HTM
Номер журнала «Новая Литература» за август 2022 г.

Евгений Гольцов

Роуд-муви

Обсудить

Роман

На чтение потребуется шесть с половиной часов | Цитата | Скачать: doc, fb2, rtf, txt, pdf       18+

 

Купить в журнале за июнь 2015 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за июнь 2015 года

 

Опубликовано редактором: Андрей Ларин, 18.06.2015
Оглавление

20. Синдром последнего шанса
21. Лесные братья
22. Бедный Йорик

Лесные братья


 

 

 

Шли молча. Деревья, буреломы и болота повторялись в определённом ритме, создавая иллюзию бесконечного, закольцованного пространства. Мысли растекались в нём, оставаясь где-то во вчерашнем дне. Останавливаться было страшно. Казалось, что неведомая сила, невероятным образом двигающая беглецов вперёд, может уйти дальше сама по себе, оставив опустошённых путников среди болот и деревьев.

Наконец, Стеклов-таки нарушил затянувшееся молчание.

– Кто-нибудь знает, куда мы идём?

– Шевели ногами, – глухо протрубил Рыжий.

Бледный, опирающийся на своих попутчиков, Корней Васильевич был энергетическим вектором, позволяющим троице преодолевать километры недружелюбной тайги, но голод, боль и усталость медленно и верно точили его. Рыжий начинал бредить.

­­– Нам нужно попасть в город, мы так долго не протянем, – не унимался Никита.

– Во всех городах на неделю пути мы будем как бельмо на глазу и, когда тебя схватят, ты пожалеешь, что мирно не сдох под сосной.

– Я имею в виду настоящий город. Мегаполис. Идеальное место, чтоб потеряться.

– Городу нужны деньги, – поморщился Рыжий.

– У меня есть деньги, – тихо ответил Стеклов.

– С чего бы мне тебе верить? Ложь – твое ремесло. Сдашь легавым при первой же возможности.

– Чтобы этот человек, Аарон, нашёл и меня? Я вижу для всех нас только один шанс.

– Какой ещё шанс?

– Публикация.

– Ты опять вздумал шутить со мной?

Корней Васильевич с силой впился жилистой рукой в шею писателя так, что тот вскрикнул от боли и запнулся о сухую ветку.

– Мы покажем его всем и расскажем, что произошло.

– Кто же поверит в байки про пришельцев? Нет пришельцев. Нет их. Не существует.

– Это неважно. Но тайна, которую надо приглушить в зародыше и засекретить, превратится для наших преследователей в тайну, которую нужно обесценить, сделать её китайской подделкой в глазах общественности.

– Что это значит?

– Это значит, что за пределами этого леса есть места, где информацию можно покрасить в любой цвет, её можно завернуть в подарочную обёртку, посыпать дешёвым конфетти и толкнуть в магазине дешёвой бижутерии. И поверь мне, я жил среди людей, для которых подобные фокусы – профессия.

– А что будет с ним?! – возмутилась Лариса Сергеевна, сжав ручку корзинки так, что костяшки пальцев побелели.

Возникла неловкая тишина. Стеклов и Корней Васильевич многозначительно переглянулись.

– Товарищ сочинитель сейчас заткнётся и больше этого базара не будет, – отрезал Рыжий.

И опять вынужденных компаньонов ждал молчаливый путь среди монотонно гудящих деревьев и хруста веток под ногами. Вскоре идти стало почти невозможно, потому что бледный Корней Васильевич с искажённым от боли лицом мог тратить силы только на то, чтобы держаться за своих спутников. Ноги его волочились по земле. Начались частые привалы. Страх. Каждая треснувшая ветка оборачивалась на некоторое время безжалостным убийцей или диким, голодным зверем. Несколько раз, движимая ужасом, компания срывалась с места, но, убедившись, что смертельная опасность только казалась им, снова становилась на отдых. Между тем у Рыжего начался жар: он отлёживался на траве, а Никита и Лариса Сергеевна растерянно смотрели друг на друга. Иногда Корней Васильевич просил пить, тогда они искали очередную лужу с болотистой жидкостью, и женщина приносила затхлую воду в ладонях. Это помогало ненадолго. Если предположить, что внутри Рыжего находится электрическая батарейка, то можно поручиться, что она конкретно села. Корней Васильевич путался в мыслях и разговаривал сам с собой.

– Лариса Сергеевна! – звал он.

– Я тут, – отвечала она, в её голосе чувствовался оттенок заботы.

– Уходи в лес!

– Я и так в лесу, Корней Васильевич, уж не знаю, куда дальше идти.

– Опасайся стрелков! С виду простые. Они. Змеиная кожа на голенях. Никогда не быть им другими, кем они есть. Жабры под мышками. Твой запах. Бойся и прячь его. Их ноздри будут пожирать его голодной стаей гончих.

– Корней Васильевич, я…

– Я пес смердящий. Отдай мне свой запах. Я поведу их. Я буду метить территории. Срать на тропы зигзагами. Кишечным газом ненависти заставлю глаза их слезиться.

– Я здесь, потерпи немного, соберу воды.

– Писатель. Нам нужна его плоть. Будем монстрами этого леса. Кошмары. Хочешь стать фантомом? Два призрака-людоеда, пожирающие бесполезное тело. В тёмном-темном лесу. Где слова не имеют значения. Рычание и крики ужаса ласкают нам уши. Отрежь-ка мне кусочек повкуснее. Запахом уносится он. Уже не страшно.

– Это о чём он? – забеспокоился Стеклов.

– Бредит он, – тихо сказала Лариса Сергеевна.

– Пожарь мне сердце, волнуемое надуманными страстями. Мясной мотор станет углём для желудков. Машинист печью поедает уголь. Поезд не должен остановиться. Мама, забери меня с этого рудника. Пейте мою кровь, ешьте мою плоть. Смешно. Мы все людоеды, – Корней Васильевич издал хрипловатое бульканье, которое, судя по всему, означало смех.

– Господи, он что, хочет меня съесть?

­– Вряд ли он способен кого-либо съесть, – Лариса Сергеевна аккуратно приподняла рубаху Рыжего. Ребра несчастного были покрыты кусками синевато-фиолетовой опухоли.

– Фуфыр. Ты был дерьмом при жизни, стал им после смерти. Эволюция. На вкус не лучше тюремной баланды. Писатель – другое. Он состоит из разных сортов мяса. Змея, говядина, свинина и рыба. Человечины там нет, но от этого не легче.

– Он каннибал? Он уже делал это? – страшная догадка посетила Стеклова.

– Я не знаю, – еле слышно шепнула женщина.

– Не знаете? Я думаю иначе, – Никита вгляделся в смущенную Ларису Сергеевну.

– У него не было выбора, – смутилась она.

– Чёрт, нет. Он Вам нравится, – осенило Никиту, – но ведь он чудовище, людоед. К тому же, опасный. Послушайте, Лариса Сергеевна, мы можем оставить его здесь, так будет лучше. Долго ли мы сможем тащить его? Чего ждать от этого человека? Будем разумными, уйдём отсюда.

– Бросить его умирать тут? Я не могу так.

– Так будет лучше для всех – он ненормальный.

– Нормальный, нормальный, нормальный, нормальный, – повторяла Лариса Сергеевна, и с каждым словом раздражение в её голосе возрастало. – Посмотрите вокруг, тут хоть что-то нормально?! Всё давно уже ненормально. Разве что… – Лариса Сергеевна посмотрела на корзину со Стёпкой и замолчала.

– Вы растеряны. За что вы цепляетесь? За беглого зека и непонятное существо? Посмотрите в глаза реальности.

– Я уже смотрела в глаза реальности. Хотите уйти – уходите.

– И я. Смотрел… в глаза, – запоздало ответил Никита своим мыслям.

Стеклов задумался. Остаться одному. Только сейчас до него дошел весь ужас положения. Идти в никуда. В постоянной опасности быть съеденным диким зверем или быть настигнутым наёмным убийцей. Могильный холод пробежался по копчику и свинцовой тяжестью спустился в ноги. О своём контакте со Стёпкой он даже боялся вспоминать, и это ему пока удавалось, потому что сил на паранойю уже не было. Никита потянулся за спасительной коробочкой и, не прячась, открыл её. Спугнуть мысли на три-четыре раза. Очень мало. Оставить на потом, когда будет совсем невыносимо? Или сейчас? Конечно, сейчас. Один раз точно надо сейчас. Он ничего не может поделать, не может переубедить эту женщину. Одна маленькая щепотка – и он примет это решение: останется в компании с покалеченным людоедом, странноватой женщиной и маленьким, пугающим пришельцем. Никита потёр нос. Впервые за долгое время ему стало дурно от кокаина. Решение было принято.

