HTM
Номер журнала «Новая Литература» за август 2019 г.

Дмитрий Головин

Пучок – пятачок

Обсудить

Повесть

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 14.11.2019
Оглавление

20. Часть 20
21. Часть 21
22. Часть 22

Часть 21


 

 

 

Ирина готовилась к его визиту – в тесной кухоньке на столе стояло несколько чашек с майонезными салатиками, на тарелках лежали пирожки, сыр, копчёная колбаска – без особой фантазии, но видно, что сервировка праздничная. Даже пара свечек имелась, которые Кирилл сразу зажёг – любил полумрак и подобный романтик. На стенах висели какие-то сувенирные досочки, деревянные ложки, берестяные туески, резные полочки, баночки и коробочки со специями… Страшно повернуться, чтобы ничего не задеть и не опрокинуть. Кирилл сел, помня о своих новых габаритах, на всякий случай слегка оцепенев. Ирина расположилась напротив – глаза её блестели в предвкушении. На ярких губах играли отсветы свечей. Кирилл оглядел стол без особого энтузиазма, достал контейнеры с питанием.

– Извини, Ирин, у меня калорийность и состав рассчитаны. Я своё поем, – он улыбнулся заранее примирительно.

– Ну вот, – надула губки Ирина, – а я готовила, старалась… Спортивная здоровая еда – всё полезное, свежее, без ГМО…

– Ну, во-первых, ничего плохого в ГМО я не вижу – для того мы и развивали биологию, чтобы еду улучшать. А во-вторых, эта еда, – он махнул рукой в сторону накрытого стола, – не очень спортивная и её не следует есть на ночь. По крайней мере, на сушке.

– Ой, да что прям от одного раза-то случится, – продолжила Ирина дуться. Глупая, глупая баба. Но такая притягательная…

– Я не ем быстрых углеводов уже месяц, и организм по ним скучает, – занудным тоном начал объяснять Кирилл. – Если сейчас дам ему быстрых, он усвоит их без остатка. И отложит в бока. Вот съем полкило пирожков, запью литром сока – прибавлю ровно полтора килограмма, можешь не сомневаться. Поэтому – нельзя, извини.

– Но выпить-то со мною сможешь? – спросила Ирина уже без прежнего задора, – я настоящее грузинское купила, как ты любишь…

На столе стояла бутылка «Киндзмараули». Явная подделка. Костя взял её в руки, прочёл этикетку, вздохнул, вынул из сумки бутылку сухого красного «Чегема», поставил на стол:

– Давай, каждый своё будет пить. «Киндзмараули» полусладкое, в нём сахар – это не для меня. Я же говорил – своё принесу.

– Ещё скажи, что тебе секс нельзя на сушке твоей, чтоб вечер окончательно удался, – злобно сощурившись, проговорила Ирина. Не выдержала – укусила. Обиделась. Так ведь предупреждали тебя…

– Не скажу. Не злись – подумаешь, из контейнеров есть буду. Можно в тарелку переложить, чтоб сервировку не испортить, – мирно проговорил Кирилл. Ему это стоило усилий – ведь говорил, предупреждал: я на сушке! – один чёрт эта курица не врубилась! Он подавил поднявшуюся волну досады и выложил в тарелки салат из огурцов и куриную грудку. Разлил вино по бокалам. Ирина подняла свой бокал, сказала на полном серьёзе:

– Ну, давай за праздник, за нашу родную армию! – легонько чокнулась с ним и залпом выпила. То ли правда такая, то ли прикидывается. Кирилл немного пригубил из бокала, аккуратно поставил его на стол:

– Когда это армия тебе родной вдруг стала? Ты же в ней не служила, портянок не нюхала! – он усмехнулся своим ароматным воспоминаниям. Всё равно к запаху со временем привыкаешь …

– А она всем нам родная, – с легкомысленностью многолетнего телезрителя отозвалась Ирина, – она же нас защищает! Давай по второй разливай!

Кирилл налил Ирине полный бокал, себе плеснул немного. Поинтересовался нейтральным, по возможности, тоном:

– А кто и когда на тебя нападал? Может, я не знаю чего?

– Ну, как кто? – Ирина протянула ему тарелку. – Положи мне салатика немного и пирожок… Все эти, из-за границы… К нам всё время лезут и лезут…

– Да кто «эти»-то?! Из-за какой границы к нам лезут?! – чуть не взвился Кирилл. С трудом сдержался.

