HTM
Мстить или не мстить?
Читайте в романе Ирины Ногиной
«Май, месть, мистерия, мажоры и миноры»

Роман Оленев

Юрий Мамин

Обсудить

Стенограмма программы "Стоп-кадр"

На чтение потребуется 20 минут | Скачать: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Купить в журнале за январь 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за январь 2015 года

 

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 17.01.2015
Режиссёр Юрий Мамин. Портрет с сайта http://www.metronews.ru/razvlechenija/kinorezhisser-jurij-mamin-ja-perestal-hodit-v-kino/npUiau---637192877/

 

 

 

Чуть более полугода назад в одной из программ мы говорили о таком весёлом музыкальном фильме с остросатирическим уклоном и необычным названием: «Не думай про белых обезьян». Это картина режиссёра Юрия Мамина[1] оказалась долгожданной для всех ценителей его творчества. Ведь те блестящие сатирические кинокомедии, которые он снял ещё с конца восьмидесятых по начало девяностых – «Окно в Париж», «Праздник Нептуна», «Фонтан» – стали настоящим фейерверком хлёсткого, острого юмора и награждались тогда призами на самых разных международных кинофестивалях.

А ведь надо сказать, что тогда, в перестроечные годы, в жанре отечественной кинокомедии тоже, как и сейчас, было далеко не всё гладко. Скажем, известно, что великий Эльдар Рязанов, которого, кстати, наш сегодняшний гость считает своим учителем, да и не только Рязанов, а и другие комедийные мэтры, такие как Гайдай, так вот, он именно с началом перестройки стали либо слегка терять чувство вкуса, либо уходить в мрачновато-мистические темы. Вспоминается, к примеру, фильм Рязанова «Предсказание».

А вот для сатирически-комедийного таланта Юрия Мамина именно перестройка и оказалась настоящим расцветом. Тут-то и раскрылся его талант Гоголя и Салтыкова-Щедрина.

 

Кадры из фильма «Окно в Париж» (1993 г., реж. Юрий Мамин)

 

Кадры из фильма «Окно в Париж» (1993 г.):

 

– Отцвели уж давно хризантемы в саду, а любовь всё живёт в моём сердце больном. Ах-ха-ха!

– Умничка, родная моя, дай я тебя поцелую.

– Папа! Пойди открой.

– Так… Будь здорова.

– Котенька, поздравляю!

 

Испытания же для режиссёра Юрия Мамина, который, кстати, ещё и по образованию музыкант, отсюда такая чувствительность ко всякого рода фальши – так вот, испытания для него начались, когда сумбурные перестроечные годы закончились и наступили времена так называемого продюсерского кино. Когда, вроде бы, так же, как и в перестроечные годы, цензуры нет, но уже есть диктат прокатчиков. Когда в обществе, вроде как, в целом, так настроение весёлое, но почему-то эта весёлость с большим трудом находит отражение в киноискусстве.

Вообще, по разным причинам, у Юрия Мамина была длительная пауза, но наконец-то вышел его новый, очень оригинальный фильм «Не думай про белых обезьян». И, мало того, вот он ещё и оказался в программе международного Одесского кинофестиваля. Он, правда, не участвовал в конкурсной программе, так как был снят в две тысячи восьмом году, а по правилам фестиваля все конкурсные картины должны были быть выпущены не позже января две тысячи девятого года. Но зато участником, гостем фестиваля оказался сам режиссёр. Юрий Мамин специально прилетел в Одессу из родного ему Санкт-Петербурга и порадовал нас общением с ним.

 

Роман Оленев: Юрий Борисович, вы признанный мастер в жанре кинокомедии, в её таком гротескно-сатирическом варианте, и вот как раз проходит фестиваль, где главный лейтмотив – юмор. Вы уже бывали на подобного рода фестивалях? Есть, с чем сравнить?

 

Юрий Мамин: Я бывал на этом фестивале. На «Золотом Дюке» в восемьдесят восьмом году. Это был прекрасный фестиваль, вообще, лучше в жизни у меня не было. Я был на многих зарубежных фестивалях и получил там много всяких приятных призов. Но самый приятный был «Золотой Дюк». Потому что это было связано не просто с традиционным пребыванием на фестивале, получением призов. Это была встреча людей, которые вдруг вдохнули воздух свободы и рассчитывали на то, что в дальнейшем будет совершенно другая, справедливая жизнь, лишённая давления сверху, несправедливости, чиновного гнёта, коррупции и так далее. Во всяком случае, вот этот дух хрущёвской оттепели, дух надежд на то, что демократические какие-то внутренние, то, что у нас жило в сердце, о чём мы мечтали после избавления от этих густых бровей, наконец, они восторжествуют. Была такая надежда. Увы, увы. Не подтвердилось. Поэтому «Золотой Дюк» мне самое яркое и приятное воспоминание. Приз этот, который у меня был, стоял, и который я дал для того, чтобы его возобновили здесь, скульптору – это самый ценный, я считаю. И мне очень приятно, что новый фестиваль возобновлён под этим же названием. Вот он для меня приятен. В отличие от многих других, которые вызывают у меня отторжение, и я не хотел бы в них участвовать.

 

Роман Оленев: Этот фестиваль необычен тем, что, если говорить о конкурсной программе, главная тема – не только юмор. Я даже процитирую организаторов фестиваля. Они говорят, что во всех фильмах должно присутствовать новое концептуальное чувство юмора. Как вы полагаете, что это за новое, куда движется природа юмора?

 

Юрий Мамин: Я вам должен сказать, что все эти декларации абсолютно бесполезны. Не было фестиваля в мире, который бы не хотел, чтобы у него было что-нибудь новое, который бы не хотел что-нибудь открыть. Но, к сожалению, наши решения и наши призывы ничего в этом смысле не решают. Всё новое рождается здесь и здесь (показывает на грудь и голову). А это зависит очень от многого. Казалось, что талант всё решает – ан нет. Нет. Состояние культуры. Общества. Те идеалы, к которым общество стремится. Если победили деньги во всём, если каждый хочет стать успешным и у него есть, вообще говоря, пример для подражания – это отнюдь не Павел Корчагин и не Андрей Болконский, мы знаем, кто это такие. Как один из моих героев – главный герой «Не думай про белых обезьян», который похож и внешне на Романа Абрамовича, и вообще мечтает стать таким вот – эти герои в реальности и являются властителями дум. Если такое общество существует, и молодёжь к этому тянется, ну что же она может изобрести? Ничего.

 

Кадры из фильма «Не думай про белых обезьян» (2008 г., реж. Юрий Мамин)

 

Кадры из фильма «Не думай про белых обезьян» (2008 г.):

 

– Ну здравствуй.

– Привет. Не встречались давно.

– Куда направляешься?

– Скажем, в кино.

– Один?

– Да, один. А зачем мне другой?

– Садись, подвезёшь. Ну какой ты худой… Я тут замуж решила. Скоро буду жена.

– Поздравляю.

– Дурак. Я ж в тебя влюблена.

– Ха! Ну, девка!

– Ш-ш-ш…

– Всё же своего добилась. Не зря тебе горячечной знобилось. Когда б не ты, вовек бы не простил. В три шеи гада б с лестницы спустил.

– Он стал другим.

– Ну да, сменились роли. А свадьба что? Откладываем, что ли?.. Как скажешь, дочь. А снова не сбежит?

– У-у.

– Ну ладно, хрен бы с ним, пускай лежит. Скажи, чтобы побрил свою харизму. А я тут кой-кому поставлю клизму!

 

Юрий Мамин: К сожалению, сначала надо переделать вот здесь и здесь (показывает на грудь и голову). Я считаю, что это очень большая работа, поэтому, в принципе, согласился на преподавание и веду сейчас кинорежиссуру в одном из институтов питерских.

 

Роман Оленев: Юрий Борисович, вы затронули тему нового вашего фильма «Не думай про белых обезьян». А вы отдавали себе отчёт, когда снимали эту картину, что пошли на двойной риск? Во-первых, сейчас всё-таки разоблачительное остроумие не сильно в моде, а потом, вы ещё всё перевели в стихотворную форму, то есть, устроили двойную нагрузку для современного зрителя.

 

Юрий Мамин: Я, конечно… Видите, тут какая вещь. Понимал ли я, что иду на двойной риск? Не до конца. Дело в том, что я-то предполагал, что мне и не надо побеждать вообще всю страну целиком, в огромном количестве. Мне не нужна вся эти аудитория. Вы ж к себе на кухню не пустите случайных прохожих, здесь на улице которые идут с бутылками и матерятся. Вы же избираете себе публику. Так же и я. Я к себе приглашаю только людей, с которыми могу общаться. Которые могут со мной не согласиться, но они вступают со мной в диалог. Я ищу в зрителе собеседника. А те, кто выпускает сегодня кино, они ищут в них десять долларов за билет. Вот и разница принципиальная. Поэтому картина у меня была напечатана пятнадцатью копиями без всякой рекламы. Там, где мой зритель узнал об этом, там были полные залы, и там задержали её в три раза дольше по времени – вместо недели показывали две с половиной. Скажем, у нас в кинотеатре «Родина», так же названном, в Питере. Там, где этого не было, публика, конечно, не шла, потому что она привыкла к массированной рекламе, которую даёт телевидение, само и производящее свою продукцию. Поэтому очень некорректно говорить: «А что у вас с прокатом?». Этот вопрос, который задают мне и журналисты, иногда даже сами прокатчики или какие-нибудь продюсеры, – я удивляюсь, просто говорю: это безграмотно, по-моему. Одно дело, человек выпустил тысячу или девятьсот копий и ещё раструбил на всю страну – и он провалился. Вот это показатель. А то, что человек выпустил десять копий и не смог заработать, оплатить свои миллионы, там несколько, которые вложены – вот это вот закономерно. Я рисковал каким образом – я хотел собрать ту аудиторию, которая разбежалась по углам. Которая сидит дома, покупает хорошие фильмы, читает хорошие книги и не ходит в кинотеатры, не жуёт попкорн. Но видите, для этого нужна всё-таки и реклама, нужно телевидение и так далее. Картина набирает вес. Я знаю, что существует сейчас общество фанатов фильма. Она получила несколько призов, главных, очень престижных, на двух фестивалях авторского кино – один в Англии, другой в Марокко. Председателем жюри кинофестиваля в Марокко был Дель Хадан, который был в течение двадцати лет президентом Берлинского фестиваля, человек, который всё знает, самый авторитетный. Он попросил у меня после фестиваля, дав мне главный приз, попросил, чтоб я прислал ему копию. Он хотел показать её друзьям. Вот это для меня был самый большой приз и подарок. Вот это и есть, когда человек хочет смотреть. Знаете, как я определяю, хороший фильм или нет. Даже вот тот фильм, который, мне кажется, на меня производит самое сильное впечатление – я хотел бы, чтобы я бы его снял. Понимаете? Вот что мне близко, то, что меня восхищает. И таких фильмов существует ну не более пяти в природе, которые я бы мечтал снять и сказал: почему это опередили меня? Я бы не стал снимать фильмы Тарковского при всём моём глубочайшем уважении. Не моё. Это всё равно что украсть. Украсть чужое. Ну не моя валюта, что называется. У меня другой взгляд на жизнь… Мне такие фильмы необходимы, Тарковский совершенно необходим. Это совершенно другое измерение времени. И то, что сегодня он ушёл из кинотеатров – это и есть показатель того, что публика превратилась в жующее попкорн. Она неспособна погрузиться в состояние… Ведь Тарковский работает на чём: он пытается, чтоб в зале время текло так же, как на экране, чтоб мы сопереживали с тем, что происходит сиюминутно, сиюсекундно. Этого не происходит. Молодой человек не привык думать. Он хлопает дверью, зевает, матерится, говорит по телефону… Его не приучили. Я веду передачи – у меня есть авторская программа в Питере – и я говорю о том, что надо приучать. А мне звонки попадаются, говорят: а почему, неужели вы думаете, что силком можно заставить людей что-то делать? Можно. Детей – только силком. Дети не хотят учиться. Ни один ребёнок, даже у животных – ни котёнок, ни… не хочет. Его наказывают родители, заставляют. И потом он говорит им спасибо. Что чему-то научили. Дали выучку в жизни, научили работать. Вот этого сейчас не хватает.