 

«Хвойная пустыня. Пьянящий чистый воздух. Когда он вернётся, в этой или другой жизни с этой вонью будет покончено. Он войдёт в супермаркет, подойдёт к полке, возьмёт два флакончика с хвойным шампунем в каждую руку. Открутив крышки, раскинет руки и пойдет, поливая пол ненавистной субстанцией. Два секьюрити бросятся выполнять свою работу, как два бурых медведя, разбуженных во время спячки. Вам нравится эта неожиданно возникшая молекулярная взвесь? Как здорово разогнаться и проехаться по искусственному запаху среди синтетики, комфорта, ароматизаторов, эмульгаторов, среди формул, рецептов, диет. – «Прекратите, сэр!» – Белые спортивные кроссовки, означающие полную готовность. Из двух секьюрити больше нравится начинающий седеть пузатый охранник с новеньким шокером в руке. Шампунь разливается перед ними, заставляя их шагать осторожнее. – «Что Вы делаете, сэр?» – «Уничтожаю запах!» – Посетители зажимают носы и восторженно рукоплещут. – «Убей его!» – «Уничтожь!» – Пузатый охранник с рёвом бросается вперёд. Кроссовок с презрением касается скользкой поверхности. Удар в нос – и толстяк падает в лужу, визжа и рыгая. Красные пятна его крови растекаются в шампуне. Второй, спортивный кудрявый брюнет, элегантным движением достает швейцарский нож, открывая одновременно лезвие ножа и штопор. Мастер пыток штопором. Нас не испугаешь хвойным запахом и своим жестоким искусством. – «Господа, внимание! Если вам что-то не нравится, вы можете это уничтожить! Закон сегодня занят!» – Посетители набрасываются на шампуни и топчут их, выплёскивая скользкие струи. Они рвут колбасы и бросают их на пол. – «Мы ненавидим еду!» – «Мы ненавидим лекарства!» – «Мы ненавидим комфорт и химическую промышленность!» – «Мы любим огонь!» – «Мы любим нефть!» – Запах бензина перебивает запах хвойного шампуня. В руках посетителей канистры. Мастер пыток штопором азартно вкручивает штопор себе в сердце, громко крича от боли и радости. Надо бы тащить толстяка по огненной луже за выпавшую прямую кишку, наслаждаясь его стонами и мольбами о смерти. Тащить. Тащить. Тащить».

Стеклов поймал себя на мысли, что он ползет, пытаясь подтянуть за собой бледного Рыжего, практически не подающего признаков жизни.

– Лариса Сергеевна! – крикнул Никита, сам удивившись, как сухо и жалко прозвучал его голос, он даже не вызвал эха – деревья просто впитали его.

Стеклов запаниковал и пополз, хватаясь руками за траву. Просто вперёд, не поднимая головы. Умирать не хотелось, даже мелькнувшая мысль об остатках порошка мгновенно растворилась в ужасе.

«Машина ужаса гудит, создавая мост между реальностью и предсмертным моментом. Неизвестный шутник запустил ее и скончался, спрятав её, неуправляемой и зловещей, в дыре времени. Во снах не родившихся. В прямой кишке Бога. Сокращения сфинктера ощущаются шеей. Кровь приливает к мозгу. Наверное, так страх ломает шеи. Остановишься – машина ужаса начнёт распылять тебя. На старт! Внимание! Марш! Бежим в вечность. Все купили удобную обувь? Выигравших нет. Кто лучше бежит, тот умрёт позднее. Отрезок времени, наполненный испуганным пыхтением, будет призом. Все готовы?! Проводим контрольный осмотр… Ботинки. Очень старые. Много раз заклеенные и заштопанные. Кожаные заплатки. Военные штаны. Тулуп».

Стеклов попытался поднять голову. Холодное дуло ружья, упертое в основание шеи, делало затруднительным выполнение его желания.

