[06.09.2026-13.09.2026]

По итогам голосования редакции 06.09.2026-13.09.2026 приняты к публикации следующие произведения:

Татьяна Галанова. Братик (рассказ)

https://novlit.ru/blog/2026/09/03/vladimir-yarovyh-vino-iz-rozovyh-strekoz-sbornik-stihotvorenij/#comments

Исходный материал ссылка выше.

Считаю, что авторы неопубликованных произведений имеют право   на ответную рецензию ) ))

Моя рецензия на рецензии с  сохранением исходного формата, с юмором и с  уважением к авторам. Сохраняя стиль).


С большим интересом ознакомился с представленным циклом из пяти критических произведений. Работы заметно различаются по стилю, эмоциональной окраске и отношению к лирическому герою, однако объединены общей темой — судьбой автора и его рифм.

В целом цикл производит благоприятное впечатление, хотя отдельные тексты, на мой взгляд, нуждаются в минимальной редакторской доработке.

В первом произведении удачно найден образ «любительского уровня». Он появляется практически сразу и тем самым заранее задаёт читателю направление дальнейшего восприятия. Несколько снижает впечатление последующее обнаружение автором «находки», «удачных стихотворений» и оригинальных образов. Возникает внутреннее композиционное напряжение: любитель постепенно начинает писать удачные стихи, но заявленный в начале жанр требует всё-таки вернуть его к любительству.

Особого внимания заслуживает замечание о рифмах «вас — глаз — раз». Критик справедливо отмечает их недостаточную оригинальность. Возможно, при дальнейшей работе над текстом стоило бы предложить автору более неожиданные варианты: «вас — карбюратор — ананас». Однако здесь возникает опасность утраты смысла, что в современной поэзии, впрочем, не всегда считается существенным недостатком.

Интересен эпизод с шестидесятилетним лирическим героем, трусами и лифом. Автор критического текста считает, что упоминание последних «не придаёт эстетики» герою соответствующего возраста. Мысль представляется перспективной, однако пока раскрыта недостаточно. Не вполне обозначена возрастная граница допустимого нижнего белья. Полагаю, перед публикацией желательно уточнить: с какого именно возраста трусы перестают являться эстетическим объектом и переходят исключительно в компетенцию прозы.

Второе произведение резко меняет интонацию всего цикла. Здесь обнаруживаются «индивидуальность авторской эмоции», «сигнатура стиха», музыка романса и даже тенденции Саши Чёрного. Такой сюжетный поворот представляется несколько неожиданным после первого текста и, несомненно, оживляет композицию.

Третья работа отличается конструктивностью. Автору стихов предлагается «минимальная доработка», после которой сборник способен стать «настоящим украшением журнала». Особенно интересен масштаб предполагаемой метаморфозы: от текста, не готового к публикации, до украшения журнала отделяет, оказывается, сравнительно небольшое количество рифм и канцеляризмов. Это внушает автору осторожный оптимизм.

Отдельного рассмотрения заслуживает требование отказаться от бытовых терминов и канцеляризмов. Здесь я испытываю профессиональное затруднение, поскольку не вполне понимаю дальнейшую судьбу психолога, Авито и центрального склада. Вероятно, им придётся покинуть поэзию и вернуться по месту основной работы.

Четвёртое произведение наиболее категорично. Автор критики признаёт владение традиционной формой, способность рифмовать, поддерживать динамику ритмов и метров, но затем приходит к выводу об отсутствии «поэтического видения».

Это сильный художественный ход.

Особенно после предыдущего текста, где другой автор обнаружил «прекрасное сюжетное чутьё и выразительные образы».

Возможно, перед окончательной публикацией цикла редакции стоило бы согласовать, имеется ли у исследуемого объекта поэтическое зрение хотя бы на один глаз.

Заключительная миниатюра отличается лаконизмом. «Штампы, небрежность рифм и пр. Мастерства пока что не хватает».

Сокращение «и пр.» представляется особенно удачной находкой. Оно позволяет не перегружать текст конкретными примерами и оставляет читателю пространство самостоятельно вообразить остальные недостатки автора.

Финальная фраза «мастерства пока что не хватает» композиционно завершает произведение, хотя сама формулировка несколько традиционна и встречается в критической литературе достаточно часто. Возможно, автору следовало поискать менее стёртый образ.

Впрочем, правильная формулировка — враг хорошей рецензии.

