Восьмая жена

На чтение потребуется 1 час | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск

 

 

 

Второй раз за последние две недели слышит Мария дикие звуки. В первый раз они раздавались в честь въезжавшей в Москву Марины. У Спасских ворот встречали её пятьдесят трубачей. Столько же барабанщиков било по барабанам. Это был как парад сумасшедших для сумасшедших. Мария, сидевшая у окна, поспешила его закрыть.

И вот ещё одни звуки. Только теперь в них не вопль парадного вдохновения, а тяжёлый причёт, вобравший в себя перестуُп многих ног, какой исходит лишь от огромной толпы. Треск ломаемых алебард. Ржанье столкнувшихся грудь на грудь обозлённых коней. Выстрелы из пищали.

«Война!» – решила Мария и опять, как тогда, поспешила закрыть обе створки окна. И тут, почти рядом увидела сквозь стекло, как мелькнуло покрытое саваном чьё-то бегущее тело. Привидение, да и только.

Минуты, наверное, не прошло, в коридоре – шаги. Дверь пугающе распахнулась. Привидение оказалось обвёрнутой в белую скатерть Мариной Мнишек. Губы в судороге. Взмолилась:

– Спрячь меня! А не то убьют!

Показала Мария куда-то за стол, где стояла кровать.

Беглянка, прямо с салфеткой, какая на ней сидела, как саван, нырнула вниз – и не стало её.

 

И в этот момент в дверь вломились стрельцы. Передний из них в доломане с петлицами на груди оказался перед Марией, только-только успев перебросить бердыш с руки на плечо и запыхавшимся голосом:

– Я за этой, за бешеной! Куда-то сюда она забежала!

Мария взяла со стола полыхнувший медью комнатный крест, подняла его в правой руке и, буравя стрельца глазами, повела повелительно головой.

– Здесь монастырь. Мест для бешеных не бывает.

– Но мы… – попытался продолжить стрелец.

Мария холодно процедила:

– Вы забываетесь! Кто вы и кто я? Перед кем стоите?

Стрелец смешался. Смешались и те, кто дышал за его спиной, сообразив, что сюда им нельзя. Не по их ничтожному чину была эта женщина, так похожая на царицу. Задом, задом, покачивая плечами, тут же все и вывалились за дверь.

 

Прикорнувшая меж двух кованых сундуков свергнутая царица не спешила вылезть из-под кровати.

– Думала – уж конец! – заговорила, шурша сползавшей с неё настольной салфеткой. – На моих глазах они ксёндза и шляхтича зарубили. Больше не видела ничего. Спряталась под салфеткой. Она и спасла меня. Наверно, приняли за служанку. Незаметненько выбралась на рундук. Ну, а там, во дворе, такая неразбериха. Кто свой, кто чужой. Я и юркнула, будто мышка. Ой, беда-то какая. Сердце так и дрожит. Дмитрия, кажется, застрелили. А ведь мог бы спастись. Слышала голос его. Предлагал кому-то большие деньги. Никто не купился. Русские любят, видать, не деньги. Смерть они любят свою. Погоди. С ними я ещё поквитаюсь...

 

Разговор Мария не поддержала. Беглянка так и сидела, спрятавшись под кроватью, зло и медленно приходя в себя. И от того, что она не скрывала своих намерений, была видна лишь ногами в раскрашенных туфлях, и время от времени поправляла салфетку, издавая хрустящий шелест, было Марии не только неловко, но и опасно, словно в келью её прокралась змея.

Ушла Марина глубокой ночью.

– Буду к своим пробираться, – сказала с порога и, запахнувшись в спасительную салфетку, исчезла, как привидение, в темноте.