HTM
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2024 г.

Гости «Новой Литературы»

Сергей Кемпо: без страха и упрёка

Обсудить

Интервью

  Поделиться:     
 

 

 

 

Этот текст в полном объёме в журнале за февраль 2024:
Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2024 года

 

На чтение потребуется 18 минут | Цитата | Скачать файл | Подписаться на журнал

 

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 6.02.2024
Сергей Кемпо

 

 

 

Он ворвался в актёрскую профессию с тем же упрямством, с которым во все времена штурмовали вершины и города. Крутой нрав и решительность взяли своё: Сергей Кемпо поднялся на пьедестал главных ролей в театре и кино, но стал к себе ещё строже. Как и его герои, Кемпо принимает вызовы судьбы, стремится к победам и из любого поединка выходит с честью.

 

 

– Сергей, вы однажды сказали, что после выхода картины «Нюрнберг» надеетесь на известность, которая даст возможность открывать любые двери. «Нюрнберг» состоялся почти год назад. Скажите, ваши замыслы реализуются?

 

– Не совсем. То, что популярности прибавилось, сказать не могу. Было два месяца, когда меня действительно активно звали на кастинги, но в итоге я никуда не попал.

 

– Вам не понравились предложения?

 

– Нет, наоборот. Было несколько картин, где я прошёл все стадии проб, но в последний момент что-то не складывалось. Поэтому сказать, что на меня свалилась слава, не могу – это неправда. Но, слава богу, есть режиссёр Николай Лебедев, который взял меня в команду и постоянно снимает: спасибо ему за это! Сейчас я задействован в его картине с рабочим названием «Кракен». А что касаемо возможностей, то, знаете, мне бы помог некий толчок вверх, прорыв к исполнению «мечт». Пока этого нет, но я упрям и всё равно иду к своей цели – просто путь без рывка будет длиннее.

 

– Если вернуться к «Нюрнбергу», то признайтесь, пожалуйста: вы довольны своим Игорем Волгиным? Что вы чувствовали, когда видели себя уже на экране?

 

– Скажу вам, прежде всего, что критично отношусь к себе и к своей работе. Я очень требовательный человек. Не могу сказать, что роль Волгина была главной в моей жизни, но она – шаг к чему-то большему. Работая над образом этого фронтового разведчика, я понимал, что не имею права промахиваться, даже в «девятку» стрелять – только в «десятку». Поэтому, когда я смотрел готовый материал, то анализировал и размышлял над тем, что получилось. В плане целостности образа я доволен. Для меня было очень важно сделать своего героя естественным, не клишированным. Не таким, который убивает всех врагов подряд и которому ничего не страшно, а замкнутым, молчаливым, сомневающимся – одним словом, человечным. Таким, какими были мои дедушка и бабушка, прошедшие Великую Отечественную войну. Свою работу в «Нюрнберге» я считаю данью памяти – и им, и всему их поколению.

 

Сергей Кемпо в фильме «Нюрнберг». Фото предоставлено продюсерским центром «Синема Продакшн»
Сергей Кемпо в фильме «Нюрнберг». Фото предоставлено продюсерским центром «Синема Продакшн»
 

– Вы взяли на себя большую ответственность.

 

– Я бы сказал, тройную. Это и великое уважением к героям тех лет, и к тем фронтовикам-кинематографистам, которые после войны создавали советские фильмы о событиях, очевидцами и участниками которых они были, и долг перед моими родными.

 

– Вы знаете о них от родителей?

 

– Не только: я вырос рядом с ними. Дедушка воевал, а бабушка, совсем девчушкой, была с партизанами и пережила много всего. О том, что довелось испытать, они говорили только иногда – лишь о самом важном, что им хотелось передать. Дедушка очень меня любил и берёг – уходил от военной темы. И я понимаю, почему. Поэтому в образе моего капитана мне хотелось показать закрытого, молчаливого человека, который только-только начинает возрождаться.

 

– Это возрождение, как свет, вспыхивает в одном из последних кадров, когда лицо Волгина впервые озаряет улыбка. Вам удалось передать состояние человека, потерявшего всех родных, который осознаёт, что он больше не один – есть взаимная любовь, которая его не покинет, и что «я» превратилось в «мы».

