Вторая вода

На чтение потребуется 2 часа 30 минут | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск

 

 

 

С утра решили Дитятьевы окосить вдоль ручья по новой землице, какую здесь заложили Степан с Полиной, намереваясь вырастить сад. Первым пошёл туда Аристарх. Но вскоре вернулся, сердито тряся бородой:

– Всё! Управилися до нас!

– Что? Что такое? – не понял Степан.

Аристарх вывел руку к ручью, за которым стоял торопливо свершенный, с двумя вицами на макушке, весь в свету, крутобокий стог.

Полина охнула, ломая губы в недоумении:

– Как же так? Почему?

Степан почувствовал, как по спине его пробежал холодок. От обиды и смутного осознания, что совершилось что-то плохое, из ряда вон выходящее, к чему привыкнуть нельзя, а можно лишь возмутиться, спросить у себя: «И что же теперь?», лицо его оковала окаменелость.

Приспевшая с внуком за ручку Ольга Петровна тоже спросила:

– Что же это такое?

Действительно, что? Наглость или кощунство? Сначала саженцы порубили. Теперь заграбастали новину, скосили всё, что тут есть, и поставили стог. Чей он теперь? Надо думать, колхозный. Это было так дико, так несуразно и вероломно, что Степан рассмеялся. Смех его был недобрый, с ледком и ненавистью к тому, кто над ними возвысился, как захватчик.

– Что же? Что же теперь? – уже не молча, а вслух повторил он свой гневный вопрос.

А ничего. Предстояло смириться. Существующие порядки были за теми, кого поощряла державная власть. Правду искать у неё? Смешно и наивно. Итак, было ясно: к колхозу она благосклонна, к единоличнику – постыла и холодна.

 

Возвратились домой Дитятьевы, как с поля брани, откуда их выставили с советом: с сильными не борись! Ведите себя потише. Не возникайте. Не лезьте, куда не просят…

Степан заводился. «Мы кто для них? – думал сквозь гнев. – Безответные твари. Нам что? Нельзя уже никуда? Ни вправо, ни влево. Как в государстве без государства. Чуть обзевай – тут тебя и ограбят. А ограбленное – не трожь. Потому что оно под охраной закона. Худого закона… А если я на этот худой возьму да и начихаю. Ну-ко, весь этот стог свезу к себе на сарай?»

Был Степан невоздержливым мужиком. Всегда и во всём хотел, чтобы было по совести и по правде. И чуть что не так – ерепенился, лез напролом. Особенно там, где справедливость сталкивалась с расчётом, и расчёт, как всегда, одерживал верх.

«Свезу на сарай! – думал Степан, но чувствовал, что в решении этом было что-то такое, к чему не ложилась душа. – Свезу – а может, этого только и ждут? Может, это подстроено специально. Чтобы сразу же нас уличить и сказать на миру: «Воруют!» А что, – встрепенулся Степан, – что если я это сено пущу по белому свету? Развею, как копоть! Чтоб не досталось оно никому!»

 

Минуты две понадобилось ему, чтоб добежать до ручья.

Стог стоял с подпорными кольями. На шесте его бойко крутилась сорока, взлетевшая только после того, как к ней, поскрипывая, полезла целая стайка зачавшихся огоньков.