HTM
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2022 г.

Лачин

Четыре варианта литературы

Обсудить

Статья

На чтение потребуется 1 час 10 минут | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск      18+
Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 7.11.2014
Оглавление

5. Часть 5
6. Часть 6
7. Часть 7

Часть 6


 

 

 

Иллюстрация. Название: «Маяковский в РОСТа». Автор: Александр Дейнека. Источник: http://newlit.ru/

 

 

 

*   *   *

 

В дискуссиях с Кандовой я говорил о превосходстве религиозной литсистемы над проституционной, она утверждала обратное. Сошлись на том, что они одинаково плохи, как две крайности. Позже я пришёл к выводу, что Кандова более права.

Проституционная система честнее религиозной: репрессии не в ходу, инакомыслящий не преступен, только меньше зарабатывает. Литпроституткам и их читателям он безразличен, а религиозник объявляет его преступным, анафематствует, при возможности гадит вольнодумцу, препятствуя его публикации или лишая преподавательской должности. Проститутке важно собственное благополучие, верующему – ещё и устранение или переделка непохожих на него.

Литпроститутка не лжёт от имени народа, не утверждает от его лица, что именно любит массовый читатель, а литсвященник лжёт, что народу милее всех автор-бог (и часто сам себе верит). Бордель честнее церкви – он не обманывает. Проститутка ублажает толпу, священник – оболванивает. Проститутка не лжёт и о себе, не разыгрывает ложную скромность, не впадает в «унижение, что паче гордости». Литпроститутка не лжёт, что она интеллигент, гордо говоря: «я не интеллигент, у меня профессия есть», а литсвященник подаёт себя интеллигентом и при этом давит вольнодумие, научный склад ума, давит даже творческий позыв в человеке, ведя к аннулированию интеллигенции, позоря её причислением себя к ней. Литпроститутка не против стилистических красот, не интересуясь ими лишь потому, что этого не ценит толпа, а литсвященник принципиально против виртуозов и прямо требует быть «попроще», он не то чтобы глупеет в угоду толпе, ему самому люба простоватость писателей и читателей, он не равнодушен к эстетическим красотам, как толпа, нет, он их враг. Религиозная литсистема не оставляет выбора (религиозник ненавидит возможность выбора), навязывая всем одинаковый набор освящённых текстов; проституционная литература разнообразна, она тешит смакованием насилия или сентиментальной идиллией, описанием изнасилований а-ля де Сад или феминистским романом, историей любви олигарха к Золушке или однополых Ромео и Джульетты. Проституционная система не извращает творческую литературу, не обращает знаменитого писателя-артиста в кастрированного святого, а литбогословы оплевали Насими, Лермонтова и Маяковского, впихнув в иконостас, унижая подчинённостью автору-богу, назначенному не ими. Литпроститутка любит своих кумиров, а религиознику наплевать на сочинения своих бога и святых, его интересует только подпись автора, текст не важен. Литпроститутка может признаться, что ей не нравятся вкусы читателя, но она удовлетворяет их ради денег, и её не упрекнут за откровенность, а в религиозной литсистеме нельзя признаваться в несогласии с официальной иерархией, нужно лгать не только в сочинениях своих, но и в интервью и даже частных разговорах, нужно лгать даже голосом, своей интонацией, иначе перестанут публиковать, ославят, опозорят, оклевещут, заклюют.

Литбордель не принижает писателя, не стыдит за плодовитость и большие гонорары, не внушает мысль о недосягаемости авторитетов, будь то классики или попсовые знаменитости. Не делает любовь к ним обязаловкой. Может поставить новичка выше их – пусть только больше заработает. Соревнование честное, без двойных стандартов. Толпа, судья литпроститутки, честнее церкви, ей интересно, что написано, а литсвященники и литприхожане ставят автора-бога и классиков выше остальных независимо от самих текстов. В литборделе можно попросить оценить свои сочинения, и собеседник будет честен, а литцерковь будет лгать, ибо, принадлежи ваш текст классику, она говорила бы нечто другое, а если автору-богу – нечто третье.

