Литтлтон. Диалоги мёртвых

 

Перевод с английского и комментарии Владимира Соколова

 

	Поделиться:

 

 

 

Этот текст в полном объёме в журнале за октябрь 2023:

 

На чтение потребуется 50 минут | Цитата | Подписаться на журнал

 

 

 

 

ПИСАТЕЛЬ И ОБЩЕСТВЕННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

 

СВИФТ. Да уж, да уж. Фортуна, Аддисон, похоже, любит всяческие каверзы (с тем особенным юмором, который позволяют себе обычно леди высокого качества): сделала тебя государственным министром, а меня попом!

 

АДДИСОН. Должен сознаться, мы оба не в своём элементе; но, думаешь, было бы правильно, если всё было наоборот?

 

СВИФТ. Думаю, да. Ты был бы великолепным епископом, а мне следовало бы править Британской империей, как я правил Ирландией, имея абсолютную власть. Поскольку я никогда не говорил ни о чём другом, как о свободе, собственности и т. п.

 

ПОПСОВАЯ И ПОДЛИННАЯ ПОПУЛЯРНОСТЬ ПОЛИТИКА

 

АДДИСОН. Ты правил ирландской толпой; а как бы ты управлял государством – ещё под большим вопросом. Нация и толпа – это две большие разницы.

 

СВИФТ. Это у вас, у кого нет гения для политики, могут так предположить; но сейчас такие времена, когда вовремя завладев умами толпы, способный человек может дорваться до власти над нацией. Более того, сейчас времена, когда нация превратилась в толпу, и умному руководителю нужно с ней соответствующим образом обращаться.

 

АДДИСОН. Не могу отрицать справедливости твоего замечания; но нет ли опасности, что из-за «с кем поведёшься, с тем и наберёшься», как скажет известный алтайский поэт Владикар, фаворит толпы и сам понизится до её уровня?

 

СВИФТ. Порой такое бывает, но я рискнул, и мои дела ответят на твой вопрос. Спроси лорд-лейтенанта, который вынужден был быть моим приближённым вместо того, чтобы я был – его, разве он не чувствовал моего превосходства? И если я стал такой значительной персоной, будучи деканом св. Патрика, даже не имея места в парламенте, чего бы я мог наделать, если бы фортуна поместила меня в Англии, без этой дурацкой епископской мантии, в ситуацию, когда я был бы способен вещать и Палате лордов и общин?

 

АДДИСОН. О, ты бы, безусловно, давал великолепные спектакли. Ты бы тогда был таким же упёртым вигом, как сам их лидер лорд Вортон. А не дай бы вигам случайно обидеть такого выдающегося госдеятеля, как Джонатан Свифт, как они обидели тебя доктором наук Свифта, ты быстро на них напустил претендента или иного авантюриста. Но между нами: если бы твои великие таланты сделали бы тебя премьером у этого католичнейшего владыки, ты бы терпел протестантство или нет?

 

О ПРИРОДЕ ОСТРОУМИЯ

 

СВИФТ. Ха-ха! Мистер секретарь, ты думаешь, уел меня? Думаешь, если Сандерленд вообразил сделать из тебя большого человека в государстве, ты уж такой же умный, каким меня сотворила натура? Нет, нет, острота ума очень похожа на грацию, это даётся свыше, но ни от премьер-министра, ни от короля, ни от архиепископа Кентерберийского. И хотя ты этим свойством не обделён, поверь, ты мне в этом уступаешь. Надеюсь, у тебя нет чрезмерного тщеславия, чтобы вступать здесь в соревнование со мной?

 

АДДИСОН. Все мои друзья говорят, что я мужик весьма покладистый, так что отвечать на ваши вопросы самому мне бы не хотелось. Поэтому я попрошу Меркурия, бога остроумия, который по случаю бродит где-то здесь недалеко, завернуть к нам на Елисейские поля.

Да вот и он. Привет, божественный Меркурий. Тут между мной и доктором Свифтом возникли небольшие разногласия по поводу того, что есть остроумие и юмор, так что попрошу…

 

МЕРКУРИЙ. Доктор Свифт, рад видеть тебя. Как дела? Как поживает мой дорогой Л. Гулливер? Давно ли ты был в Лилипутии, или на Летающем острове, или с доброй великаншей кормилицей Гламдалитч? Ты всё ещё питаешься от щедрот лорда Питера?