 

Роман Оленев: Вы часто говорите об этой культурной неразвитости, даже некоторой деградации современного зрителя. И вот я запомнил очень такой действительно поразительный пример приводите о голландских свинках, которых кормили разной гадостью, а потом они не захотели есть уже нормальную пищу. Вот в этом случае с этими голландскими свиньями – там какой-то выход был? То есть, как их выводили из этого ненормального состояния?

 

Юрий Мамин: Зарезали и съели, я думаю. Я полагаю, что тут в чём беда? Был фильм «Праздник Нептуна», который сделал меня знаменитым тогда на страну. Он был знаменит не только тем, что удачная история была. Это был фильм-ассоциация. В течение фильма проходили ассоциации с героическими фильмами прошлого. «Александр Невский», «Коммунист», «Чапаев», что-то ещё. И публика это ловила. Она ржала до слёз, потому что эти ассоциации были понятны.

 

Кадры из фильма «Праздник Нептуна» (1986 г., реж. Юрий Мамин)

 

Кадры из фильма «Праздник Нептуна» (1986 г.):

 

– Дорогие наши товарищи! Уважаемые зарубежные гости! Сегодня мы начинаем наш традиционный праздник имени Нептуна! Давай.

– Гуд афтенун, ауа фаин гетс энд диа фрэндс! Уи а бегинин ауа традишнл уинта холидэй Нептун’с дэй! Всё.

– А-а-а!

– Остановитесь! Остановитесь, шведы уехали! Остановитесь, шведы же уехали!

– А-а-а!

– Товарищи! Остановитесь! Остановитесь, шведы уехали! А…

– «Остановитесь!». Народ только разошёлся!

– Так ведь уехали же!

– Да хрен с ними, со шведами! Гуляй, ребята! А-э-эх!

– Это уже не остановишь.

– Ура-а-а!!! Ура-а-а!!! Ура-а-а!!!

 

Юрий Мамин: Сегодня вы покажите – не ловит. Я студентам показываю. Они могут оценить сюжет, могут какие-то… Они не ловят ассоциации. Они совершенно не знают ни музыки Прокофьева, они не знают фильм Эйзенштейна и так далее. Культурный контекст теряется, и общество теряет свою культуру. Нет преемственности. Вот это вот меня волнует. Фильм «Не думай про белых обезьян». Второе название – «Лицо халдея». Сегодняшний мир разделился на две части. Одна часть, бо́льшая по размерам, – те, которые исповедуют власть денег. И для них самое главное – это материальная ценность: получить, стать богатым, успешным, ездить туда, на такие-то пляжи, на курорты, иметь такую либо такую машину, вот так – вот это весь смысл жизни. И небольшая часть, для которых осталась ещё духовная красота. Жить смысл имеет для того, чтобы что-то узнать красивое, что-то сделать, что-то получить, творчеством заниматься. Творчество не любит денег. Те люди, которые считаются моими коллегами или артистами – многие – они идут сюда из-за гламурной профессии. Они зарабатывают деньги и хотят быть в центре. Они получают гешефты с этого. Они не могут ничего создать. Они могут пользоваться временным успехом. Ничего для будущего у них не получится. Так вот, я вам должен сказать, что когда общество делится на две части – фильм очень показателен в этом смысле – аудитория делится на людей, которые не принимают поэзию, встают, хлопают дверью и уходят. А те, кто остаются, становятся фанатиками, поклонниками фильма – я не люблю фанатиков, – но есть несколько обществ, которые созданы: поклонники «Обезьян», «Белые обезьяны», в Перми, ещё там в каком-то городе, мне присылают на Интернет желание о встрече и так далее. Как это было когда-то с киноклубами. Меня это радует. Картина, получается, постепенно разрастается. Как «Окно в Париж». Тоже не имела выхода в кинотеатры в то время – это было время, когда бомбили Верховный совет. Я помню, после премьеры мы не знали, как доехать до дому. Мы выехали, а на нас на московской улице выбегает группа с дубинами. Думал, сейчас поломают и машину. Задний ход – куда-то спрятались. Проката нет никакого. И постепенно эта картина через сарафанное радио, через кассеты стала всеобщей, у каждого на столе она как такая домашняя книга.

 

Кадры из фильма «Окно в Париж» (1993 г., реж. Юрий Мамин)

 

Кадры из фильма «Окно в Париж» (1993 г.):

 

– Через минуту услышал он, что отпирали дверь в передней комнате. Раздались незнакомые шаркающие шаги. Дверь отворилась, и на пороге возникла фигура женщины в белом…

– А-а-а!!!

– Что, друзья, в потёмках? Экономите?

– Ха-ха-ха!

– Что это такое?

– Оборудование для […]. Сто двадцать мегабайт на винчестерском накопителе. Представляете, а?

– Вы что, не видите, что мы занимаемся?

– Вижу, вижу.

– Ребята, заноси сюда.

– Немедленно убирайтесь отсюда!

– Хорошо-хорошо. Не обращайте внимания, ребятки. Ставьте на каждый стол. Аккуратненько, аккуратненько.

– Ну что ж, поговорим в другом месте.

– О’кей.

– Николай Николаевич, дорогой. Мне кажется, что вы, как человек искусства, излишне драматизируете ситуацию. Ну что страшного случилось? Не может же, в самом деле, дорогостоящее оборудование, торчать в коридоре?

– Да вот же где оно, самое дорогостоящее оборудование (показывает на сердце). Ну вы же педагоги. Ну неужели вы этого не понимаете?

– Понимаем. Для этого вас и держим. Давайте. Воспитывайте. Облагораживайте. Истончайте души.

– Обратите внимание, как вы со мной разговариваете. Как с ребёнком. Или как с мудаком.

– Ну что вы.

– Для вас мой предмет – абсолютная чепуха. И дети это видят.

– Николай Николаевич, давайте откровенно. Мы же всё-таки не музыкантов готовим, а бизнесменов. Вот когда вы работали в музыкальном училище, тогда ваш предмет был главным. Но вы же там не сработались. А у нас главное – менеджмент и маркетинг.

– Ну конечно. Я понимаю. Раньше вы воспитывали строителей коммунизма, теперь – строителей капитализма. А в результате получается одно и то же. Жлоб, невежда и вор.

 

Юрий Мамин: Вот я думаю, что, хоть и медленнее, но постепенно эта картина тоже завоёвывает своё, несмотря на все мои материальные потери. Я считаю, что выполнил эту миссию. Слава богу, что нашёлся один из меценатов, богатых людей, занимающихся капиталом, сборами, умеющий это делать, который не потерял связи с искусством. Посещает оперы, филармонии, ему нравится моё творчество, он дал мне деньги.

 

Роман Оленев: Скажите, Юрий Борисович, а как вы считаете, вообще, сатира, она по-прежнему является актуальной, она не устаревает?

 

Юрий Мамин: Нет, сатира не устаревает, она нужна, только её нету. Как она устареет? Её надо ещё уметь делать. Карманная сатира беззубая, она не нужна никому. Подделки, дурной тон и так далее. Но когда человек, вообще говоря, когда в душе горит пепел класса, когда ты чувствуешь социальную несправедливость, когда у тебя накапливается вот это возмущение общественное, то я должен высказываться. Сатирик – это комиссар, это санитар культуры и кино, так же, как волк – санитар леса. Волк убивает больных оленей, и те начинают жить нормально. Так сказать, здоровой жизнью. Так и государство: оно нуждается в сатире. Но сатирики нужны только в годы перестройки. А когда чиновники рассаживаются на креслах своими задами прочными и хотят, чтобы эти зады приросли и никогда в жизни бы не поменялось статус кво, конечно, любой сатирик, любой человек-критик, он посягает на незыблемость их положения. Он им не нужен. Я помню момент, когда [перестала быть] нужна сатира. Я снял только «Окно в Париж», самый успешный зрительский фильм, и я перестал получать всякую поддержку от государства, потому что не стал нужен сатирик. Продолжается до сих пор. Борись за каждую копейку. И сейчас не могу осуществить свой проект. Грандиозный проект «Окно в Париж 2» с замечательным сценарием, который бы совпадал и с днями культуры России и Франции здесь. Но – нет, не пришлось. До сих пор идут переговоры по поводу денег.