 

– Меня, кстати, критиковали за это. За суровость Волгина, за отсутствие юмора у моего героя. Мол, фронтовик, советский солдат – как же без шуток? Я и сам, как ироничный человек, понимаю, что на войне без юмора не выжить. Но люди разные! Вот вы прекрасно поняли то, что закладывалось режиссёром картины – надеюсь, поймут и другие.

 

– Свет надежды вспыхивает в финале и у совершенно другого вашего персонажа, Мастера, роль которого вы играете в Театре Наций. Взяться за такую роль, на мой взгляд, ещё большая ответственность, потому что Михаил Булгаков вечен. Как вы согласились на это?

 

– Мне было очень непросто – психологически. Ввод в «Мастера и Маргариту» совпал с выходом «Нюрнберга» на большой экран: прокат начался 2 марта 2023 года, а роль Мастера стала моей в феврале. Когда ты вводишься в паре с народным артистом, то ясно, что все будут сравнивать. Но переживал я даже не из-за этого – в театре такое в порядке вещей – а потому, что не хотел подвести художественного руководителя, Евгения Витальевича Миронова, потому что он мне оказал большое доверие.

 

– Булгаков лишил Мастера портрета: в книге нет его описания, и о себе он говорит от первого лица. При этом любовь к нему охватывает Маргариту, как пламя. Сложно ли играть героя, способного изменить судьбу женщины с первого взгляда?

 

– Любовь вообще сложно играть. Как передать это состояние? Объяснить невозможно. Как дать и определение самой любви – у каждого понимание личное. Ключевой момент для меня в том, каким мог бы быть Мастер, и для меня это – образ художника, самого Булгакова. Мятущегося, ищущего себя. Это очень современно: все творческие личности через это проходят. И чтобы передать подобное состояние, надо, как мне кажется, идти от себя. Мастер – очень сомневающийся человек. И ему нужна была эта встреча, как воздух. Потому всё и решилось с первого взгляда. Маргарита – главная в их паре. Он писал, сидя в своём подвальчике, и тут появилась она. Не то, чтобы муза…

 

– Вдохновительница?

 

– Да. Она его подталкивала, торопила, восхищалась, требовала – вложила в замысел Мастера свою душу. И это было так захватывающе, так важно, что он забыл обо всём, что было до Маргариты. Забыл даже имя своей жены, хотя как такое возможно?

 

– «Варенька, Манечка, платье полосатое, музей…»

 

– Понятно, что Мастер говорит так на волне влюблённости. Он настолько растворился в этой женщине, Маргарите, что прошлая жизнь для него уже не важна. Мне понятны эти порывы чувств, я могу их передать. Мой герой – абсолютно открытый человек, и для него Маргарита – всё. Она дала ему силы, сделала его мужчиной, и такую женщину каждый настоящей художник, если вдуматься, встречает на своём пути. Ту, которая вдохновляет и ведёт куда-то вперёд. Поэтому история Мастера и Маргариты метафорична.

 

– Скажите, Сергей, вы верите в предрасположенность того, что происходит с людьми – и лично с вами?

 

– Если вы о том, что происходит по воле случая, то не так уж чтобы очень. До встречи с моей супругой я не раз влюблялся в девушек и думал: вот она, моя жена! Но это было ошибкой. А когда познакомился с Аней, ничего сначала не почувствовал: просто общение для души. Но оказалось, что именно она – самый родной и близкий мне человек. Что касается профессии, то считаю себя счастливчиком, потому что встречаю великих людей – без преувеличения. Настоящих учителей, мастеров, которые дали мне так много, что без них я, наверное, не состоялся. И не давал бы вам сейчас интервью.

 

– Кто они?

 

– Никита Сергеевич Михалков, Николай Лебедев, Евгений Миронов, Олег Евгеньевич Меньшиков, Ирина Муравьёва, Сергей Петрович Никоненко, Людмила Чурсина, Николай Исаакович Пастухов – перечислять можно долго, и прошу прощения у тех, кого не назвал. Общение и работа с ними стала для меня настоящей высшей школой – и в жизни, и в актёрской судьбе.