В целом цикл обладает несомненными достоинствами. Авторы работают в разных жанрах — от доброжелательного литературного разбора до краткого диагностического заключения. Особенно интересна полифония: один критик обнаруживает любителя, другой — индивидуальную авторскую сигнатуру и Сашу Чёрного, третий — почти готовое украшение журнала, четвёртый — отсутствие поэтического видения, пятый — недостаток мастерства.

Таким образом, цикл оставляет после себя главный художественный вопрос:

сколько же разных Владимиров Яровых представил в редакцию один Владимир Яровых?

Авторам критических произведений желаю дальнейшей тщательной работы над образами, аргументацией и стилистикой.

После минимальной доработки отзывы могут стать настоящим украшением комментариев.

[Рецензии редакторов журнала «Новая Литература» на рассматриваемые заявки бесплатны для авторов]

💡 Рецензии редакторов журнала «Новая Литература» на рассматриваемые заявки бесплатны для авторов

🎨 Художник: Раджасамираджа. Источник: https://ca.pinterest.com/pin/1098808009511599695/

✍ Отзыв Александра Козырева на рассказ Дмитрия Шерстенникова «Смерть дауншифтера»:

💬 «Начнём с того, что я сам с Урала. На Чусовой бывал, но не именно в Усть-Койве. Уж не знаю, должен ли льстить тот факт, что автор выбрал этот пункт местом бегства главного героя от цивилизации, хотя особых отличительных признаков тут не наблюдается – река и домик могут найтись не только в данном регионе. Как нет и особого смысла в обозначении временем действия 2040 год – никаких инсайдов из будущего читатель тут не увидит.

Во-вторых, дауншифтинг – вполне себе стиль жизни с понятной мотивацией и принципами, по некоторым пунктам (замедление темпа жизни, выбор удобного графика удалённой работы, отсутствие стремления к карьерному росту), возможно, я и сам под него подхожу.

Далеко не всегда он связан с полной аскезой. Да, бывает активный вариант дауншифтинга именно с переездом из города куда-то на природу, что и проделывает герой рассказа Иван. Но это выглядит не интересной аркой персонажа и не ключевым взвешенным решением, а поступком, продиктованным исключительно скукой. То есть, не было бы разницы, назови автор свой рассказ «Смерть Ивана Рудакова» или «Смерть начальника отдела продаж». Многие поступки продиктованы скукой, и её ощущение просто пронизывает весь текст. Поэтому уход Ивана в финале выглядит закономерным избавлением и не вызывает читательской эмпатии.

По структуре рассказ написан почти без диалогов с редкими репликами, что лишает его динамики и внутренней драматургии. Иван развёлся, бросил работу, переехал в Усть-Койву, тут были французы, тут местные рыбаки. Вскользь упоминаются его дети и род их занятий, и есть ощущение, что читатель просто не успевает за всей этой информацией.

Спасением для героя могло бы стать сочинительство – есть намёки на некоторые литературные способности, но они показаны слабо. Тех небольших заметок, что приведены, явно мало, на писательский талант они не тянут. Между городской жизнью Ивана и Усть-Койвой тоже нет особого контраста – по крайней мере, его желательного градуса. Сельская жизнь быстро наскучивает и превращается в ловушку. Перипетии между персонажами (смерть Жана-Батиста, сожительство Ивана с Мими, её неслучившийся уход к Петровичу) тоже выглядят путано и не добавляют ни остроты, ни динамики. В итоге уже не в первом своём тексте у автора получается так, что герои живут скучно, закономерно и заслуженно умирают, и вообще, всё – тлен. Как-то слишком хтонически для публикации, на мой взгляд».

📎 Источник: https://novlit.ru/blog/2026/07/13/dmitrij-sherstennikov-smert-downshiftera-rasskaz/#comment-19993

📌 Подайте заявку на публикацию: newlit@newlit.ru

Спасибо, Александр. Благодаря вам вновь на минуту возникло желание коллекционировать отзывы. Отогнал. Ибо всё тлен) Вы правы, в литературе работают несколько иные законы, нежели в обучении (имею ввиду сочинения с обязательными "вступлением-основной частью-заключением"), и лично для меня это имеет значение. Искусство ж оно вообще избыточно. При том самодостаточно. Коль начать ориентироваться исключительно на чужие вкусы (или даже чувства), перед автором замаячит кратчайший путь в дурку (или в какой-нибудь президиум). Это вполне себе варианты, но коль все "определятся", кто останется глумится над действительностью?