– Украинцы эти всё лезут, – Ирина быстро захмелела, – Американцы…

– А! То есть мы Крым отжали, на Донбассе войну начали, а лезут к нам американцы?! – Кирилл чуть не взвыл с досады. Ну нельзя же такой тундрой быть!

– Да что ты разволновался-то так? Плевать нам на хохлов этих, пусть что хотят, то и делают! У нас же праздник сегодня!

– Действительно, как я раньше не догадался – плевать на них на всех! Давай праздновать! Пусть их там хоть всех поубивают, правда? Нам же все равно должно быть! – Кирилл взбесился. Сука, ну почему ты свои титьки молча не колышешь – тебе это больше всего идёт? Бешенство застучало в виски. Какой он быстрый-то стал на эмоцию, и нервная система в полном порядке – заводится с пол-оборота … Надо сделать перерыв, а то вместо секса драка получится. Он встал:

– Подожди, я в туалет схожу.

Пошёл в туалет, сел на унитаз в позе мыслителя. Внутри клокотало. И эта с ними. Смотрит телевизор в фоновом режиме, а он постепенно отравляет мозг, отключает его, отучая думать, тем более – думать критически. Да и то, если она когда-нибудь умела это делать. Надо успокоиться и сменить тему. Он смыл воду, зашёл на кухню и брякнул первое, пришедшее в голову:

– Кстати, скоро у чеченцев День памяти и скорби – их в этот день депортировать начали в Казахстан и Киргизию. Помянем? – он вопросительно приподнял бокал. Ирина тряхнула головой:

– Чего ты, Рогов, занудный такой, а? Какие чеченцы? Какие американцы? Я стол накрыла, тебя в гости пригласила, а ты митинг у меня в квартире устраиваешь. Несанкционированный. Выпить даже спокойно не можешь – всё бы тебе за политику поругаться.

А вот это была правда. Кириллу стало стыдно. Видно же: старалась женщина, ждала его, готовилась. А он начинает…

– Извини, Иришка, – он подсел к ней, уткнулся носом в ложбинку между грудями, вдохнул запах домашней женщины. – Извини дурака. Больше не буду. Давай за тебя – хозяйку дома. За дом твой уютный. За дочку.

– …За то, чтоб в доме хозяин появился! – продолжила она.

– Ну, и за это тоже, – согласился Кирилл, сделав вид, что не заметил толстого намёка, залпом опрокинул в себя вино – никогда не понимал гурманов, смакующих оттенки вкуса. Ирина пила медленно, пробуя. Послушная какая – сказали, что надо наслаждаться вкусом, она и наслаждается. Что ж ей никто не сказал, что в жизни надо своей головой всегда думать и сомневаться почаще, особенно тому, что в телевизоре говорят?!

Захватив вино и бокалы, перешли в комнату, на диван. Заговорили о дочках. Кирилл с удовольствием рассказал об успехах своей Наташки – учится в университете на последнем курсе, есть парень – здоровяк, бывший спецназовец Армии обороны Израиля, так что за ним она будет как за стеной – в любых смыслах.

Ну, она с детства упорная была и продуманная – Кирилл в шутку её Железной Кнопкой звал. В младших классах он её в школу возил, а класса с пятого она на трамвае сама ездила. Рассказал, как она в шестом классе месячный проездной потеряла и месяц ходила в школу пешком – четыре километра. Он случайно узнал, уже в конце месяца – Наташа заявила, что отказывается от папиного подвоза, потому как сама проездной потеряла и в следующий раз будет внимательней. А в старших классах всюду, в том числе и в школу, гоняла на велосипеде – с точностью до секунд рассчитывала время выхода из дома, чтобы попасть в «зелёную волну» и домчаться за десять минут. Перед тем, как пересесть на велосипед, трижды с секундомером проехала до школы в разное время – примерялась к дороге и трафику. Одна проблема: ребёнок его цифровой, а он, Кирилл – аналоговый. Двумя пальцами одновременно в смартфоне текст набирает, тогда как Кирилл – одним. Не может он её и чтением заинтересовать – она всё из Инета качает и, как правило, это видеофайлы. В прошлый приезд сказал ей в шутку, величественно:

– Образование и чтение необходимы для познания мира. Помни, Наташ: чтобы его узнать, надо много читать и думать. А теперь ступай – изучай и познавай. Расскажешь потом, какой он, мир.

– Я, пап, тебе ссылку кину, – засмеялась Наташка …

Вот как с ней такой разговаривать?