А твой Джек из «Сказки о бочке» всё так же глуп? Я слышал, что с тех пор, как ты опубликовал свою историю, бедный мужик почти выздоровел без каких-либо суровых мер в по отношению к нему. Если бы он питался получше, он был бы, возможно, не глупее брата Мартина, но брат Мартин, как я слышал недавно, породил целый выводок разных методистов, моравских братьев, свидетелей Иеговы, хатчесонианцев, которые, если к ним присмотреться, ещё глупее бедного Джека в его худшие дни. Как жаль, что ты не живёшь, чтобы выпустить новое издание своей «Сказки» про этих ребят.^[1] Мистер Аддисон, прошу вашего прощения. Мне нужно было бы начать разговор с вас, но я был так поражён встречей со своим старым другом, что на время я забыл о должном респекте в вашем отношении.

 

СВИФТ. Аддисон, я думаю наш диспут решился еще до того, как судья выдал свое решение

 

АДДИСОН. Причем несомненно в вашу пользу. И все же…

 

МЕРКУРИЙ. Не вешайте носа, приятель Аддисон. Аполлон скорее всего высказал бы другое суждение. Я же заточен на остроумие, на скандал, на насмешку над всяким достоинством. Я и доктор Свифт – мы так похожи друг на друга. Он поклоняется мне больше, чем Юпитеру, и я превозношу его выше Гомера; но уверяю, я очень ценю и вас. Персонажи ваших «Наблюдателя» и «Зрителя» – сэр Коверли, У. Хоникомб и Сельский джентльмен и дюжина других характеров, выведенных с тонкостью пера и ненатужным юмором в ваших чудесных писаниях, ставят вас на очень высокое место среди моих авторов, хотя, конечно, и не на такое высокое, как декана собора св. Патрика.

Возможно, вы бы одержали над ним победу, если бы отложили в сторону почтительность вашей натуры и осторожность вашего суждения. Но признавая, что в силе и мощи его остроумия он впереди вас, всё же он вам уступает в элегантной грации, в подходе к тонким чувствам, в развёртывании тайных движений сердца, и изображении мягкого света и оттенков характеров, в чётком размежевании разных его черт и замечательной градации оттенков, которые ускользают от банального глаза.

Кто лучше вас изобразил бы лучшую часть человеческой натуры и показал бы, как она часто скрывается под видом непритязательной простоты или смешных нелепостей; так что мы против воли сочувствуем, а даже и восхищаемся теми, над кем смеёмся? У доктора Свифта нет ничего похожего. Он может писать только гротескные персонажи или карикатуры на хороших людей, но в этом его сила, и говоря своим божественным языком, бесценная сила в этом. Ваша же сила – божественная. Она возвышает человеческую натуру.

 

О САТИРЕ

 

СВИФТ. Прости, дорогой Меркурий, что я осмеливаюсь замолвить словечко за себя. А что разве мой талант так уж негоден для воспитания человеческой натуры? Разве не полезнее для негодных пацанов, когда их секут?

 

МЕРКУРИЙ. Мужчины обычно не так терпеливы к поучениям путём розог, как пацаны, и одной грубой сатирой их не проймёшь. Сатира, как сурьма; если её употреблять в качестве лекарства, нужно позаботиться, чтобы она не сожгла все внутренности. Твоя сатира часто похожа на яд. Но, признаюсь, ты порой приносишь много пользы, хотя и вполовину меньше, чем мистер Аддисон.

 

АДДИСОН. Меркурий, я удовлетворён. Мне не так важно, что я уступаю в остроумии, если мне отдано должное как другу и благодетелю человечества.

 

МЕРКУРИЙ. Я выношу суждение о писателях, а не о людях, и мой приговор следующий. Если сюда доставляют героя, которого нужно поставить на место, пусть доктор Свифт пособьёт с него спесь. Ту же хорошую услугу он окажет и философу, чересчур возносящемуся своей мудростью, или ханже, набитому гордыней. Докторские палки быстро убедят первого, что со всей своей хвастливой моралью он такой же йеху, как и прочие; что касается последнего, то святость – это как раз то, что просто необходимо унижать.

Я также приложил бы его косметические средства к прикрашенным лицам женского тщеславия, а его палки, которые вызывают кровь при каждом прикосновении, – к наглой глупости и раздражительному уму. Но Аддисон полезнее, когда нужно успокоить слишком чувствительные сердца, чья деликатность часто страдает от чувства недостатка твёрдости в их натуре. Перед ними он ставит своё чудесное смягчающее зеркало, которое даёт им видеть их скрытые замечательные качества и приводит в то состояние духа, которое необходимо для Елисейских полей…

Пока, и живите дружно. Цените достоинства другого, хотя вы и противоположны по темпераментам, и что более удивительно, соперничающие умы. Этого достаточно, чтобы вы процветали в Элизиуме.

 

 

 

 

 

 

Чтобы прочитать в полном объёме все тексты,
опубликованные в журнале «Новая Литература» в октябре 2023 года,
оформите подписку или купите номер:

 

 

 

 

	Поделиться: