «мамой», не суетлива и видела дело, которое само искало её.

Желая узнать о невестке побольше, Ольга Петровна как-то спросила:

– А родители кто у тебя?

Полина вздохнула:

– Нету их, – и глаза её как погасли, уходя в нездешнюю явь, куда никого она не впускала.

Потом, уже без Полины, так, чтоб она не услышала, сын поведал:

– Она из тамбовских. Из деревни Кареевка. Отца её, мать и старшего брата в двадцать первом году каратели Тухачевского взяли в заложники и расстреляли. Дом сожгли. Осталась Полина одна. Ушла, куда глаза поведут. Оказалась в Козлове. А там Мичурин. Конечно, она не знала о нём ничего. Счастливый случай свёл её с ним. Взял он девушку на работу. Было ей в ту весну четырнадцать лет…

 

Аристарх Иванович голову опустил, вспоминая отца, с которым судьба точно так же распорядилась, как и с родителями Полины.

– Значит, она из тамбовского ада. Оттуда, где против Ленина встал войной генерал Антонов?

– Вот-вот, – согласился Степан, – герой оказался бандитом. Бандит – пролетарским вождём…

Ольга Петровна тихонько ушла, чтоб проверить, не слышит ли кто по-за домом их разговоры.

 

– А если бы вышло наоборот? – подумал вслух старший Дитятьев. – Не Ленин. Что Ленин? Он с сама начала крестьян ни во что не ставил. Хозяйчиками нас называл. И хлеб у нас изымал не за деньги, а за квитанции, то есть пустые бумажки, и кто не согласен был с этим – того ожидал трибунал. Антонов – большой человек. Сам из крестьян. И душа у него за народ болела. Ему бы стать у руля государства. А? Что ты на это?

– Тогда бы и жизнь пошла для народа, – ответил Степан, а не против него, как и сейчас…

Аристарх Иванович, как и Степан, хотел бы порассуждать о политических поворотах, с какими летела страна в будущее своё. Однако о них они больше не говорили, чем говорили. Держали не сказанное в себе. Время, когда утверждались вожди существующего режима, чьи думы не совпадали с думами многих людей, было опасно для откровений.