Теперь у него чувство, что сердце его вынули и увезли вместе с Наташей. И не вернуть, и не оплакать. Всё ушло. Навсегда. «И ждёт меня одинокая старость» – подумал в очередной раз. Но не сказал – он здесь в другой роли.

Ирина вежливо слушала, иногда вставляла реплики про свою Наташу. Её дочь была гуманитарием, тянулась к искусству, любила читать и танцевать, в общем, была, как понял Кирилл, натурой романтической. За разговором выпили ещё – Кирилл произносил нейтральные тосты, Ирина послушно пила, на глазах пьянея. Вроде бы все успокоились, разговор незаметно свернул на «бывших» – причём Ирина первой поинтересовалась, как живёт бывшая Кирилла. Он не очень охотно, тщательно дозируя информацию, кратенько рассказал историю развода и Олиного отъезда. Из вежливости поинтересовался Ирининой историей – он развёрнутого рассказа никогда не слышал. Оказалось – всё просто и банально: вышла замуж за вертолётчика, будущего генерала, а получился обыкновенный алкоголик и неврастеник, к тому же начавший распускать руки. Развелись по её инициативе, о чём не жалеет – как бы она с Кириллом встретилась, если б не тот развод?

– А ты боишься остаться один? – вдруг спросила его Ирина. В больное угодила, в заветное. Видно было, что вопрос её волнует – она-то боялась, её-то одиночество грызло, видимо, ещё сильней, чем Кирилла … Хотела от него заверений, что-нибудь вроде «я тебя одну не оставлю». Кирилл пожевал губами, вспоминая и формулируя, сказал глухо:

– Я, Ирин, другого боюсь. Даже не боюсь, а скорее, задаюсь вопросом, – он начал читать:

А если я погибну? А если я умру?

Проснётся ли мой город с печалью поутру?

Пошлёт ли он на кладбище перед закатом дня

Своих счастливых женщин оплакивать меня?[16]

– А тебе надо, чтоб все бабы по тебе плакали, да? – обиженно спросила Ирина. Опять...

– Да не о том же стихи! Чтоб весь город! Безвестности боюсь, сгинуть никому неизвестным, понимаешь? – он покраснел от досады. Совсем не понимает, что ли?! Про свою боязнь одиночества не стоит и намекать – она тогда с него совсем не слезет.

– То есть меня тебе мало?! – девушка явно лезла на рожон. Или перебрала со спиртным и спустила демонов с поводка. – Вот мы с тобой, Рогов, уже полгода встречаемся, а ты мне ни разу о своих чувствах не говорил. Я для тебя кто? – она внимательно на него посмотрела, отстраняясь. Ну да, назюзюкалась. Что не отменяло вопроса.

– Ты для меня моя Иришка, – он примирительно потянулся к ней с поцелуем. Она отвернула губы, отодвинулась. Прям вечер обид сегодня.

– Скажи, а я тебе хоть нравлюсь?

У Кирилла в голове сразу всплыло «нет, ты отвратительна, я здесь, потому что меня заставили», но сдержался. Немного поспешно выпалил:

– Ещё как нравишься! Я же в твоей квартире сижу! Вино с тобой пью! Со вполне прозрачными намерениями!

– А я красивая? – не давала она опомниться.

– Конечно, красивая! У меня орган есть, помимо мозга, который на некрасивых не набухает! А на тебя каждый раз реагирует торжественным вставанием, – чёрт, не надо было других «красивых» приплетать.

– А ты меня любишь? – наступление было нешуточным. Ляпни сейчас «люблю» – и следующий вопрос будет о дате свадьбы. Кирилл завилял:

– Ну, я не знаю, что такое любовь, но к тебе явно неравнодушен.

– То есть я тебе только на потрах нужна, да? – её глаза опять набухли слезами. «А разве этого мало? – хотелось сказать Кириллу. Глядя на неё ласково, он произнёс по возможности мягко и умиротворяюще:

– Если бы меня интересовал только секс, я бы не приглашал тебя в кино, на выставки и концерты. А я приглашаю. И хожу всегда с тобой, демонстрируя, что ты – моя женщина. Что ты плющить-то меня вдруг принялась, а? Анаболики я употребляю, я должен быть грубым и агрессивным, а я чувствую себя как в обороне. Что на тебя нашло, лапуль? – Кирилл притянул Ирину к себе, поцеловал примирительно. Она сначала посопротивлялась невсерьёз, но быстро сдалась, показывая, что готова примириться – не портить же вечер. Он нежно, как маленькую, погладил её по голове, поцеловал в шейку.