Литбордель не насаждает чинопочитания, а религиозник тянется к созданию церковной организации, где царствует принцип «чин чина почитай», с табелью о рангах и «генералами», неприкосновенными для нижестоящих. Священник – он ведь чиновник, хоть и «духовный», не светский, и литсвященник всегда стремится к высокому посту, как заслону от критики. Проститутка не имеет чинов, её судят по труду, а не званию.

Советскую цензуру много ругают, но всегда не за то. Заслон религиозной пропаганде, национализму, порнографии и матерщине приносил пользы больше вреда, что видно при современном мракобесии и опошлении. Она была вредна навязыванием литературной иерархии. Писатель не может сказать, кого из пишущих он считает лучшим, что думает о себе в сравнении с другими, всё решено за него: лучший писатель – Пушкин, на втором месте тот-то и тот-то, на третьем – те-то и те-то etc. Нужно поддакивать или, в крайнем случае, молчать, что считается согласием, «пением в хоре с закрытым ртом». Проститутка может говорить что угодно, она свободна в речах своих. В религиозной литсистеме многие писатели-артисты вынуждены таить свои взгляды и по умолчанию принимаются за литсвященников; литбогословы так и представляют их читателю. В борделе такового не происходит.

Религиозник, критикующий продажных авторов, схож с Бальзаком, прекрасно разоблачавшим буржуазию, но в качестве альтернативы не нашедшим ничего лучше романтизации дворян. Правда, Бальзак, большой художник, невольно разоблачил и дворян. Большинство литературных религиозников на подобное творческое достижение не способны.

Религиозник, желающий перемен в постсоветской культурной жизни – потенциальная императрица Феодора, поселившая группу проституток в монастыре. Больше половины несчастных сбросились в море.

Буржуазия прогрессивнее духовенства, капитализм – шаг вперёд от феодализма. Литбордель буржуазен, литцерковь – мир феодальный. Переход от религиозной литсистемы к проституционной схож с отменой крепостного права.

Всё как в жизни. Проститутка честнее и безопаснее священника. И лучше кутнуть в борделе, чем распластаться в храме перед богом, назначенном (придуманном) не нами.

Другое дело, что и религиозное сознание, и современный капитализм имеют целью устранение литературы. «К настоящему времени прогрессивный потенциал капитализма (и, следовательно, правящего при капитализме класса – буржуазии) полностью истощён» (Александр Тарасов, из интервью, данного мне на рубеже 2013-2014 гг.). Верующим (плюс псевдоатеистам с религиозным сознанием) и буржуазии равно опасен разум, точнее, им опасны философские, общественные и гуманитарные науки. А литература переплетена с ними теснейшим образом. Религиозники делают литературу скучной, незанимательной, не учитывая вкусы читателей, отбивая охоту читать; буржуазия действует противоположным путём – литература угождает толпе, но толпу оглупляют СМИ, зрелищное кино и спорт, и людям становится трудно читать вообще (всякое чтение – умственный труд). Правда, при религиозной системе литература вымирает в любом случае, а литпроституткам мешают кино (порнофильмы тоже), телевидение и компьютерные игры – они оглупляют эффективнее и больше нравятся обывателю, и буржуазия сделала ставку на них. То есть литпроституция и здесь лучше литрелигии, но при современных технологиях это не меняет дела.

Религиозная система дурит автора высоким званием писателя, фактически делая его пешкой, коей «не должно сметь» своё мнение иметь, стращая «княгиней Марьей Алексевной», исподволь внушая мысль о греховности сочинительства. Капитализм соблазняет большими гонорарами, но в глупеющем обществе литпроститутка постепенно приходит к выводу, что зарабатывать лучше не литературой, а чем-то другим.

Гуманитарные науки также вырождаются различно: религиозники делают их богословием, буржуазия – жёлтой прессой, обсуждающей грязное бельё классиков (вульгаризированный фрейдизм).

