HTM
Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2024 г.

Маргарита Пальшина

Art de Vivre

Обсудить

Рассказ

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 23.08.2009
Оглавление

1. Акт I
2. Акт II
3. Акт III

Акт II


 

 

 

Я препарирую человеческие эмоции. Я хочу научиться вскрывать чужие сердца легко и незаметно, тоненьким скальпелем, как консервные банки. Люди в большинстве своем – мазохисты: самую сильную страсть они испытывают, страдая, а самую сильную зависимость от того, кто заставляет страдать. К примеру, что такое любовь? Магия, физика, химия? Что притягивает одного человека к другому? Я пытаюсь понять, как в человеческом мозгу, теле, сердце, наконец, душе зарождается та или иная эмоция. И почему она угасает. Ответив на эти вопросы, можно изобрести универсальную формулу любви, ненависти, страха... И их великой игры на сцене. Театр, который станет воплощением нашей собственной жизни.

Я ослеп, когда впервые увидел Мелиссу. Яркий солнечный свет, от которого так больно глазам. Мы гуляли, взявшись за руки, по ночному Лиону. Ее золотые волосы обладали удивительной способностью притягивать и отражать свет, и тысячи праздничных огней с неба и с фасадов домов сплетались в них в разноцветную радугу, дрожа и играя, как блики на поверхности озера. Я смотрел на нее, как на солнце. Мне было все равно, всходит оно или заходит, красное, желтое, оранжевое… Солнце всегда прекрасно, на него смотрят, не отрываясь, даже если слепит глаза. Счастливое наваждение…

Которое быстро прошло. И теперь каждое утро я смотрю, как она одевается, красит ресницы, намазывает масло на булку, ест. Днем я вижу, как она устает на репетициях. Как, лишь коснувшись головой подушки, засыпает по вечерам. Только разделение времени на утро, день и вечер незаметно для меня стало условным: за нашими окнами – полярная ночь. Стоит лишь раз задуматься о чувствах всерьез, и они замолчат навсегда.

 

 

– «Нас, женщин, нет несчастней. За мужей

 Мы платим – и не дешево. А купишь,

   Так он тебе хозяин, а не раб»Еврипид. Трагедии. Отрывок пьесы «Медея». Перевод Иннокентия Анненского..

– Клер, кто надоумил вас читать «Медею» на прослушивании? Вы знали, что я сейчас ставлю эту пьесу?

– Нет. Но мне бы хотелось сыграть эту роль.

Вранье! Конечно, она все знала и хорошо подготовилась. Закулисные сплетни ей в помощь и на удачу. Удача любит юных, красивых, самоуверенных, никогда и ни в чем не знающих отказа. Удача любит тех, кто верит ей с полуслова. И главное – верит в себя.

– Вообще-то я ищу дублершу в другой спектакль и не на главную роль.

– Я соглашусь на любую.

Она делает шаг вперед. Теперь она вся в полосе света, и я вдруг замечаю, что шагает она босиком. Даже не шагает, а легко и нежно касается подошвами пола. У любого нормального мужчины при виде этих почти детских пальчиков возникнет лишь одна мысль: о том, как они тянутся к его ширинке под столом в полумраке кафе.

– Вы думаете, что колхидская царевна, пусть и беглая, разгуливала босой?

– Нет. Но мне так удобнее играть. Легче двигаться по сцене. Это же всего лишь прослушивание.

Да. Всего лишь. Тогда почему так бешено колотится сердце?

 

 

– Джейсон можно прочитать как Ясон, – невзначай роняет за ужином Клер. – Сочетание «Ja» иногда произносится как «Я».

 Мы сидим в кафе на Монмартре, и я смотрю, как чувственно она ест. Слизывает жир с кончиков пальцев. И мне хочется целовать ее руки. Я чувствую голод. И предвкушаю насыщение. На столе так много мясных блюд: сначала куриные крылышки, потом бифштексы с кровью. У Клер хороший аппетит. Как же давно я не испытывал удовольствия от еды!

 Мелисса всегда следила за фигурой. Я и сам не заметил, как мясо в нашем рационе заменили рыба и грибы. В магазине я покупал то, что любила она, в ресторане повторял ее заказы. И если вы спросите меня, нравится ли мне самому сырное суфле, я не смогу вам ответить. Привычка есть заменила мне голод.

– А ваше золотое руно – это «Мольер», который получила твоя жена за лучшую женскую роль, – сообщает мне Клер уже в другом кафе на Монмартре под баранину, тушеную в вине.

О! У нас еще много было этих кафе на Монмартре, где в полумраке зала можно дать волю губам и рукам, выпустить ласку фантазий из сердца, ненадолго сойти с ума… Она умела культивировать голод и взращивать боль. Знала, что нежность – самое жестокая пытка на свете. Она не подпускала меня слишком близко, но аромат переспелой вишни ее духов уже не покидал моих рубашек даже после стирки, а ее голос настойчиво продолжал вести все тот же разговор, начатый с месяц назад уже не помню в котором из кафе на Монмартре:

– Мелиссу любят в Париже. Я тоже молилась на ее фотографию на первом курсе Театральной академии. Но тебе не кажется, что ее былой свет померк?