 

– Ты кто, мать твою, такой? – послышался голос сверху.

– Я турист, меня зовут Никита.

– Турист?! Ты думай, перед тем как врать, у меня, между прочим – ружье.

– Я заблудился в тайге, мне нужна помощь.

– Ты один?

– Я потерял своих товарищей и не знаю, где они.

­– Эй, Шекспир, что у тебя?!

– Человек с говорящею кожей. Живой и мертвый.

– Я тебя предупреждал: будешь говорить загадками – останешься без еды. Кто там? Он живой?

Послышался глухой толчок и стон Рыжего.

– Плоть не стала мясом, машина искрит, – крикнул тот, кого называли Шекспиром.

– Вставай, – приказал Никите владелец заштопанных ботинок.

Никита поднялся. Перед ним стоял человек, заросший каштановой шевелюрой и спутанной бородой настолько, что виднелись только глаза и нос. На мужике был старый тулуп с нелепо пришитым лисьим воротником; если бы не угрожающе глядящее в живот дуло ружья, то можно было бы назвать неожиданно возникшего незнакомца комичным.

– Тащи сюда второго! – крикнул Лисий Воротник.

Из кустов и травы второй мужик в тулупе вытащил Рыжего. Удивительно то, что он был точной копией Лисьего Воротника и отличался от него только одеждой. У любого взглянувшего на эту парочку внимательнее не осталось бы сомнений – это были близнецы.

– Мы не сделали ничего плохого, – начал Стеклов.

­– Тсс, – Шекспир прижал палец к губам и загадочно посмотрел по сторонам.

Никита замолчал, странный человек в тулупе очень близко и пристально взглянул ему в глаза.

– Души скользкие, уставшие и напуганные. Хорошо напуганная душа выпускает сотни присосок, которыми она пытается удержаться в теле, как улитка в своём панцире. Хорошая или плохая мидия? Ни один рыбак не определит этого. Но опытный морской плантатор признает, этот продукт попал из далёких морей. Топтать ли сразу чужого? Это как бросить монету. Орёл или решка? Изысканный деликатес или мерзкий яд, убивающий в течение десяти лет поносом, рвотой и хронической усталостью?

– Брат, сегодня решаю я, а ты должен заткнуться. Валить их надо, вот что я думаю, – ответил Лисий Воротник немного растерянно.

– Назови врагом того, чью жизнь ты хочешь закончить драмой. Прежде чем сшить змеиные сапоги, назови жертву змеёю, а потом дави. Чистота помысла убийцы должна быть безупречна. Что делает пулю продолжением руки стрелка? Чувство собственной правоты. Соблюдайте нехитрые правила. Дамы и господа, добро пожаловать на сафари. Убивать можно кого угодно – но! Никакой ненависти. Никакого геноцида!

– Никакой ненависти, иди, я догоню, – сказал Лисий Воротник.

– Ненависть. Очищенная, рафинированная, ароматная – красива; пахнущая тем огнём, что очищал средневековые города от чумы. Ненависть жертвы, умирающей от руки спокойного аристократа-охотника. Охотник наслаждается смертью так, как наслаждаются хорошей книгой. Последний стон, впитываясь в тишину, наполняет её цветом и звуком.

Лисий воротник посмотрел на брата-близнеца долгим взглядом, как будто стараясь прочитать его мысли.

­– Ты хочешь, чтобы они умерли как-то особенно?

– Нет-нет, – вмешался Стеклов. – Вы же видите, он не в себе, да и вовсе не это имел в виду. Господи, почему меня окружают одни сумасшедшие!

– Заткнись! – замахнулся прикладом Лисий Воротник.

– Мольбы услащают слух так же, как отчаянная храбрость. Все сидящие в театре обречены. Актёры умирают как гладиаторы, страдая и корчась в манерных позах. Зрители после спектакля получают револьверы в гардеробе и неспешно стреляются на выходе, падают друг на друга в кучу и заливают кровью свои дорогие костюмы и платья. И некому закрыть театр и отменить спектакль. Режиссёр повесился на собственном ремне, а конферансье растворил себя заживо в ванне с соляной кислотой. Его душераздирающие крики совпали с аплодисментами, и поэтому никто во вселенной их не услышал.