Во что выродились литпроститутки и литсвященники, хорошо показано в статьях Надежды Залоцкой «Анатомия презрения» (о романе либераста) и «Проект “Храм”» (о книге постсоветского придворного попа).

Литцерковь и литбордель замалчивают творческую литературу, а часто не подозревают о ней. Им легче критиковать друг друга, чем писателя-артиста. Религиозник выставляет всех оппонентов проститутками, писатель-проститутка и его читатели обвиняют всех несогласных в поповщине. Оба завоёвывают читателя, играя на его неприязни к священникам или проституции (сравните аргументы из «Манипуляции сознанием» Кара-Мурзы[29], православного атеиста, и литпроститутки Никитина[30]). Это напоминает дискуссии славянофилов с неолибералами. Общая цель, несознаваемая большинством оппонентов: отвратить читателей и авторов от творческой литературы, дабы они поклонились – автору-богу или толпе. Религиозники и буржуазия не любят тех, что не кланяются.

Религиозная и проституционная литсистемы – союзники, большей частью неосознанно. Их программа-минимум – уничтожение творческой литературы, программа-максимум – уничтожение литературы вообще.

 

 

*   *   *

 

Восприятие литературы как производства наблюдалось в начале двадцатого века. Рабочая, производственная литсистема популяризировалась советской властью двадцатых годов, но была быстро поглощена религиозной системой, растворилась в ней. Де-юре была заявлена производственная система, де-факто расцвела религиозная, с элементом производственной. Сталинисты возродили православно-исламскую литсистему под видом марксизма-ленинизма, зачастую искренне путая левую идеологию со средиземноморским монотеизмом. (Также и византийская система власти выставлялась ленинской).

Литература сродни производству на заводе, мир литературы – цех со станками. Писатель – рабочий, работник. В СССР так и говорилось – литработник. Только представители производственной литсистемы осознают свою систему, для них не надобно изобретать термина, своё имя они называют сами.

Писатель должен приносить пользу не опосредованную, а прямую, сиюминутную, рабочим и крестьянам. Литработник моралист, как и литсвященник, но для него справедливость не в догматике, а в выгоде трудящихся. Аморально не богохульство, а внушение практического вреда, в социально-экономическом аспекте.

Литература – оружие холодной войны, бич общественных и психологических недостатков. Почитается сатира. Воспевается труд, героика труда. Литработник не проповедует, а даёт практические рекомендации.

Стиль должен быть прост, общепонятен – не из самоумаления «раба божьего» религиозника или ради прибыли литпроститутки, а чтобы внятно растолковать большинству населения, что делать и кто виноват.

Религиозник не любит тонкостей литературной техники, как «формализм», щегольство. Остальные литсистемы этим интересуются, но по разным причинам. Писатель-артист – ради эстетического совершенства, красоты; литпроститутка – стараясь лучше угодить «клиентуре»; литработник – лучше воздействовать на идеологию читателя. Литработник, как и литпроститутка, не романтизирует своё занятие, для него это нечто сугубо деловое. Проститутка в борделе и рабочий за станком меньше всего думают о поэтизации своего труда. Особенно в момент работы.

Литпроизводство, как и литцерковь с литборделем, нивелирует авторов. (Как и в жизни, возьмите церкви, бордели и заводы в прямом смысле слова). Человек – часть Системы, религиозной, проституционной или производственной, заводской. Другое дело, что дух и цели этих систем очень разные. Литбордель состоит из индивидуалистов, соблюдающих общие правила игры ради материальной выгоды (таков буржуазный мир в целом). Литцерковь и литзавод роднит дух соборности, коллективизма, но цели опять-таки разные: у литцеркви – поклонение автору-богу, послушание догмам, у литпроизводства – общественные интересы, удовлетворяемые сообща.

