Нерублевские судьбы

В той же комнате жил и Валя Башкирский, студент с истфила. Был он тогда еще молод, но уже в то время умел красноречиво и осмысленно выражать свои мысли. Накануне самого отъезда в стройотряд он впервые на чердаке дачи приятеля познал женщину и поэтому считал себя полноценным мужчиной. Скрывая некоторые недостатки строения своего тазобедренного аппарата, он старался не выставлять на всеобщее обозрение в обнаженном виде свой искривленный длинный и тощий торс. Но по части говорливости и заносчивости он мог дать сто очков вперед кому угодно.

В пору табачного дефицита, вспыхнувшего в стройотряде, он по ночам курил, лежа в постели, сигареты с фильтром, заблаговременно припасенные заранее, тогда как его товарищи перебивались случайными «козьими ножками» на нескольких человек. Происходил он из интеллигентной семьи: отец его был директором школы. Курса с третьего он стал вести в институте дискотеки, чем стяжал себе благосклонность многих женских сердец. Этому способствовала и его полудетская внешность вкупе с младенческим румянцем. Но внешность часто бывает обманчивой, особенно в молодом возрасте. После окончания вуза он отправился служить в армию, провожаемый без памяти любящей его девушкой и группой друзей. Вернулся он оттуда посерьезневшим и с глубоким шрамом, который он скрывал под рыжей бородкой. Надо думать, в армии не всем нравились его едкие насмешки, на которые дедушки не могли отвечать адекватно и приводили в доказательство своей правоты другие веские аргументы.

Обзаведясь семьей, Валя пристроился в общество «Знание» лектором и теперь в полутемных сельских клубах читал по-детски доверчивым колхозникам лекции типа «Есть ли жизнь на Марсе?». Потом он поменял много мест работы, одно время служил в кинопрокате, поработал в школе. А когда наступили новые времена, он оказался с подачи своего предка в коммунальном отделе мэрии.

Но это был лишь перевалочный пункт в его бурной карьере: ему предложили руководить телеканалом на местном телевидении. И он с удовольствием принял приглашение и взялся активно внедрять в заскорузлую атмосферу местного телевещания новые веяния. Сам он вел аналитическую программу, брал интервью у разного рода деятелей местного разлива, порой обличая их в нечистоплотности. Насколько чистоплотен был он сам, нам неизвестно. Однако надолго на этом посту он не задержался. Однажды по его каналу транслировали хоккейный матч нашей сборной с чемпионата мира, который многое решал для наших хоккеистов, и любители спорта с волнением следили за перипетиями напряженного поединка. Его самого в тот день на работе по неизвестным причинам не было, а подчиненные его активно отмечали день рождения одной из ведущих канала, молодой, смазливой и, надо думать, весьма близко знакомой многим из них девицы. Празднество в определенный момент достигло столь высокого градуса, что перестало быть управляемым, и Валины подчиненные принялись крутить ролик с рекламой прелестей ведущей, сопровождаемый одной и той же песней и поздравлением в ее адрес, которые изредка перемежались показом самого матча. Вместо хоккея взбешенные болельщики были вынуждены созерцать сексуальные телодвижения теледивы, ставшей ненавистной доброй половине мужского населения города.

Разумеется, Валя немедленно лишился теплого места и оказался за воротами административного рая. Много еще мест работы сменил и сменит этот человек, не задерживаясь нигде надолго. Но почему-то не возникает сомнений в том, что он не утонет в этой жизни.