– Как? – Лисий Воротник стал предельно серьёзным.

– Я хочу, чтобы эти люди были услышаны. Великолепный материал. Опошлить их плоть банальным убийством, это как выковать меч из золота. Дорого. Бесполезно. И всё равно достанется врагу.

– Дьявол, – про себя выругался Лисий Воротник, – ты маньяк, давай просто перережем им горло? Разве это не красиво, разве это не убийство, достойное ассасинов?

Брат-близнец Шекспир отрицательно помотал головой.

– Что? Что вы собираетесь делать? – Никита был не в себе от страха.

– Не буду врать, – сказал Лисий Воротник не без удовольствия, – но придётся вас заживо выпотрошить. Я не люблю это делать, но лучше иногда пойти на уступку брату, чем наслаждаться последствиями. Знаешь, когда Шекспир не в себе, он просто невыносим.

– Это какая-то нелепая шутка? Я вижу вас первый раз. Я никогда никому не скажу, что тут видел, клянусь!

– Вот в этом я не сомневаюсь, – сказал Лисий Воротник, вынимая, из глубины тулупа зазубренный нож.

– Я даже не знаю, кто вы такие!

– Это, конечно, обидно. Стараешься тут, работаешь санитаром леса, а тебя даже не знают. Я бы рассказал эту историю, но боюсь, у меня нет столько времени, – Лисий Воротник кивнул на Шекспира.

Тот стоял, с виду спокойный, но видно, что его переполняла буря переживаний, сдерживать которую Шекспиру стоило большого труда.

– Я писатель, могу сохранить вашу историю, о ней узнает много людей.

– Друг мой, это размен бриллиантов на какашки. Тысячи людей, прочитавшие Шекспира, не испытают и тени тех переживаний реальности, того откровения, чем один счастливчик, выпотрошенный им вручную. Поэтому современный Шекспир ничего не пишет.

– Нет! – Никита вскочил и попытался бежать, но Лисий Воротник уверенным движением ударил беглеца прикладом между лопаток, и тот растянулся на земле.

Разбойник прижал писателя ботинком.

– Придержи его, я займусь разрисованным, – сказал он брату.

Тот поставил ногу на Стеклова:

– Личинка, становясь бабочкой, занимается самопотрошением в яви. Жить во снах – привилегия кормового скота, – Шекспир с надеждой смотрел на разворачивающуюся драму своими чистыми светло-голубыми глазами.

– Да понял я, – буркнул Лисий Воротник и принялся хлестать по щекам Корнея Васильевича.

После нескольких оплеух Рыжий пришёл в сознание, и его кулак незамедлительно встретился с носом Лисьего Воротника, выбив из него алую струйку.

– Ах, хорошо! – Лисий Воротник вскочил, размахивая ножом, казалось, факт разбитого носа забавлял его. – А теперь я!

Лисий Воротник двинулся на Корнея Васильевича, скорчившегося от мучительной боли в рёбрах.

– Стойте!

Лисий Воротник и Шекспир вскочили и повернулись на крик. Из кустов, шатаясь, с корзиной в руке, вышла бледная женщина.

– Вы пришли за этим? Возьмите, только не трогайте его, – почти рыдающим голосом сказала она, протягивая корзину. Движения её были медленны и величественны, а на лице такое выражение страдания, как будто, протягивая корзину, она приносила в жертву самое дорогое, что у неё было.

– Ты кто такая? Откуда взялась? Что ты несёшь? – утирая кровь, выпалил Лисий Воротник.

– Вы пришли за ним? Возьмите, только не убивайте, – повторяла женщина, по её щекам катились слёзы.

– Что за день? Шекспир, взгляни, что у неё там? Только осторожнее: она, похоже, не в себе – покусает, чего доброго.

– В мёртвых книгах тесно Офелии. Рой злобных слизней, пожирающих друг друга в тысяче парсеков отсюда, взрывает сверхновую, меняя драму вселенной. Что принесла ты в эти последние мгновения?

Женщина тихо рыдала, закрыв лицо руками. Шекспир подошёл к корзине, открыл её и замер, глядя на содержимое.

– Что там? – крикнул Лисий Воротник. – Шекспир, не тормози, я не собираюсь торчать тут целый день.

Шекспир не отвечал, неподвижно глядя в корзину.