Дух литпроизводства идеально передан картиной Дейнеки «Маяковский…», что неудивительно – Дейнека сам представитель данной разновидности культуры. Герой полотна, главный представитель производственной литсистемы, пребывает в рабочей, суровой обстановке. Романтика в его положении есть, но романтика суровая, трудовая. Он равно непредставим в храме, на сцене театра или в борделе. Он работает на заводе, литзаводе. Маяковский показан рисующим плакат – эстетика плаката весьма свойственна литзаводу (Маяковский талантливый плакатист). Литсвященник – иконописец, писатель-артист – живописец или скульптор, литпроститутка – автор комиксов, литработник – плакатист и карикатурист.

Литработник, как и литсвященник с литпроституткой, оказывается в ложном положении. Для литсвященника и литбогослова творческая деятельность – гордыня, самомнение. Литпроститутку делают архаизмом новые технологии, отупляющие человечество. Литработник должен доказывать свою практическую полезность, а литература, подобно философии, фундаментальной науке и искусству, быстрой практической пользы не приносит; суть литературы, философии и искусства такова, что вопрос о пользе не стоит. Литсвященник и литработник в той или иной степени стыдятся сочинительства, а последние полвека начинает стыдится и литпроститутка, сравнивая свои гонорары с прибылью мира кино и телевидения. Все трое должны оправдываться за своё занятие: священник перед автором-богом, литпроститутка и литработник – перед обществом. Литпроститутка должна доказывать, что она не менее зрелищна, чем кино, литработник – что он не менее практически сиюминутно полезен, чем рабочий. Убедительно не выходит.

По логике литсвященника, он должен стать буквально проповедником, воспевающим автора-бога и читающим нотации; литпроститутка – выдавать рифмованную рекламу и сценарии сериалов для бизнеса, кино и телевидения; литработник – перейти к заводскому труду, временами пиша агитки для соработников. Литработник должен приносить пользу наподобие не фундаментальной науки, а прикладной, и литература переходит в агитки, надписи к плакатам, сатирические фельетоны и документалистику. Литработник незаменим в разгар холодной войны (наступающей в годы войны физической), примером служат Гражданская и Великая Отечественная войны. Но в обычное время производственная литсистема обедняет, огрубляет литературу.

Плюсы и минусы литработника хорошо видны на примере Маяковского, осознанно перешедшего из творческой литсистемы в производственную, из артистов литературы – в её рабочих. Его стихотворение к Пушкину – по содержанию откровенно тупое, при этом видны и достоинства автора по сравнению с Пушкиным, и недостатки. Маяковский считает Пушкина левым, демократом, почти революционером (это крепостника-то). То есть Пушкина он считал кем-то намного более порядочным, и вышла глупость. Во-вторых, он свято уверен, что Пушкин радостно подался бы в литработники, пиша агитки, хотя Пушкина раздражала сама мысль о практических обязанностях литературы. Пушкин как поэт-пропагандист большевизма – зрелище невообразимое дважды, в политическом аспекте и литературном (попробуйте представить Пушкина героем картины Дейнеки). Всё равно как предложить Маяковскому роль Романа Сладкопевца[31]. Что касается литературного аспекта, тут правда за Пушкиным, не наступившим, в отличие от Маяковского, «на горло собственной песне».

 

 

 


Оглавление

5. Часть 5
6. Часть 6
7. Часть 7
Акция на подписку до 1 июня

Присоединяйтесь к 30 тысячам наших читателей:

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com

Мы издаём большой литературный журнал из уникальных отредактированных текстов. Людям он нравится, и они говорят нам спасибо. Авторы борются за право издаваться у нас. С нами они совершенствуют мастерство и выпускают книги. Мы благодарим всех, кто помогает нам делать Большую Русскую Литературу.




Поддержите журнал «Новая Литература»!



Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2022 года

 

Номер журнала «Новая Литература» за март 2022 года

 

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2022 года

 

7 причин купить номер журнала
«Новая Литература»

Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

 

Аудиокниги для тех, кто ищет ответы на три вопроса: 1. Как добиться жизненных целей? 2. Как достичь успеха? 3. Как стать богатым, здоровым, свободным и счастливым?
Copyright © 2001—2022 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30 декабря 2021 г.
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!