Придешь ли? Шепнула: приду...

"Придешь ли? Шепнула: приду..."

Придешь ли? Шепнула: приду…
Прокравшись сквозь темные сени,
Я ждал её в майском саду –
И вот она вышла из тени…
Исчезли и небо и сад –
Беспамятным было мгновенье, –
К припухшим губам наугад
Горячее прикосновенье.
Давно никого я не жду
У старых морщинистых вишен.
Но шёпот сладчайший: “Приду…”
Ещё в моей памяти слышен.

Пчела

Поистерла крылышки пчела
В луговом цветущем бездорожье.
В венчике ромашки умерла,
Как уснула, труженица Божья.
А когда просохла тишина
Там, где конь травою сочно хрупал,
Муравей, трудяга, как она,
Приволок её под хвойный купол.
Пчелы не волнуются о ней,
И никто её искать не будет.
В лихорадке медоносных дней
Сколько их в свой домик не прибудет…
Без вести пропавшая в лугах –
Жизнь пчелы, как Божия отрада!
Пчелы умирают на цветах –
Лучшей доли и желать не надо.

"Я никому не подражаю..."

Я никому не подражаю,
Попробуй Фету подражать.
Но как поэт я возражаю,
Что можно Фету возражать.
Я от Есенина пьянею,
И невозможно не пьянеть.
Я, как Есенин, не умею…
В поэзии нельзя уметь.
Поэзию нельзя измерить,
Попробуй Тютчева измерь.
Поэтам русским надо верить!
Но только критикам не верь…