Дорогая Надежда Милборн! Будучи празнателен вам за благожелательный отзыв об эссе в целом и обещая стараться так же и впредь, я осмелюсь дать вам совет: прочтите мемуары Дуровой, как сделал это я. Прочтёте, и ваша уверенность в том, что я допустил ошибку с фамилиями Соколов-Дуров-Александров будет сильно поколеблена. Сама Дурова утверждает, что в уланах служила именно под своей настоящей фамилией, только в мужском роде. Утверждает многократно и недвусмысленно в нескольких местах своих мемуаров - как же мог я не поверить ей хотя бы в этом? Так что всё в порядке, смело можете ставить мне четвёрку с плюсом вместо просто четвёрки. Хотя, сказать по правде, не бог весть какой важности эта деталь. Сути дела она не меняет. Всего самого-самого вам наилучшего!

   Соглашусь с Владимиром, что требование некоторых журналов присылать рукописи только в бумажном виде сегодня выглядит диковато. Цель такого требования, несомненно, отсев "чужаков" и графоманов. С графоманами понятно, но что значит "чужаки", среди них действительно может оказаться золотой самородок. И Твардовского вспомнил Владимир уместно, да, это был редактор каких единицы. Ну, и журнал при нём имел тираж миллион. Сегодня и тысячный тираж считается уже неплохим. Стихи и кусок прозы в повести действительно придуманы автором с целью показать уровень одарённости героя. Одарённости в кавычках или без них, пусть решает читатель.

    Так и хочется поблагодарить Н. Милборн и А. Козырева за столь подробный и грамотный разбор моего текста, но... благодарить нельзя, ведь оба отзыва в целом благоприятны, и благодарность может быть истолкована как благодарность петуха кукушке из басни Крылова. Поэтому не благодарю, нет, просто одобряю. Разбор действительно грамотный, аргументированный, а это случается не часто. Ну, а то, что одобрительный (с некоторыми оговорками), это , конечно, автору приятно. Обещаю не зазнаваться. Даёшь больше хорошей прозы и хороших отзывов о ней! Все на борьбу с зазнайством авторов, которых похвалили! 

Парнев Виктор. Эссе «Кавалерист, мемуарист… девица?».

...Аудиенция состоялась 31 декабря 1807 года. Эта встреча описана Дуровой особенно ярко, с большой проникновенностью:

«Я слышал, ‒ сказал государь, ‒ что вы не мужчина. Правда ли это?». (При этом Александр держал Надежду Дурову за руку). «Я не вдруг собралась с духом сказать: "Да, ваше величество, правда"… Подняв глаза на него и сказывая свой ответ, я увидела, что государь краснеет; вмиг покраснела я сама… Расспросив подробно обо всём, что было причиною вступления моего в службу, государь много хвалил мою неустрашимость, говорил: что это первый пример в России (выделено мною – В. П.); что все мои начальники отозвались обо мне с великими похвалами». Далее последовала душераздирающая сцена.

Александр сказал, что хвалит её, всячески её одобряет, что она будет награждена и… о, боже, отправлена домой к отцу.

«…я вскрикнула от ужаса и в ту же минуту упала к ногам государя: "Не отсылайте меня домой, ваше величество! – говорила я голосом отчаяния, – не отсылайте! я умру там! непременно умру! Не заставьте меня сожалеть, что не нашлось ни одной пули для меня в эту кампанию! Не отнимайте у меня жизни, государь! я добровольно хотела ею пожертвовать для вас!.." Говоря это, я обнимала колени государевы и плакала. Государь был тронут; он поднял меня и спросил изменившимся голосом: "Чего же вы хотите?" – "Быть воином! носить мундир, оружие! Это единственная награда, которую вы можете дать мне, государь!"».

Можно представить затруднение Александра. Одно дело обнаружить в рядах армии женщину, незаконно в армию поступившую, мягко пожурить её, поблагодарить за службу и отослать восвояси, и совсем другое – узаконить незаконность, порушить вековые правила и установления...

Парнев Виктор. Повесть «Венценосец».

...– Человек, для которого уготован российский престол, должен быть безукоризнен и неуязвим. Поверьте, многие кандидатуры обсуждались, и Оболенские в поле зрения попадали, и Шереметевы. Что-нибудь оказывалось да не то. У вас, например, возраст хороший. Неполные сорок – это акме, расцвет мужчины, это ещё молодость, но молодость уже зрелая, рассудительная. Здесь ни юнец не годится, ни старичок маразматичный. Образование у вас вполне приличное гуманитарное, а это важно, что ни говорите. У властей на службе никогда не были, должностей не занимали, в партиях никаких не состояли. Семейное положение также важно – вы неженаты.

– Разведён.

– Неважно. Неженаты в данный момент, это главное. Со временем появится возможность вступить в династический брак, кандидатуру подберём из знатных фамилий Европы. Ну, затем, не удивляйтесь, важна внешность. Монарх обязан даже своим физическим обликом олицетворять здоровую часть нации, быть её как бы зеркалом. Звучит как будто комплимент, но он заслужен, будьте в этом уверены.

– Спасибо, действительно комплимент. Я польщён, благодарю вас.

– Родственников ближайших, насколько мы знаем, у вас нет. Это верно?

– Верно. К сожалению, к счастью ли, родственников не имею. Отец и мать в могиле, я у них единственный ребёнок, братьев и сестёр у меня не было.

– И это тоже в вашу пользу. Глава государства, единоличный правитель, у которого много родственников, это, знаете ли, осложняет его жизнь и управление державой. Наполеону его братья, сёстры, пасынки, бывшие жёны ох как мешали жить и работать...

   Владимиру Константиновичу, как всегда, что-то непонятно и потому он сердится. Попытаюсь пояснить. Арманд "вытащили на свет", а Филиппову не вытащили по той простой причине, что Арманд знали все, она была публичной фигурой, а Филиппову не знал никто из политиков, как же её могли "вытащить". Уж если сумели замолчать Лениных, настоящих, живых тогда ещё, людей, то замолчать какую-то частную даму было  ещё легче. Вообще же, на мой взгляд, в повести всё это изложено понятно. Для понятливых, конечно. И, кстати, у этого предполагаемого сына Ленина (Ульянова) в повести он назван Мартыновым, дети всё же были - дочь. Скончалась относительно недавно. Ну, и наконец, из пальца высасывать ничего не пришлось, всё взято из рассказов очевидцев и из документов. Сердитость и озлобленность плохой помощник комментатору. 

    Да будет так!..

    Озадачил меня Флорентин, в который уже раз озадачил. Высказал пожелание, чтобы в моей повести было не одно, а два мнения о ленинской эпохе. Но автор-то у повести один, едрёна вошь! Я же не Ильф с Петровым, и  не братья Вайнеры или Гонкуры. Да и они все не играли в плюрализм, писали как им виделось и как думалось. А самое главное  -  Парнев ничего в повести не утверждает, не постулирует, он вообще молчит. Говорят его персонажи. Вот, идёт его персонаж по фамилии Тареев и мысленно рассуждает, итожит встречу с персонажем по фамилии Анфизов, делает для себя выводы от прочитанного и услышанного. И всего лишь. Не мог он, этот персонаж, в своих рассуждениях угодить сразу всем, и ленинистам, и антиленинистам, и центристам, и анархистам и ещё кто там есть... Флорентину не угодил, это грустно. За Тареева извиняюсь, сделаю ему  нахлобучку. В другой раз будет плюралистичнее.     

   Понятно, что Флорентин - ленинист. Или ленинец, не знаю. Но не упёртый, не примитивный. Глубокомысленный такой, въедливый. Я с ним не соглашаюсь, но скорее не понимаю его. Однако, уважаю. Только уж больно мудрёно он выражается. Пока дойдёшь до главной мысли, семь потов сойдёт. Ну, ничего, хоть так, как говорится. А вот Сапиру мне возразить нечего. Основную идею повести он ухватил верно. Да и мудрено её не ухватить, она там лежит на поверхности. Кстати, я ничего не придумывал, всё там взято их жизни и из  документов. Оставалось только придать материалу видимость художественного, а не документального произведения. Вот как-то так. Спасибо всем за внимание. До новых встреч на страницах журнала!

  Н-да-а... Я посрамлён. Пытался пошутковать над Тригодиным, а тут Екатерина Фл. со своим стихом выступила.

       Меня пленит пришитый город
       Я на высоком этаже,
       Но точно знаю тот орнамент,
       Он кем-то вышит на душе...

       Да ведь эта штука будет посильнее Фауста Гёте! А также Василия Тёркина, Поднятой целины, да, пожалуй, и самого Гаврилы-хлебопёка. Вау! 
     

   Прочёл немного. Впечатлён. И даже одухотворён.
 
   "Платье застёгнуто было настежь"
   "Ах, эти губки. Эта грудь.."

    Поди такое позабудь...
    Я не глумлюсь и не шуткую,
    Люблю поэзию хмельную,
    Люблю ко сну читать Тригодина.
    (Рифмуется со словом "Родина"),
     Однако, спать пора, друзья.
     Зарифмовался что-то я...

   Забавно, Флорентин, что вы противоречите сами себе. Пишете, что Ленин "подошёл к идее НЭПа", затем, что НЭП - "не просчёт Ленина, а историческая закономерность".  Но если он подошёл к идее много позже произведённого им переворота, а прежде эта идея не предусматривалась, причём против этой идеи протестовали многие большевики, считали её отступлением, то что же это как не просчёт? То, что это было отступлением от прежней идеи всеобщего равенства, диктатуры пролетариата, отмены денег и т.п., это хорошо известный факт. Не понимаю, что вас так  беспокоит в этом вопросе.

   Дорогой Флорентин! Я и сам мог бы написать много похвального в адрес того или другого текста В.И.Ленина, но, во-первых, отзываюсь скептически о статье "Как нам реорганизовать Рабкрин" вовсе не я, а некто Тареев, к нему и вопросы.  Во-вторых же, с его скепсисом я в целом согласен, но не потому, что в статье мало чего ценного, нет, но потому, что бессмысленной была сама эта Инспекция как учреждение, как институт общества. ЧК - вот был реальный властный институт, ну и сама партия большевиков, конечно. А Рабкрин - фикция, декор, вроде самих Советов, очень быстро  превратившихся в безвластный камуфляж. В хрущёвское время придумали и ввели "народный контроль", точно такой же камуфляжный орган для блезира. Кто теперь всерьёз вспоминает и о Рабкрине, и об этом потешном "народном контроле"?.. Вот в чём смысл иронического выпада в адрес ленинской статьи. По большому счёту, она, уж простите за каламбур, и впрямь бессмысленна.

Парнев Виктор. Мини-повесть «Горение истаявшей свечи».

...Этот гигант мысли, этот яростный, безжалостный борец, написавший бездну якобы гениальных текстов, захвативший и возглавивший огромную страну – чем он кончил? Фактическим крахом. Никакой ожидаемой мировой революции вовне, а внутри страны вынужденный нэп, то есть, откат к прошлому, против которого вся буча и была затеяна. А потом изоляция в Горках со строгим постельным режимом, отлучение от государственных дел, и только оставалось ему диктовать нечто бессмысленное вроде «Как нам реорганизовать Рабкрин». Затем посмертная формальная канонизация, а на деле полный разворот от этих пресловутых ленинских норм к массовым репрессиям, к ГУЛАГу…

И этот предполагаемый его отпрыск… Что за нелепая фигура, что за жалкая судьба! Знать о своём то ли действительном, то ли придуманном кем-то – а для его сознания наверняка действительном! – происхождении, знать, что об этом знают другие, и не сметь даже подумать о том, чтобы сказать это вслух. Ведь партия так решила, так надо для партии, для сохранения великого образа в незапятнанной чистоте. Несчастный, грустный старый человек, пенсионер, проживший всю жизнь с запечатанным ртом!..

      Прежде я как-то игнорировал куканы,  не понимал их назначения и происхождения. Теперь понял и оценил. Полезное собрание словесных ценностей. Не все, конечно, прямо уж перлы, но близко к тому. Помнится, в давнишней "Литературной газете" был такой раздел "Мы не цицероны", там тоже публиковались подборки чего-то подобного из присланных рукописей. И вот, традиция в действии. Теперь буду просматривать и новые, и старые куканы. Так держать, коллега!