HTM
Номер журнала «Новая Литература» за июль 2022 г.

Михаил Ковсан

Жрец

Обсудить

Роман

 

Новая редакция

 

  Поделиться:     
 

 

 

 

Купить в журнале за июнь 2022 (doc, pdf):
Номер журнала «Новая Литература» за июнь 2022 года

 

На чтение потребуется 8 часов 30 минут | Цитата | Скачать в полном объёме: doc, fb2, rtf, txt, pdf

 

Опубликовано редактором: публикуется в авторской редакции, 23.06.2022
Оглавление

44. Часть третья. 4. Кольцо с хризолитом.
45. Часть третья. 5. Сухие кости.
46. Часть третья. 6. Воистину воскрес!

Часть третья. 5. Сухие кости.


 

 

 

Как-то через год после вселенского горя дед вернулся с работы, напевая, что было признаком скверным, «Марусечку». Сегодня представляли нового главврача. Прежний, товарищ с довоенных лет и по фронтовому госпиталю, в одночасье был изгнан. Ничего хорошего сегодняшний день не сулил. Песенка, до финала не добираясь, крутилась на известных деду словах. Вытерев от супа и от «Марусечки» рот – бумажных не признавал, и Настя, чертыхаясь, салфетки стирала – подперев голову, со стола не вставая, смотрел на неё: не спрашиваешь? не интересно? может, уже сообщили? Надеялась: пронесёт, назначат кого-нибудь из своих, в крайнем случае, хоть и чужого, но – человека.

– Ну и кого?

– Никого.

– Всё-таки?

– Из блядей.

Накануне было несколько версий. Оказалось: самая скверная. Пристроили выработавшую ресурс любовницу очень большого начальства. Когда-то в юности та училась чему-то почти медицинскому. Спустили команду: пристроить, чтобы другим, на её место идущим, было не жалко зря прожитой жизни. Пристроили. Не впустую. Как-то увидела, и та показалась постаревшей толстовской Элен, красивой по авторскому определению тяжёлой русской пышною красотой. Добавила от себя: жлобоватой.

– Ладно тебе. Может ещё обойдётся.

– Обойдётся? Ты хоть знаешь, как эту… зовут?

– Какое имеет значение?

– Какое? Марусечка! – Дед взорвался фальшивой, неуёмной, истерической бодростью, подхватил, закружил, рукой задел люстру, и та бешено расшвыряла по стенам, полу и потолку кривоватые блики: того гляди в окно камнем швырнут, и в него, на паркет роняя слюну, запрыгнет собака.

 

Моя Марусечка, танцуют все кругом,

Моя Марусечка, попляшем мы с тобой.

Моя Марусечка, а жить так хочется,

И как приятно, хорошо мне танцевать с тобой вдвоём.

 

Слухи о погромах становились настойчивей. Настя с рынка их приносила, сообщала шёпотом, по привычке скрывая от внука, которого считала ребёнком. Одни знакомые говорили, всё это глупость, не те времена. Другие им возражали: для погромов времена всегда подходящие. Третьи считали, что слухи распространяет гебуха, затрудняясь ответить, зачем ей это надо. Четвёртые возражали, что теперь правит не партия, а чекисты, им это надо, чтобы свою власть укрепить. Пятые, совсем сумасшедшие – их появилось немало – твердили: Марс не попустит. На что шестые им замечали, что Марс – это да, но есть и другие. Ждала, когда внук проснётся и скажет: «Поехали». Не дождалась. Он был занят учёбой, работой в лаборатории у одного из дедовых учеников, быстрыми любовями между делом. Некогда спокойная лаборатория после Чернобыля мониторила воду, он ездил брать пробы.

Этого ученика она не видела много лет. Последний раз – когда тот был студентом. Пришёл к ним вскоре после дедова возвращения. Круглолицый, румяный. Дед его по-украински парубком называл. Ел медленно и степенно, не слишком привычный к супнице, крахмальным салфеткам, серебряным ложкам. Она ему, отнекивания игнорируя, подкладывала, и парубок, смиряя рвущийся из узды аппетит, благодарил, направляя на вилку убегающие куски. Спросила, откуда? Оказалось, недалеко, из Сулимовки, деревни, забытой Богом, а некогда знаменитой.

– Что вы делали раньше?

От еды размякнув и осмелев, перешёл на сподручный язык:

– Хвосты крутыв коровам.

С тех пор из их лексикона исчезли коровы. Их место заняли коровы, которыми однажды гостя маленький жрец огорошил.

Ехать ей не хотелось. Но дело не в ней. Не выдержав, решила поговорить. Как начать? Как вытянуть слово? В отличие от деда, не умевшего держать язык за зубами, внук был до немоты молчалив. В деде до последнего часа жила жажда поступка, безнадёжного и безумного. Но время! Оно кого угодно сделает осторожным. Поступок поступком, но жизнь-то одна. Семья, дети, работа. Шушенское считала несомненным поступком. Он так не считал. Поступок? Постыдное бегство! А внук? В нём живёт жажда поступка? Не знала. Всё знала о нём, ребёнке. Ничего не знала о выросшем. Отъезд – это поступок? Может быть, бегство? Решила одно: непременно, как можно скорей должна поговорить. Со слухов начать? Скажет: глупость, для того распускают, чтобы, испугавшись, сбежали. Решила начать с анекдота. Мол, вчера рассказали. Встречаются два еврея. Беседуют. Третий подходит и говорит: «Не знаю, о чём вы, а ехать надо». Не улыбнулся. Он торопился. Надевая пальто, обернулся: «Не знаю о чём ты. Но – собирайся».

Понимала: внуку ничего здесь не светит. Она? Что значит её персональное неуклюжее бытие. Она отрезала поколения предков, оставляя их, как и деда, одних без присмотра. Тем немногим, кто спрашивал, отвечала, улыбаясь горько-лукаво: «Не почему, а зачем». Выбора не было. Но кому, с ярмарки возвращаясь, охота в чужой дом отправляться? Было бы легче, если можно было бы деда забрать. Пусть не сразу. Потом.

Прочитала о безумной идее. В конце света восстанут мёртвые во плоти. Какими были, такими восстанут. Только те, кто похоронены в Святой земле, восстанут сразу, без мук, без страданий. Издалека будут с муками пробираться где-то там, под землёй. По тоннелям: тесно и сыро. Такой вот безумный материализм. Посмеялась. Но зерно не на камень упало. Что зерну остаётся? Одно: прорасти.

Незадолго до того, как слегла, решила поговорить со знающим человеком. Не о возрождении мёртвых. Хоть и хотелось – стеснялась. О возвращении. Словечко мерзкое – про себя улыбнулась: научилась от деда-гурмана. Натыкаясь на слово, его про-из-но-сил. Потрясёт – и вдыхает, букетом любуясь, пробуя на язык. Подденет, повертит, на место положит, вернётся, отыщет, и, вывернув, вдохнёт, наслаждаясь.

Оседлав телефон, добралась. Один из немногих говорящий по-русски и не заумно – человеческим языком. Коротко, внятно всё изложила. Ответил чётко и ясно. Переносят могилы, когда угрожает опасность: размывают подземные воды или – вандалы. Он понимает, у самого остались родные могилы, но переносить прах не считает возможным. Её право поступить, как сочтёт нужным. Препятствий с захоронением быть не должно. Кремация? Запрещена однозначно. Её дело верить, не верить, он объяснит почему. И рассказал – стилем деда напомнив – о возрожденье из мёртвых. Напоследок кивнула: мол, поняла. Окончательно тогда не решила. А потом… Вспомнила диалог деда с кем-то забытым. Не диалог даже – обрывок:

– Вы всё время о мёртвых, никогда – о живых.

– Жизнь – состояние временное. Смерть – постоянное.

На старой, довоенной квартире, где они, несмотря на скверные – дед говорил: неоперабельные – времена прожили самые лучшие годы, она из подручных средств создавала то, что могло сойти за уют. Только одно раздражало: в большой комнате – дед гостиной её величал – на обоях два огромных пятна. Обои выцвели, пятна с дореволюционных времён цвет сохранили. Поменять? Пойди добудь. Повесить, как прежде, портреты предков? Но с их предков не писали портреты. Хорошо, если фотографии сохранились.

С фотографий сборы и начала. Куда собиралась? Формула отъезда – сперва говорила: бегства – менялась, пока не сложилась. В провинцию. На край света. В центр мироздания. Поначалу мало что было по нраву: иная страна и климат иной, всё необычно и непривычно. Но – сама удивлялась – раздражения не вызывало. Напротив, вызывало странное чувство, словно вернулась в места, давно позабытые, погружаешься в воду, та выталкивает на поверхность. Одно раздражало порою до бешенства. Восточная музыка. Конечно, пусть каждый слушает то, что по вкусу. Но часто врубали с громкостью дикой, объявляя граду и миру о своих музыкальных пристрастиях. Как назло, на восточный музыкальный кошмар натыкалась повсюду. Как говаривал в детстве Фоно, поглаживая укус:

– Комары меня любят.

– За что? – ехидничал дед.

– За то, что пью молоко.

На это возразить было нечего.

Музыкальный кошмар им и до войны пришлось пережить. Улица была чересчур музыкальной, особенно в пьяные праздники, других, впрочем, и не было. Она терпела, с трудом деда удерживая, чтобы не ринулся пьяный хор усмирять. А те о себе заявляли раз от разу всё громче и всё пьяней.

Дед деда в Новороссию из восточной Польши пришёл. И хоть сам он в Польше никогда не бывал, но питал к ней окрашенный странным, неведомо откуда взявшимся ностальгическим чувством живой интерес. С гадливым чувством читал в «Правде» речь Гитлера:

 

Польша – государство, построенное на костях русских и немецких солдат и не имеющее никакого права на существование. Это уродливое порождение Версальского договора никогда не восстанет из праха. Это вам гарантируют две великие державы на востоке Европы.

 

Сипло, надтреснуто хрустнуло – кровать? позвоночник? Эпилог с прологом поменялись местами. Скрипнула дверь, взвизгнули тормоза, пламя свечи задрожало. Подстёгивала, пришпоривала уставшую память, чтобы та ей жизни крошку малую даровала. Пыталась – кое-что получилось. Слова, лица, события, словно сухие кости в пророческом озарении, вздрогнули, прах отрясая, оделись плотью, как дерево клейкими листьями. Жрец-изгнанник – кто же ещё? – возвращал ей желание жить.

Что есть жизнь, если не память?

Слова, лица, события, Господь их долго таил, но Судный день наступил, дверь Тайного тайных, скрипнув, открылась, в мир живых возвращая, и они, словно воды в иссохшей от зноя бессмертья пустыне, хлынули вдруг и внезапно, мир затопляя, облёкшись плотью, кости сухие.

Душа расцвела, словно дерево, корни которого, страдая, сквозь засохшую вечность к воде дотянулись.

Душа ожила, встрепенулась, светлой бабочкой на светло-зелёном лугу заплясала.

Вода прибывала. Река разлилась. Земля набухала, превращаясь в болото, в котором появились лягушки, всякая нежить. И душа страхом мгновенно набухла.

Тянет руки, голову поднимая, видит высокого старика: белые волосы, белая борода, белое одеяние. Судный день. Только научилась ходить, переваливаясь по-утиному. Белый старик – её дед. Ходит от дома к дому с ящиком, полным стёкол, в которых отражается солнце, танцующее, поющее, звенящее разноцветно.

Оставшийся пятачок, на котором, промокнув до нитки, до костей оскудев, хоронилась, под воду ушёл. Болото чавкнуло, тёмно-зелёная жижа её поглотила.

 

Река, встав на дыбы водопадом, обрушилась с грохотом, закипела, просквозила в пространстве и успокоилась.

Утренний свет, небеса озаряя, неудержимо вверх устремился, достигнув вершины, зависнув на миг, звёздно-лунным холодным бенгальским огнём на землю пролился.

Так шампанское в новогоднюю ночь вскипало, пенилось, опадало, весело, возбуждённо, тревожно.

Успей загадать желание: звезда вспыхнула – и погасла.

 

 

 

(в начало)

 

 

 

Купить доступ ко всем публикациям журнала «Новая Литература» за июнь 2022 года в полном объёме за 97 руб.:
Банковская карта: Другие способы:
Наличные, баланс мобильного, Webmoney, QIWI, PayPal, Western Union, Карта Сбербанка РФ, безналичный платёж
После оплаты кнопкой кликните по ссылке:
«Вернуться на сайт магазина» и введите ключ дешифрования: wsloEAveNoMusGywYsOK5A
После оплаты другими способами сообщите нам реквизиты платежа и адрес этой страницы по e-mail: newlit@newlit.ru
Вы получите доступ к каждому произведению июня 2022 г. в отдельном файле в пяти вариантах: doc, fb2, pdf, rtf, txt.

 

 

 

  Поделиться:     
 

Оглавление

44. Часть третья. 4. Кольцо с хризолитом.
45. Часть третья. 5. Сухие кости.
46. Часть третья. 6. Воистину воскрес!
Акция на подписку
Литературно-художественный журнал "Новая Литература" - www.newlit.ru

Присоединяйтесь к 30 тысячам наших читателей:

Канал 'Новая Литература' на yandex.ru Канал 'Новая Литература' на telegram.org Канал 'Новая Литература 2' на telegram.org Клуб 'Новая Литература' на facebook.com Клуб 'Новая Литература' на linkedin.com Клуб 'Новая Литература' на livejournal.com Клуб 'Новая Литература' на my.mail.ru Клуб 'Новая Литература' на odnoklassniki.ru Клуб 'Новая Литература' на twitter.com Клуб 'Новая Литература' на vk.com Клуб 'Новая Литература 2' на vk.com

Миссия журнала – распространение русского языка через развитие художественной литературы.




Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?..

Причин только две.
Поможем найти решение!

Отказывают издательства? Не собираются донаты? Мало читателей? Нет отзывов?.. Причин может быть только две. Мы поможем вам решить обе эти проблемы!


Купи сейчас:

Номер журнала «Новая Литература» за июль 2022 года

 

Мнение главного редактора
о вашем произведении

 



Научи себя сам:

Аудиокниги для тех, кто ищет ответы на три вопроса: 1. Как добиться жизненных целей? 2. Как достичь успеха? 3. Как стать богатым, здоровым, свободным и счастливым?


👍 Совершенствуйся!



Свежие отзывы:


05.08.2022. Недавно повесть, которую у вас рецензировали, была напечатана в Оренбурге, в журнале «Гостиный двор», 1-й номер 2022. Хочу обратиться к услугам вашей редакции вторично, так как без тех советов, которые я от вас получила, мой текст так бы и остался разрозненными кусками уровня самиздата. Стало намного лучше. Сейчас жду размещения номера в «Журнальном мире».

Елена Счастливцева


30.07.2022. Хочу выразить благодарность за публикацию и отдельную благодарность Игорю Якушко за то, что рекомендовал читателем рассказ к прочтению!

Анатолий Калинин


30.06.2022. Хочу ещё раз выразить вам благодарность за публикацию… каждый день мне пишут люди, что прочли рассказ. Сегодня было обсуждение с мастером, он благословил меня на роман:)

Ана Ефимкина


25.06.2022. Благодарен вам за публикацию моего произведения. Благодаря вам мои работы стали появляться в печати!

Александр Шишкин



Сделай добро:

Поддержите журнал «Новая Литература»!

Copyright © 2001—2022 журнал «Новая Литература», newlit@newlit.ru
Свидетельство о регистрации СМИ: Эл №ФС77-82520 от 30 декабря 2021 г.
Телефон, whatsapp, telegram: +7 960 732 0000 (с 8.00 до 18.00 мск.)
Вакансии | Отзывы | Опубликовать

Поддержите «Новую Литературу»!