 

 

В тот вечер у нас дома собирался весь театральный бомонд, включая критиков. Голоса Мелиссы и Софи – приглушенно из нашей спальни. Что они там делают, почему не проверить, все ли готово на кухне к приему гостей?

– Малыш, грим вреден для кожи. Если хочешь краситься, я куплю тебе детскую косметику.

– Ну, мам! Я хочу лицо, как у тебя!

У них что, сговор против меня? Через минуту придет ведущий обозреватель спектаклей Жан де Арно, а дочь носится по дому в театральном гриме, как привидение.

Молча хватаю ее за руку и волоку в ванную – отмыть эту гадость.

Софи плачет, грим течет черным дегтем по вычищенной до блеска раковине.

– Зачем ты с ней так? Она же девочка! – восклицает Мелисса из-за спины.

Оборачиваюсь и вижу, что у нее тоже тушь течет по щекам.

– Так, чтобы через минуту обе умылись и привели себя в порядок. Я пойду встречать гостей к дверям.

Ну что такого я сделал? Что? Ненавижу женские слезы! Всякий раз происходит одно и то же и в жизни, и на репетициях: не могу, не знаю, как справиться… Ни грим убрать подальше, ни с дочерью своей совладать! Куда ей сыграть Медею, если даже дочери отказать не может? Жестокость не заложена в ней от природы…

 

– К тому же Медея была брюнеткой... Эй, ты слышишь меня? Я хочу эту роль!

Черные глаза Клер – как горящая нефть. Плавясь, я погружаюсь внутрь. И ничего от меня не остается: ни косточки, ни единого вздоха.

– Я люблю тебя!

– А что ты делаешь ради любви?

– Клер, мне больно! Я очень страдаю…

– Этого недостаточно. Нужно действовать. За каждым словом стоит смысл, обещание, которое необходимо сдержать, надежда на будущее. Если в словах этого нет, они становятся пустым звуком. Тишиной. Молчанием. Хотя и в молчании тоже должен быть смысл. Мой поцелуй может стать молчанием. Твое согласие может им быть.

Никто и никогда не будет любить нас так, как нам этого хочется. В реальности все происходит иначе, чем это виделось в грезах. Неутоленное желание перерастает в физическую боль. И вдруг думаешь: «Нам так мало дано на этом свете, но мы и того не используем! Тратим душу на мелочи, на тех, к кому уже давно остыл…»

Нет, нужно жить на пределе, так, словно кровь и плоть пожирает смертельный вирус, так, словно весь город горит и тонет в объятиях чумы. И все, что тебе остается – жадно выпить последние капли чистой воды из фляги жизни. Иначе пустыня раздавит, и сам станешь песчинкой, гонимой ветром вперед и вперед без цели и смысла.

Искусство создается больным сознанием. Театр не может быть развлечением. Он должен переворачивать душу. Менять жизнь. Хирургическая операция: вырезать опухоль лжи из сердца. Обнаженные чувства, откровение, после которого зритель из зала выходит уже другим человеком. Да! Нужно ампутировать страх! И действовать вопреки всему, потому что всякое действие всегда происходит за счет кого-то другого, всякое действие причиняет боль, а значит, жестоко. Не жесток только полный покой…

 

 

Но я не хотел покоя. Монмартр переводится как «холм мучеников»mons martyrium, здесь в III веке римляне казнили первого парижского епископа Дионисия. Это имя дословно означает «посвященный Дионису» – греческому богу вина и удовольствия. Они отрубили ему голову, он подобрал ее с земли и так спустился до подножия холма. В месте, где он упал замертво, забил источник и распустились прекрасные цветы…

Цветов я не дарил Клер ни разу, зато теперь вместо букета я нес ей в руках свою голову. Клер поступала со мной жестоко, и роль Медеи была для нее…

 

 

Боже, что я наделал! В нашей с Мелиссой постели! Что я теперь ей скажу?

Дорогая, ты устала, ты не сможешь сыграть. Возьми дочь, съездите отдохнуть на Атлантику? И как мы будем жить после премьеры, когда все закончится? Да и закончится ли?

А если Мелисса откажется уезжать?

Какой демон в меня вселился?

 

 

 


Оглавление

1. Акт I
2. Акт II
3. Акт III
78 читателей получили ссылку для скачивания номера журнала «Новая Литература» за 2024.02 на 05.03.2024, 15:27 мск.

 

Подписаться на журнал!
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Нас уже 30 тысяч. Присоединяйтесь!

 

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com
Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Литературные конкурсы


15 000 ₽ за Грязный реализм



Биографии исторических знаменитостей и наших влиятельных современников:

Алиса Александровна Лобанова: «Мне хочется нести в этот мир только добро»

Только для статусных персон




Отзывы о журнале «Новая Литература»:

22.02.2024
С удовольствием просмотрел январский журнал. Очень понравились графические работы.
Александр Краснопольский

16.02.2024
Замечательный номер с поэтом-песенником Александром Шагановым!!!
Сергей Лущан

29.01.2024
Думаю, что на журнал стоит подписаться…
Валерий Скорбилин



Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2024 года

 


Поддержите журнал «Новая Литература»!
Copyright © 2001—2024 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
18+. Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30.12.2021
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!