Мусорщик

Через неделю прятаться от себя было уже бесполезно. С ней что-то случилось. Страшное.

Она чувствовала моральное отупение. Ничего не хотелось. Ничто не волновало. Ничто не беспокоило. Должно быть, так живут на дне моря большие холодные рыбы.

Жизнь выцвела, как моль. Стала пыльной и затхлой.

Ресторанчики и дискотеки – это уже стояло поперек глотки. Сначала веселишься, как все; потом веселишься только снаружи, а под конец просто все достает.

Свободного времени было так много, что Катя каждый день ломала голову, чем же его заполнить. А потом перестала ломать. Просто садилась перед телевизором и принималась тыкать каналы.

Еще через неделю Вадим сказал:

– Кать… я тут подумал… ты только не обижайся… Я очень тебя люблю, но…

– Но?

– Нам надо отдельно пожить. Не сердись.

Она больше не могла рисовать. Ничего.