 

– Сергей, из ваших прежних бесед с журналистами я знаю, что в юности вы были хулиганом. А сейчас? Школа жизни вас изменила?

 

– Да, но запал во мне всё-таки остался. Без него – никуда. Просто к сорока годам пришла некоторая мудрость. Но, когда нужно, я выпускаю хулигана на волю.

 

– И как это происходит?

 

– По-разному. Например, когда в Минске снимали «Легенду номер 17», в которой я играл хоккеиста Евгения Зимина, мне страшно захотелось исполнить свою давнюю мечту – прыгнуть с парашютом. И я пошёл на аэродром – в перерыве между съёмками, нарушив все контракты. Понимал, чем мне это грозит, но удержаться не мог: прыгнул с высоты четыре тысячи метров. Лебедев, когда узнал, чуть меня не убил (смеётся).

 
Сергей Кемпо в фильме «Легенда номер 17»
Сергей Кемпо в фильме «Легенда номер 17»
 

– А сейчас, тайком от Николая Игоревича, вы снова рискуете жизнью у него на съёмках?

 

– Как сказать. Я занимаюсь фридайвингом: ныряю на глубину тридцать метров на задержке дыхания. Хожу на скалодром. Не могу иначе: без адреналина нет ощущения полноты жизни. Но Лебедев об этом, кстати, знает. Роль у меня в «Кракене» небольшая – если что, вырежут.

 

– Надеюсь, что нет: вы эффектны даже в эпизодах. И не только играете, но и создаёте их сами – у вас есть собственные сочинения. Вы много пишете?

 

– Смотря по каким меркам много. Пишу столько, сколько позволяет мне свободное время. При любом удобном, возможном случае.

 

– Известно, что Кирилл Люкевич поставил на экспериментальной сцене «7 ярус» Александринского театра в Петербурге пьесу «Мейер», основанную на вашем романе о Всеволоде Эмильевиче. А почему Мейерхольд? Вас заинтересовала эта личность?

 

– Нет, вообще не интересовала. Он прилип ко мне. Серьёзно!

 

– Сам пришёл и навязался?

 

– Не поверите – да. Я всегда писал для себя что-то временами. И тут так вышло, что в театре Ермоловой позади сцены есть небольшое помещение, где хранятся маленькие декорации, тряпьё и другие вещи. Я туда случайно зашёл в полночь, поскольку мы задержались после репетиции, и вдруг появился Мейерхольд – как тень. Как? Почему? Не понятно. И потом целую неделю Всеволод Эмильевич не выходил из моей головы, я постоянно о нём думал.

 

– Это мистика.

 

– Абсолютная. К тому времени после моей учёбы в ГИТИСе прошло уже лет десять, я вообще забыл об этом режиссёре. А у нас был монтировщик, Владимир, с которым я поделился этой историей. На следующий день он принёс мне книгу, в которой было сказано: «Мейерхольд принял меня за сценой, в маленькой комнатке: это был второй кабинет».

 

– И вы оказались в той самой комнате?

 

– Да. Потом ещё Олег Евгеньевич Меньшиков то же самое подтвердил: «А ты что, не знал?» И всё – я заболел. Так и сложился мой роман о Мейерхольде.

 

Помимо него, у вас были ещё какие-нибудь мистические замыслы?

 

– Конечно, и вы не первая об этом спрашиваете. Однажды, когда мой «Мейер» вышел в печать, раздался телефонный звонок. «Здравствуйте (меняет голос), это Сергей? С вами говорит Роман Виктюк». Я даже встал. И первое, о чём он спросил: «Скажите, вы мистик?». Пришлось сказать, что да. После этого мы общались месяца четыре. Потом, к сожалению, Романа Григорьевича не стало. А мистическое всё время сопровождает мою жизнь – как другой, параллельный мир. И я не открещиваюсь, а, наоборот, впускаю это в себя.

 

Сергей Кемпо в фильме «Экипаж»
Сергей Кемпо в фильме «Экипаж»
 

– Легко поверить, раз вы снимаетесь в «Кракене» – это ведь тоже что-то ирреальное?

