Путешествие на край дня, или Письмо Полковнику

На чтение потребуется полчаса | Скачать: doc, fb2, pdf, rtf, txt | Хранить свои файлы: Dropbox.com и Яндекс.Диск

 

 

 

Полумрак ординаторской – несуразно огромного помещения с высоченными потолками и хаотично разбросанными предметами доживающей свой век конторской мебели – сегодня казался Кириллу неприятно непривычным. Возможно, из-за того, что он впервые попал сюда ночью, но не в своё дежурство.

Сегодня здесь было чужое пространство. Тянуло чем-то влажно-затхлым. Медленно колебалась занавеска напротив расположенной на трёхметровой высоте форточки.

Кириллу почему-то вспомнился случай пятилетней давности: он был на учёбе в городе Петербурге и, по причине отсутствия в общежитии для «усовершенствующихся» врачей горячей воды, пошёл в легендарную общенародную баню на Большой Охте. Там, скорее всего, и потерял маленький нательный крестик – подарок отца. Вспомнил только вечером, в двенадцатом часу. Дежурный сторож-охранник оказался по-питерски понимающим и, за совсем небольшую мзду, позволил Кириллу битых два часа ползать с фонариком по полу и пологам исполинской, высотой с двухэтажный дом, закопчённой парилки (свет включать было нельзя – видно снаружи). Крестик Кирилл, конечно, не нашёл.

Вернувшись в свою комнату в общежитии, он в ту ночь так и не уснул. Не из-за пропажи – а, скорее, из-за проявившегося тогда полузабытого детского ощущения колоссальности и сюрреалистичности даже маленького кусочка окружающего мира. Чужого мира. Изнанки привычного дня.

 

Кирилл сидел на продавленном диване. Аркадий Иванович – в кресле у другого конца стола. На столе, среди раздвинутого вороха бумаг, стоял чайник, пластиковый поддончик с вафлями, ополовиненная бутылка «Арарата» и одна рюмка – Аркадий Иванович к алкоголю был равнодушен.

Мальчик из реанимации умер примерно за час до сумбурного ночного визита Кирилла.

Казалось, что Аркадий Иванович появлению Кирилла ничуть не удивился, и именно с сухого протокольного изложения обстоятельств этой – в общем, привычной для персонала ожогового центра – смерти начал разговор, когда за ними, отрезав рукав дежурного коридорного света, закрылась дверь ординаторской.

Остановка сердечной деятельности. Трижды. Реанимационные мероприятия (не формальные, как иногда бывает в случае безнадёжных взрослых пациентов – а со всей отдачей). Констатация факта.

Аркадий Иванович отхлебнул из кружки.

– Когда умирает взрослый, думаешь: вот ещё одним подонком меньше стало. Когда умирает ребёнок – тут совсем другое дело: у него было будущее…

– Тогда, за бывшее будущее… – Кирилл опрокинул в себя содержимое рюмки и запил холодным чаем из стакана, который немедленно потёк по бороде.

– Собственно, это цитата, а её автор плохо кончил. Я просто напоминаю тебе о том, что это мёртвые должны хоронить своих мертвецов. А у нас другая работа.

– У кого это – у нас?

– У тех, кто не спит. Дежурит. Кафку читал?..

В кармане Аркадия Ивановича запиликал телефон. Выудив его из халата, он потыкал в кнопки, удовлетворённо кивнул и сунул засыпающий аппарат обратно.

– Сообщение? – спросил Кирилл.

– Да нет… Игрушку скачал. «Куриная фабрика» называется. Там цыплят надо по часам кормить, поить, спать укладывать, ну и так далее. Тогда – если они здоровые вырастут – их можно потом выгодно продать и купить яиц. Забавная. Помогает коротать время.

 

Кирилл налил ещё коньяку.

– Вы знаете, Аркадий Иваныч, а я сегодня видел Бога, – произнёс он, наконец. – Даже два раза.

– И что же, позволь спросить, он делал? – мерцание маленького, затерянного в углу ординаторской телевизора превращало долговязую фигуру собеседника в гротескный плоский силуэт, окружённый корчащимися паукообразными тенями поменьше и порасплывчатей.

– Оба раза – ничего.

– Скажи, а были ли закатаны рукава его костюма? – в голосе тени послышались нотки добродушного смеха.

– Вы же знаете, что да. – Кирилл невольно подхватил тон Аркадия Ивановича. – Зачем спрашиваете?

– Затем, Кирилл, что у нас с тобой они тоже закатаны. – Собеседник вытянул вперёд руки ладонями вверх, иллюстрируя свои слова. – Налить чаю?

– Можно. – Кирилл больше не чувствовал себя пьяным, просто

с некоторых пор окружающее перестало быть монолитным и синхронным. Будто бы ось вращения планеты сместилась и, продолжая набирать обороты, Земля выбрасывала себя с собственной орбиты, отправляясь в бесконечное путешествие по открытому космосу: обратно, к расположенной вне времени и пространства кляксе Большого Взрыва, безжалостно творящей сущее в облаке ревущего огненного вихря.

Только бы не забыть прихватить с собой письмо! Не забыть!

 

Голова раскалывалась. Было очень душно. Кирилл налил ещё рюмку.

– По-моему тебе хватит, – спохватился Аркадий Иванович. – Ложись-ка на диване – я тебя разбужу где-нибудь полвосьмого. Утро вечера мудренее.

– Спасибо. Я пойду, наверное.

– Такси вызвать?

– Да тут недалеко, – соврал Кирилл.

Двойная стеклянная дверь на выходе из отделения отразила нечёткий, тонущий в окружающей обыденности, силуэт крупного молодого человека с довольно неряшливой бородой и вьющимися волосами, доходящими до воротника коричневой кожаной куртки.