– Послушай, завязывай с этим, – начал беспокоится Лисий Воротник.

Он подошел к брату и потряс его за плечо. Тело Шекспира сковал неизвестный паралич – он стал скульптурой из плоти.

– Шекспир! Что с тобой?! Очнись! – Лисий Воротник раскачивал тело брата.

Никита начал пятиться, надеясь убежать.

– Вы что с ним сделали? – Лисий Воротник вскочил, бешено вращая глазами, вид у него был жуткий и растерянный.

– Что? Я не знаю. Стёпка. Он добрый, он не может сделать никому зла, – прошептала Лариса Сергеевна.

– Что? Там? Такое? – сквозь зубы прошипел Лисий Воротник.

– Не ты один, такой умник, хотел бы это знать, – язвительно прокашлял Корней Васильевич.

Лисий Воротник растерялся.

– Да я вас тут всех! Шекспир, очнись, умоляю. Андрей, ты что, смеёшься надо мной?! Что в этой чёртовой корзине?

Он метался между братом и троицей. Щупал несчастному пульс, порывался в сторону корзины.

– Что там? Я расстреляю это сейчас! Отвечайте!

– Не стреляйте – Стёпка там! – взмолилась Лариса Сергеевна.

– Какой Стёпка? Что с моим братом? – Лисий Воротник двинулся на Ларису Сергеевну.

– Пришелец там, мы тут ни при чём, – вставил Стеклов.

– Какой пришелец! Вы что, рехнулись? Я вас всех тут положу!

– Не у одного тебя с ним проблемы, – глухо рассмеялся Корней Васильевич, – а ты думаешь, почему мы здесь?

Разбойник вцепился себе в волосы, зашагал взад-вперёд, шурша травой.

– Так, ты! Да, да, ты, ведьма! Открывай коробку, – приказал Лисий Воротник.

Опасливо глядя на разбойника, женщина подошла к открытой корзине, через мгновение лицо её стало умиротворенным и спокойным.

– Стёпка, как ты? Всё будет хорошо, – она вытащила существо из корзины и прижала к груди. Пришелец шевелил ручками и ножками, как будто слабо сопротивляясь.

Лисий воротник задыхался от злости и удивления.

– Что? Что это за бес?!

Рыжий изо всех сил пытался встать на ноги.

– Тут это всем интересно, и ещё кое-кому.

– Скажите ему, чтоб он очнулся, – Лисий воротник показал на брата.

Никто не ответил. Лариса Сергеевна прижимала Стёпку к груди, улыбалась. Видно было, что она думала о своём.

– Ведьма, я тебе говорю!

– Он никогда бы не сделал ничего плохого. Он всё исправит. Он умеет. Ведь правда? – обратилась она к существу.

Стёпка молча размахивал конечностями, сжимая и разжимая маленькие кулачки.

Лисий воротник сел на землю. Видно было, что он пытается справиться с обуревающими его мыслями. Вся компания замерла в ожидании.

– Ладно, вы пойдёте со мной, – сказал он, – но если в ближайшее время моему брату станет хуже, и ваш бес ничего не исправит, я буду потрошить вас по одному.

Стеклов заметно выдохнул с облегчением. Лариса Сергеевна ещё сильнее прижала Стёпку к своей объёмной груди, и лишь Корней Иванович, которому, наконец, удалось самостоятельно подняться, ощерился с недоброй улыбкой:

– Да, надо поспешить, а то не один ты тут такой – Потрошитель.

– О чём ты?

– За нами, вернее, за ним, – Рыжий кивнул в сторону Ларисы Сергеевны с питомцем, – идёт один тип. Сукин сын отморожен на всю голову похлеще тебя. И он не остановится – зуб даю.

– Кто он?

– Не знаю. Я много видел лихих людей: убийц, воров, насильников, но этот – сущий дьявол.

– И почему вы не отдали ему эту тварь?

Корней Васильевич бросил взгляд на Ларису Сергеевну, который она заметила и густо покраснела.

– Я каждый день задаю себе этот вопрос. Почему?

– Хватит болтать, собрались и пошли.

