Нерублевские судьбы

Между тем у Лехи дела шли не очень хорошо. Его жена постоянно грызлась со свекровью, пилила Леху, когда он прибывал домой подшофе. А происходило это каждый день. Дочка защищала веселого отчима: «Мама, не гугайся, не гугайся...» В конце концов, жена поставила ему условие: либо они переезжают в областной центр, либо расстаются. Честно говоря, Леха и сам уже давно подумывал о смене места жительства. Поэтому без долгих размышлений и согласился на переезд.

В городе он устроился на ДСК. Здесь давали семейное общежитие, а по прошествии трех-четырех лет – и квартиру. Работник он был неплохой, к тому же стал членом партии, что прибавляло ему дивидендов в глазах начальства. Его назначили бригадиром и улучшили жилищные условия в семейном общежитии, предоставив вместо одной маленькой две комнаты. Подходила и очередь на получение отдельного жилья. Один из старших братьев купил себе новую машину и отдал ему свой старенький жигуленок вместе с металлическим гаражом. Жизнь налаживалась.

Однако мятущаяся натура Лехи требовала разрядки: он пил после работы, иногда не ночевал дома, пользуясь услугами доступных девиц. Учитывая сварливый характер его жены, его можно было в какой-то степени оправдать: кому приятно приходить в дом, где тебя постоянно попрекают за дело и без. Семейная жизнь дала такую глубокую трещину, что склеить ее было уже невозможно.

Леха продал по дешевке машину и гараж, развелся и отправился на поиски счастья в Питер. Там он устроился на один суперсекретный завод, где его работа была столь же вредна и высокооплачиваема, как труд шахтеров в забое. Там же он повстречал и свою нынешнюю жену, работавшую медсестрой. Смеясь, он говаривал: «Она меня откачивает, когда меня достают».

Течет река жизни, течет без остановки, и не ведает человек, какие крутые зигзаги и водовороты поджидают его до того неизбежного момента, пока вместе с другими реками не вольется она в безбрежный океан, называемый вечностью.