– Ты хоть скучал по мне? – задышала прерывисто, прильнула к Кириллу, поцеловала его развратно, многообещающе долго, как только она умела – всё же мастерство не пропьёшь!

– Безумно! Ты мне даже снилась пару раз, – отчего бы не успокоить женщину перед сексом?

– И чем мы занимались? – игриво спросила она.

– Вместе мыли посуду в тазу и смеялись, – с улыбкой ответил Кирилл.

– В каком тазу? Какую посуду? – засмеялась Ирина удивлённо.

– В голубом. Металлическую. – Кирилл засмеялся, – да что ты всему-то веришь! Пошутил я!

– А потом что делали? – она не отставала. Говори, Кирюха, говори…

– А потом я зашёл сзади, задрал тебе юбку, и ка-а-к….– снова засмеялся Кирилл. Обхватил её за талию, положил поперёк коленей, пошарил рукой под юбкой. Туго всё, не добраться.

Стянул кофточку, зарылся лицом в дынные груди, вдохнул жадно. Ирина прижала его голову к груди, подержала несколько мгновений, не отпуская, поинтересовалась пьяненько:

– Я в ванную?

– Я тебя дождусь, – пообещал Кирилл с каменным лицом. – Может, кроватку пока расправить?

– Да, расправь, подготовься. Вернусь – совсем тебя растерзаю, – она направилась в ванную, похабно повиливая задом. Знает, как надо. В залах Кирилл видел ягодицы и покруче – это же мышца, её накачать можно… А вот грудь накачать нельзя – только силиконом, но это уже не то. Оттого грудь им ценилась выше.

Сходил после неё в ванную, сполоснулся, с трудом поворачиваясь, боясь задеть многочисленные полочки с шампунями, маслами и бальзамами, зашёл потом в спальню, отключил ненужный ночник, сорвал с неё одеяло на пол, накрыл телом, как плитой – чтоб прочувствовала мужика. Ирина лежала, не двигаясь, приятно мяконькая, уютная, полностью расслабленная. Пошевелился, устраиваясь поудобней. Ирина начала тихонько попискивать от наслаждения – его это завело ещё больше. Приступил к предварительным ласкам, гладил её осторожно, разминал пальцами, как пластилин. Она отвечала одобрительно всем телом, понимая и предугадывая его действия. Оба постепенно загорались взаимным желанием, Ирина начала течь, возбуждая его всё больше. Они никуда не торопились, их взаимные ласки были тягуче – медленными, движения – неторопливыми, чувственными. Опыт был у обоих … Наконец, он развернул её спиной к себе, схватил руками за тяжело отвисшие груди…

– Трахни меня жёстко, как мы хохлов трахнули! – вдруг воззвала Ирина. Член дрогнул и начал быстро сдуваться, будто его проткнули. Да кто ж тебя за язык-то тянул?! Если б вошёл – можно было бы попробовать раскачать, а сейчас-то, с увядшим, что делать?! Кирилл чуть не взвыл от досады.

– Перевозбудился, милый? – Ирина быстро повернулась, цепко схватив его за промежность. Член неумолимо скукоживался – даже в её умелых руках. Кирилл вздохнул:

– Ну, типа того. И анаболики ещё неизвестно как влияют… Видимо, настало время орального секса.

Но ни оральный секс, не иные ухищрения не помогли. Иринины старания к успеху тоже не привели. Кирилл, сжав зубы от досады, чисто на мастерстве и опыте с трудом довёл её до оргазма, но ему это всё равно не помогло. Да и неизвестно ещё, довёл ли – женщины умеют симулировать. Это мужской оргазм не сыграешь. Член висел, отказываясь от выполнения своих прямых обязанностей. Наконец, уже глубокой ночью, Ирина, поняв, что сегодня ничего не получится, предложила поспать. Он с радостью согласился.

Утром он вошёл в неё без ласк, наскоком, спросонья – она охнула сладко, обмякла, приняв его. Получилось коротко, но довольно бодро. Доказал свою состоятельность. Правда, осадочек остался. Надолго, если не навсегда.

Обломы помнятся дольше, чем победы.

К маме в пансионат пора заехать. Уже неделю не был…

 

 

 



 

[16] Стихи Булата Окуджавы.

 

 

 


Оглавление

20. Часть 20
21. Часть 21
22. Часть 22

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

06.07: Художественный смысл. По проторённой дорожке (критическая статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература» (без рекламы):

Номер журнала «Новая Литература» за август 2019 года

Все номера с 2015 года (без рекламы):
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2020 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!