 

– В «Кракене» больше фантастики, чем мистики. В моём понимании мистика – это переплетение судеб, какие-то эфемерные вещи, но при этом фатальные. У меня есть сценарии, связанные со своей мистикой внутреннего мира человека. Я неразрывен с ним в своём воображении.

 

– По вашим сценариям снимаются какие-то картины?

 

– К сожалению, ещё нет. Мы с режиссёром Данилой Гринькиным много пытались пробить того же «Мейера», адаптировав сюжет под сериал. Есть у меня психологический триллер – тоже для кино. Но это пока не реализовано. Зато снят короткий метр по моему сценарию – «Серёжка»: созвучно и с именем, и с украшением. Вокруг серёжки и было всё замешано, немного в стиле Хичкока. Результатом горжусь, потому что этот короткометражный фильм отправили в Канны, и там его взяли в конкурс короткого метра. Для меня это стало наградой за старание.

 

– Хичкок даже в отголоске серьёзен, а в вас много озорства. Вам нравится менять голос, разыгрывать людей?

 

– Иногда. Таких случаев немного, но они запоминаются. Однажды мы с друзьями разыграли актрису Стасю Милославскую: я от лица Вадима Верника пригласил её по телефону участвовать в программе «Кто там?». Мы сидели в гримёрке и чушь несли несусветную, но Стася готова была на любую роль! Она настолько поверила в то, что ей звонил Верник, что выложила даже посты в социальных сетях – для друзей и родных. Я понял, что дело зашло слишком далеко, и мы всей компанией извинились перед Стасей. Но надо отдать должное Вадиму: он увидел её пост и написал в комментариях, что теперь просто обязан её пригласить. Такой вот хеппи-энд.

 

– Сергей, я знаю, что без вас не обходятся театральные капустники. Как вы успеваете заниматься таким разным творчеством?

 

– Капустники я очень люблю и заранее записываю истории, которые приходят на ум. А потом получается, что они оказываются кстати.

 

– Вы сказали, что вам повезло в плане встреч с великими людьми, но самый главный человечек ждёт вас дома. Сколько сейчас вашей доченьке? Какая она?

 

– Данае недавно исполнилось два года и четыре месяца. Она удивительный ребёнок – абсолютно разумная личность, полноценно воспринимающая окружающий мир. Сравниваю себя я ней в те же два года и понимаю, что я какой-то австралопитек. Даная из нового, совершенно другого поколения: эти дети изначально знают больше, чем мы в схожем возрасте.

 

– Тем интереснее открывать мир заново. Сергей, вы действительно очень счастливый человек – и в личной жизни, и в работе. А чего ещё вы хотели бы себе пожелать?

 

– Больше свободного времени. Иногда я люблю побыть один, чтобы заниматься творчеством, а для него нужна тишина. И ещё, наверное, терпения и сил, чтобы идти вперёд, бороться и всегда побеждать.

 

 

Беседовала Вера Круглова

 

 

 

Конец

 

 

 

Чтобы прочитать в полном объёме все тексты,
опубликованные в журнале «Новая Литература» в феврале 2024 года,
оформите подписку или купите номер:

 

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2024 года

 

 

 

  Поделиться:     
 
Статистика тиража: по состоянию на 24.02.2024, 19:58 выпуск Журнала «Новая Литература» за 2024.01 скачали 819 раз.

 

Подписаться на журнал!
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Нас уже 30 тысяч. Присоединяйтесь!

 

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com
Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Литературные конкурсы


15 000 ₽ за Грязный реализм

1000 $ за Лучшее стихотворение



Биографии исторических знаменитостей и наших влиятельных современников:

Алиса Александровна Лобанова: «Мне хочется нести в этот мир только добро»

Только для статусных персон




Отзывы о журнале «Новая Литература»:

22.02.2024
С удовольствием просмотрел январский журнал. Очень понравились графические работы.
Александр Краснопольский

16.02.2024
Замечательный номер с поэтом-песенником Александром Шагановым!!!
Сергей Лущан

29.01.2024
Думаю, что на журнал стоит подписаться…
Валерий Скорбилин



Номер журнала «Новая Литература» за январь 2024 года

 


Поддержите журнал «Новая Литература»!
Copyright © 2001—2024 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
18+. Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30.12.2021
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!