 

Роман Оленев: Нельзя сказать даже приблизительно сроки выхода фильма?

 

Юрий Мамин: Сроки выхода? Я должен был запуститься… Я должен был быть в подготовительном периоде. А вообще, в идеальном случае, я должен был этим летом снимать, а к концу года – выпустить. Но я даже ещё к подготовке не приступил. Ещё только веду переговоры с инвесторами. С французами договорился. С нашими – с нашими договориться труднее.

 

Роман Оленев: А вы вообще не боитесь ремейков? А то вот сейчас всё-таки такая не очень хорошая ситуация…

 

Юрий Мамин: Это не ремейк, нет. Если б я думал о ремейке, я бы снял уже десяток фильмов: «Окно в Токио», «Окно в Нью-Йорк» и так далее, ещё в своё время. Нет. Это не ремейк. Это то, что называется «сценарный ход». Знаете, когда говорят, что такое «сценарный ход»? Вот это и есть открытие, которое может дать гарантию. Оно может быть в разных сценариях. Я мог назвать его совершенно не «Окно в Париж». Но мне интересно что? Мне интересно, что, во-первых, есть окно, которое позволяет нашему человеку сделать один шаг и оказаться там. У меня есть возможность показать: а вот учитель вернул-то детей своих. «Нужны Родине», – сказал он в конце. А нужны ли они Родине? И надо ли было им возвращаться? Что произошло? И где Париж? А надо ли сегодня ехать в Париж? А если окно откроется, побежит ли вообще туда наше население или нет? А где другой Париж? Ведь должен же быть город счастья. Вот об этом фильм.

 

Роман Оленев: Если поговорить в целом даже не только о комедийном жанре. Смотрите, такая ситуация сейчас в отечественном кино: снимают фильмы фестивальные, достаточно талантливые, художественные. Но они преимущественно с настроением депрессивным, таким настроением безысходности. И есть фильмы для массового зрителя, но они, как правило, ужасно слабые. Как вы считаете, почему вообще не существует сейчас практически действительно комедийного жанра в отечественном кино?

 

Юрий Мамин: Ну его никогда не существовало на самом деле. Комедийного жанра никогда не было. Было несколько талантливых людей, которые делали комедию. Это удавалось Гайдаю, это удавалось и Рязанову, и Данелии. Некоторые иногда что-то такое выпускали забавное. Климов[2] сделал замечательную картину «Добро пожаловать»[3], там «Полосатый рейс» сделал Фетин режиссёр. Это редкие вещи. Но, в принципе, три человека, которые вполне обладали даром. Но это и за рубежом так. Чаплиных ведь немного. Чаплин, Китон[4], Пэйп – можно сосчитать комедиографов по пальцам. Их не так много совсем, для того чтобы можно было говорить. А вот о культуре кино можно говорить. Тут неважно. Если, скажем, комедийность – это некий дар. Человек способен быть, видеть что-то смешное, способен. Как любая вообще вещь. Человек, который способен к публицистике: вот он всегда собирал вокруг себя что-то. Меня спрашивают – я читал мастер-класс на высших режиссёрских курсах в Москве, много студентов ко мне стали обращаться и стали писать – а мы тоже, говорят, хотим комедию [снимать], что вы нам посоветуете? Я спрашиваю: а вы когда-нибудь делали капустники, вы устраивали вокруг себя что-то смешное? Вы были организатором того, чтобы вас хотели видеть, смеяться вокруг? Если этого не было – и не пытайтесь. У вас нет этого дара. Он случайно не происходит. Это дар от природы. Но вот что меня беспокоит – беспокоит меня больше отсутствие профессионализма. Вы говорите об интересных картинах, которые делают некоторые фестивальные режиссёры? Почти никогда не видел. Критики хвалят их, они находят что-то интересное. Вторично. Мало-мало… там нет открытий – ни в плане человеческих отношений, ни в плане новых форм. В плане новых форм я могу назвать за последнее десятилетие буквально два-три фильма, и то не наших. Ну есть отдельные удачи, очень редкие у нас – они подтверждают правило. Что касается того, о чём вы говорите зрительского – ну это массовая культура. Это заработок денег. Это выпустили огромный объём, вот этот вот поток вещей, который должен захватывать деньги. Я всегда говорю о том, что, понимаете, если я хочу зарабатывать деньги – у меня такая цель, и передо мной есть общество: млекопитающие, насекомые, – конечно, я обращусь к насекомым. Их много. Их в миллион раз больше. Если каждый мне даст по доллару – я разбогатею. А млекопитающие, к сожалению, у нас вот эти вот – интеллектуалы – остаются без пищи. Ну так бог с ними. Для меня, зарабатывающего деньги, это неважно. Я же вижу в них в каждом десять долларов за билет. Я не вижу в них собеседника. И тут получаются огромные ножницы. Культура была отдана торговцам. Часто – неуспешным. Иногда – более-менее способным. Но они превратили её в товар массовой культуры. Потому что они хотят им торговать. Это неизбежная вещь. И мы потеряли то самое ценное, чем, вообще говоря, славились. Мы никогда не славились ни техникой, ничем. У нас были научные изобретения – у славян, я имею в виду: Украина, Россия – это то было единство, объединение, которое, вообще говоря, не делилось никаким образом. Оно и сейчас, по существу, не делится. Делят политики. Так вот, в плане идей – обогатили мир необыкновенно. Такая, причём, подражательная культура наша, абсолютно: взяла всё из Европы и всё вернула так, что они и живут сейчас идеями Достоевского, Гоголя… Ну, Гоголь, ладно, взял немножко, от, скажем, от романтиков, от Германии, от Гофмана, но переработал через… Из него вышло всё остальное. Но я вижу гоголевские типы сегодня живые, вот в чём его сила. Они живут, и хочется просто назвать. Это Городничий, это Землян[ика] – ну живые, как не знаю. Ноздрёвы – все сегодня типы не меняются. Он гений. Ну а остальные? Ведь весь мир, вся литература живёт по их законам, всё изобрела здесь, всё, что здесь происходило, на этой территории, на Востоке. И сегодня потерять это за какие-то два десятка лет, из-за того, что отдать культуру на торговлю, превратить её в массовый товар? Это большое преступление перед будущим. Вы знаете, потерять легко, а навёрстывать очень тяжело. Очень тяжело.

 

Роман Оленев: Ну что ж, я на этой высокой ноте вынужден заканчивать. Мне говорят, что уже моё время истекло. Спасибо вам огромное за общение.

 

Юрий Мамин: Спасибо.

 

Роман Оленев: Приезжайте на следующий фестиваль.

 

Юрий Мамин: С удовольствием.

 

 

Кадры из фильма «Окно в Париж» (1993 г., реж. Юрий Мамин)

 

Кадры из фильма «Окно в Париж» (1993 г.):

 

– Хорошо. Вы правы. Вы родились в неудачное время. В несчастной разорённой стране. Но это всё ваша страна. Неужели же вы не можете сделать её лучше? Ведь многое зависит от вас. Поверьте! Но вы ведь даже не пытались. Неужели же вам всё это до лампочки?

– Хе. А вам?

– Мне – нет.

– Ну а чего ж вы тогда здесь остаётесь?

– А кто вам сказал, что я остаюсь?

 

 

 

10 августа 2010

 

 

 

Источник записи видео: сайт одесского телеканала «АТВ» (atv.odessa.ua, прекратил свою работу в октябре 2014 г.).

 

 

 



 

[1] Юрий Борисович Мамин (род. 1946) – русский режиссёр театра и кино, Заслуженный деятель искусств Российской Федерации (прим. ред.).

 

[2] Элем Германович Климов (1933–2003) – советский кинорежиссёр, самый известный его фильм – «Иди и смотри», 1985 г. (прим. ред.).

 

[3] «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён», 1964 г. (прим. ред.).

 

[4] Джозеф Фрэнк Китон (псевдоним – Бастер Китон, англ. Buster Keaton, 1895–1966) – известный американский комедийный актёр и режиссёр немого кино.

 

 

 

(в начало)

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за январь 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение января 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу

Рассылка '"НОВАЯ ЛИТЕРАТУРА" - литературно-художественный журнал'



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

13.02: Евгений Даниленко. Секретарша (роман)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!