HTM
Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2018 г.

Виталий Семёнов

Апогей

Обсудить

Сборник рассказов

 

Только умирающий от голода живёт настоящей жизнью, может совершить величайшую подлость и величайшее самопожертвование, не боясь смерти.

 

Д. С. Лихачёв

 

Опубликовано редактором: Игорь Якушко, 30.04.2019
Оглавление

5. Ани
6. Леденцы
7. Часы любви

Леденцы


 

 

 

 

 

– Ну, что ж, контра, это единственное, о чём мы с тобой смогли договориться.

– Да, краснопузый, здесь мы пойдём единым курсом. До конца пойдём. Можешь не напоминать, давно ведь уже всё обговорено.

– Так ты и не понял меня, не осознал, так и помрёшь буржуем. Так и не поверил в народные массы.

– А ты так и не принял здравый смысл, не осознал человеческого ничтожества.

Они говорили очень тихо, не перебивая друг друга, каждое слово давалось с трудом. Их кровати стояли рядом, двое пожилых, заросших многодневной щетиной людей, укутанных в тулупы и одеяла, смотрели друг на друга и разговаривали.

– Развитие общественных формаций это полная фикция, рост сознания народных масс это совсем бред. Всё зависит от условий, в которых массы находятся. Это биология, а не марксизм, всё зависит от инстинктов и среды обитания.

– Да ты же сам себе противоречишь, всё кичишься, что историю знаешь, а не можешь увидеть очевидного, уроков истории.

– История учит тому, что ничему не учит народные массы.

– Гегельянец, Маркса читай.

– Обязательно, Мальтуса, Маркса, шизофреника Ницше. Гитлер вот ещё, говорят, что-то нацарапал для потомков.

– Но ты же, историк буржуйский, не будешь отрицать великого подъёма народных масс на протяжении всей истории. Вот хотя бы русский народ взять. От ига освободились, Орду разбили, Москва всю Россию за собой повела, Сибирь освоили, ведь это всё народ, сам, невзирая на царизм.

– Орду Тамерлан разбил, иго ордынское сменилось игом московским. А Москва это вор и мошенник, подкупами и заговорами выпросила себе право грабить Россию, дань собирать. Паразит, завладевший телом «хозяина» и поработивший его сознание. Если бы не низость и беспринципность московских князей, то сейчас Владимир был бы культурной и духовной столицей Руси, а Москва так и осталась Данилкиной деревней. Москва возвысилась на грабежах, по сию пору грабит. Все силы на оборону Москвы! А остальная страна что, не люди? Правильно Кутузов говорил: «Чтобы спасти Россию, надо спалить Москву».

– Идиот, столицу всегда защищают в первую очередь, в любой войне. Это же огромный город, четыре миллиона жителей.

– А во всей стране почти двести миллионов. В Питере почти три, но защищать надо только Москву. Паразит, эталонный образец.

– Да вся страна только из-за Москвы стала такой большой, что есть куда отступать, сибирские просторы ни одному врагу не одолеть, а это ведь всё народ за века сам насобирал.

– Сибирь русский народ насобирал из-за извержения перуанского вулкана в 1600 году. Вышло огромное количество пепла, закрывшего на несколько лет солнечный свет. Похолодало по всему миру, урожаи пропали, особенно России не повезло, оголодали. Вот многие и рванули в малозаселённую Сибирь.

– В Сибирь бежали, спасаясь от царского гнёта.

– Царь Борис раздавал казённые и личные закрома с зерном голодающим. Именно тогда народ потянулся в Москву, с целью лёгкой наживы, а сам город стал распухать во все стороны.

– После Годунова началось Смутное время, это он довёл народ до отчаяния.

– Это бояре и монастырские игумены довели людей своими спекуляциями зерном. Царь сажал их на кол, да всех не успел, отравили. А народ стал разбегаться в разные стороны.

– Это было великим пробуждением народных масс, перерождением Московии в Россию.

– Это было вырождением нации. Переход на экстенсивный путь развития. Движение эволюции вспять, от животноводства и земледелия обратно к охоте и собирательству. Люди перестали думать, как повысить урожайность своего поля или пастбища, они стали думать, как нахапать побольше полей и пастбищ в поволжьях и сибирях. Твои хвалёные народные массы перестали влиять на правителей, они стали разбегаться от них. Это распыление сил и дезорганизация называется. Так было веками и прочно засело в коллективное сознание. Все беды российские от этого, бегаем сами от себя, виним кого угодно, кроме себя, великих.

– Контра ты и есть контра.

– Что, крыть нечем? Кстати, ты сегодня мочился?

– Да, ночью.

– В Питере зимой весь день как ночь. А я нет, вторые сутки уже.

– Ну и что, подождём, может, проклюнешься ещё. Не смей опережать меня, белогвардейская твоя душонка!

– А это не я, это природа. Законы физиологии и метаболизма, а сам человек – ничтожество, был, есть и будет.

– Правильно про вас товарищ Ленин говорил: интеллигенция – говно. Совсем не признаёте людей, всё в облаках витаете. Соберись, контра, не смей умирать вперёд меня. Живи, сволочь! Ну, тебе не нравится русский народ, потому что ты сам из него. Западников почитаешь больше, так и вспомни о силе народной в Европе. Ведь там были и Возрождение, и Реформация, и зарождение демократии, пусть и в усечённом, западном варианте. Ну же, встрепенись, вспомни свою любимую историю Европы! Оживай давай!

– Вспомнил. Возрождение и зарождение демократии произошло после того, как Европа обезлюдела от чумы. Все народы и социальные слои вынуждены были смешиваться, чтобы просто физически выжить. Отсюда пошли подъём культуры, науки и зарождение демократии. А реформация произошла из-за вспышки люэса.

– Кого?

– Сифилиса. Главным аргументом Лютера были морды священников, их сифилисные провалившиеся носы или пятна от ртутных примочек. Скрыть это было невозможно, и народ увидел «истинное лицо церкви», все развратники-церковники были заражены поголовно. Вот тебе и реформация. Вернее, биология. Нет, морда сахалинская, наверное, сегодня, смотри, у меня руки распухли. Вот смотри.

– Вижу, но, может, ещё денёк подождём, дети как?

– Да сидят за столом, пока ты дрых с утра, я слышал, как Ксюша опять их ругала за это.

– Хорошо, значит, выживут. Давай ещё подождём, давай, я первый.

– Нет, краснопузый, я уже не потяну, боюсь, что не хватит сил. Нельзя так рисковать. А вдруг завтра поздно будет, у детей уже пропадёт голод, а у тебя не хватит сил. Представляешь, что всё напрасно пропадёт, зачем мы жили? Давай начнём, как договорились.

– Вот же, сволочь белогвардейская, опередил-таки. Сейчас помогу.

– Добрый ты не по годам. Нет, дорогой, экономь силы, тебе они ещё пригодятся, от тебя теперь будет зависеть успех всего нашего безнадёжного дела. Здесь я сам всё устрою. Прощай, Федя, желаю тебе счастья в личной жизни.

– И тебе, Коля, успехов во всех твоих начинаниях. Прощай. Я всё сделаю, как договорились.

– Никогда не сомневался в тебе.

«Краснопузый» пожилой Федор очень медленно стал подниматься с кровати, протянул руку к лицу собеседника, провёл ладонью по его заросшей щеке.

– Давай без эмоций, мешаешь, иди уже, – огрызнулся Николай.

Фёдор ногой выдвинул стоявший под кроватью таз на середину межкроватного прохода. С большим трудом встал, и, кряхтя, по стеночке дошёл до двери, оглянулся на «контру» и вышел из комнаты, плотно притворив дверь.

Через час он вернулся, долго, с перерывами, возился над тазом и под кроватью уже бездыханного Николая. Затем медленно, экономя силы, укрывал и обматывал покойника. Вечером соседка по квартире Ксения вытащила тело усопшего из комнаты. Фёдор остался один.

 

– Фёдор Игнатьевич, что за леденцы вы даёте детям? Врут, или, правда? Откуда у вас конфеты, дети говорят, что они не сладкие. Что здесь вообще происходит, пока я в очередях торчу? – Ксения стояла над кроватью соседа по квартире и пыталась добиться от старика правды.

– Проговорились. Значит, пора и самому. Сейчас, Коля, встретимся, подискутируем ещё. – Тихо, себе под нос пробубнил Фёдор. Поманил Ксению пальцами, приглашая присесть рядом с ним на кровать.

– Что вы там шепчете? – Женщина присела рядом.

– Обещай, что дослушаешь, что бы я сейчас ни сказал, не перебивая, обещай, а то у меня сил нет спорить, – тихо произнёс старик.

– Слушаю. Обещаю слушать.

– Неделю назад Коля умер, знаешь, ты же его и вытаскивала. Это был самый сильный и честный, лучший человек, что я знал, хотя белогвардеец и контра. Последние дни мы с ним договорились, что наша неизбежная смерть не должна быть напрасной. Но, что мы сейчас можем, ничего. Мы можем только попытаться исправить то, что натворило наше поколение. Это мы довели страну, и тебя, твоё поколение, твоих детей до такой войны и голода. Не так действовали, не о том думали. Всё идеи да лозунги, красные да белые, анархисты да монархисты, а результаты вот они. Поэтому единственное, что мы с Колей сейчас можем сделать, это спасти жизнь твоих детей. Чтобы они и их поколение выжило и исправило наши ошибки, спасло и изменило страну. Не перебивай, дослушай. Детям нужен белок, взять его сейчас неоткуда, единственный выход – наша с Колей кровь. Ты должна скормить детям нашу кровь. Они ещё маленькие, всё забудут, когда вырастут.

– Вы что несёте, какую кровь, мы что людоеды? Что за леденцы, вы мне про это лучше расскажите.

– Молчи, обещала дослушать. Наша кровь, стариковская, никудышная, конечно, но сейчас только это может спасти твоих детей от голодной смерти. Ты мать, ты должна сделать всё возможное и невозможное, чтобы спасти их. Ты должна кормить их нашей кровью.

– Да вы что городите, вы в своём уме?! Это невозможно, этому не бывать. А дети, кстати, и не так сильно страдают, они уже несколько дней… – Ксения вдруг осеклась и, осознавая последние слова Фёдора Игнатьевича, закрыла лицо руками. – Вы безумец, вы кормили моих детей замёрзшей кровью Николая Павловича, это и есть леденцы! Это вы его убили.

– Это единственное, что их сейчас спасёт, ведь говоришь, повеселели ребятишки. А Коля сам всё сделал, он великий был человек, даром что контра, мне пример преподал, я потом только его застывающую кровь распределил по посуде и под кровать расположил, а когда замерзло, наколол мелко и маленькими кусочками этого льда твоих близняшек угощал. Там ещё на пару дней осталось.

– Вы преступник!

– Мы все преступники, всё наше поколение, это из-за нас вы сейчас страдаете. Если не будешь кормить детей тем, что у тебя есть и ещё скоро добавится, то они умрут. Ты тоже будешь преступницей, потому что не сделала всего, что могла, чтобы спасти их. Понимаю, это тяжело переступить, но другого выхода у тебя нет. Тебе придётся это делать. Ксюша, доча, надо, миленькая, спаси деток. Ради себя, ради нас, ради страны.

– Я не смогу, я не смогу.

– Да ничего же сложного, вот под кроватью посуда стоит, из тазика разольёшь, всё замёрзнет, наколешь кусочки и потихоньку скормишь как леденцы. Детки съедят и живы останутся, а потом забудут, им только по три годика. Сейчас выйдешь на часок, а потом всё сделаешь. Ну же, мать, крепись, у тебя всё получится. Только тело моё обмотай получше, чтобы крови не видно было. Сделаешь, обещаешь?

Ксения встала, посмотрела в глаза Фёдора Игнатьевича. Отвела взгляд:

– Не знаю. – И резко вышла из комнаты соседа.

Фёдор с трудом приподнялся, снял с себя верхнюю одежду. Лёг, выдвинул таз из-под своей кровати, опустил в него кисть левой руки. Правой из-под подушки достал и открыл опасную бритву:

– Встречай оппонентов, контра…

Через час в комнату зашла Ксения со шваброй, заткнула ею ручку двери, чтобы дети не смогли зайти. Потом долго, с перерывами, возилась над тазом и под кроватью уже бездыханного Фёдора Игнатьевича. Затем медленно, экономя силы, укрывала и обматывала покойника. Вскоре вытащила тело усопшего из промёрзшей комнаты, а потом из квартиры.

 

Зимой 1941-42 года умирающие от голода ленинградцы научились употреблять в пищу любые органические вещества. Все виды жмыха – знаменитая дуранда, энергетическая ценность нулевая, но, заполняя органы пищеварения, дуранда не позволяла им съедать самих себя. Все виды технических жиров, оставшееся сырьё и отходы кожевенного производства, кожу ремней, обуви, перчаток. Ленинградцы перерабатывали и ели столярный и обойный клей, целлюлозу, вазелин, глицерин, казеин, технический альбумин, ботву и траву из-под снега, костную муку, гуталин, горчицу, олифу, опилки, хвою и кору деревьев, любые прежде отходы пищевой промышленности пошли в ход, жарили на машинном масле. «Бадаевский кофе» это земля, накопанная рядом со сгоревшими кондитерскими складами, если повезёт, то разведя её в воде, после многократного процеживания, можно было ощутить слабый привкус жжёного сахара. В городе не осталось ни собак, ни кошек, ни крыс, ни птиц, ни даже комнатных растений.

Бывало, что и с трупов умерших людей срезали кусочки. Лучше с погибшего от артобстрела, пока не застыл. С окоченевшего и замёрзшего до твёрдости камня доходяги-дистрофика, павшего на улице, много ли срежешь ослабшей рукой? Кусочек кожи с тонюсеньким мышечным слоем. На что способен человек, беспомощно смотрящий, как умирают от голода его дети?

Известны были случаи, когда матери надрезали себе пустые соски, чтобы питать грудничков. Некоторые матери откачивали из себя немного крови, кормили своих детей.

Сколько надо было иметь духу, чтобы срезать с трупа, потом варить, а потом кормить человечиной детей? Но иногда другого способа спасти жизнь умирающего от голода ребёнка просто не было. Сколько надо иметь духу, чтобы сознательно и спокойно, собственноручно пустить остатки своего тела на то, чтобы спасти жизнь чужих детей? Для того чтобы они выжили, чтобы исправили ошибки предков, изменили страну и сделали всё, чтобы такое больше никогда не повторилось. Никогда!

 

 

 


Оглавление

5. Ани
6. Леденцы
7. Часы любви

Канал 'Новая Литература' на telegram.org  Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

10.05: Художественный смысл. Неужели таки всё – наоборот... (критическая статья)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или сразу отправить журналу 500 руб.:

- с вашего яндекс-кошелька:


- с вашей банковской карты:


- с телефона Билайн, МТС, Tele2:




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2018 года

Купить все номера с 2015 года:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru


 

 

При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2019 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Реклама | Отзывы
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!