Стеклов и Лариса Сергеевна подхватили Рыжего и двинулись в путь. Лариса Сергеевна сжимала в руках корзину. Замыкал процессию Лисий Воротник с ружьём наперевес и парализованным подельником на плечах. Несмотря на тяжесть, Лисий воротник оказался выносливым, внимательно следил за обстановкой и грубыми выкриками поправлял маршрут. Шли долго, пересекая речушки, узкие лесные дороги и заросшие жёсткой густой травой поляны. В одном месте компания вышла под мост, через который с гудением пронёсся поезд. Корней Васильевич, Лариса Сергеевна и Никита Стеклов разом повернули головы в сторону товарняка.

Среди бесконечной тайги, после того, как время затерялось, зрелище проходящего поезда было просто шокирующим. Как будто в приговорённого к расстрелу человека промахнулись десять человек. Счастливчик. События во вселенной складываются за отмену казни. Феномен теории вероятности. Кожа становится пуленепробиваемой, мышцы – стальными. Меняется эпоха. Тот, кто попадает на эту границу, узкую, как лезвие, – режется как масло или становится прочным как сталь. Время казни истекает как песок в песочных часах и наступает время мести, время надежды. Невидимый враг теряет свой запах ужаса, который сползает с него отжившей смердящей кожей. Стук колёс проносится в воздухе, прячась в траве, камнях, деревьях, в плоти. Проникает до молекул. Тело становится музыкой. Сердца украдкой бьются в такт с запретной радиочастотой. Кто бы ты ни был, мы слышим тебя. Нас не запутать сигналами сотовых телефонов. Не убить телевизионным эфиром. Не запутать тишиной на всех частотах. Мы придём, чего бы это ни стоило, сбросив внутренности как ненужную одежду. Мы станем кожей, искрящей фантомными, неизвестными науке частицами. Остовы барабанов ждут нас. А вы думали, мы не найдём их? Вот они, наши новые скелеты. Кожа охватывает барабан, до микрона совпадая с конструкцией. Качественно сделанная вещь, не мы ли забыли, как делать хорошие вещи? Тепло дерева и металла обретает волю. Теперь можно стать музыкой. Могучая вибрация сотрясает округу, посылая наши образы, наши оболочки в прошлое и будущее с каждым тактом. Ещё и ещё. Продолжайте свои жалкие игры, опутав планету и превратив её в тюрьму из электрических проводов и тикающих ритмов, паучьим соком, переваривающим вас снаружи невидимого хищника. Ваше время истекло.

– Пришли, – сказал Лисий Воротник, когда среди лесной чащи появился внушительный старый сруб, – если завтра ничего не изменится, будут первые жертвы.

– А если изменится, что с нами будет? – спросила Лариса Сергеевна.

Лисий Воротник замялся, но потом, с ненавистью взглянув на женщину, сказал:

– Будет так, как скажет Шекспир.

Лисий Воротник со своими пленниками разместились внутри. Темнело. Электричества в избе не было, и дом освещался парой старинных керосиновых ламп, которые, казалось, могли сохраниться только в такой глуши, как некие древние, но ещё работающие артефакты. Рыжего положили на скамью, по боками сели Лариса Сергеевна с Никитой. Корзина с пришельцем стояла посередине между ламп, а напротив, через стол от своих гостей – Лисий Воротник с ружьём. Час или два прошли в напряжённом молчании.

– Только дёрнетесь – пристрелю, – сказал хозяин дома и отвернулся к тёмному окну, за которым ему не было ничего видно, поэтому он рассматривал своё отражение в маленьком засаленном стекле.

Лариса Сергеевна отвернулась, глядя на печку.

Стеклов достал коробочку.

