Жрец

 

Новая редакция

 

	Поделиться:

 

 

 

Купить в журнале за июнь 2022 (doc, pdf):

 

На чтение потребуется 8 часов 30 минут | Цитата | Подписаться на журнал

 

 

 

 

Где-то близко визжала скорая: вдыхала на миг тишину и тут же выплёскивала, завывая. Обычно эти тошные звуки недолго звучат: уносятся, гаснут. Но эта просто взбесилась. Может, на месте стоит, сирену забыв отключить.

Всякое за годы служения в этом храме, ждущем ремонта, в котором служение начинал, словно Всевышнего заклиная, возносил руки к небу, в рукава попадая, за эти годы всякое в храме случалось: улыбки и слёзы, смех и истерики, исповеди, проклятья.

После служения, приходя в себя, жрец на свой балкон торопился. Мавр своё дело закончил и может идти отдыхать, расслабиться и душить Дездемону. Жрец? Что это слово, собственно, значит?

– Читали? Исследовали генетический код евреев-жрецов: европейских, восточных, короче, всяких и разных. И что? Генетика доказывает родство. Так сказать, все жрецы – братья.

Порою казалось, реагирует не на слова – на интонацию, и то с запозданием. Обладала удивительным врождённым отсутствием такта. С таким встречался впервые. Наверное, тотальное отсутствие такта невозможно никак обнаружить, не проведя с человеком много часов в едином пространстве.

– Я вижу, это вас угне… – Запнулся, поправился, – беспокоит. Что ж делать? В поколении моих родителей развод был делом редким, почти чрезвычайным. Если случалось, вся родня об этом долгие годы твердила. В моём поколении это было делом не частым, однако, привычным. Ну, а вам остаётся смотреть на это спокойно. Кто из ваших друзей и знакомых был женат один только раз? Не припомните? То-то же. А сколько вообще жениться не собираются? Это – явление. Вот и всё. С этим следует жить.

 

Гости съезжались, не на дачу и не на шабаш – в парк, на вершину горы. С жёнами и детьми, собаками и подарками. Дети носились, собаки резвились, жёны, сплетничая, расставляли тарелки, мужья открывали бутылки: поляна дышала духами и ощущением праздника.

А на краю, у обрыва, под кронами дуба, чьи корни змеились из-под земли – год от года земля осыпалась – и вниз в мутную глубь уходили, там водрузили мангалы. Мешки угля распечатав, зажигая огонь, хранители пламени вглядывались тревожно: небо серое, мутное.

Пронесло. Огонь пометался – на вершине ветер сильней – синея, желтея, и, колеблясь, ласково к поддону приник, ровный жар источая: такой и нужен для мяса. Принесли два контейнера из пластмассы: один светло-синий, тёмно-зеленый другой: мясо во льду. Извлекли и, огонь опахалами ублажая, разложили кебабы и стейки, сосиски и шашлыки.

Собаки, старые, молодые, большие и малые, пород редких, изысканных и дворняги, мясо почуяв, гоняли, круги постепенно, словно удавку, сжимая, подбираясь к мангалам. Только один самый старый, жизнью наученный пёс бежал степенно вне круга, всё равно, когда Happy birthday на поляну прольётся, он будет первым: день ведь его, куда всем этим шавкам, его хозяина день рождения.

Этот пёс был древнему дубу знаком, он его помнил щенком резвым, смышлёным, таким, какими бывают собаки, выжившие на помойке. Многое помнил. С вершины горы многое видно. Особенно в ясные дни, когда утром в долинах растает белая муть и терпеливые небеса засияют над горами лазурью, мир виден от края до края.

Только бы обнажёнными не плясали, воздавая хвалу, не падали ниц, не разводили огня, особенно страшного в зной, когда ветер, падкий на искру, готов огонь разнести от края до края. Разнести и развеять, разлить чёрный морок от мёртвого края до мёртвого края.

Дети угомонились, жёны устали, осоловели мужья, и только собаки, виляя боками, продолжали чертить круги лениво, сыто, устало. А на краю, у оврага, под дубом догорали угли в мангалах. Возле них – лёд растаял – стояли контейнеры, зелёный и синий. Сквозь крону дуба в уставшие небеса струился дымок, слабея, серея и пропадая.

 

 

 

Чтобы прочитать в полном объёме все тексты,
опубликованные в журнале «Новая Литература» в июне 2022 года,
оформите подписку или купите номер:

 

 

 

 

	Поделиться: