Мужской процесс

Мне было жаль потерянных денег. Вот так, ни за что, за час, проведенный в этом проклятом подвале, я выкинул почти тысячу рублей. Угрызения совести у меня чаще всего стартовали с глубокого сожаления о бездарно потерянных деньгах, и лишь потом просачивались в душу глубже и разъедали все, что там хранилось и что могло бы хоть как-то оправдать меня: муки одиночества, тоска по общению с людьми, чаще всего, не знакомыми или мало знакомыми, с которыми можно при случайной встрече поговорить о таком потаенном и сокровенном, о чем никогда ни при каких обстоятельствах не будешь говорить с человеком близким и родным. Кто захаживал в кафе на полчаса, а потом засиживался в нем до глубокой ночи с людьми, которых в тот вечер увидел первый раз в жизни, тот меня поймет.

Но не поймут меня добропорядочные семьянины. И не только потому, что они не ходят в забегаловки и не тратят ни одного рубля на проведение досуга сомнительного содержания. У них нет потребности выворачивать душу перед посторонними. Они не сделают это ни в вагоне поезда, стучащего колесами в направлении их дальнего родственника, ни в гостинице во время командировки, ни на пляже соседу или соседке по лежаку в благославенной Анталье.

Единственный человек, кому они постоянно раз за разом выкладывают на подносе все меню своих душевных полуфабрикатов, недоваренных и недожаренных, это – муж, это – жена. А затем они вместе все рассказаное доварят, дожарят и с аппетитом– съедят. И будет им эта пища духовная вкусной и здоровой. А после их начнет клонить ко сну, даже не ко сну, а к спанью, и когда они переспят, они встанут и продолжат свою жизнь с легким сердцем.

В моей комнате стоял какой-то непривычный запах, я сразу почувствовал появившийся аромат смеси духов, дезодоранта и лака. И еще чего-то, чем пахнет одежда женщины – привкусом ее тела, в данном случае детского, девичьего тела. Я не мог определить, мне нравился этот запах или он мне мешал, был лишним и не нужным для меня.

Еще раз вспомнил о потерянных деньгах и в очередной раз подумал: свяжись с бабой на секунду и тут же попрощаешься с деньгами. Нет, этот запах мне не нравится, он еще раз напомнил бабскую способность залазить в карман, пользуясь своим "служебным положением". Они как служба досмотра в аэропорту: для начала требуют выложить на полочку все, что припрятано в карманах.

Пообщайся с ними подольше, повстречайся еще пару раз, и они просветят все твои чемоданы, вытряхнут ручную кладь, доберутся до грузового отсека, куда ты упаковал все заработанное и нажитое.

Навряд ли меня можно назвать скрягой, но муки, навещающие душу скряги, потерявшего копеечку, были мне близки, когда я ругал себя за бесцельно выкинутые деньги. Почему я не сказал ей нет, не дам тебе 500 рублей? Почему позволил ей идти за собой, зная, что идет она за деньгами? Ответ неудовлетворительный – потому что девчонки крутились вокруг меня, и меня это "грело". Это то, что называют правдой. За это вращение вокруг меня двух симпатичных молоденьких девчонок я и заплатил.

У меня есть знакомый, который никогда не платит деньги ни молоденьким, ни тем, кто постарше. Он всем бабам говорит: "Я стою дорого". Они с ним соглашаются и за все платят сами. Но он не курит и не пьет, имеет большую квартиру и выглядит подтянутым спортивным мужиком. А я зарос бородой и пью, поэтому так сказать женщине не могу, за что и страдаю.