«Максимум на два раза, если понемножку. Надо выбираться отсюда. Железная дорога. Светящиеся улицы, позволяющие быть легкомысленным. Стоит решиться сделать то, что нужно, и награда станет реальной, она материализуется в будущем и станет такой же неотвратимой его частью, как смерть. Первым делом он позвонит Эдди. У Эдди неприятный акцент, принадлежащий непонятно какому языку и местности. Он постоянно курит дешёвые азиатские сигареты, которые продают там, где он никогда не был – воняет это в радиусе взрыва небольшой ядерной бомбы, – носит одну и ту же шляпу и отвратительно громко смеётся. Зато у Эдди есть всё. Если необходимо что-то достать за деньги – он решит любые проблемы. Вначале нужно купить кокаина и марихуаны – в сочетании – позволяет не думать. Такси привезёт в гостиницу с белоснежными простынями и полотенцами. Немного опиума. Это, конечно, давно не в моде, но в исключительных случаях можно. Ощутить шарообразность планеты, её изгибы, где тайга занимает отнюдь не всё окружающее пространство. Он сидит, наслаждаясь видом с балкона. Гудение нечастых машин усиливает пульс. Высокий этаж позволяет растекаться по поверхности, укрывать собой, как тёплым одеялом, то, что когда-то ненавидел. И не забыть купить старую грустную шлюху. Нет, он не трахнет её – только не сегодня. Она моет его ноги в тёплой воде и массирует стопы. Опиумная вялость растекается по телу. Остаются считанные секунды до момента, когда он станет космическим спутником, медленно плывущим в эфире вечной доброты. Десять, девять, восемь… Спутник на старте, но на последних секундах что-то пошло не так. Он не чувствует ног. Шлюха окаменела, стала белой и лёгкой как вулканическая порода. Она падает и рассыпается в порошок. Её ноздри тянутся к нему, независимо от тела. Кожа ползёт, наделённая собственной волей, впитывая белую порошковую массу всеми порами. Конечно же! За ними наблюдают. Маленькое существо с кожей-комбинезоном цвета металла. Стать улиткой, поедающей останки продажной женщины. Он такой, потому что таким его видит чужое существо? Возможность быть частью проекции сводит с ума. Слизистая субстанция вдыхает порошок, и в его центре образуется зелёный переливающийся пузырь. Это же самый сильный яд! Актёр с экрана плюёт в кинопроектор. Изображение мутнеет и дёргается. Несколько зрителей подавились попкорном и умерли, испуская слюну и кишечные газы. Остановите фильм, найдите механика! Мы должны что-то сделать».

Стеклов незаметно втянул порошок, несколько мгновений насладившись остротой своих мыслей:

– А что за история про лесных братьев? – спросил он и тут же испугался своего вопроса.

На удивление, Лисий Воротник не проявил агрессии.

– Тебе это точно интересно? – сказал он.

– Д-да, пожалуй, – сказал Никита.

– А-а, всё равно делать нечего – слушай.

– Я запишу?

– Валяй, всё равно это никто не прочтёт.

 

 

 


Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за июнь 2015 года в полном объёме за 197 руб.:
Банковская карта: Яндекс.деньги: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт продавца»
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите каждое произведение июня 2015 г. отдельным файлом в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 


Оглавление

20. Синдром последнего шанса
21. Лесные братья
22. Бедный Йорик
Акция на подписку
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Присоединяйтесь к 30 тысячам наших читателей:

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com

Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.



Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?..

Причин только две.
Поможем найти решение!

Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?.. Причин может быть только две. Мы поможем вам решить обе эти проблемы!


Купи сейчас:

Номер журнала «Новая Литература» за август 2022 года

 

Мнение главного редактора
о вашем произведении

 



Научи себя сам:

Аудиокниги для тех, кто ищет ответы на три вопроса: 1. Как добиться жизненных целей? 2. Как достичь успеха? 3. Как стать богатым, здоровым, свободным и счастливым?


👍 Совершенствуйся!



Свежие отзывы:


24.09.2022. Благодарю Вас за работу в этом журнале. Это очень необходимо всем авторам, как молодым, так и опытным.

Дамир Кодал


17.09.2022. Огромное спасибо за ваши труды!

С уважением, Иван Онюшкин


28.08.2022. Спасибо за правку рассказа: Работа большая, и я очень благодарен людям, которые этим занимаются. Успехов вашему журналу!

С уважением, Лев Немчинов


20.08.2022. Добрый вечер, Игорь! Сердечно благодарю Вас за публикацию рецензии на мою повесть г-на Лозинского. Дорожу добрыми отношениями с Вами и Вашим журналом. Сегодня же сообщу о публикации в "ВКонтакте". Остаюсь Вашим автором и внимательным читателем.

Геннадий Литвинцев



Сделай добро:

Поддержите журнал «Новая Литература»!


Copyright © 2001—2022 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30 декабря 2021 г.
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!