[Рецензии редакторов журнала «Новая Литература» на рассматриваемые заявки бесплатны для авторов]

💡 Рецензии редакторов журнала «Новая Литература» на рассматриваемые заявки бесплатны для авторов

🎨 Художник: Сьюзан Кеплер. Источник: https://in.pinterest.com/pin/1145673592721694080/

✍ Отзыв Александра Козырева на рассказ Алексея Баева «Милица»:

💬 «Вполне крепкая, хорошо написанная проза. Да, сюжет весьма условный, но он здесь и не играет главной роли. Читатель и так понимает, что персонажи принадлежат к разным культурам, оба немолоды, со своим багажом и просто проводят время вместе. В данный момент и в данной точке им хорошо, и это и составляет мир произведения. Даже финальные рассуждения о невозможности быть вместе в культуре кого-то одного из них не рушат эту отчасти идиллическую картину совместного времяпрепровождения здесь и сейчас.

Да, много диалогов с филологическими тонкостями («намутила» — «замутила»), кому-то они кажутся избыточными, но они в тексте как раз для того, чтобы подчеркнуть эту самую разницу культур и показать особенности общения между персонажами.

Что касается географических подробностей, у меня как у читателя не возникает путаницы или желания подробно разбирать, где именно находятся герои. Возможно, названий городов или улиц действительно могло бы быть меньше, но, опять же, будь это не Белград, изменилось бы лишь имя главной героини. Ключевым по-прежнему остаётся разница культур и счастливое сосуществование мужчины и женщины здесь и сейчас. Хотя своя атмосфера у Белграда есть, и она работает на раскрытие отношений героев. В финальном абзаце повествователь признаётся, что этот город они обожают, и именно он даёт им надежду на будущее.

Несмотря на относительную лёгкость текста, состоящего просто из подробностей «культурного отдыха» героев, в нём есть и груз их предыдущей жизни до встречи друг с другом, и опасения за то, как всё сложится дальше. Этот страх метафорически соотносится со страхом Милицы перед полётами и высотой в целом. Эта бытовая деталь перетекает в более философскую, казалось бы, бегло проброшенную фразу «нам страшно взлететь». Поэтому ещё более ценным оказывается их присутствие в данной точке повествования в конкретный момент.

Вот этим настроением и стоило бы завершить текст. Финальные пояснения кажутся избыточными, а обращение к Богу именно в том виде, в каком его использует автор («хватит быть ж…й») вполне может затронуть чувства определённой группы читателей, да и вообще снижает пафос всей истории. По итогу: довольно качественная проза, но нужны определённые доработки. Из финала я бы убрал вот этот самый спорный провокационный момент и перепроверил текст на предмет повторов. В остальном – есть атмосфера, идея, настроение и свой стиль».

📎 Источник: https://novlit.ru/blog/2026/07/19/aleksej-baev-milica-rasskaz/#comment-19992

📌 Подайте заявку на публикацию: newlit@newlit.ru

Спасибо за рецу, Надежда. И за выловленный повтор - он безжалостно уничтожен исключительно благодаря вам). По поводу лаптопа... Ну, эт маленькая авторская блажь. Вместо "скучных" ноутбуков пихаю их везде на протяжении десятилетий, как и джины вместо джинс (устная речь - не исключение). Авторская фишка, чо. Имею право, кмк) А вот по поводу авторитарных режимов с вашей характеристикой не соглашусь, ибо к матчасти всегда с пиететом. Как бы ни хотелось Брежнева сделать "добрым дедушкой", Прагу-68 никто не отменял, Афганистан тоже. Молчу о преследовании диссидентов и второй (пусть "мягкой") массовой волне эмиграции. Так что тут вынужден настаивать на собственных мухоморах. Простите. И ещё раз спасибо.

[Рецензии редакторов журнала «Новая Литература» на рассматриваемые заявки бесплатны для авторов]

💡 Рецензии редакторов журнала «Новая Литература» на рассматриваемые заявки бесплатны для авторов

🎨 Художник: Илья Мысник. Источник: https://ru.pinterest.com/pin/98164466875876138/

✍ Отзыв Надежды Милборн на рассказ Алексея Баева «Милица»:

💬 «Действие рассказа о поздней любви, случайных встречах и неизбежных расставаниях происходит в современном Белграде, где немолодой русский писатель проводит последние дни отпуска с боснийкой Милицей, филологом. За внешней лёгкостью повествования скрывается глубокий подтекст: оба героя одиноки и давно разведены, они боятся будущего. Или думают, что у них нет будущего.

Отмечу, что безусловной удачей автора стали живая речь, наполненная тонкими наблюдениями и самоиронией, и особенно диалоги, в которых Милица пытается освоить русский сленг («намутила», «замутила»), а рассказчику трудно удержаться от лингвистических замечаний. Образ Милицы написан с нежностью и теплотой.

Белградская атмосфера в рассказе заслуживает особого внимания. Автор вплетает такие городские детали, как запах Савы, вкус плескавицы, вечерние огни Калемегдана, что ощущаешь себя живым героем рассказа.

Вместе с тем к тексту есть несколько серьёзных замечаний: неоправданная тавтология: «Эти поганые мысли, появившиеся прошлой осенью после инфаркта, одолевают меня всё чаще. Пытаюсь их гнать поганой метлой». Повтор одного и того же определения ослабляет выразительность. Желательно заменить второе «поганой» на синоним «грязной», «драной» или вовсе убрать. Фраза «Кастро, Брежнев, Тито… История, однако! География авторитарных режимов» вызывает справедливые сомнения. Брежнев, при всех недостатках его эпохи, не был лидером авторитарного режима в том смысле, который обычно вкладывается в этот термин (жестокие репрессии, подавление свобод, культ личности). Это был скорее консервативный партийный бюрократ, период его правления — «застой», а не тирания. Сравнение с Кастро и Тито, при всём уважении к сложности их фигур, также требует нюансов. Для читателя, знакомого с историей, эта фраза воспринимается как политический ярлык и снижает доверие к авторскому голосу. Несмотря на то что в прошлом я преподаватель английского в университете, не могу не сделать замечания по поводу слова «лаптоп» (от англ. laptop) в предложении «К лаптопу до отъезда даже не притронусь». Здесь избыточное заимствование при наличии отличных русских аналогов — «ноутбук» или «компьютер» — ни к чему. Уж слишком дорог мне русский язык. «О великий, могучий, правдивый и свободный русский язык!» (Иван Тургенев).

Финальная реплика героя обращена к Богу. Это скорее дерзкая просьба, облечённая в почти бранную форму и с точки зрения художественной задачи, такой выбор автора — рискованный шаг. Рассказчик и раньше не стеснялся в выражениях. Но для многих такое обращение к Богу — кощунство, особенно в лирической прозе. В случае публикации в журнале оставляю этот момент на усмотрение редакции.

В целом меня тронула эта история. Она достойна публикации. Автору стоит исправить указанные повторы, пересмотреть спорный политический пассаж (или сделать его более ироничным и контекстуально оправданным) и заменить англицизм на русский эквивалент».

📎 Источник: https://novlit.ru/blog/2026/07/19/aleksej-baev-milica-rasskaz/#comment-19990

📌 Подайте заявку на публикацию: newlit@newlit.ru

Аннотация к этой публикации:

О народной артистке РСФСР Зинаиде Кириенко, снимавшейся в фильмах «Тихий Дон», «Судьба человека», «Любовь земная», и её дружбе с вьетнамской актрисой, чья дочь стала первой леди страны.

Кинозал «Новой Литературы». Очерк «Зинаида Кириенко, Зина Хонг, русская Роза в Ханое и долгая дружба».

Почти семьдесят лет назад во Вьетнаме Зинаиду Кириенко назвали Зина Хонг – Зина Роза. В сентябре 2026 года эта история неожиданно получила продолжение: прибывшая в Москву вместе с генеральным секретарём ЦК Компартии Вьетнама То Ламом его супруга Нго Фыонг Ли встретилась с семьёй актрисы. Её мать, знаменитая вьетнамская актриса Нгок Лан, дружила с Кириенко больше шестидесяти лет.

Поводом для новой встречи стал государственный визит То Лама, удостоенного Международной премии мира имени Л. Н. Толстого. Для журнала «Новая Литература» сыновья Зинаиды Кириенко Тимур и Максим Тарасевские и её внучка Александра вспоминают актрису дома, на съёмках, в поездках – и ту вьетнамскую историю, которая пережила десятилетия и связала уже следующее поколение двух семей...

Автор: Анна Круглова

Сижу под берёзой с бутылкой "жигулёвского", перечитываю рецку В. Локтева, одновременно размышляя о том, как на минималках подняться (или опуститься) до уровня "среднестатистического" читателя.