HTM
Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2017 г.

Елена Зайцева

Осеннее (№56)

Обсудить

Критический обзор

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 19.12.2011
Иллюстрация. Название: «Осеннее представление». Автор: Евгений Иванов. Источник: http://artnow.ru/ru/gallery/3/1524/picture/0/562613.html

 

 

 

СЕНТЯБРЬ

 

Рассказ Юрия Горбачёва «Потерянный» мне этаким грибом-мутантом видится. Шляпа гигантская (громоздкая, переподробная «вводная часть»), а ножка (собственно история) небольшенькая, худенькая. Делать нечего, сжевала – на голосовании-то я, честно говоря, не доела. Давко. Не бессмысленно, нет. Всё правильно, всё это куда-то там к заповедям восходит, но чего-то героям не хватает, и взять это абсолютно неоткуда. Не стали они ближе. И дальше не стали, где были, там и остались. Если бы они не этого «потерянного» встретили, а, скажем, в кафешке поругались или винограда объелись – то же отношение, тот же взгляд издали… Хорошее, «заповедное» ядро – рассказа не вытянет. Нужно, чтобы какие-то дверцы пооткрывались, а пока они закрыты, всё далеко. Здесь – бесконечно-подробное начало ни одной из таких дверей не открывает. Получаются герои, простите за каламбур, напрасно с головы до ног описанные. И всё, что бы с ними ни происходило, не считается. (Рассказ «Белая ворона», тоже сентябрьский, – те же «не считается», «давко-пресно». Те же и даже больше).

 

«Взгляд воды» Маргариты Пальшиной, видимо, задумывался как красивый. А получился красивеньким. Рафинированным, искусственным. Зеркала, скульптуры. Отражения, благоухания. Галёрки, биеннале, говяжьи языки, тушёные в красном вине. В общем, давайте будем считать, что я чего-то не поняла, но так и хочется водки к кильке.

 

Сервиз Семёна Каминского вернее, рассказ Семёна Каминского «Сервиз Гарднера» – даже не знаю, рассказ ли. Некое (вполне аккуратное) изложение действительно произошедших или могших произойти событий. Канва – хронология, объект – сервиз, субъектов – практически нет, это тени, это «архетипы» (девочка, мальчик, папа, мама, дедушка, бабушка). Сервиз был, сервиз есть, сервиз никуда не денется, будет. А вот что там всё-таки с рассказом… Для него ведь рассказывание нужно. Давайте-ка представим говорящего – движения, десятки-сотни каких-то хорошо видимых или малоуловимых движений, мимика, паузы, «цыкания» всевозможные. На письме всё это тоже есть – должно быть. Возьмём ноябрьскую «Виллу Розу» Натальи Кожевниковой, текст очень «мимический», живой. «…Она говорит, вид у него странный? Серый, Серенький помирать, между прочим, собрался!» Видите – всплеск. Всплёскивает руками тот, кто это говорит. Рассказывает, а не излагает. С. Каминский – излагает, для сравнения: «…Мама и Маруся сидели на полу среди корзин, узлов и баулов, которые стали складывать прямо посередине квартиры уже несколько дней назад. Маруся знала, что они едут вместе с жестекатальным заводом, на котором главным инженером работает папа, и отъезд этот называется не просто отъезд, а «эвакуация»…».

 

«Воспитательницу дебилов» Ирины Власенко я уже упоминала и по сей день так считаю: получше стихов. Но на фоне вышеназванного (даже и вышеругаемого) как-то теряется. Всё-таки… топорненько («неспешно двинулся тропой воспоминаний»).

 

 

ОКТЯБРЬ

 

«Движущее начало» Алексея Яркова написано человеком незачёркивающим (одно из начальных воплощений человека пишущего). Героя через лужу «перепрыгнуть» – пол-листа, не меньше, а уж если из маршрутки дождь наблюдать…

«Снаружи шёл дождь. Скорее даже не дождь, а какая-то несерьёзная водяная мелочь, создающая скорее фон настроения, чем погоду. Грузная, грязно-серая туша неба почти осязаемо вдавливала мутный кусок реальности в дорожную слякоть, и Ивану казалось, что от этого космического давления его спасает лишь тонкий слой покрашенного оранжевой краской металла – крыша маршрутки.

Наверное, из-за этой непривычной чёткости верхней и нижней границ окружающего пространства, маршрутка казалась лифтом, двигающимся, почему-то, не во фронтальной, как должно, а в горизонтальной плоскости этажа реальности. Сходство дополняли выцарапанные на спинках сидений надписи известного содержания, тускло-жёлтый свет лампочек в пластиковых намордниках и прочие якоря объективной действительности.

Внутреннее пространство было настолько отвратительно-обыденным, что Иван снова перевёл взгляд в окно. Несмотря на то, что индустриальный пейзаж усыплял однообразием…»

Прошу прощения за огромную цитату, но это надо видеть.

 

Рассказ Валерия Воробьёва «Икона» – из серии «не раздражающее». Ну – может быть, немного смущающее. Смущает меня такой прямой подход, вот эти жирно проведённые линии: «От счастья снизошедшей благодати Валентин замер…», «Нестерпимо сладостный и жаркий свет пылал в сердце, чуть мерцая в такт закатному солнцу». Никогда бы так не сказала, вот именно – жирные линии. Но они не по всему тексту, а только в самых «благодатных» местах. Что поделать – видимо, трудно описывать счастье снизошедшей благодати!

 

«На перепутье» Ларисы Маркияновой – опять о нашем, о женском. Вдова, наследство, раздел имущества. Горькая судьбина, попытки выкарабкаться. Варианты, попытки справедливости… Плоско, длинно. Со всеми приёмами ванны и растираниями махровыми полотенцами, с «несочетаемостями» вроде «богат разнообразным ассортиментом»… «Несочетаемости» (их, в общем-то, немного) можно поправить, а вот убери полотенца – и ничего не останется. Такой вот полотенечный взгляд…

 

«Три незатейливых рассказа» Юрия Ко действительно не особо затейливые, все умерли, всех жалко.

 

«Безобидные игры» Елены Маючей – напротив, с затеей. Затея такая: события происходят потому, что в них кто-то играет. Жизнь семьи А – всего лишь игра ребёнка из семьи В, жизнь семьи В – игра ребёнка из семьи С – и т.д. («А в какой придуманной реальности существуешь ты сам? Частью чьей безобидной игры является твоя жизнь?»). В общем, старая добрая каузальная фантастика, выполненная суховато и почему-то «западно» (в этих Джейкобах, Дарренах и Джозефах ещё попробуй разберись).

 

«Хроники» Марины Диановой – вполне себе ничего. Да и мне ничего. Вполне ясные «явления» и «непереводимости» («Самая непереводимая вещь – любовь. Судя по определениям окружающих – со мной такого не было. То есть, они про себя рассказывали, говорили: любовь. А со мной такого не было...», «В моём мире есть явление, которое я называю «стакан». Это когда до тебя всё доходит как через стекло. Тебя будто отделили от мира куполом или стаканом. Непередаваемое чувство одиночества – что бы ты ни сказал, стекло исказит это. И так же исказит то, что скажут тебе…») плюс отдельно приятно, что писано нефальшиво. Может быть, простовато всё-таки. Текстик симпатичный, но статичный, ленивенький. Даже не «иду-пою», а «лежу-смотрю». «Пойду лежать». Верю.

 

Другой «переводческий» рассказ написала Марина Рыбникова, он так и называется – «Переводчик». Человечество настигла некая «глухота в отношениях», когда мать вдруг перестаёт слышать сына, жена – мужа и т.д., и неизвестно, как им помочь («Да и в чём состояла бы помощь людям, которые перестали различать звуки только в разговорах с самыми близкими и родными, сохраняя способность слышать всех остальных? Каждый случай взаимопроникающей глухоты, по утверждению моих университетских преподавателей, уникален, как бывает единична всякая история человеческих отношений, и вместе с тем до ужасного подобен один другому…»). Однако хорошо подумали – и придумали: организована служба социальных переводчиков, каковым и является герой… Ошибки текста, по-моему, уже по этому отрывочку видны – многословно, монотонно, назидательно. Т.е.: на лёгонький фантрассказ (с неплохой, в общем-то, идеей) – не потянет, ну а на что-то другое… на что-то другое заявок ещё меньше.

 

Игорь Белисов, сборник новелл «Невинные истории». Гурманско-игривое отношение к тексту, гурманско-игривое отношение к жизни. Кабаки, романы, отношения. Бутылки, трусы (оба ударения), радуги впечатлений/ощущений (полёт нормальный), радуги полиняли (надо что-то делать, кабаки, романы, отношения, «попытка номер…»). Автор: «данный сборник – комический». Это вряд ли. Комическое – всё-таки слой, он подвижный, и под ним – нормальное (поскользнулся на банановой кожуре, упал – а мог нормально пройти, не поскользнуться). А эти «попытки номер…» – не слой, их не сдвинешь, это вообще всё.

 

В октябре-ноябре публикуем четыре рассказа Павла Колесникова: «За окном – тишина», «Крыша плывёт не спеша», «Наш двор на лавочке сидит», «Остановка сердца». Тексты, скажем так, человекоориентированные, есть в них эти дворы и лавочки, а во дворах и на лавочках – люди. Есть взгляд на этих людей, он тёплый и ровный, где-то, пожалуй… флегматичный. Иногда это скучновато. Иногда (когда теплее) трогает. Отношение к автору… Я бы не сказала: пишите! Не сказала: не пишите! Я бы… поздоровалась :).

 

 

НОЯБРЬ

 

Фёдор Избушкин, «Сиротский хлеб». 42-й год. «Отец работал директором в сельской школе. Время было трудное…»; «Государство выделило муку детям, у кого погибли отцы на фронте. Председатель сельсовета с директорами госпредприятий эту муку забрали себе. Давали долю и папе, как директору школы…»; «– Я сиротский хлеб не ем…»; «Сговорились начальники против директора школы, испугались его прямоты и решили подальше упрятать. Война всё спишет…». Сговорились – и упрятали. Не думаю, что надо комментировать. Думаю, голосовать нам надо пожёстче…

 

Ирина Власенко, «Вагончик тронулся…». Буфетчица Нюра ждала свою любовь долго и упорно. Любовь где-то задержалась. Но всё равно пришла. Не последнюю роль в этом сыграл «Доктор Живаго», которого Нюра таки осилила (молодец, Нюра, а вот я так и не смогла) и затосковала по чему-то трагически насыщенному и настоящему. Дотаск(ов)алась до беременности, но случилось чудо. В привокзальном буфете появился «совершенно в зюзю пьяный» любитель Пастернака. «Вне себя об счастья, Нюра аккуратно увязала пришельца в узелок и поволокла домой…» – в общем, вагончик тронулся, и слава богу. Я обычно на такие «славабожные» текстики плечами пожимаю, и тут пожала, но – за внятность, я думаю, – против не голосовала. За внятность и за тон – грустно, жалко и забавно друг в друга довольно свободно превращаются, это уже на «химию» похоже, а не на «физику». На реакцию, а не на механическое соседство слов…

 

Сборник рассказов Ксении Черниковой «Линии». ОН и ОНА могут встретиться – а могут не встретиться. Пазл может сложиться – а может нет. «Удивительно, правда же?» Действительно. Очень удивительно.

 

Геннадий Дмитриев, рассказ «Девочка и кошка». У родителей девочки на уме – только деньги, а ей нужна сказка. И она придумала – сказку, кошку, свой мир… Идея понятна, сделано ни хорошо ни плохо. «Так себе» говорить не хочется, скажу – так…

 

Виталий Сперанский, «Час Собаки». Люди похожи на людей, собаки похожи на собак, всё время происходит что-то, чему сочувствуешь – в общем, простой, крепенький, реалистичный текст, рассчитанный, я думаю, на ребёнка, на подростка («…К весне он поправился, но работать уже не мог – исчезло чутьё. Приходил Фёдор Фёдорович и с ним ещё двое мужчин в белых халатах. Рекс расслышал незнакомое слово «консилиум». Они долго осматривали и ощупывали его, пытались заставить сделать выборку вещи по запаху и, когда Рекс не смог определить хозяина вещи, переглянулись…»).

 

Андрей Оболенский, сборник рассказов «Фантасмагории». Какие-то вязкие «окольные» фантазии: около политики, около эротики, около вообщенезнаючего… Долго я билась, кто кого и зачем «отловил» в этом «Сне разума» (средний опус), кто кого и за что бил, и вот что хочу сказать: начинать роман страницей невнятного текста – не ахти какая удача конечно, но бог с ним, перелистнём мы эту страницу. Может быть. И дальше прочитаем. Но рассказа с нечитаемым началом просто нет.

 

Марина Рябоченко, «Письма иногда запаздывают». Брошенная дочь пишет и пишет маме, взрослея и взрослея. Мать плохая, (у неё «какой-то изъян сердца»), дочь бедняжка и умница ( у неё уже свой ребёнок, и она его любит). «Сколько света и нежности в лице, с какой любовью прижалась она щекой к головке младенца!.. Мать и дитя – самая трогательная, нерушимая, святая связь. Данная свыше…» и т.д. В общем, белое – это белое, а чёрное – это чёрное. Ну и хорошо. Аминь.

 

Марина Рыбникова, «Солнечный зайчик». И зайчик это не простой, он вредит людям. Детям. Да не просто вредит – растёт детская смертность. Разобраться, в чём же дело, берётся журналист Алексей Воронцов. На «мистику» он категорически не согласен, но в итоге это всё-таки она (душа мальчика, погибшего по вине взрослого)… Идея – ну… пусть, ладно. Исполнение – ох!.. Ох уж эти километровые зайчиковы «монологи» в стиле «Прыг-прыг-прыг! Оп-оп-оп!» (а ведь этим ещё и начинается).

 

Эльмира Латыпова, рассказ «Койот». Койот поедает человеческие желания. Он идёт за мужчиной и женщиной, ждёт желаний, ловит желания… Дальше там что-то неудобоваримое начинается, луна куда-то там движется, земля раскалывается, тьма народу, никого нет, всё это сплошняком-скороговоркой, – в общем, не думаю, что получилось. Жаль. Получиться, я думаю, могло…

 

Всем спасибо. Отдельное спасибо (возглавляют мой осенний рейтинг) Наталье Кожевниковой, Павлу Колесникову, Марине Диановой.

 

 

 

Пользовательский поиск

Клуб 'Новая Литература' на facebook.com  Клуб 'Новая Литература' на g+  Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com  Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com  Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru  Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru  Клуб 'Новая Литература' на twitter.com  Клуб 'Новая Литература' на vk.com  Клуб 'Новая Литература' на vkrugudruzei.ru

Мы издаём большой литературный журнал
из уникальных отредактированных текстов
Люди покупают его и говорят нам спасибо
Авторы борются за право издаваться у нас
С нами они совершенствуют мастерство
получают гонорары и выпускают книги
Бизнес доверяет нам свою рекламу
Мы благодарим всех, кто помогает нам
делать Большую Русскую Литературу



Собираем деньги на оплату труда выпускающих редакторов: вычитка, корректура, редактирование, вёрстка, подбор иллюстрации и публикация очередного произведения состоится после того, как на это будет собрано 500 рублей.

Сейчас собираем на публикацию:

11.07: Дмитрий Линник. Все красивые девушки выходят на Чертановской (рассказ)

 

Вы можете пожертвовать любую сумму множеством способов или Яндекс.Деньгами:


В данный момент ни на одно произведение не собрано средств.

Вы можете мгновенно изменить ситуацию кнопкой «Поддержать проект»




Купите свежий номер журнала
«Новая Литература»:

Номер журнала «Новая Литература» за март 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2017 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2017 года

Номер журнала «Новая Литература» за декабрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за ноябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за октябрь 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за август-сентябрь 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за июнь-июль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за май 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за апрель 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за март 2016 года

Номер журнала «Новая Литература» за февраль 2016 года  Номер журнала «Новая Литература» за январь 2016 года



 

 



При перепечатке ссылайтесь на newlit.ru. Copyright © 2001—2017 журнал «Новая Литература».
Авторам и заказчикам для написания, редактирования и рецензирования текстов: e-mail newlit@newlit.ru.
Меценатам, спонсорам, рекламодателям: ICQ: 64244880, тел.: +7 960 732 0000.
Купить все номера 2015 г. по акции:
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru
Реклама | Отзывы | Подписка
Рейтинг@Mail.ru
Поддержите «Новую Литературу»!